「 Список 100 Сильнейших No.89. «Безумный Мясник». Имя неизвестно. Возраст неизвестен. Происхождение: Республика Корея.

«Безумный Мясник» активно участвовал в самых разных событиях, от «Выбора Короля Демонов» до «Гигантомахии». Известно, что несколько Созвездий пытались завербовать его, но он продолжал действовать в одиночку и исчез после 90-го сценария.

Его боевая мощь в «Состоянии Безумия» одна из самых высоких среди воплощений, и есть записи, что он участвовал в великой битве с Ранвиром Кханом из Индии, когда открылась Гигантская История «Маханарака».

Мясник, который будто призрак бродит по сценариям в поисках врага, убившего его товарища, всегда носил «маску черепа». Говорят, что никто не знает настоящего лица Мясника, скрытого за маской. 」

— Из книги «Топ-100 Сильнейших» Летящего Лиса

***

Мы сразу же отправились на станцию Сеул. Причин было две. Первая — найти «Безумного Мясника», о котором говорил Ю Джунхёк. А вторая:

[ В настоящее время вы находитесь в статусе «Скиталец». ]

[ Вам необходимо заполучить флаг в течение следующих 2-х дней. ]

Пришло время заполучить новый «флаг». Если бы я не собирался участвовать в «Битве за Трон», я бы сохранил статус «Скиталец» и поискал другие способы выживания… Но поскольку этот мир — 41-я регрессия, я должен был быть готов ко всему. Ю Джунхёк мог внезапно сделать что-то странное, или могли появиться нелепые парни, вроде Ассоциации Нелегальных Читателей. Если эти ублюдки захватят «Абсолютный Трон», эта регрессия будет полностью провалена.

— Уверены, что этот Мясник находится в районе станции Сеул?

Я кивнул в ответ на вопрос Чон Хивон.

— Да. И, вероятно, в этом районе спрятаны флаги.

Откуда я это знал?

「 В районе станции Сеул, в окрестностях Хуам-дон и Намён-дон, спрятаны «белые флаги». 」

В тот момент, когда я решил «отправиться на станцию Сеул», в голове естественным образом возникло это предложение. Всё это было эффектом недавно приобретённого навыка «Три Способа Выжить в Разрушенном Мире».

[ Эксклюзивный навык «Три Способа Выжить в Разрушенном Мире» активирован. ]

Я пока не выяснил точный способ его использования. Я знал, как включать и выключать навык, но не было функций, позволяющих искать желаемое содержание или просматривать определённые регрессии «Путей Выживания». В лучшем случае, всё, что происходило — это всплывание определённого содержания «Трёх Способов Выжить в Разрушенном Мире», словно подсказка в игре, всякий раз, когда я думал о чём-то или совершал определённое действие.

Конечно, сейчас даже это было огромной помощью. Единственный вопрос заключался в том, почему этот навык внезапно появился. Учитывая, что фразы из «Путей Выживания» начали появляться сразу после встречи с Хан Суён, я подумал, что, возможно, Хан Суён дала мне этот навык.

Но почему и по какой причине она это сделала?

Не знаю. Ясно одно: теперь у меня есть информация из «Путей Выживания», и благодаря этому я получил подавляющее преимущество перед другими читателями или Ассоциацией Нелегальных Читателей. И только это…

Мы быстро направились на юго-запад, где находилась станция Сеул. Проходя по улице Мёндон 8-га, известной туристической достопримечательности, мы иногда видели иностранцев. Точнее, это были трупы иностранцев. Большинство валявшихся трупов были растерзаны низшими монстрами и не поддавались опознанию. Мы старались не смотреть на это зрелище, пока шли.

— Ого, эта улица так изменилась. Вы часто бывали в Мёндоне?

— Несколько раз, когда был студентом.

— А я работала в кинотеатре вон там.

Чон Хивон указала на полуразрушенное здание и сказала:

— Оно точно было здесь…

Менее чем за месяц Сеул, который мы знали, был стёрт с лица земли. Как будто только после того, как этот мир был разрушен, могла начаться новая история.

— Здесь продавали очень дорогой картофель-фри на палочке. И ещё лобстеров...

— Пробовала его когда-нибудь?

— Ни разу. Как я могу купить что-то настолько дорогое?

Улица, которая была заполнена уличными торговцами и переполнена людьми, теперь была завалена трупами монстров и людей.

— Но всё равно запах был приятный.

— Согласен.

Мёндон, который помнит Чон Хивон, отличается от Мёндона, который помню я. Но сейчас мы вместе стоим в разрушенном Мёндоне и тоскуем по уличной еде, которую, как мы думали, никогда в жизни не попробуем.

— Инхо-сси.

— Да.

— Если мы идём в сторону станции Сеул, мы можем заглянуть в Хуам-дон? Это совсем рядом.

Хуам-дон. Место, где, согласно «Путям Выживания», спрятаны «белые флаги». Я кивнул и спросил:

— У тебя там есть какие-то дела?

— Есть место, которое я хочу посетить.

Место, куда человек, выживший в разрушенном мире, захочет зайти. Мне не нужно было спрашивать, что это за место.

***

В «Путях Выживания» не появляется прошлое Чон Хивон. Точнее, Чон Хивон там даже не упоминается. Потому что она не была главным персонажем. Однако даже в «Точке зрения Всеведущего читателя», где она была в какой-то мере главной героиней, её прошлое не было подробно раскрыто. Впрочем, не только с Чон Хивон так. Ли Хёнсон не рассказывал о своей службе в армии, история матери Ли Гирёна была опущена, смерть собаки Шин Юсын была скрыта, а история подруги Ли Джихе была описана вкратце.

В конце концов, если эту историю написала Хан Суён, а информацию ей передала «Компания Ким Докча», то почему их истории не были представлены в «Точке зрения Всеведущего читателя»? Предположить причину было несложно. Возможно, «Компания Ким Докча» считала, что «Точка зрения Всеведущего читателя» — это не их история. В конце концов, это была история Ким Докча.

— Мы пришли.

Место, куда она меня привела, было военным жилым комплексом, выходящим в глухой переулок.

— Сколько лет прошло. Всё так обветшало.

— Давно здесь не была?

— Я ушла из дома, когда была старшеклассницей. Я не рассказывала?

Кажется, я слышал про это, а может, и нет.

— Честно говоря, не хотела приходить… Но раз уж идём на станцию Сеул, то заодно...

Может, кто-то убрал трупы? На входе на парковку жилого комплекса остались только пятна крови. Будка охранника разбита, словно по ней проехал танк. Разбитые окна балконов, будто их обстреляли. Глядя на колышущиеся занавески сквозь треснувшее стекло, я думал об исчезнувших вещах. Что случилось со всеми людьми, которые здесь жили? Пережили ли они первый сценарий? Если пережили, убили ли они свою семью? Или стучали в соседнюю дверь, направляя нож на соседа? Я не знаю, какая трагедия здесь произошла. Мне страшно было узнать.

[ Рядом находится «белый флаг». ]

Но здесь есть белый флаг, и мы должны его захватить. Потому что только так мы сможем прожить завтра и послезавтра. Только так мы сможем увидеть конец этого проклятого мира.

— Это мой дом.

Квартира Чон Хивон была на пятом этаже жилого комплекса. Чон Хивон нерешительно застыла перед входной дверью, и я сказал ей:

— Не обязательно заходить внутрь.

Она сказала, что не любит свою семью. Но даже такая семья — это, в конце концов, семья.

— Того, что ты пришла сюда, уже достаточно, Хивон-сси.

Чон Хивон колебалась между устаревшим чувством долга и виной. Внезапно на лице Чон Хивон на миг отразилась твёрдая решимость.

— Но всё же я проверю.

Она действительно сильный человек. Она несколько раз постучала в дверь, затем о чём-то подумала, подняла крышку кодового замка и начала вводить пароль.

Пик-пик-пик-пик. Пик-пик-пик-пик.

После третьей неверной попытки дверь открылась.

— Всё по-старому.

Как только дверь открылась, я почувствовал затхлый, влажный воздух. Запах дома, который не проветривали более недели. Чон Хивон бесцеремонно вошла внутрь, не снимая обуви. Она не спрашивала, есть ли кто-нибудь внутри, и не называла имён. Я собирался последовать за ней, но, поколебавшись, разулся в прихожей. Рядом с моей обувью стояли аккуратно выровненные, точно полотенца в армейском шкафчике, туфли и кроссовки. Возникло предчувствие, что в этом доме никого нет.

Чон Хивон вернулась с небольшим облегчением на лице, словно уже осмотрела весь дом.

— Кажется, их обоих нет дома.

Это хорошо или плохо? Я не знал. Вероятно, Чон Хивон тоже не знала. И также я не знал, кто жил в этом доме. Но, похоже, это были не те люди, что готовят еду дома. В раковине не было пищевых отходов, и не было видно мешков для мусора. Чон Хивон стояла у окна в гостиной и некоторое время смотрела на улицу.

— Видите вон ту многоэтажку напротив? Я жила там в детстве.

— …

— Потом мы переехали в трущобы вон там. Я побывала и на передовой, и немного жила в районе Йонсан. Военные регулярно переезжают из квартиры в квартиру.

Так значит, отец Чон Хивон был военным. У меня был друг, чей отец был военным, и я слышал похожие истории.

— Когда отца переводили, мы с братом усердно следовали за ним, переезжая в новый район. Только привыкнем — переезд, и опять только привыкнем — снова переезд. После того, как мама сбежала, этот цикл ускорился.

На пыльном окне Чон Хивон нарисовала круг.

— На словах — переезды, но атмосфера в этих районах одинаковая. Рядом военная база, и этот специфический запах беженцев, присущий семьям, следующим за военными. Так как это участки, где живут военные, государство не выделяет дорогую землю. Если в Сеуле, то это районы, где думаешь: «Неужели в Сеуле есть и такое место?»… Вот почему я ушла из дома. Мне это надоело.

Палец, рисовавший круг, остановился.

— Мне стало тошно от этих людей.

Чон Хивон медленно повернула голову и огляделась. На тумбе в гостиной, по колено высотой, стояла семейная фотография в рамке. На фотографии был мужчина средних лет в военной форме, маленькая Чон Хивон и мальчик, который, казалось, был её младшим братом. Судя по выпускной шапке, фотография, похоже, была сделана на выпускном в начальной школе мальчика. Чон Хивон вынула фотографию из рамки.

— Но, когда я вышла в мир, общество оказалось таким же.

Глядя на эту фотографию, я вспомнил лица своих родителей. Мои родители были хорошими людьми. Настолько хорошими, что это было единственное, как я мог их описать.

「 Однако Ли Хакхён не скучал по ним так сильно. 」

Почему? Я не знал наверняка. Может быть, потому что мне казалось странным, что я родился ребёнком столь хороших людей? Или...

「 Может быть, потому, что эта жизнь совсем не ощущалась как моя собственная? 」

Возможно, это было влияние того, что я слишком много читал романов в детстве. Я всегда читал, когда открывал глаза, и жил, сочиняя истории. Место, где я постоянно жил, — это мир внутри текста. Мир света и тьмы, где правили драконы, мечи и магия.

「 Может, поэтому Ли Хакхён всегда жил с ощущением, что проживает чужую жизнь. 」

На чёрном экране выключенного телевизора отразились прищуренные глаза Чон Инхо. Лицо, которое не являлось моим. Даже сейчас я проживаю чужую историю.

[ Созвездие «Демоноподобный Огненный Судья» вглядывается в ваше лицо. ]

[ Созвездие «Узник Золотого Обруча» заинтересовано вашими мыслями. ]

[ Созвездие «Чёрный Огненный Дракон Бездны» предупреждает прекратить заниматься ерундой и идти убивать других. ]

Я прикоснулся рукой к своему лицу, отражённому на экране. Был ли Чон Инхо, в тело которого я вселился, чьим-то ребёнком? Была ли у него семья? Я впервые задумался о жизни злодея, который испортил 40-ю регрессию и исчез. Куда вообще делась изначальная «душа» Чон Инхо?

[ Созвездие «Коварный Интриган» сочувствует вам. ]

Чон Хивон, наконец, подняла голову.

— Всё. Пойдёмте. Это была не та цель, ради которой мы пришли сюда.

Я кивнул. Наверное, Чон Хивон тоже слышала сообщения, которые всё это время звучали у меня в ушах.

[ Рядом спрятан «белый флаг». ]

[ Интервал отправки сообщения сокращается по мере приближения к расположению белого флага. ]

Где-то в этом жилом комплексе расположен «белый флаг».

— Похоже, его нет в моём доме.

По крайней мере, в доме Чон Хивон его нет. Мы измерили интервал отправки сообщений и определили местоположение флага. На таком близком расстоянии единственное подозрительное место… Это соседняя квартира?

— Похоже, это эта квартира.

Мы постояли перед старой входной дверью и посмотрели друг на друга. Чон Хивон спросила первой:

— Нажать звонок? Или выбить дверь?

— Если бы внутри был человек, он бы давно получил флаг. Эти сообщения бы не звучали.

— Полагаю, что так.

— Но всё же, на всякий случай…

— Какой вариант?

Мы одновременно нажали на звонок пустой квартиры. Конечно, ответа не последовало. Мы вместе криво улыбнулись и подумали. Наверное, это крупица человечности, которую мы можем найти в этом апокалипсисе? Но в следующий момент…

Щёлк.

Кто-то открыл дверь изнутри.