День назначение титула герцога церемония проходила в Императорском дворце. Внутри Императорского дворца, сияющего в золоте и мраморе, собрались все уважаемые аристократы. Церемония должна была начаться с минуты на минуту, и каждый из присутствующих чувствовал вес происходящего.

Мару стоял, оживал Бакира. Алхимик, чьё присутствие среди аристократов вызывало удивление и даже раздражение. Кто-то из знати подменил фруктовый напиток Бакира, добавив в него крепкий алкоголь. Бакир почувствовал недомогание почти сразу. Он побледнел, тяжело вдохнул и шепнул, что ему нужно выйти. К счастью, вспомнив, что алхимики не переносит многое чего из пищи, Мару всегда носил с собой крошечную склянку — противоядие, данное ему Софи на случай «незначительных отравлений», как она выразилась. Бакир выпил её содержимое с дрожащими пальцами, облегчение пришло быстро, но не полностью. Прошептав что ему нужно выйти, он настоял, чтобы целитель не шел за ним. Так Мару ждал своего алхимика уже несколько минут, оставаясь совершенно один среди незнакомой ему толпой.

Первое, что бросалось в глаза внутри Императорского дворца, — холодный блеск мрамора под ногами. Пол зала был гладким, как озёрный лёд, и отражал высокие своды, будто сам дворец смотрел на себя.

— Привет, Мару! — раздался знакомый голос. В дверном проёме стоял Фрейд, как всегда с лёгкой усмешкой на лице.

— А?.. Фрейд? Что ты тут делаешь? — Мару удивлённо обернулся. Голос звучал чуть растерянно.

— Астрологи ведь тоже приглашённые гости на церемонию назначения, — небрежно ответил Фрейд, проходя внутрь и оглядываясь. — К тому же, я ассистент Главного Астролога. Приглашение — по рангу. Ну, как у тебя успехи?

Мару отвёл взгляд, плечи его слегка поникли. Он замялся.

— Фрейд… Скажи честно, ты случаем не ошибаешься прогнозами дарах магов? Иногда мне приходит мысли, что я не маг, а обычный человек.

Фрейд, услышав это, прищурился. В его глазах мелькнуло что-то серьёзное.

— Магический шар засверкал, когда ты его коснулся?

— Это то да. А что если и магический шар тоже дал сбой?

Фрейд рассмеялся тихо, почти с сочувствием, и покачал головой.

— Исключено. — Он посмотрел на Мару уверенно, почти строго. — Ты можешь сомневаться в астрологах, хотя честно, за всю мою практику ошибок у меня не было. Именно поэтому я — правая рука Главного Астролога. — Он гордо выпрямился и слегка коснулся груди ладонью. — Но магический шар? Он не может ошибаться. Это ведь остаток сердца Дракона Солнца.

— Сердце Дракона Солнца?.. — переспросил Мару, нахмурившись.

— Да. Помнится, у вас было задание, связанное с этим. Только вы тогда нашли сердце Лунного Дракона.

Мару медленно кивнул.

— И это тоже остаток сердца Дракона?

— Нет, то сердце было целым, — Фрейд понизил голос. — Настоящее, цельное. Если собрать все остатки сердец Драконов Настоящего Облика, можно пробудить их истинную сущность — в теле реинкарнации.

Он подошёл ближе, наклонился к Мару и заговорил почти шёпотом:

— И сердце должно быть там, где покоился сам Дракон. Сердце Лунного Дракона уже собрано... но никто не знает, в чьей душе живёт его сущность. Даже Господин не говорит об этом.

— Какой смысл ему молчать? — раздался резкий, холодный голос из-за спины. Мару вздрогнул — алхимик Бакир стоял в тени, глядя исподлобья.

—Бакир, ты как? — спросил Мару.

— Нормально, — ответил он Мару и вновь перевел взгляд на Фрейда.

Фрейд отстранился и усмехнулся, уже спокойнее.

— Кто знает? — ответил он, глядя в глаза Бакиру. — Хотя... если бы он признался, что он — реинкарнация, получил бы уважение и славу давным-давно.

Он театрально почесал подбородок, изображая глубокое размышление:

— Тогда, может быть, у одной семьи не было бы такой трагичной истории… — сказал он с лукавой улыбкой, явно намекая на что-то.

Бакир прищурился. Губы его дрогнули, как будто он сдерживал эмоции. Взгляд стал тяжёлым, злым. Он сделал шаг вперёд, и Мару почувствовал напряжение в воздухе.

— Кстати ты наверное не знаешь меня? Меня зовут Фрейд. Приятно познакомится, Бакир.

— Вот оно как, значит тебя Фрейдом звать. Так послушай, Фрейд, осторожнее с языком, — сказал алхимик глухо. — Не все любят игры с прошлым.

Астролог поднял руки, как бы сдаваясь, но его взгляд остался ироничным.

— Мир, мир. Просто мысли вслух.

— ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО ИМПЕРАТОР ЭТЬЭН ДЕ ОРТУС СОЛИС И ИМПЕРАТРИЦА ИОННА ДЕ ОРТУС СОЛИС! — громко возвестил мужчина в парадной ливрее, его голос прокатился по залу, как удар гонга.

Все взгляды обратились вверх. Император появился на балконе второго этажа, обрамлённый резными перилами, как святыня в раме. Мужчина пятидесяти лет, с полностью седыми волосами, которые не старили его, но, напротив, придавали облику особое достоинство. Его лицо — строгое, с чёткими чертами — дышало внутренним спокойствием.

Рядом с ним грациозно шла императрица — немного моложе, но столь же величественная. Её осанка была прямой, взгляд — полный ума и достоинства, а мягкая улыбка осветила зал, словно солнце пробилось сквозь витраж.

Императорская чета неспешно спустилась по лестнице и приветствовала собравшихся аристократов лёгким, едва заметным кивком.

— А теперь, — произнёс император, голос его был глубок и спокоен, как вода в колодце, — прошу выйти виновника торжества.

Из рядов шагнул молодой мужчина. Когда новый герцог вышел вперёд и его шаги зазвучали по мраморному полу, в зале словно стало теснее. Воздух, ещё недавно наполненный церемониальной торжественностью, внезапно потяжелел, как перед бурей. Он шёл размеренно, с достоинством, и с каждым его шагом по залу воздух словно уплотнялся. Напряжение пронизывало зал, как натянутая тетива. В нём чувствовалась сила — скрытая, тяжёлая.

Аристократы чувствовали это первыми. Инстинкт, глубоко укоренившийся в крови — древнее, чем честь, древнее, чем родословные и гербы — заставлял их напрягаться, замирать, избегать взгляда герцога. Кто-то едва заметно отступил на шаг назад, кто-то крепче сжал подол мантии. Даже те, кто считал себя храбрым, ощутили, как между лопатками пробежал холод.

Молодой брюнет опустился на одно колено перед троном.

— С сегодняшнего дня, — произнёс император, — ты официально признан герцогом Императорства.

Новый герцог принял свой титул, и благородно спросил императора — Ваше Величество, прошу целителя избранным Главным Астрологом Империи выйти в зал торжества. — сдержанно, но твёрдо заговорил новый герцог, — Он признан как медиум, способный отыскать Дракона Солнца через Лунного Дракона. Ходит молва, что я — реинкарнация Лунного Дракона. Если это истина — пусть народ её узрит.

Наступила короткая, наполненная электричеством тишина. Затем император, не теряя достоинства, отдал приказ:

— ЦЕЛИТЕЛЬ, ИЗБРАННЫЙ АСТРОЛОГАМИ — ВЫЙДИ В ЗАЛ ТОРЖЕСТВА!

— О-о, Мару. Это они про тебя. Похоже, это твой звёздный час, — сказал Фрейд.

Сердце Мару стучало, как барабан перед битвой. Он глубоко вдохнул, будто ныряя в ледяную воду, и шагнул вперёд. Каждый шаг отдавался громом в груди. Он вышел на середину зала, где уже собралась императорская семья и герцог.

— Да пребудет с вами свет Дракона Солнца! — Мару поклонился, ровно так, как учил его Бакир. — Я целитель Мару из Академии Асдаль.

— Примени свои способности. Покажи нам истину, — отдал приказ император, и в его голосе зазвучала сталь.

Мару не дрогнул. Он протянул ладони, опустил веки, затем сосредоточился, направляя потоки внутрь, замыкая круг. И наконец почувствовал ману против стоящего человека. Оно ощущала ясно и четко. Мару отчетливо чувствовал движение маны. Сильное, яркое, древнее... Это было не человеческое. И ему от это не было тяжело. Он управлял потоком, стабилизировал его, ощущая, что достиг уровня, к которому стремился. Он наконец освоил технику стабилизации ман. Но не на обычного человека, а на Дракона, на реинкарнацию Дракона.

— Этого достаточно, — внезапный голос герцога заставил Мару прийти в себя. Мару резко открыл глаза. Перед ним стоял тот же герцог, но его облик изменился. На скулах проступили чешуйки, еле уловимые, мерцающие. По щекам и переносице побежали тёмные узоры. А зрачки сузились, стали узкими, продолговатыми, как у древнего зверя. И всё же — в этих глазах по-прежнему сверкала ледяная надменность.

— Боги... Это правда. Реинкарнация Лунного Дракона!

— Теперь у нас есть надежда, что появится и Дракон Солнца!

— Война между Элфидином и Ферилэндином наконец закончится!

Зал загудел. Всплеск голосов, эмоций, толчок надежды — всё смешалось, как шторм в море.

— Теперь, когда найден Дракон Луны, семья предателя не сможет оправдаться, — холодно бросил Фрейд, глядя из-под тени на Бакира.

Бакир напрягся. Лицо его окаменело, но в глазах вспыхнуло что-то тревожное.

— Герцог де Ортус Лунай! Ты — истинная реинкарнация Лунного Дракона! — торжественно провозгласил император.

Герцог медленно поднялся. Усмешка — лёгкая, почти невидимая — коснулась его губ. Он приблизился к Мару. Его взгляд скользил, изучал, проникал внутрь.

— Благодарю за оказанную услугу, — произнёс он, спокойно, но в его тоне была не благодарность. Как будто Мару был всего лишь инструментом, тщательно использованным и убранным в ножны.

Мару ощутил, как по позвоночнику прошёл холодок. Он сделал то, что должен... но почему-то чувствовал, что стал пешкой в игре герцога.