12 июля 2023 года (Вторая атака).

Время было раннее, пять часов пятьдесят пять минут. Линкор уже находился в десяти километрах от берега острова. Все были настроены, все были готовы. Артиллерийское орудие было наведено, и хватало лишь одного слова, чтобы все началось. Сигма стоял на палубе с планшетом в руках, недалеко от края бортика. Сказав про себя пару слов, он кричит.

— Целься! Залпом, пли! — закричал Сигма, и три дула орудия выстрелили в первый раз.

Взрывы прозвучали где-то в ста метрах от крепости-стены, в районе руин шестой стаи. Последовала перезарядка и снова огонь. Без остановки пушка производила по два выстрела в минуту, и обстреливала она весь сектор. Собак действительно застали врасплох. Абсолютно все, кроме единичных разведчиков спали. Да и как тут они смогли бы помочь? Собаки забегали, словно тараканы при свете. Казармы и точки скопления псов были разбиты в прах. Кто-то даже успел полетать. Закончив с территорией шестой стаи, Сигма взял несколько минут на подготовку к новым залпам по стене-крепости, в которую и сбежали все уцелевшие собаки. Но сегодня им не было спасения.

— Навестись на главный объект. По моей команде, очередью, без остановки. Готовсь, пли!

Секунда… и бабах! Удар приходится прямо по крепости.

— Точное попадание! Не сметь останавливаться. И еще, скажи катерам уже выдвигаться. Пока они горяченькие… — сказал он одному солдату и продолжал наблюдать за ситуацией по планшету.

Снаряды сокрушали крепость, не оставляя и шанса собакам, которые искали там защиту.

Тем временем четыре катера уже на всей скорости подплыли в сторону острова. Первый отряд, командир — Хай Дэн. Второй отряд, командир — Текариншики. Третий отряд, командир — Каролина. И четвертый отряд, командир — Жульен. На полпути до места высадки до них донесли информацию, что крепость-стена седьмой стаи была полностью уничтожена. Каждый отряд высадился из катера на своем месте и, конечно же, начал продвижение вглубь острова. Когда они приблизились к бывшим местам обстрелов, то быстро поняли это. Все вокруг было в огне, в разрухе, и пыль поднялась знатная. Текариншики шел со своим отрядом, поглядывая по сторонам. В живых пока он никого не находил.

— Да, тут ни на ком живого места не осталось, — сказал он, как тут же услышал скул собаки. Он аккуратно подошел к подбитому псу, доживавшему свои последние минуты.

— Давай я избавлю тебя от страданий, — Текариншики обнажил гатану и быстро перерезал ему горло, а после убрал гатану обратно в ножны…

В это же время отряд Жульена также продвигался вперед. Их же местность была нетронута обстрелом.

— Мы идем как самый крайний отряд справа, — сказал Жульен. — Наш сектор не был подвергнут обстрелу, а поэтому собак тут сохранилось больше.

Жульен остановился и начал целиться из своей винтовки. Он закрыл левый глаз и прицелился правым, на котором красовался монокль, сводя его линзу с прицелом. Тут он заметил собак, бежавших в разные стороны.

— Они хотят нас окружить! Всем встать на позиции.

Жульен продолжал следовать за одной из собак прицелом, пока в один момент не нажал на спуск. Выстрел пришелся точно в голову, и мишень упала. Затем он сразу же перевелся на другую собаку. Она пыталась бежать прерывисто и мансить от него. Но Жульена это не волновало. Он уже снова хотел нажать на спусковой крючок, но вдруг собака останавливается и укрывается за деревом.

— Думаешь, что сможешь спрятаться от меня? — спросил про себя Жульен и нажал на спуск винтовки.

Выстрел пробил дерево насквозь, также как и череп укрывашки. Но пока он отстреливался по дальним врагам, не заметил, как вовсю шла бойня вблизи. На него напрыгивает одна из собак, но Жульен подставляет свое оружие. Работая всем телом, он отбрасывает ее назад, а потом:

— Алмаз спрашивал, как я могу выступать в авангарде?

Снайперская винтовка Жульена в тот же момент переквалифицируется в дробовик и стреляет в псину, от чего ее даже отбрасывает назад. Затем он оборачивается, поглядывая на свой отряд. Там царит полная неразбериха. Куча мала, кто куда. Однако вдруг из-за кустов на него сразу с двух сторон снова выпрыгивают две собаки. Он теряется и не знает, в кого стрелять. Но вдруг слышится чей-то голос, словно голос разума.

— Стреляй в левого, — говорит голос, и Жульен, перенаправляя ствол в нужного, в последнюю секунду жахает из дробаша прямо в его открытую пасть.

А правого же подстреливает кто-то другой, и пес падает замертво. Жульен оборачивается, пытаясь узнать, кто ему помог. Точно не кто-то от его бойцов, никто даже и рядом с ним не стоял. В этот момент прямо из воздуха появляется таинственная персона, скрывающаяся за капюшоном. А в руке он держал обрез, из которого и подстрелил того пса.

— Леон, ты что ли? — спросил Жульен.

— Ну а кто же еще, по-твоему? — отвечал он, перезаряжая свой обрез. — Не витай в облаках, а то никакая пушка не поможет. Ладно, мне надо идти, не тебя же одного все время спасать.

Леон снова погрузился в инвиз и растворился в воздухе, а Жульен продолжил работу вместе с отрядом…

А пока мы переносимся к высшим чинам шестой и седьмой стаи. Они оставили крепость и сейчас остановились у краев территории пятой стаи.

— Вот и разбили нашу защиту. Даже сделать ничего не успели, — сказал Вульфганг. — Тебе, как я погляжу, больше всех досталось, Каи. Ну молодец, что хоть жив остался. Надо бы преподать урок обнаглевшим людишкам, а то наш Альфа опять нас не поймет.

— Не лучше ли будет отсидеться здесь? Люди будут идти вперед до тех пор, пока не столкнуться с сопротивлением. Наши стаи разбиты, и поэтому так или иначе нам нужна помощь пятой стаи, — говорил раненый Каи, зализывая раны.

Но Вульфганг отказывался и не даже не думал о просьбе помощи у кого-то другого.

— Ну скажи ему, Итэн! — обратился Каи к своему вожаку в надежде поддержки, но безуспешно.

Вульфганг отправился вперед, а Итэн последовал за ним, сказав напоследок:

— Пока они на нашей территории, это будет лишь наша проблема, — ответил Итэн, и два вожака направились на охоту.

Тем временем Хай Дэн со своим первым отрядом уже обследовали обломки стены. Они проверяли каждый камень и, достав оттуда тела собак, складывали их в кучу для собирателей. Хай Дэн же в свою очередь рассматривал горизонт в поисках врагов. И тут он внезапно ощущает то же самое чувство, что тогда, когда Вульфганг атаковал штурмовую бригаду. Но это чувство исходило не отсюда.

— Оставайтесь все на позициях, — сказал Хай Дэн и ринулся в сторону Текариншики по путям развалов стены, одновременно связываясь с ним по рации.

— Текариншики, ты слышишь меня? Срочно отступайте вместе с отрядом, немедленно! — спешно кричал Хай Дэн.

— Хай Дэн? Что-то случилось? — спросил у него Текариншики, но в следующую секунду абсолютно все было уже неважно.

Время будто замедлилось, и Текариншики видит как Вульфганг в человекоподобной форме поднимается на возвышенность останков крепости.

— Видимо, с первого раза вы так и не поняли, что делать вам на этом острове нечего, — грозно произнес Вульфганг, направляя свою правую руку на отряд Текариншики.

В тот же момент порыв черного пара летит на них. Но перед тем, как им было суждено столкнуться, перед всеми появляется Хай Дэн. Он вбивает свою гуань дао в землю и приказывает всем как можно сильнее прижаться к нему. В воздухе образуется подобие золотой стены из его ци, не дающая этому черному дыму их коснуться. Но повезло не всем. Те, кто стояли дальше всего от Хай Дэна, не успели попасть под защиту, и воздействие черного облака разъело одежду вместе с кожей, оставляя после себя лишь скелет. Вульфганг продолжал давить на них своим облаком, и никто не мог его остановить. Как будто это походило на отсрочку неизбежного. Однако помощь пришла откуда не ждали.

— Быстрее! Что вы встали как истуканы?! Поможем им! — громко закричал Сигма на судне. — Целься! — орудие линкора навелось на мишень и выстрелило с грохотом.

Снаряд приземлился в метре от Вульфганга и мощно отбросил его куда подальше. Наконец, можно было вздохнуть с облегчением. Но не тут-то было. После того как Вульфганг пропадает с радаров, за место него появляется новая персона. С выразительной ухмылкой, стоячими ушами и вытянутой мордой. Все сразу догадались, что перед ними предстала не последняя шавка из омеги.

— Второй вожак подряд? — удивился Текариншики.

— Вы показались мне довольно целеустремленными. Так не разочаруйте меня, — сказал Итэн, и в следующую секунду он вместе с агентами и частью других солдат исчезают. Оставшиеся бойцы в недоумение. «Куда это все вдруг пропали?»

А пока, мы переносимся к Каролине и ее отряду. Они так же, как и остальные отряды, продолжали движение. Каролина шла немного впереди ото всех. Как вдруг на земле она замечает странные грибы ядовито-зеленого цвета. Она подошла к неизвестному организму и, присев, начала рассматривать его.

— Никогда такого не видела. Да и честно сказать, оно меня как-то пугает, — она осторожно протянула руку и тут было хотела коснуться его, но вдруг услышала голоса ее бойцов.

— Эй, что это такое? — приходили они в недоумение.

Каролина обернулась, и оказалось, что эти грибы начали произрастать прямо на глазах, под их ногами. Она хотела их предупредить, но даже не успела произнести и слова. Как внезапно все только что появившиеся грибы взрываются и обливают всех подряд какой-то зеленой жидкостью. А потом она начинает словно обжигать их кожу. Каролину тоже задело, но не сильно. Капли кислоты разъели одежду и слегка опалили кожу. После этого показывается зачинщик этого нападения. Единственное, что могло вызывать у Каролины, глядя на него, — это лишь отвращение. Такого же кислотного цвета, что и его мухоморы. Сам покрытый весь в грибах и набухших волдырях, даже не напоминающий собаку.

— О-ох, я задел тебя? Извини, пожалуйста. Не хотел навредить твоей гладкой коже, — промолвил этот мутант унылым голосом. — Давай будем знакомиться. Меня зовут Прыщ, я из седьмой стаи. А тебя как звать? — Прыщ замолк в ожидании, но в ответ получил лишь презрительный взгляд.

— Я тебе не по душе? Или кличка тебе моя не понравилась? Мне она тоже не нравится, но меня все так называют. Хотя я был бы не против, если бы ты дала мне свое имя… — в его пальцах образовались новые грибы. — А теперь будь добра отойти в сторону, — затем Прыщ бросает грибы, словно метательные ножи. Каролина уворачивается вправо, а грибы попадают в отряд, и кислота разлетается по всем.

— Прекрати! — крикнула Каролина, смотря на мучения солдат.

А когда снова повернулась к нему, то он уже стоял в сантиметре от ее лица, что выбило ее из колеи. Она повалилась с ног назад, но Прыщ не трогал ее и пошел к одному из бойцов, который единственный, несмотря на свои раны, пытался взять автомат и расстрелять гада. Подойдя к нему, Прыщ выбивает автомат из его рук ногой и схватывает за шею. Каролине лишь остается наблюдать за этим и дожидаться худшего. Но каково было ее удивление, когда, поддержав немного за горло, Прыщ отпускает солдата. Затем он неспеша направился к ней. Однако с солдатом после этого начинает происходить необъяснимое. На его теле начинают появляться такие же волдыри и грибы, что заставляет напоминать самого Прыща. А секундой позже все эти волдыри с грибами взрываются, и на солдата уже было больно смотреть.

— Позволь мне коснуться твоей нежной кожи, — одержимо произносит Прыщ и бросается на нее, в надежде коснуться ее правой рукой.

Но Каролина отклоняется назад, делая заднее сальто назад с руками. Вслед за этим из одного керамбита она превращает его, одновременно с этим увеличивая его в размерах! А затем запускает их прямо в Прыща. Они пробивают его насквозь, но Каролина заподозрила что-то неладное.

— У тебя что, нет органов? — спросила Каролина, смотря на дыры в теле, которые заполняются скапывающей сверху, словно желе, слизью.

— Сейчас это не главное, о чем тебе бы следовало беспокоиться.

Прыщ кокетливо улыбнулся, и тогда на месте, где лежал раненый отряд, образовался самый большой гриб, который когда-либо видела Каролина, с размером в куст. Весь зеленый и уродливый, периодически пульсирующий, как будто живой.

— Давай договоримся, милая? Я пощажу твоих людей и не взорву тот гриб. А взамен ты станешь моей! — счастливо проговорил Прыщ, но в этот же момент его лицо стало суровое и гнусное. — Иначе они все умрут болезненной смертью от жгучей кислоты!

— Ты вообще вменяемый?! — агрессивно ответила она, но и также без резких движений, чтобы не спровоцировать его.

Каролина действительно растерялась. Понятное дело, она хотела сохранить жизнь своим товарищам, но и женой прыща она становиться не желала. Прыщ поворачивает голову в сторону своего гриба, и сердце Каролины замирает. Он открывает рот и на удивление говорит:

— Упс, кажется, я кого-то упустил, — говорит Прыщ и слегка отходит в сторону.

Сразу же после этого пронзается мощный лазерный выстрел, испепеляющий гриб до основания вместе со всей внутренней кислотой и за малым не касается Прыща. Каролина смотрит в направлении стреляющего и видит Жульена с измененной пушкой и отрядом позади.

— Забирайте всех и отступайте. Живо! — говорит Жульен, упрощая свою винтовку до привычных размеров, пока бойцы эвакуировались.

«Странно, как смог он уклониться от моего выстрела? А уклонялся ли он вообще? Он сделал это за секунду до нажатия курка. Значит он что-то знал…»

— Т-ы-ы-ы, — рыча, проговорил Прыщ. — Как ты посмел нам мешать!? — от злости Прыщ кинул в Жульена три своих метательных гриба, но их все подбила Каролина своими метательными керамбитами.

— Милая? — удивленно он посмотрел в ее сторону, а она в это время уже на всех парах направлялась к нему.

В руках у нее было два закрученных клинка, и этими клинками она отрубает ему руки! А в воздухе эти руки подстреливает Жульен.

— Это чтобы ты не смог их просто впитать в себя, — насмешливо сказал Жульен, наблюдая картину безрукого-калеку мутанта.

Прыщ посмеялся ему в ответ. Затем он вдруг начал уменьшаться в размерах, становясь ростом с десятилетнего мальчика. «Ясно, размером решил компенсировать свои потери конечностей, что ж, ладно» — размышлял Жульен. А Прыщ тем временем уже смог полностью отрастить себе новые руки. Хоть и стал меньше.

— Самое время от вас избавиться, — сказал Прыщ, пока в его руках начала обрабатываться слизь. — Вперед, щенки-камикадзе!

Прыщ сбросил на землю собственную стаю маленьких, уродливых щенков. Они сразу же начали бежать на своих новых хозяев. А когда они подходили на подходящее расстояние, то тут же взрывались, обливая все вокруг кислотой. Не без труда, но Каролина и Жульен справились с этими щенками, не дав и шанса на сближение. Но когда они вновь посмотрели на Прыща, то знатно так удивились. Прыщ снова был в своем изначальном росте. И когда это он успел подкрепиться? Однако тут он внезапно оборачивается назад.

— Это правда ты? А я тебя чуть не упустил, — говорил Прыщ, пока двое агентов не вдупляли в происходящее. «Странный все-таки этот тип, хотя чего еще от него ожидать?» — подумали они. Вот он зачем-то бросается в сторону, и только тогда они все понимают. Вслед за уворотом Прыща следует выстрел из обреза, и на свет появляется Леон! Все были в шоке.

— Да, я знал! Мой давний друг! Давно не виделись. Вы прям втроем решили мною заняться? Неужто я такой особенный? Ну рассказывай, друг. Ты рад снова меня видеть? — спросил у него Прыщ.

— А как же. Ведь именно ты первым меня чуть не спалил во время первой разведки, — отвечает Леон.

— Тогда давайте все вместе прикончим его! — вмешалась в разговор Каролина и ринулась на Прыща с парой клинков-керамбитов.

Леон кивнул и ушел в инвиз. Они начали сражаться, но вот Жульен не дернулся. Он полностью поник в своих размышлениях и даже не обращал внимание на происходящее. «И вот сейчас… Откуда он узнал про Леона? А как он подпитал себя слизью? Хм…». Жульен задумчиво посмотрел на их бой. То, как Прыщ идеально читал их и игрался с ними вызывало еще больше вопросов. Но тут Жульен замечает маленькую, непримечательную, тонкую кислотную нить. Она была прикреплена к нему через ахилл. После он посмотрел себе под ноги и увидел влажную, перегнойную почву с маленькими ростками грибов. Жульена тут же озарило. Тем не менее Прыщ уже подготовил свою ульту.

— Аллея грибов! — воскликнул Прыщ, и по всей территории выросло куча грибов.

— Черт, если они все взорвутся, то нам нет спасения! — запаниковал Леон, перезаряжая свой обрез.

Тут Жульен перестраивает свою винтовку в большую пушку, в ту самую перед первым появлением. Прыщ это сразу же замечает и готовится к увороту. «Ха, думаешь, сможешь попасть в меня? Погодите-ка, куда это он целится?» Прыщ видит, как дуло Жульена направлено вниз. Снайпер стреляет ему в пол и, кажется, попадает…

— Ну, как доигрался? Теперь даже свои грибы подорвать не сможешь и увернуться от атак тоже. Поднажмем, ребята, — сказал Жульен, чем действительно застал Прыща врасплох.

Каролина доверилась Жульену и снова побежала атаковать его, а Леон ушел в невидимость. Прыщ пытается противостоять Каролине, но что-то с тех пор поменялось. Также он все время ждет хода Леона, ведь теперь он почему-то его не чувствует.

— Не оттуда угрозы ждешь, — говорит Жульен, уже нацеленный на его тушку.

Мощный выстрел поражает Прыща, уничтожая всю его верхнюю половину и оставляя только ноги.

— Есть! Мы убили его! — радостно завопила Каролина.

— Да, и грибы теперь не взрываются даже после того, как я наступил на них. Что ты сделал, Жульен? Рассказывай, — спросил Леон.

— Я всего лишь разгадал его секрет. Так как он сам весь ходячий гриб, то я просто отгородил его от грибницы, — ответил Жульен.

— Грибницы? — переспросила Каролина.

— То, как он мог следить за всем происходящим и дистанционно управлять грибами. Вся почва вокруг здесь усажена этими нитями. А я просто подстрелил связывающее звено, — пояснил Жульен.

— Мицелий, значит. Так вот что это было. М-да, один из самых неоднозначных разведчиков в Као Шане, — подвел итог Леон.

— Нам надо скорее идти на помощь Текариншики и Хай Дэну. Они столкнулись сразу с двумя вожаками! — сказала Каролина.

— Да, вы идите. А у меня пока есть еще одно дельцо, — сказал Леон и снова ушел в инвиз.

Там он с агентами и разошелся. А мы возвращаемся к самой главной битве.

Часть вторая

Хай Дэн и Текариншики вместе с половиной отряда переносятся непонятно куда. Они осматриваются по сторонам и пытаются сообразить, что вообще произошло.

— Где это мы? — недоумевающе спросил Текариншики.

Они находились на закругленном, шарообразном куске земли. Такие были повсюду, и находились они на близком расстоянии друг от друга. К тому же они еще витали в воздухе, а внизу расплывалось море из лавы. Вдруг слышится рев грозного зверя. Все поворачиваются к исходящему звуку и видят настоящего дракона. Он пролетает над ними и приземляется за кое-какой персоной. Это был тот самый Итэн, только с тремя головами и более крупным размером. Все без исключения удивились этому преображению.

— Добро пожаловать в мой мир. Это моя… Демоническая Форма: Беспощадный Цербер, — одновременно с этим дракон раскрывает пасть и рычит на них во все горло, что непременно давит на мораль.

— Демоническая? Только недавно же была человекоподобная… — удивился Хай Дэн.

— Демоническая форма — это высший уровень силы для сражения, который может достичь воин Као Шана. Ею владеют исключительно вожаки стай. Это то, что отличает их от других собак в Као Шане. Я рад, что первый вам ее продемонстрирую, — сказала центральная бошка, находящаяся в шлеме.

И после окончания своих слов за ней начали поддакивать боковые бошки.

— Да! Поэтому вы и проиграете! — сварливо проговорила левая голова.

— Умрете здесь раз и навсегда, и про вас даже никто не вспомнит, — продолжила правая голова, но центральная их утихомирила.

— Замолкните оба. Вы меня раздражаете. Что ж, давайте наконец начнем наш бой! — он поднял правую руку, и из-под земли начали вылезать скелеты в доспехах и с мечом.

Они восставали из земли с такой грозностью, будто их разбудили посреди ночи. Бойцы, глядя на это все, испугались еще сильнее.

— И что же нам делать, командир? — дрожащим голосом спросил один из них. — И дракон, и ходячие мертвецы, и этот трехголовый цербер…

— Приказа паниковать не было! Если мы действительно хотим уничтожить Као Шан, то таких должны щелкать как орешки, — сказал Текариншики.

— Думаю, ты прав, — подтвердил Хай Дэн. — Тогда дракон — мой. Я единственный, кто сможет ему противостоять.

— Отлично, тогда отряд за мной!

Текариншики и Хай Дэн переглянулись между собой напоследок и бросились в разные стороны. Хай Дэн побежал направо, и когда он приблизился к краю витающего островка, он перепрыгивает на следующий. А тем временем дракон уже находился в воздухе. Пролетая мимо Хай Дэна, дракон раскрывает пасть и изрыгивает мощную струю огня.

— Вот и первый пошел. На что вообще этот дурак рассчитывал, когда выходил против моего дракона? — насмехалась левая голова.

Но когда дым с того места пропадает, все видят целого и невредимого Хай Дэна.

— Что и требовалось доказать, тупица. Никогда не говори раньше времени, пока ты еще не победил, — отсчитала ее центральная голова.

Что вызвало у левой злость и чувство стыда. Тогда дракон делает круг и возвращается к жертве.

— Вот, блин, только шляпу мою испортил, — улыбчиво ругался Хай Дэн, подравнивая свою обгоревшую соломенную шляпу. — Ну а если серьезно, то если дракон продолжит так атаковать меня, то у меня попросту закончится ци, и тогда я проиграю.

Хай Дэн берет свою гуань дао и встает в метательную стойку. Он напитывает оружие ци, а после швыряет его прямо в дракона. Оно попадает ему в крыло, но, отряхнувшись, дракон выбрасывает оружие куда подальше. Хай Дэн сразу же бежит подбирать его. Видя, как оно летит вниз, в лаву, он ускоряется. Подбегая к краю, он бросается к нему вперед головой и хватает правой рукой, но уже сам начинает падать. Тогда Хай Дэн разворачивается и обхватывая гуань дао, вбивает ее в сбоку в землю. Он виснет на ней какое-то время, но выбирается с облегчением. Однако в это же время дракон приземляется на тот же островок, кровожадным взглядом смотря в глаза монаха. Хай Дэн же встал в свою боевую стойку и принялся выжидать дракона. Тот в свою очередь ринулся на Хай Дэна в полете, едва касаясь земли. Разогнавшись до максимальной скорости, дракон съезжает чуть-чуть вбок и отталкивает Хай Дэна левым крылом, пытаясь сбросить его вниз, но Хай Дэн не так прост. В полете он успевает воткнуть в землю свою гуань дао и тем самым затормозить себя. Дракон же взлетает ввысь и улетает от Хай Дэна, обещая вернуться.

— Сейчас он уже точно не спасётся. Даже если опять сумеет избежать дыхания огня, то дракон просто проглотит его живьем, — говорит про себя левая голова.

Дракон разворачивается и начинает набирать скорость, летя с точностью прямо на Хай Дэна. Второй уже стоял в боевой стойке и ждал его.

— Раскрепощение, — сказал Хай Дэн, и золотистый блеск озарил его душу.

— Ничего себе он засветился, словно маяк в ночи. Но тебе это не поможет. «Дракарис»! — кричит левая башка, и дракон начинает поливать Хай Дэна порывом огня, пока летит в него.

А Хай Дэн в свою очередь начинает раскручивать гуань дао двумя руками и отражать его атаку! Так продолжается до тех пор, пока дракон не подлетает к Хай Дэну совсем вплотную. Он раскрывает пасть и уже собирается съесть монаха, однако Хай Дэн подставляет гуань дао так, чтобы тушка дракона налетала на острие алебарды. Так на всей скорости дракон разрезается на две равные половины и падает позади Хай Дэна.

— Ты, бестолочь, потерял нашего дракона! Теперь ты еще более бесполезен, — накричала центральная голова на левую, на что она лишь грустно отвечает ей:

— Прости…

Текариншики и отряд на другой стороне мира не могли оторвать глаз от такого зрелища и были полны восхищения, когда Хай Дэн расправился с драконом.

— Вот видите. Тут вовсе нечего бояться, — сказал Текариншики, пытаясь подбодрить своих бойцов.

Но посмотрев на центральную голову в шлеме, он прочитал в ней подлую ухмылку и тут же вернул свой взгляд на Хай Дэна. Тогда он заметил как мертвое тело дракона начинает надуваться. Текариншики пытается предупредить его, но не успевает сказать и слова, как тело дракона взрывается, практически полностью разрушая витающий островок, на котором они находились.

— Хай Дэн! — переживающе воскликнул Текариншики. — Ты у меня за это заплатишь, трехголовый цербер, — грозно про себя проговорил Текариншики и направился к нему через армию скелетов.

— Отряд! Прикрыть меня огневой мощью! — прокричал он.

— Есть! — ответили они и принялись обстреливать каждого, кто попадется им под прицел.

Но даже с огневой поддержкой врагов для Текариншики оставалось все еще много. Однако бежал он резво и стремительно. Для скелетов он был просто неуловим. Успевая сражаться на бегу, он уже подкрадывался к церберу. И вот наконец, когда Текариншики прошел последнюю защиту, он предстал прямо перед ним.

— Одним махом я снесу тебе сразу три башки, — неумолимо промолвил Текариншики.

Цербер же почувствовал эту подавляющую ауру и даже слегка устрашился его. Находясь в шаге от цели, Текариншики растворяется в своем дыму, а секундой позже он уже оказывается позади цербера с фиолетовой кровью на своей гатане. Все верно, он попал. Левая голова пролетела высоко в воздухе, а после приземлилась на краю островка. Оставшись там на мгновение, она падает вниз, прямиком в раскаленную лаву.

— Ничего, скоро вы за своим же дружком полетите, — чувствуя превосходство, сказал Текариншики, но это чувство превосходства быстро его покинуло, когда он снова посмотрел на лицо центральной головы. Она ухмылялась и в упор не видела своего поражения.

— Что, силу почувствовал, а? Ха-ха-ха, — коварно ответила центральная головушка. — То, что ты сумел отрубить левую бошку, это было лишь по моей прихоти. Я дал тебе возможность ее отрубить, потому что после потери дракона она стала совсем ненужной. А теперь, будь добр, посмотри на свой отряд.

Текариншики послушал совет цербера и устремил свой взгляд на отряд, который весь был безжалостно перерезан костяными воинами. Последний живой боец посмотрел на Текариншики обреченным взглядом, а потом скелет вытащил из него свой меч, и он упал с кровью, стекающей с его губ. Цербер же своей правой рукой начал призывать новых воинов перед Текариншики.

— Принесите мне его голову, — приказал цербер, и целая орава побежала сломя голову к Текариншики.

Но тот не желал сдаваться. Он достал три взрывных куная и кинул их в бегущую на него толпу. Затем из кармана вытащил несколько серых шариков и бросил их, но теперь не в первый ряд, а немного дальше. Теперь можно было вступать в бой. Текариншики начал свое фехтование против мертвецов. Его тактикой были быстрые атаки. Выбирая одного врага, он старался на нем не задерживаться, чтобы его не зажала толпа. Как однажды сказал один великий человек это не «семьдесят против одного, а один-на-один семьдесят раз». Впрочем у него это даже неплохо получалось. Он каждый раз отступал немного назад, когда против него скрещивали более трех мечей за раз. Однако вскоре его обкружили со всех сторон, и отступать было некуда.

— Ну и что теперь будешь делать? — про себя спросил цербер.

Один из воинов армии скелетов бросился на Текариншики. Но тут же оказался в дыму. Вдруг все поле боя начало охватываться дымом, и скелеты не знали, что происходит. Тогда сражение вслепую продолжилось. Раз за разом каждый раз слышался мах гатаны, и на одного скелета становилось меньше. Проигрыш настигал их моментально. Один из скелетов увидел подозрительный силуэт и напал на него с мечом. Но, как оказалось, это был такой же обычный скелет, а через мгновение им обоим отрубают бошки.

— Ну же, сделай что-нибудь. Почему они бездействуют! — спрашивала центральная голова у правой.

— Они не видят цель. Как им сражаться? — отвечала правая голова, на что центральная кое-что нашептала ей на ухо.

В один такой прекрасный миг, когда Текариншики идеально разделывался с оравой скелетов, вдруг из земли вырывается рука, хватающая Текариншики за ногу. Затем рядом вылезает уже целое туловище и захватывает его уже двумя руками. Так Текариншики оказался в ловушке, полностью заблокированный. Как бы он ни пытался вырваться, с каждым разом его захватывали все сильнее. И тут он слышит грохот от шагов кого-то. Развеивается дым, и Текариншики видит того, кто предстает перед ним. Огромный скелет, размером в три раза больше своего оппонента. В руках он держал такой же гигантский топор. Затем этот скелет страшно замахивается для удара из-за спины, а Текариншики просто закрывает глаза от безнадеги. Удар приходится точно по цели, и Текариншики отбрасывает на несколько метров вперед. Его за малым не разрубили на две части, и спасла его только своя же гатана, а сама она теперь была сломана.

— Похоже, вот так я и проиграл, — истекая кровью и снимая свою красную маску, говорит Текариншики. — А ведь так не хочется умирать.

Он сидит на коленях, смотря в пол и почти закрывая глаза. Но тут вдруг он слышит знакомый голос.

— Признай свою слабость, — Текариншики поднимает голову и видит персону, что встретил, когда проходил свое испытание оружия.

— Ааа, это ты что ли. Пришел поиздеваться надо мной после поражения, да? — спросил у него Текариншики, но тот промолчал, а после вновь сказал:

— Признай свою слабость.

— Хорошо, ладно! Да, я чертов слабак и проиграл какому-то тупоголовому церберу. Доволен? — вновь спросил Текариншики.

— Не то. Признай ту слабость, за которую тебя выгнали из собственного же клана, — ответило существо, на что Текариншики невероятно удивился.

— Что?! С каких пор ты это знаешь? — спросил Текариншики, желая услышать от него правдивый ответ.

— С тех самых пор, как ты начал пользоваться своей гатаной. Наши души связаны навеки. И я знаю о тебе все, с момента твоего рождения и по сей день, — ответило существо. — А теперь начнем с начала. Из-за чего ты был изгнан из своего клана?

— Потому все они — просто кучка полных идиотов. Я был лучше их во всем, и они мне все всегда завидовали. Вот и все! — огрызаясь, говорил Текариншики.

— Ты просто пытаешься избежать правды. Но хоть заройся под землю, от нее никуда не убежишь… — в этот момент Текариншики погрузился в раздумья, начиная вспоминать свое детство:

«Он обучался в академии своего клана. Их с раннего возраста готовили для становления истинными шиноби. Текариншики же в свою очередь был большим талантом. Он во всем превосходил своих сверстников, и им все восхищались. До одного момента, пока они не перешли на бои на настоящих мечах. Когда он скрещал в бою железные мечи, он сковывал себя. Он дрожал и колебался, когда ставил на кон свою жизнь. Именно тогда наставник понял слабость Текариншики. Он захотел помочь ему. Наставник понимал, что если Текариншики переступит через это, то он станет непобедимым. Но увы, уже поздно было что-либо менять, и с каждым разом их отношения ухудшались. Для непонятной для наставника тому причины, жизнь для Текариншики была ценной вещью, и он действительно боялся прекращения своего существования. В последствие чего об этом узнали и старейшины, а после и весь клан. Совершенный и подлинный закон для истинного шиноби — это готовность к смерти. Текариншики же его нарушил и был исключен с позором из своего собственного клана…»

— Ты боишься смерти, — сказало существо Текариншики.

— Конечно я боюсь! Каждый нормальный человек боится этого! — чуть ли не криком ответил Текариншики, на что ему ответили:

— Но ты не человек, — и после услышанного Текариншики замер. — Прошло уже много времени. Благодаря своему опыту, ты уже не колеблешься и не дрожишь в смертельном сражении. Но страх смерти живет в тебе до сих пор. Ты так и не понял, либо же просто не хочешь понять этого. Шиноби становится как таковым только после того, как отвергает разум и сердце. Его же собственное желание — существовать как инструмент, а жизнь шиноби принадлежит его хозяину. Ведь только на грани смерти, шиноби может нанести настоящий урон своему сопернику… — в этот момент Текариншики как будто переклинивает.

— Да, моя жизнь будет бессмысленной, если я не выполню свою цель. Мой путь заключается в безрассудности. С помощью здравого смысла не добьешься великих вещей…

— Ты принял это на самом деле? Я могу помочь тебе в этом сражении. Но есть одно условие, ценою этого будет: сокращение твоей жизни вдвое.

— Плевать, умру я сейчас или десяток веков позже. Если я не достигну своей цели — это будет просто собачья смерть!

Цербер неторопливо смотрел на испускающего последние вздохи Текариншики.

— Он уже закрыл глаза. Похоже, победа за нами, — говорит цербер, но вдруг Текариншики открывает глаза, оболочка которых внезапно стала черной.

Также одновременно с этим у него на лице появляется черная печать в виде черных узоров, пересекающих глаза горизонтально и одной линией, пересекающей левый глаз вертикально. Текариншики вытягивает лежащую в левой руке гатану в сторону. А после этого вокруг нее начинает образовываться чьи-то ребра и позвоночник. Затем появляются длинные серые волосы, а затем кожа и, наконец, лицо. Цербер удивленно смотрит на только что появившуюся персону в его мире и, мягко сказать, был потрясен.

— Как мне к тебе хоть обращаться? — спросил Текариншики у него.

— Зови меня просто — Мастер, — Мастер ринулся в бой, держа в руках серый и красные клинки.

Мастер словно пролетел сквозь костяных врагов. А его атаки даже Текариншики не мог разглядеть из-за необычайной скорости. Тут он остановился перед скелетным гигантом, абсолютно не страшась его. Скелет замахивается своим большим топором и атакует Мастера, но тот быстрым и четким движением отбивает его легчайший удар, а в следующий момент скелет разваливается на части. Текариншики застыл с раскрытым ртом, смотря на его мастерство. Тем временем Мастер уже делал рывок к церберу. Подобравшись на достаточное расстояние, Мастер пронзает его грудь левой рукой, а правой он наносит горизонтальный разрез по шее цербера. Центральная голова успевает отклониться назад, и острие задевает лишь ее кадык. А вот правую он отрубает полностью, и сразу же после этого все скелеты разламываются. А цербер отступает на другой островок.

— Если ты думаешь, что я сделаю за тебя всю работу, то это не так. Я сказал, что лишь помогу тебе с ним, — сказал Мастер и кинул свой серый клинок подоспевшему Текариншики.

— И в мыслях не было отсиживаться, пока кто-то сражается за меня. Осталась последняя голова, — ответил он.

Вдруг Итэн начинает трансформироваться. Текариншики уже ожидает худшего, но ничего особого не происходит. Даже наоборот, он становится более меньше и тоньше. А также исчезли шеи двух отрубленных голов.

— Видимо, у нас намечается новый раунд, — сказал Итэн. Как ты мог заметить, до этого момента я еще не вступал в бой. «Почему» — спросишь ты? А потому, что терпеть не могу делить свое тело с этими бездарями. Хотя, если говорить начистоту, то я уже думал, что бой окончен. Но, похоже, он только начинается! — перед Итэном прямо с неба приземляются два клинка, связанные цепью. Он берет их за рукоятки и раскручивает вокруг себя.

— Клинки с цепями. В академии нас немного обучали мастерству работы кусаригамой и то, как против нее бороться. Еще с древности ходили слухи, что обычный любитель мог одолеть искусного самурая с помощью этого оружия, — сказал Текариншики, глядя на Итэна.

— Да, хоть это и не кусаригама, но у них есть схожие приемы. Однако нас двое, и нам нужно реализовывать это преимущество. А теперь на его островок бегом! — сказал Мастер, и они вдвоем начали движение к островку Итэна.

Тот же уже запускает свои клинки атакой сверху вниз. Они как нож по маслу проходят сквозь землю и разрушают один целый островок, на котором находились Мастер и Текариншики. Но они успевают вступить на новый участок.

— Давай постараемся как следует, — сказал Мастер и протянул кулачок Текариншики.

Тот кивнул и отбил кулак. Все трое были в предвкушении сражения.

И вот понеслось. Мастер и Текариншики одновременно стартуют с места по окружному радиусу на Итэна с двух сторон. И все же расстояние между ними было все еще большое, что только на руку Итэну, и поэтому его приходилось сокращать. Когда Мастер и Текариншики ринулись к нему, Итэн кидает два клинка по той же траектории, по одному на каждого. Те двое легко уворачиваются от них и продолжают движение к Итэну. Но только потом, когда уже стало поздно, Мастер понял скрытый смысл этой атаки Итэна. После промаха клинки летели на другого врага со спины. Мастер за малым успел отойти в сторону от траектории клинка, а вот Текариншики попытался отбить его, но при соприкосновение его отбросило на несколько метров. В это время Мастер не дремлил. Пока Итэн находился безоружный, он сделал прямой рывок к нему и замахнулся ударом из-за головы. Вслед за этим Мастер атакует Итэна, но второй подставляет под удар цепи своих клинков и тем самым отбивает несущуюся на него угрозу. А затем отталкивает его ногой по животу. Но Мастер без передышки, моментально еще раз нападает на Итэна и в голове уже видит, как его меч разрезает его плоть, но в последний момент Итэн успевает притянуть один из клинков и снова отбивает меч Мастера! Зато уже со спины подкрадывается Текариншики.

— Незаметно подкрался со спины, скрыв свое присутствие? Умело, прямо как самый настоящий шиноби, — сказал Итэн, и Текариншики замечает, как на него сбоку с невероятной скоростью летит закрученный клинок и вновь отбрасывает его при касание двух лезвий.

Итэн возвращает в руки два клинка и начинает умело раскручивать их вокруг себя с каждой стороны. Наблюдая за этим исполнением, не видишь ни единой бреши в его защите. И вот Итэн наконец нападает на Мастера. Он запускает один клинок снизу, который должен был вылететь в последний момент прямо в голову, и второй клинок, который нападал сверху. Так как дистанция между ними уже была средняя, Мастеру требовалось работать быстрее и ловчее, чтобы отбиться от всех атак. Левой ногой он обычным махом пинает нижний клинок, а верхний отражает своим мечом. Итэн удивляется, но не спешит расстраиваеться. Он обратно притягивает свои клинки в руки и с разворотом запускает их вместе сбоку. Мастер не успевает избежать атаки, и клинки все-таки настигают его. Затем Итэн переключается на Текариншики. Левой рукой он кидает один клинок по прямой. Текариншики просто уворачивается вправо, но почему-то вдруг Итэн ухмыляется этому действию.

— Попался, — говорит Итэн, и брошенный по прямой клинок вдруг начинает уходить вправо. Когда цепь встречается с телом Текариншики, она обвязывает его за две секунды, и Текариншики ничего не сумел сделать. Тогда он понял смысл атаки Итэна. «Он бросил свой клинок в меня чуть-чуть неточно, а именно слегка левее, чтобы вынудить меня уйти вправо. А клинок изначально был закручен так, чтобы после этого пойти по той же траектории и захватить меня. Эта собака, по всей видимости, неплохо так овладела своим оружием, что не может вызвать некое уважение» — размышлял заключенный Текариншики.

— Иди ко мне! — выкрикивает Итэн и дергает цепь на себя, тем самым притягивая противника.

Одновременно с этим он бросает второй клинок в голову связанного Текариншики. Но внезапно появляется Мастер, который бьет по цепи клинком, не давая ему продолжить путь. Затем он ногами становится на цепи, чтобы Итэн ничего с ними не мог придумать, и так он подобрался к беспомощному Итэну. Элегантным взмахом меча из-за головы Мастер чуть было не разрубает Итэна напополам, но в последнюю секунду собакен отходит немного в сторону, и клинок лишь разрезает его плечо. Все равно оставляя глубокую рану на его теле.

— За малым чуть было не прирезал, чертов подлец! — со смешком говорит Итэн.

— Моей ошибкой была попытка разрубить тебя надвое. Хотя всего лишь надо просто лишить тебя головы. В следующий раз поступлю именно так, — отвечает Итэн и все возвращаются в исходные позиции…

Часть третья

Алмаз и Гепард все это время наблюдали и сторожили за собирателями собачьих тел. Алмаза это явно раздражало, что вот он отсиживается в тылу, пока остальные не жалеют себя в бою. Но тут вдруг включается рация.

— Прием, как слышно. Это первый отряд, нам срочно нужна помощь! — говорилось по рации.

Гепард и Алмаз посмотрели друг на друга.

— Надо бежать им на помощь сейчас же! — сказал Алмаз.

— Нам разве не было приказано охранять собирателей? — спросил Гепард. — А где их командир? Кто у них там, Хай Дэн вроде.

— Хай Дэн отправился на выручку ко второму отряду. Сейчас они сражаются сразу с двумя вожаками. Я все равно пойду им на помощь и без разницы, что мне потом будет. Я себе в зеркале в глаза не смогу смотреть после этого, если не отзовусь на помощь. В общем ты, как хочешь, можешь оставаться, — сказал Алмаз и, не дожидаясь, ответа побежал на помощь.

Гепард, недолго думая, последовал вслед за ним. Быстро добравшись до туда, они поняли, что увы, не успели. Весь отряд был убит, повсюду были разбросаны цепи, некоторые все еще висели на них.

— Судя по докладам Леона, это…

— Старший воин седьмой стаи, — перебил Алмаз Гепарда, попутно рассматривая обстановку.

Пару раз шмыгнув носом, он промолвил:

— Я чую его запах. Он был здесь пару минут назад. Мы опоздали, — разочарованно произнес Алмаз.

Гепард хотел что-либо сказать в поддержку Алмаза, но тот вдруг продолжил:

— Я чувствую это…

— Что? О чем ты, Алмаз? — спросил у него Гепард.

— Скорее, нам надо срочно ко второму отряду, — ответил Алмаз, и они направились прямиком туда…

Мы пока возвращаемся к апогею этой главы. Мастер и Текариншики стояли и переводили дух. Итэн тоже восстанавливал дыхание. «Осталось совсем немного. Но и Текариншики держится из последних сил. Он уже впал в агонию. А поэтому надо заканчиваться уже сейчас» — рассуждал Мастер. Он посмотрел на Текариншики и тот как будто взглядом понял его замысел и они начали действовать! Текариншики помчался по обходной, а Мастер — по прямой. Итэн взял в левую руку рукоять клинка и запустил его по дуге слева направо с рассекающей силой. Текариншики увернулся от атаки, сделав подкат по земле, а Мастер перепрыгнул летящий в него клинок. Каждый после этого сделал мощный рывок в сторону Итэна. Две приближающиеся угрозы и всего лишь один клинок наготове. Как поступит Итэн? Он начинает подготовку правой руки. Мастер первым подбирается к Итэну и атакует его, но тут, на его удивление, под удар Итэн подставляет руку, обмотанную цепью. Затем нападает Текариншики, но его атаку легко отражают самим клинком. А после Итэн с разворота ударяет по Текариншики, и тот, задевая Мастера, отлетает вместе с ним.

— Не на того напали, — сказал Итэн, чувствуя облегчение от отбития опасной атаки.

Однако вдруг с его правой руки разливается фиолетовая кровь прямо на землю. Кажется что-то все-таки да произошло. Итэн разматывает цепь с руки, и все трое видят, как его правая рука в районе предплечья практически полностью отрезана и едва болтается на последнем участке кожи.

— Все таки попал. Ну ничего. Думаете, я вас и одной рукой не прибью? — говорит Итэн, и одним махом правая рука отрывается и улетает вдаль.

Он размахивает оставшимся клинком на левой руке и призывает нападать их. Мастер, не задумываясь, делает рывок в его сторону. Итэн уже готовится к его атаке, но в этот момент он понимает, что потерял Текариншики из виду. Он оглядывается по всем сторонам, но нигде не может его найти. Тогда он даже смотрит себе за спину, но и там его не оказалось. А тем временем Мастер уже атакует заглядевшегося Итэна, проходя вперед. И только после этого Итэн замечает Текариншики, прятавшегося все это время за спиной Мастера. Так просто, но эффективно. На тот момент Текариншики подавлял свою жажду крови, но теперь она снова воспылала. Он пронзает Итэна мечом, прижимаясь к нему вплотную. А сзади Мастер готовится для решающего удара.

— Ох зря я сюда полез… — про себя говорит Итэн, и Мастер резким взмахом отрубает ему последнюю голову. Отрубленная голова Итэна как будто застывает в воздухе, и весь его мир исчезает, возвращая их обратно.

— Вон там! Они на том же месте, что Хай Дэн, что Текариншики, — кричала Каролина, приближаясь к ним вместе с остальными.

Текариншики же вынимает меч из тела Итэна и падает на колени, тяжело дыша.

— Ты хорошо постарался. Уверен, мы еще встретимся, — говорит Мастер и вскоре исчезает, а на месте него остается целая и невредимая гатана.

За всей этой картиной наблюдал недалеко стоявший Вульфганг. Он смотрел на отрубленную голову Итэна и не мог поверить своим глазам.

— Итэн… Ты мертв?… — тело Вульфганга начало дрожать от злости.

Вокруг него начал образовываться черный дым. Одна собака с опаской подошла к нему, пытаясь успокоить его:

— Господин Вульфганг, не стоит, правда. Держите себя в руках, пожалуйста, — черный дым продолжал распространяться все дальше.

Дойдя до этой собаки, он сначала разъел всю ее плоть, а вслед за ней и кости буквально за пару мгновений. Он громко зарычал, и черные облака вокруг него начали расплываться во все стороны. Весь воздух загрязнялся черным дымом.

— Это же вожак седьмой стаи. Дым летит прямо на нас! Все, немедленно отступаем! — закричала Каролина, и все начали убегать от гнета этих облаков.

Сигма все также наблюдал за этой ситуацией с планшета и решил помочь им:

— Давайте прикроем спину отступающим! Заряжай орудие! — приказал Сигма.

Когда оно зарядилось, дуло навели на Вульфганга, а после произошел выстрел. Но почему-то выстрел не долетел. Тогда они попробовали еще раз, но также все было тщетно.

— Снаряды из-за этого дыма взрываются еще в воздухе. Поверить не могу, что мы бессильны… — понял это Сигма.

Дым уже тем временем дошел до трупа Итэна, не оставив от него даже праха. И с каждым разом он нагонял их все больше. Один из солдатов случайно споткнулся, а через секунду его как будто и не было. Из-за того, что они несли на себе тела Хай Дэна и Текариншики, им было сложнее убегать. Так бы их и настиг тот дым, если бы не, появившиеся вовремя Алмаз и Гепард. Они взяли на себя тяжелый груз, и дело пошло быстрее. В итоге, все они успели сесть на катера и избежать смерти. Так для них этот день и закончился. Но не для всех их.

Таинственная лиса разгуливала на территории четвертой стаи, в темном лесу. Она выполняла роль разведчика этой стаи. Но, перейдя разрешенные границы, резко вдруг начала бежать. В главную казарму прибежал один из очевидцев.

— Резонанс! Алисса оставила пост разведчика и куда-то бежит! — донес об этом один из патрульных омеги черному, как тьма, волку.

— Ясно, вздумала убежать, что ли? Слышь, Катаклизм? Разберись с ней, — приказал вожак одному из своих подчиненных — такой же собаке с черным окрасом, только отличалась она повязкой на одном глазу и шрамом из трех красных разрезов на другом.

Он вышел из казармы на улицу и начал порождать витающие над землей челюсти.

— Да начнется охота! — вместе со своими челюстями Катаклизм бросился в погоню за лисой. Та это быстро поняла, и ее это немного успокоило.

— Я чувствую техники Катаклизма. Значит, Резонанс не захотел лично ловить меня? Что ж, это только радует, — сказал про себя Алисса, но тут у себя в голове вдруг раздался его голос:

— Что-то случилось, Алисса? Ты правда собираешься сбежать? — спросил у нее голос Резонанса в ее голове. — Думаешь, сможешь убежать от всех проблем и зажить нормальной жизнью среди людей? Я тебя расстрою, но нет. Ты можешь уйти от Као Шана, но Као Шан от тебя никуда не уйдет. Он всегда будет преследовать, и ты никогда не сможешь спокойно существовать на этом свете. Ведь, знаешь, кого на войне ненавидят больше всего? — Предателей.

Алисса уже тем временем выбралась из леса. Непривычный свет ослеплял ее на выходе из темного леса, а на берегу ее уже ждали. А именно Леон на моторной лодке.

— Наконец-то, прыгай скорее! — сказал Леон, и лиса прыгнула ему в лодку, быстро уплыв из этого острова…