Перевод: Astarmina

— Эй, Олли!

— Мы пришли!

Спокойный вечерний отдых Оливье был вскоре нарушен. Едва слуга успел сообщить о прибытии гостей, как в гостиную ворвалась шумная компания молодых аристократов, опередив самого слугу.

— Неужели...

Оливье, лежавший на диване с книгой, нахмурился. Поскольку подобное случалось не впервые, слуга лишь смущённо опустил голову и тут же удалился.

— Оливье Дампьер, опять замешан в очередной истории? Шарлотта Гарель, говоришь? Ну надо же, молодец.

— Чёртовы идиоты...

Оливье швырнул книгу и сел. Молодой виконт де Монсо, с тонкими усиками, усмехнулся и грубо обнял его.

— Вечно только слухи, а толку — ноль, наш импотентишка.

Их лица были раскрасневшимися от выпивки, а в руках они держали бутылки вина — похоже, они снова где-то буянили перед тем, как ворваться сюда.

Следом вошли Арман и Жак Бельфредо — такие же развратные типы, с похабными ухмылками.

Пока Монсо, воняющий перегаром, тряс Оливье за воротник, остальные гости продолжали вваливаться в комнату.

— Баронесса Эстель Годреш, маркиза Жюли Аманд...

Похоже, на этот раз они привели и своих подружек. Оливье провёл рукой по лицу и вздохнул.

— Ах, да идите вы все к чёрту. Дайте отдохнуть.

— А что с Шарлоттой? Думал, на этот раз хоть что-то выгорит, но в театре тебя не было.

— Если бы ничего не вышло, вы что, планировали просто пить у меня дома?

— Ну конечно!

Монсо погладил усы и фыркнул. Оливье невольно усмехнулся. Чёртовы друзья — везде одинаковые идиоты. Денег — куры не клюют, но в голове у них явно не все винты на месте...

— Ах, господа и дамы, вы уже здесь!

Ловко появившийся Анри почтительно поклонился друзьям Оливье.

Монсо тут же схватил его за руку.

— Анри, закажи нам ужин. Из ресторана «Де Буа». И побольше выпивки. Будем пить до утра.

— Что, до утра? Здесь?

Оливье вспылил, но было уже поздно. Пачка банкнот из кармана виконта де Монсо незаметно перекочевала в карман Анри.

— Сделаешь, Анри? Возьми на чай. Твой чёртов хозяин ведь тебе такого не даст.

— Как можно отказать?

Получив сумму, в разы превышающую стоимость ужина, Анри расплылся в улыбке и исчез.

Конечно, он даже не взглянул на своего хозяина, скорчившегося от негодования...

— У вас ведь есть свои дома — почему вы постоянно ломитесь ко мне?

— Потому что среди нас только у Оливье Дампьера, помимо родового поместья, есть ещё и роскошная квартира в центре города?

— Да ещё и живёт один — просто благодать!

— У Оливье ведь даже родителей нет!

— Ублюдки...

Гости без тени смущения отпускали похабные шутки, а слуги, стоявшие в тени, переглядывались в ужасе.

Не обращая на это внимания, виконт де Монсо развалился на диване, расстегнув галстук.

— Мой старый хрыч-отец всё никак не откинется. На этот раз его любовницы устроили драку — настоящая война.

— Да брось. Мою тётю вообще за волосы оттаскали. Знаешь ведь? Его отец спит с моей тётей.

Вставил своё слово и Жак Бельфредо. Оливье усмехнулся и в итоге взял бутылку вина, которую протянул Монсо.

Такова была неприкрытая правда высшего аристократического общества — полный бардак.

Они дружили с Оливье с детства, но все были отъявленными проблемными типами. Потомки знатнейших родов, а некоторые даже с королевской кровью — и всё равно...

Арман прищурился и изучающе посмотрел на Оливье.

— Олли, так какие у тебя отношения с Шарлоттой? Опять будешь отнекиваться, как импотент?

— Ага, наш возвышенный Дампьер разве может быть таким, как мы? Говорят, он даже не прикасается к женщинам, а слухов о нём — больше всех.

Жак Бельфредо хихикнул и обнял своих любовниц: слева — Эстель Годреш, справа — Жюли Аманд.

— Мы втроём встречаемся. В светской хронике ни слова, а?

— Может, Оливье составит компанию — будет вчетвером?

Жюли Аманд выпустила дым сигары прямо в лицо Оливье.

— Олли ведь блеванёт. У него же жуткая брезгливость. Даже духи не переносит.

— Естественно. Олли реально вырвет. Он же вообще не занимается этим — как он будет вчетвером?

Остальные друзья захихикали. Оливье скривился и провёл рукой по лицу.

— Даже звери куда приличнее вас, ублюдков.

— Да-да, тогда звери пусть извинят нас ненадолго.

Жюли Аманд и Эстель Годреш обняли друг друга за талии и скрылись в гостевой комнате.

Жак, с похабным взглядом провожавший их, уже начал подниматься, когда Оливье бросил ему презрительный взгляд в затылок.

— Пожалуйста, хоть место выбирайте. Это мой дом.

Впрочем, такое случалось не впервые. Пожилая служанка, будто увидев дьявола, несколько раз перекрестилась и тихо растворилась в темноте.

Монсо снова хлопнул Оливье по плечу.

— Кстати, Олли, Катарина скоро устраивает бал — поехали с нами. Напьёмся, повеселимся, как в старые времена.

— Нет времени, — отрезал Оливье.

— Ну что за дела, обидно. Разве нельзя поручить Анри все эти акции? Неужели бизнесом нужно заниматься лично? Дай работу подчинённым.

— Просто мне нравится.

Арман лениво пнул Оливье, потягивавшего шампанское.

— Нравится, да... Кто не знает, что ты просто убегаешь от бабушкиных нравоучений? «Женись», «займись политикой» — достала уже.

— Хоть бы по-нормальному встречался с кем-то. Люди думают, что ты величайший ловелас Эжона.

Монсо, теребя усы, вдруг сделал серьёзное лицо.

— Может, у тебя извращённая сексуальность? Наслаждаешься слухами, возбуждаешься, а потом ничего не делаешь.

— Заткнись, — Оливье зарычал, а друзья покатились со смеху.

— В любом случае, Оливье, — Арман вдруг серьёзно посмотрел на него. — Тебе правда пора с кем-то быть. Нельзя вечно убегать. Пока твоя бабушка не приставила к тебе кого попало, заведи нормальные отношения и женись.

Оливье лишь вздохнул в ответ. Как можно заставить себя хотеть того, чего не хочется? С каменным лицом он отрезал кончик сигары, как вдруг вошёл слуга с письмом.

— Что ещё?

— Мадемуазель Р.

Прочитав имя отправителя на конверте, Оливье нахмурился. По одному лишь инициалу нельзя было понять, кто это.

— Дай сюда. Может, опять обнажёнку прислали.

Бросив конверт Монсо, Оливье снова развалился на диване.

В наше время полно женщин, которые запросто присылают свои откровенные рисунки даже без подписи. Лучше пусть Монсо вскроет — мало ли что внутри.

Вскрыв конверт и пробежав глазами текст, тот выпустил длинную струю дыма и расхохотался.

— Боже, как много несчастных женщин не знают, что наш Оливье импотент! «Хочу страстной ночи с вами», — пишет.

— Таких писем было уже сотня. Выбрось.

— Нет, ты посмотри! Она предлагает тебе деньги за ночь с ней! Ты вдумайся — кто-то предлагает деньги виконту Дампьеру!

Монсо закатился со смеху, чуть не задохнувшись.

— Что?..

Оливье выхватил письмо. Раздражённо пробежал текст.

Оно было наполнено откровенными описаниями. Например, как начнётся их ночь, как выглядит роскошная кровать...

Каждая строчка была пропитана бредом, но последняя часть переплюнула всё:

[Оливье Дампьер, если вы проведёте ночь со мной, я оплачу инвестиции вашего дома в Новый Свет. Разве это не идеальные условия? Вы, который ненавидит женитьбу, и ваша бабушка, обожающая деньги, — оба будут довольны.]

— Вот же сумасшедшая... — Оливье фыркнул.

Что надо курить, чтобы такое написать?

— Ах, давно так не смеялся. Дорого же ты оцениваешь себя, шлюха! Хотя хоть не предлагает замуж. Видимо, Элеонора Дампьер всё-таки внушает страх.

— Монсо. Заткнись, или я тебя прибью.

Монсо, потягивая вино, снова захихикал. Оливье недовольно посмотрел на него, затем дочитал постскриптум:

[P.S. Если хотите ответить, отправьте письмо на адрес: Эжон, 6-й округ, почтовый ящик 33D. Оно будет доставлено мне в течение часа.]

Письмо казалось осквернением даже на ощупь. Оливье уже хотел его разорвать, но вместо этого сложил и швырнул в кабинет.

Чёрт возьми.

Кто-то явно перестарался в своём желании переспать с ним. Сумасшедшая, да ещё и дотошная.

— В Эжоне столько интересных людей. То девушка, которая «перерождалась четыре раза», чтобы встретить тебя, то та, что рыдала днём и ночью, потому что «хрустальный шар предсказал ей брак с тобой»...

Монсо хихикал, дразня Оливье. Тот выхватил у него бутылку вина и залпом осушил.

Он решил не реагировать, но гадкое послевкусие от письма осталось.