— Ухм, Ваше Величество, я не думаю...

Слуга всё ещё колебался, когда, наконец, набрался смелости произнести слова:

— Ваше Величество, при всём моём уважении, я знаю, что у вас хорошее зрение, когда дело доходит до такого рода вещей. Но цвет этого камня слишком кричащий, боюсь, когда она его получит, он ей не очень понравится.

— Хм-м?

На этот раз Император взял кинжал длиной с ладонь. Ножны были усыпаны драгоценными камнями от рубинов до бриллиантов.

— Не имеет значения, Леди она или нет, в наши дни мир полон злых существ. Такой подарок тоже не так уж плох.

— Ваше Величество!

Слуга не мог уследить за тем, что он говорил, и его тело содрогнулось.

Это было средство самообороны, принадлежавшее покойной Королеве, которое было выставлено только на всеобщее обозрение и никогда не использовалось, потому что она слишком дорожила им!

Естественно, Император не подозревал о внутреннем смятении человека рядом с ним. Он был слишком занят поиском более крупных и блестящих бриллиантов, чтобы подарить их Герцогине.

Бедный слуга собрался с силами, чтобы открыть рот:

— В-ваше Величество, я думаю, что это уже слишком.

— Что именно?

Он глубоко вздохнул:

— Ваше Величество, я знаю, что Принцесса совершила серьёзную ошибку, но вы не можете просто... раздавать... национальные сокровища...

Его голос становился всё тише, пока его едва можно было расслышать.

— Хм-м.

Император опустил кинжал.

— Это подарок для моей первой любви, я хочу, чтобы он был особенным.

Жалкий слуга тупо уставился на него.

— Тот, который выразил бы искренность мужчины.

Император нежно улыбнулся. Прямо сейчас он выглядел не более чем молодым человеком, который недавно упал в пропасть, называемую любовью.

Это было странно. Очевидно, он был двадцатишестилетним взрослым человеком и достойным Императором. Но сейчас он просто напоминал обычного мужчину, пытающегося произвести впечатление на свою пассию.

Слуга просто улыбнулся скрытой, невинной стороне Императора. Возможно, именно поэтому он ничего не сказал о том, что Герцогиня замужняя женщина. Хотя он должен был быть осторожен, чтобы не распространять слухи, он всё ещё хотел, чтобы его голова была прикреплена к шее!

— Тогда, – он сделал паузу, — как насчёт этого?

На кончике пальца слуги было золотое ожерелье, украшенное двенадцати каратным изумрудом.

— Хм-м? Разве это не ожерелье, усыпанное волшебными камнями?

Слуга закивал с новой силой:

— Да, да! Это был подарок предыдущего Императора, когда Её Высочество была больна, пожелание ей скорейшего выздоровления.

— Ах, да. Я помню, как оно было у моей матери. Ей пришлось нелегко из-за болезни.

Император осторожно поднял драгоценность. Яркий и прозрачный изумруд отражал его золотистые волосы и такого же цвета изумрудные глаза.

— Надеюсь, что она будет вспоминать обо мне всякий раз, когда увидит это ожерелье.

Райенс приподнял уголки губ, представляя сцену, где на тонкой шее Адель красовалось изумрудное ожерелье, идентичное его собственному. В следующий раз, если представится такая возможность, он тоже подарит ей несколько платьев, туфель и аксессуаров.

Нет, обувь не стала бы хорошим подарком. Она могла бы побежать к Ною, надев эти...

Улыбающееся выражение не могло стереться с лица Императора, мысли которого были полностью заняты некой Герцогиней.

Он вздохнул.

Пожалуйста, прости меня за зверства, которые совершила Дженис.

* * *

— Леди открыла глаза! Миледи, с вами всё в порядке?

— Ах...

Солнечный свет, проникавший через окно, подавлял зрение Адель. Она попыталась заговорить с Линой, которая наблюдала за ней с обеспокоенным выражением лица, но обнаружила, что её голос звучит хрипло, поэтому снова закрыла рот.

Что случилось? Я присутствовала на чаепитии, устроенном Принцессой, побеседовала с Императором и вернулась в карете. Подождите, я вернулась? И ночь с ним...

Лина посмотрела на её растерянное лицо и отложила полотенце.

— Миледи, у вас была лихорадка, когда вы были... накачаны наркотиком.

— Накачана наркотиком?

— Да, Миледи. Лорд заботился о вас всю ночь.

— Л-лорд?..

Адель почувствовала себя немного странно и опустила глаза. Она увидела своё обнажённое тело со следами поцелуев на нём, её соски были воспалёнными и опухшими, а нижние части тела...

Она быстро смутилась.

Её изуродованное тело было выставлено напоказ перед её служанками!

— Не волнуйтесь, Миледи. Приходила женщина-врач и ухаживала за вами. Она сказала, что у вас спала температура, и теперь вам лучше.

— ...

Лина объяснила всё, начиная от лекарства, которое она приняла, и заканчивая осмотром врача, своей хозяйке, которая всё это время молчала.

Адель коснулась своей головы, думая о том, где, чёрт возьми, её накачали наркотиком.

Были места, которые она подозревала, но, возможно, в конечном счёте за всем этим стояла Принцесса. Она застонала, почувствовав раскалывающуюся головную боль.

— Миледи, с вами всё в порядке?

— Я-я в порядке.

— Мы уже очистили ваше тело тканью, Миледи.

Лицо Адель быстро покраснело. В то же время её служанки склонили головы, чтобы скрыть свои пылающие щёки. Они не были глухими. Они могли слышать стоны, доносившиеся через окно.

Всю ночь напролёт.

Адель взяла чашку, не сказав ни слова. Выпив тёплую воду, она покраснела, вспомнив события, произошедшие прошлой ночью.

— Ха-а...

Она вспомнила, какой дикой и раскованной была прошлой ночью. Её похотливый голос, умоляющий его удовлетворить её плотские желания, его соблазнительная фигура, обещающая оплодотворить её...

Она резко втянула воздух.

Господи, с какой стати меня нужно было накачивать наркотиком?

Адель вздохнула, приняла успокаивающее лекарство, которое дала ей Лина, и выпила всё это залпом. Она спросила:

— Где сейчас Лорд?

— Лорд сказал, что ему нужно кое-что сделать, и вышел.

Насколько я помню, мы занимались этим до рассвета... Разве он не устал? Куда он делся?

Адель перевела взгляд за окно. За зданием вдалеке виднелся Императорский Дворец.

Только не говорите мне, что он...

Когда Адель нахмурилась, Лина протянула ей письмо.

— Кхм, Миледи, для вас письмо. Я должна была передать его вам, когда вы поправитесь, но это не похоже на что-то обычное.