– Смотри в мою сторону, – прозвучал голос женщины средних лет. Линь Си устремил взгляд в её сторону. Крупная женщина одним быстрым движением накрыла огромным куском белой ткани сосуды, растения и сушеные травы.

– Скажите мне сколько тут сосудов, а также стеблей лекарственных трав. Каковы их отличительные особенности, и в каких положениях они находились на моем столе.

Линь Си уверенно произнес: – На столе всего пятнадцать сосудов, и столько же стеблей лекарств, пять из них свежие, а десять в высушенном виде ... Крайний левый стебель - желтая засушенная лекарственная трава, длиной в один фут. Также лежат три маленьких черных стебля. А рядом - стебель живой травы, посаженный в горшок с селадоном, немного похожий на розу. Еще – цветок пурпурного цвета, стебель с маленькими колючками… Линь Си, почти не делая пауз, перечислял травы, их вид, и положение на столе…

Не только крупная женщина, но и стоящий рядом с ней суровый мужчина средних лет в серой кожаной шляпе, смотрели на Линь Си с изумлением.

Женщина внезапно прервала Линь Си: – Вы с первых же мгновений запомнили все это? Пока я еще не сообщила вам, что необходимо делать? И это странно. За несколько мгновений запомнить травы и их расположение и назвать все это без каких-либо ошибок. Без единой ошибки. Такого еще не бывало.

Линь Си слегка встревожился. Он подумал, что зря ведет себя столь уверенно, это может вызвать подозрения. Он помолчал, а затем ответил: – Дело в том, что внутренние органы, глазные яблоки, находящиеся внутри сосудов сразу привлекли мое внимание. И я непроизвольно запомнил число сосудов. Что касается лекарственных трав, то я их часто собирал в родном Дирвуде и неплохо знаком с ними. А их расположение….Да, признаюсь, у меня хорошая память, – рассмеялся Линь Си.

– Какая из лекарственных трав, по вашему мнению, более эффективна, – спросила его женщина, глянв на юношу с интересом.

– Эээ…– растерявшись, протянул Линь Си, и в этот момент его выручил златовласый старик, который громко произнес:

– Слушай, юноша. Только одно из этих пяти яиц живое, из него может вылупиться нечто. Посмотри на яйца. Сможешь ли ты его увидеть.

Линь Си, вспомнив про свой недавний промах с вареным яйцом вновь рассмеялся.

– Почему ты смеешься? – подозрительно спросил старик.

– Просто так. Вспомнил одну шутку, – ответил Линь Си. Он подошел к яйцам и указал на куриное: – Чувствую, что это яйцо единственное вареное из всех.

Глаза златовласого старика изумленно распахнулись. – Вы действительно чувствуете, что это яйцо - уже приготовленное?

– Да. Не знаю почему.

– Тогда какое из них живое? И его можно инкубировать?

Линь Си ткнул в сторону большого черного страусиного яйца: – Я бы предположил, что это

Златовласый старец сглотнул от удивления. – Так и есть.

– Позвольте мне задать вам вопрос?

Линь Си обернулся. К нему обратился суровый мужчина средних лет в шляпе серого цвета.

Линь Си почувствовал нервозность. Этот мужчина в прошлый раз так и не задал ему никакого вопроса.

– С момента, как вы вошли в эту палатку и до этого мгновения – как вы думаете, сколько всего прошло времени? И сколько ударов совершила за это время ваше сердце?

Строгий мужчина средних лет спросил Линь Си, не двигаясь с места.

Линь Си вздохнул с облегчением. Если с тех пор, как он появился в этом мире, его не очень интересовали материальные особенности нового мира, то о времени он мог бы сообщить точно и ясно.

Одна секунда в его мире здесь называлась «одним дыханием» «Одна минута» в его мире эквивалентна «одной остановке» в этом мире. С момента, как он вошел в эту палатку прошло три минуты и сорок с лишним секунд, в то время как его сердцебиение составляло всегда около шестьдесят пять ударов в минуту.

– Мне кажется, что прошло три остановки и сорок с чем-то дыханий. Мое сердце за это время совершило около двести двадцати ударов, – ответил Линь Си.

Строгий мужчина вздохнул. Ответ был верным.

– Позвольте мне проверить ваши литературные способности, – вступил в дело старец с пепельной бородой. – Закончи это стихотворение: «Плывут облака, отдыхать после знойного дня…

Линь Си задумался с печалью. Дело состояло не в том, что он не знал продолжения, а в том, что это стихотворение было ему слишком знакомо.

Линь Си медленно продолжил: «… Стремительных птиц, улетела последняя стая. Гляжу я на горы. И горы глядят на меня. И долго глядим мы. Друг другу не надоедая».

Старик с пепельной бородой сказал: – Да…