— Если ты умрёшь, проклятие будет снято? — спросил я у Лилии, доставая меч.

На лезвии моего меча отражался яд.

Принцесса эльфов? Староста? Плевал я на всё это.

Гнев не единственная причина. Я обнажил меч, потому что это было необходимо.

Потому что она сделала это.

Проклятие.

Если отойду, умру, и моё место возрождение чётко установлено.

Так сказала Лилия. Это худшее проклятие. Сделала она это злонамеренно.

Если не получится починить броню, моё здоровье будет на минимальном уровне.

Если проиграю сильному врагу, воскресну в виде перемолотого куска железа.

Спасательным кругом для меня было благословение Этоны.

И если проклятие настоящее, то я оказался в том самом положении, которое называется «жопа».

— Постой. Не думала, что ты будешь так злиться. Прости.

— Не смешно.

Я сразу подозревал, что это ловушка, и меня просто хотят унизить.

— Нам больше ничего не оставалось. Мы не можем ждать, пока придёт ещё кто-то. А ты можешь помочь нам исследовать туман.

— Чушь собачья.

— Признаю, это было эгоистично. Но мог бы ты убрать меч обратно в ножны?

Видя, что Лилия затаила дыхание, я вздохнул и убрал меч.

Я понял, что и староста вздохнул с облегчением. И мне стоит охладить голову.

Я вспылил, когда она сделала это.

Но напряжённая атмосфера пока никуда не делась.

И мне всё ещё есть, о чём спросить.

— Насколько проклятие реально?

— Сразу ты не умрёшь. Распад будет проходить медленно.

— Похоже ты хотела использовать меня, чтобы я разобрался с туманом.

— Да. Но похоже выбрала неверный метод.

— Ты знаешь про особенности живой брони?

— Нет.

Что и ожидалось.

Услышав ответ Лилии, я тяжело вздохнул и по привычке почесал затылок.

И дальше демонстрировать недовольство нет никакого смысла, потому я кратко рассказал про особенность моей расы.

— ... Я поняла. И ещё раз прошу прощения, мне правда жаль.

Услышав мои объяснения, она признала, что поступила неправильно и искренне извинилась.

У неё был собственный план, но ничего плохого она не задумала.

Если кого-то втягиваешь в свои дела, не важно, есть злой умысел или нет.

И пока я рад, что не умру мгновенно, если отправлюсь к Этоне.

Раз так, как-нибудь справлюсь. Хотя гнев из-за проклятия никуда не делся...

Но разговор не сдвинется с мёртвой точки, если я не проявлю терпения.

— Прости. Она выросла настоящим сорванцом.

— Ты лучше следи за ней, старик...

Староста извинился вместе с Лилией. Дочь у тебя слишком непослушная.

— Так как снять проклятие?

— Оно развеется после смерти заклинателя или достижения цели.

— Вот как. Значит по сути ничего не меняется.

Если выбирать, то тут всё очевидно.

Лилию я убивать не собирался.

Она поступила неправильно, но я пришёл в этот лес, желая сотрудничать.

И главное, что я могу вернуться к Этоне.

Про проклятие пока переживать не буду.

— Уверен?

— Мы уже в одной лодке. Я бы помог даже без проклятия.

— Просто я оказалась в отчаянном положении. Но я извлеку урок и больше не буду делать глупости.

— Уж постарайся.

Если так подумать, главное проклятие тут ты.

Не мне говорить об этом, так как сам её простил, но то, что она делает, опасно.

— В качестве извинения я бы хотела показать тебе деревню эльфов. Ты же всё ещё доверяешь мне?

— Ну, давай.

Она спрашивала с тревогой. А я хоть и колебался, но согласился.

Похоже она признала ошибку и раскаялась.

И я пока не успел осмотреть деревню. После прибытия я сразу к старосте отправился.

Я только устроил себе экскурсию по большой колокольне, но уверен, что смогу найти что-то новое в деревне эльфов.

Всё пройдёт на ура, если у меня будет проводник из местных.

К тому же обычно гордая и строгая Лилия сейчас выглядела поникшей, её брови опустились домиком.

И как прощающая сторона я должен дать ей шанс.