Город встретил их гнетущей тишиной.

Кохиро шагал по пустынным улицам, чувствуя, как каждый его шаг эхом отражается от слепых каменных стен. Синие кристаллы в железных скобах мерцали неровно, будто чьё-то прерывистое дыхание.

— Здесь никто не живёт? — прошептал он.

Юмико шла впереди, её плащ шуршал по булыжникам.

— Живут. Но не выходят по ночам.

Она остановилась у перекрёстка, где ветер гонял по кругу обрывки пергамента. Внезапно её рука вцепилась в запястье Кохиро.

— Слушай.

Тишина.

Потом — лёгкий звон, будто кто-то ударил по стеклу.

Из переулка вышла девочка лет восьми.

Босая, в рваном платье, с такими же синими глазами, как свет кристаллов. В руках она несла куклу из тряпок — у той был нашит шарф, точь-в-точь как у Кохиро.

— Вы новые? — её голос звучал как скрип несмазанных петель.

Юмико медленно опустила руку к кинжалу.

Девочка улыбнулась.

— Не бойтесь. Я просто хочу показать вам настоящий город.

Она развернулась и пошла, не оглядываясь.

Дом оказался скрыт за стеной из костей.

Не человеческих — что-то мелкое, птичье, возможно. Они были аккуратно связаны серебряной проволокой и звенели на ветру.

Внутри пахло сушёными травами и чем-то металлическим.

— Садитесь, — девочка указала на низкий стол, вокруг которого лежали подушки, набитые, судя по запаху, хмелем.

Кохиро не двигался. Его шарф напрягся, как змея перед ударом.

— Кто ты?

Девочка рассмеялась и сняла лицо.

Нет, не буквально. Но её черты вдруг поплыли, как расплавленный воск, и перед ними оказалась высокая женщина с седыми волосами и пустыми глазницами.

— Меня зовут Лира. Я — то, что осталось от последнего хранителя.

Она провела рукой по воздуху, и синие кристаллы в стенах вспыхнули, проецируя изображение:

Гильдмастер, каким его знал Кохиро, стоял на коленях в этом же доме.

— Вы должны уничтожить тринадцатого, — его голос звучал искажённо. — Он несёт в себе код уничтожения.

Лира щёлкнула пальцами. Изображение сменилось:

Юмико, но моложе, без шрамов, в белых одеждах, входит в этот дом... и оставляет на столе свой медальон.

— Ты... — Юмико шагнула назад.

— Ты дала мне клятву, дитя. И забыла её.

Кохиро почувствовал, как что-то тёплое течёт по его губам. Кровь.

— Что я несу в себе? — он с трудом выговорил.

Лира наклонилась. Её дыхание пахло гниющими листьями.

— Мечту. Ту самую, от которой просыпаются боги.

За окном завыл ветер.

Где-то в городе разбилось стекло.

Юмико выхватила кинжал.

— Они нашли нас.

Лира улыбнулась.

— Нет, дитя. Он нашёл вас.

Дверь распахнулась.

На пороге стоял Урамо.

Но это был не школьный друг.

Не предатель.

Существо с его лицом, с кодом, текущим под кожей вместо крови.

— Кохиро, — оно прошептало. — Пора домой.