Лос-Анджелес. Зона разрушений.

— Ладно, теперь надо из гардеробной штаба ОмниСтара телепортироваться в местность, где летает ТЕ-Атом, — Янтарный Император щёлкнул пальцами. Пространство смялось, как бумага, и он исчез в вихре янтарных искр.

ТЕ-Атом парил над руинами, чёрные молнии лизали его костюм. Сила била из него волнами, сдувая обломки в радиусе километра.

— Я думал, будет плохо, но вот настолько… — Янтарный Император материализовался на груде бетона, осматривая ТЕ-Атома. — Недооценил себя. ТЕ-Атом… порождается?

Он прищурился, наблюдая, как пространство вокруг противника пульсирует чёрными воронками. Из них выползали тени — точные копии ТЕ-Атома, но с пустыми глазницами.

— Интересно… а что же получится? — Император потрогал подбородок, будто оценивая экспонат на аукционе.

ТЕ-Атом вдруг вздрогнул. Его тело вспыхнуло ослепительным светом, сжигая клонов дотла. Когда сияние рассеялось, от костюма остались только рваные штаны. Кожа теперь напоминала ночное небо с мерцающими звёздами и туманностями.

— Так вот оно какое превращение, — Янтарный Император свистнул, разглядывая «космическое» тело. — Красиво. Бесполезно, но красиво.

Щёлк!

КосмоАтом (бывший ТЕ-Атом) исчез, затем возник за спиной Императора. Его голос звучал как эхо из глубин космоса:

— Значит, ты увидел это превращение…

— Это случайно вышло, — Янтарный Император зевнул, не оборачиваясь. — И ещё… можно вас назвать КосмоАтом?

— Как хочешь. Мне похуй, как меня называют, — КосмоАтом скрестил руки. Звёзды на его груди вспыхнули ярче.

— Ну тогда я убью тебя, — Император повернулся, кристаллы на доспехах загудели, заряжаясь энергией.

— Стой-стой! Это битва без причины — полный бред! Не согласен на ебаную драку! — КосмоАтом махнул рукой, сдувая ближайший дом в пыль.

— Мне всё равно. Убью, — Император шагнул вперёд. Земля под ним треснула до магмы.

— Ты реально идиот… — КосмоАтом исчез.

Бзззз!

Невидимый удар пришёлся Императору в челюсть, сбив шлем. Тот лишь облизал кровь с губ, оглядываясь:

— Понятно. Значит, ты в другой мерности… Скорее всего, в четвёртой.

Он плюнул на ладонь и ударил в пустоту. Воздух треснул, как стекло, и КосмоАтом вывалился из невидимой щели, схватившись за рёбра.

— Хоть у тебя и нет лица, но, думаю, ты удивлён, — Император поправил шлем.

— А ты… странный человек, — КосмоАтом поднялся, звёзды на теле начали вращаться.

— Я не человек. Родился на планете Войны, где все рождались с мечами в руках. Её уничтожили инопланетяне. Осталось нас пятеро. Я эволюционировал в это тело, но… — он похлопал себя по груди, — …это не делает меня человеком. Регенерирую, бессмертен, сильнейший в галактике. Хотя… — Император усмехнулся, — …если найду кого-то круче — просто съем. Ну что, продолжим, КосмоАтом?

— А че, ты уже закончил? Я аж поспать успел, — КосмоАтом зевнул, имитируя сон, но аура вокруг него сгущалась.

— Бля… Ну ладно. Бей первым, давай! — Император расставил руки, открывая грудь.

— Тебе пиздец. Ну раз хочешь… — КосмоАтом взмахнул рукой. Всё тело Императора покрылось трещинами, как разбитая ваза.

— Хороший удар. Теперь мой черёд. — Император щёлкнул пальцами.

БАМ!

КосмоАтом рассыпался на частицы, которые тут же начали слипаться обратно.

— Ладно, поиграл и хватит. — Император поймал ядро энергии противника и швырнул его в мусорный бак. Тело ТЕ-Атома шлёпнулось на слой объедков. — Отдохни, мусор.

9 часов спустя.

— Че… Где я? — ТЕ-Атом выполз из бака, счищая с себя банановую кожуру. Он потрогал лицо — маска была цела. — Хреново пошутил, янтарный урод…

Он шагнул в портал, оставляя за собой кровавый след.

Лос-Анджелес. Дом Даниэла.

— Мама, папа… я дома, — голос Даниэла дрогнул. Он стоял на пороге, пальцы впились в дверной косяк. Костюм ТЕ-Атома висел на нём мешком, запах гари и крови въелся в ткань.

Родители бросились к нему, мать схватила за плечи, тряся так, что зубы стучали:

— Где ты был?! Ты… весь в синяках, в крови…

Отец молчал, сжав кулаки. Глаза бегали от рваного рукава сына к его бледному лицу.

— Я… бросил это. Больше не буду геройствовать. — Даниэл вырвался из объятий, шатаясь. — Где Грэг?

— В больнице. Ещё не восстановился, — отец резко отвернулся, будто стыдился собственной дрожи в голосе.

— Надеюсь, он одумается, — Даниэл двинулся к лестнице, но ноги подкосились. Он рухнул на пол, ударившись коленом о ступеньку.

Больница. Палата Грэга.

— Привет, калека, — Даниэл прислонился к дверному косяку. Его лицо желтело, словно пергамент.

Грэг, закованный в гипс, дернул головой. Глаза вспыхнули:

— Ты… где пропадал?! Должен был меня заменять!

— У меня рак. Четвёртая стадия. — Даниэл сел на край кровати, пружины заскрипели. — Даже суперсилы не вытянут.

Грэг замер. Гипс на его руке треснул от напряжения:

— Врешь.

— Хотел бы. — Даниэл достал из кармана смятый лист с диагнозом. Медленная капля крови упала на бумагу. — Но… пока живой.

Грэг рванулся вперёд, гипс рассыпался. Кость хрустнула:

— А-а-а-а! Чёрт!

— Идиот! — Даниэл схватил его за плечи, усаживая обратно. — У тебя полтела в переломах!

— Хочу… тренироваться… Стать сильнее… — Грэг скрипел зубами, сдерживая рёв.

— Брось это. — Даниэл встал, тень от лампы разрезала его лицо пополам. — Слушай… Давай вместе. Последний рывок.

Заброшенный город. Полуразрушенный дом.

— Держи. — Даниэл швырнул свёрток. Из груды тряпья выпал чёрный костюм с зелёными буквами «АО».

Грэг потрогал ткань, сморщив нос:

— Почему зелёный? Выглядит, как…

— Не важно. — Даниэл сорвал с себя маску ТЕ-Атома. Лицо под ней было серым, как пепел. — Назови меня.

— Ладно, пошли домой. А то мама с папой ругаться будут, что мы так поздно, — сказал Грэг.