Взрослый мужчина прикрикивал на меня за то, что я была ограничена в своих божественных способностях.

Я должна была быть благодарна людям за их поддержку по его слова. Потому что я была высокомерна.

Кто-то однажды сказал: «Может ли святая не лениться и делать свою работу? Разве она не живёт ради людей?» Словно он и правда был убеждён в том, что преданность святого людям была естественна как дыхание.  Когда высший священник уговорил его прекратить свою речь, он отступил, тем не менее, он хотел сказать больше.

Как бы то ни было, не один или два человека играли на моих нервах. Хотя в каком-то смысле это было ожидаемо.

Каждый святой раньше жил лишь ради людей, и поэтому они приняли это уважение и божественные силы как должное.

После моей регрессии для людей я стала реальной слепой.

Конечно, аристократия проявляла ко мне заботу, так как я была дочерью герцога этой Империи, и это был не то же самое, что случай с простолюдинами.

До сегодня святых знали как доброжелательных, милосердных и щедрых, так что убеждение о том, что святой должен быть полностью покладист, закрепилось в умах.

Даже когда святой хотел сказать «нет», его попросту игнорировали.

После написания ответа храму, я скрутила его и положила в коробочку на шее голубя, а после закрыла крышку. Голубь энергично улетел в небеса империи.

Стоит ли мне и правда просто переехать?

В любом случае, моим приоритетом была моя свобода. Я хотела действовать так, как сама хочу.

Я хочу быть освобождена от этого тяжелого бремени, помогать тем, кто был хорошим и тем, кто крайне нуждался в помощи.

– Принцесса, у вас все в порядке?

Ута спросила с тревогой, но в ответ я лишь пожала плечами.

– Разве я тот человек, которого могут задеть вещи такого рода?

Если бы что–то в этом роде могло меня задеть, я бы уже была погружена в депрессию, пытаясь сделать всё, о чем меня просили. Это займёт много времени, много времени на то, чтобы рассказать как сложно и унизительно это всё было. Но в общих чертах – люди были эгоистичными существами.

Конечно, также были люди с добрым сердцем. Но все же эти слухи не были хорошей вещью. И впрямь люди воспринимали жизнь и жертвенность святого как должное.

Данное мнение сохранилось даже до сегодняшнего дня.

Лучшим вариантом было просто сменить храм.

Не важно, как я хороша в роли святой. В конце концов, я всё равно буду проклята.

Так что лучше делать то, что я хочу, если меня будут проклинать за всё.

– Нуним!

Когда я подняла книгу, чтобы вернуться к чтению, дверь в комнату открылась и ввалился Лисандро.

– Ты и правда не умеешь стучать?

– П-прости…

Он послушно закрыл дверь вновь и постучал, после того как ответа не последовало, он постучал ещё раз.

– Принцесса, когда вы разрешите ему войти?

– Я хочу подразнить его ещё немного.

– Я прошу прощения за то, что говорю это, но в эти дни мне жаль Юного Мастера.

За дверью слышалось скорбное нытьё Лисандро.

– Нуним!..

– Входи.

Он осторожно открыл дверь. По его тревожному взгляду можно было сказать, что он ожидает моей злости.

Ута вышла, избежав столкновения.

– Что такое? Я не злюсь.

Ухмыльнувшись, я указала на сиденье подбородком.

Приняв это, Лисандро опустился на сиденье с ослепительной улыбкой на лице. Затем покачал головой, увидев книгу в моих руках.

– Ты действительно верна своим привычкам.

Я ухмыльнулась, показывая красную обложку книги.

В детстве я была погружена в романы, ужасы или приключенческие романы, но теперь, когда я взрослая, я выбираю книги своего уровня.

Словно ему пришла мысль, которую нужно сказать, Лисандро резко встал.

– О, но Нуним!

– Что?

– Ты слышала слухи?

Это не было тайной, и я кивнула.

– Что ты собираешься делать? Ты собираешься оставить всё как есть? Должен ли я поймать того, кто его распространил?

Сколько у тебя вопросов...

Он даже не дышал между ними. Глядя на Лисандро, я снова закрыла книгу.

– Оставь их в покое. Это они беспокоятся, а не я.

Я ответила безучастно, как и Уте.

– Ты действительно собираешься оставить их в покое? Даже если они говорят то, что им нравится?

– Слухи какого рода?

– …Сказать это самому? Я не хочу.

Экспрессия Лисандро снизилась. Он не мог пересказывать сплетни.

Я сделала глоток чая, словно ничего не случилось, и заговорила вновь.

– Халатность по отношению к обязанностям. Ужасный характер. Нет никакой защиты со стороны святой. Я знаю о них.

– Халатность к обязанностям? Храм делает всё для них, они должны быть благодарны за то, что ты уже занимаешься волонтёрством.

Я не знаю, почему он злился больше меня, но он выглядел так, словно сейчас закричит, так что я закрыла уши и подождала, пока он не закроет свой рот.

Что правда странно, Лисандро не злился на меня, даже когда я вела себя таким образом. Он просто позволяет мне делать то, чего я хочу.

– Ты доволен?

– Нет.

– В конце концов, всё, что они говорят, правда. Всё, что я делаю, это прохлаждаюсь и ем много еды. В сравнение с другими святыми, я не создана для этого.

В первый раз, я не отдала предпочтение своей позиции.

– Ты сделала всё возможное.

– Нет, не сделала.

Лисандро не удалось подлизаться ко мне, будучи на моей стороне. Но что правда, то правда, я не работала по полной.

Всё, что я пыталась сделать – это скрыться от проблем и не использовать свои божественные силы.

Лучшее, что я делала, был самоконтроль.

Я останавливала себя от того, чтобы нагрубить людям, ничего не делающим и выдающим дерьмо из своего рта.

И когда не могла терпеть этого больше, я взрывалась.

– Не волнуйся об этом больше. Но если ты и правда беспокоишься, то поймай преступника и выбей из него всё.

– Правда?

– Нет.

Как только я открыла книгу, Лисандро вернулся на своё место и заёрзал, словно от нетерпения. Я взглянула на него и спросила:

– Ты поддерживаешь связаться с Фреем?

Он быстренько сел, положив подбородок на руку, и ответил.

– Нет.

– Была ли твоя жизнь когда-нибудь в опасности во время тренировок на мечах?

– Моя? Никогда.

Прозвучало довольно уверено, так что я поверила. Думаю, это было естественно, с тех пор как он раскрыл свои таланты, будучи ребёнком.

Но тот, о ком я хотела узнать больше, был Фрей, а не Лисандро.

Письмо, прочитанное мною раньше, немного обеспокоило меня.

– Что насчёт Фрея?

– У него также не было проблем. Он умалишённый.

– Умалишённый?..

Никто не подходил к этому слову больше, чем Лисандро.

Когда я сделала озадаченное лицо, Лисандро замолчал.

– Я не скажу тебе.

– Конечно.

Меня это не заинтересовало. Я услышала желаемый ответ, так что другая часть не имела большого значения.

– Почему ты так расслаблена? Тебе не любопытно?

– Я просто не хочу выпрашивать ответов, если люди не хотят мне их говорить.

Это зависело от ситуации. Обычно я уважительно отношусь к другим. Не знаю задел ли Лисандро мой ответ, но он сжал руки и смотрел на меня сверкающими глазами. Было тяжеловато видеть его таким. Такая реакция была для меня естественной, он же мой брат-близнец, но увидь его кто-то ещё, они бы подумали, что это большая собака, просящая назвать её милой.

А, нет. Щенок.

***

Лисандро ушёл тренироваться, а я просто продолжила читать, пока не наступила ночь. Я не смогла уснуть, так что встала и открыла ящик в столе. Среди вещей, лежащих в нем, было сверкающее украшение, что я могла использовать как свечу. Драгоценный камень, что отливал разными цветами в зависимости от освещения, были одним из присланных подарков Фрея. Я восхищалась просто смотря на него. Причина, по которой я держала этот камень рядом с собой, в отличие от остальных его подарков, заключалась в том, что это была определённо самая красивая вещь, что он мне присылал.

Вместе с зажженной свечой, свет струился и освещал комнату, отливающий свет был настолько разноцветным и сверкающим, что ослеплял.

– Он сказал, что вскоре вернётся, следовательно, он где-то близко. Он всегда выполняет свои обещания.

Я мягко улыбалась, думая о том, что этот сверкающий камень был таким же, как Фрей, но после мои губы застыли. И правда, как только я получила письмо от него сегодня, это стало единственной беспокоящей меня вещью. Фраза в письме, что достигла меня только сегодня.

«Подруга, что умерла за меня».

«Жизнь, принесённая в жертву…»

Насколько я знаю, в его детстве не было ничего опасного. Если бы что-нибудь случилось, я бы сразу занервничала и позаботилась бы о нём, но и правда, не думаю что произошло, что-то такое. К тому же, сколько он путешествовал?

«Я принял решение закончить наше общение, я понял, что она может быть чем–то большим».

Если бы он получил помощь от первого встречного, то не сказал бы подобного.

Следовательно, кто-то долго общающийся с Фреем спас его… Если бы он собрался сохранить это в секрете, то не рассказал бы мне об этом в письме. Была причина, почему он упомянул об этом. Фрей хотел, чтобы я знала. Но прости, я не понимаю. Эта глупая Нуна извиняется, Фрей.

– Ах, как все сложно.

Было очень сложно понять мысль Фрея. Может потому, что наше общение было ограничено письмами.

Последний раз, когда я видела Фрея, был на его выпуске. После этого, он уехал, сказав, что должен найти кого-то и вернуть долг. Но похоже, он так и не нашёл этого человека. Я переживала о Фрее. После того сна… Юный Фрей имел довольно слабое телосложение. Он выглядел худым, потому что не мог питаться хорошо. Конечно, так было и до моей регрессии. Не все воспоминания вернулись ко мне, но в голове остались сцены того, как я с Фреем убегала.

С тех пор как мы расстались, я могла лишь представлять внешность Фрея до своей регрессии. Лисандро становился сильнее, и я волновалась о возвращении ослабевшего Фрея. Я боялась, что он может быть обманут из-за своего мягкого характера, переживала, но не слишком, зная о его контракте с духовным королем огня. Но с другой стороны, я боялась того, что его настигнет такой же человек, как и Лисандро. Его красота была далеко не обычной. Думая и тревожась об этом, я всё–таки решила лечь спать. Но после того как я вернула камень на место и потушила свечу, я услышала шорохи доносящиеся за окном. Тап, та-тап. Я ущипнула свои уши и ждала, пока звук повторится. Тап, тап. Услышав звук, доносящийся с террасы вновь, я встала на ноги и решительно открыла занавес.

– ААА!

– Хахаха.

Снаружи на террасе, стоял Фрей, что в тот момент тихо смеялся. Я вскрикнула и сразу же открыла дверь террасы.

– И это весело для тебя? Что ты делаешь так поздно на улице? Как долго ты тут?

Несмотря на мое ворчание, Фрей любяще улыбался.

– Я пришёл, так как скучал по тебе, Нуна. Я переживал о том, что ты уже уснула, так как я прибыл поздно, но я рад, что ты встала.

Я подняла на него взгляд. Теперь он изменился. Он отличался от того Фрея, что я видела во сне. Я знала, что он хорошенький, но не думала, что он вырастит таким привлекательным. Как только он выздоровел, его слабое тело стало сильным, и его золотые глаза, что выглядели как тлеющий огонь, сверкали глянцевым сиянием.

Глядя на повзрослевшего Фрея, такого загадочного и очаровательного, становилось понятно, почему Лисандро не мог отвести от него взгляд. С его чертами лица, более выраженными, он выглядел как демон. От этой притягивающей привлекательности мои кончики пальцев вздрогнули. Возможно, мне не хватало стойкости к его внешности сейчас, но я не могла собраться с мыслями.