После того, как все ответственные лица собрались в подвале и, убедившись в закрытии двери с сложным рисунком на ней, Монро оглядел собравшихся. Здесь были все офицеры и командиры, а также приближенные к ним, и все американцы. Тяжело вздохнув, Монро приготовился к оглашению возможного решения.

— Доброе утро, простите, что даже не дал всем умыться, но дело, которое я вам предлагаю, не терпит отлагательств. – Начал Монро.

— Моро, если у тебя есть, что сказать, то мы внимательно тебя слушаем. О твоих возможностях у нас слабые представления, поэтому надежды как нельзя высоки. – Оливер попивал кофе, что был с ним почти всё это время.

— Но за всё время это первый раз, когда он хочет нам что-то представить. – уточнил Михаил.

— На то были причины, и первая – время. Заклинание, которое я хочу провернуть будет способно «нормализовать» пространство вокруг, но для большей эффективности надо учитывать лунный цикл. Основываясь на наблюдениях, я пришёл к заключению, что этой ночью будет самое оптимальное время для прочтения.

— Но ведь есть и вторая причина, не так ли? – Руперт стоял у входа с последней куклой, что была потрепана ночным столкновением с нечто.

— Вторая заключается в негативном воздействии. Видите-ли, но это первое мое обращение к читаемому заклинанию, после того, как я оказался в этом мире. На его адаптацию у меня буквально нет сил и знаний. Обсудив это с Люцианом, я понял то, что увы, ни он, ни остальные не смогут помочь при его чтении.

— Мы можем помочь только в рамках нашей традиции обучения, а она коренным образом отличается. Но со всем остальным мы поможем чем сможем. – Михаил скрестил руки.

— Да, именно. Я опасаюсь того, что приведение этой области может затронуть… Всех магов.

Наступила тишина, все стали медленно и непонимающе переглядываться, в надежде на то, что они ослышались.

— И в каком смысле затронуть? – неуверенно спросил Оливер.

— От ухудшения состояния, до временной потери связи с окружающим нас полем. – Монро чувствовал себя неуютно от объявления таких вещей.

— Это… Неприятно, особенно учитывая то, что чем плотнее связь духа с окружающим, тем нежелательнее расщепление. – Михаил начал демонстративно водить огонёк с одних пальцев одной руки по другим пальцам второй руки, пока он внезапно не убрал руку при перескоке с левой на правую. Огонёк пару секунд продолжил падать, но не достигая стола, потух.

— Да, я тоже прекрасно понимаю это, но помимо этого, будут затронуты и жители, что, как я заметил, привязаны к этому месту. Сказать о воздействии на них будет сложнее. – Монро задумчиво приложил неплотно зажатый кулак к подбородку.

— А что на счёт… Нежити? – тихо поинтересовался Руперт.

— Из учёта её перманентного измененного состояния… – Монро поежился и чуть скривился. – Как и для магических существ, последствия будут катастрофическими.

— Ага, понятно… – Руперт кивнул, но всё его тело дрогнуло, а к горлу подступил ком.

— Во всяком случае, это будет лучше, чем оказаться сожранным тенью в ночи, без звука и следа. – Оливер потёр запястье, на котором был вырезан оберег.

Остальные присутствующие не смогли проигнорировать этот жест, тем или иным образом обратив внимание на свои узоры, что вырезал у них Монро. Это была не защитная мера, а лишь способом отсрочить неизбежное. Метод, которым это достигалось, не нравился никому, ведь, пока среди них будут не имеющие этого нанесенного оберега, они будут не в приоритете у «сущности». На руках Монро засветились и пробежали некоторые слова, успокаивающие его разум.

— У нас не так много времени, поэтому, я прошу всех помочь мне. – Монро опёрся на стол обеими руками и склонил голову. – Лучше всего будет провести это как можно незаметнее для окружающих, ибо точно знать о их способностях и влиянии на это место невозможно.

— Будь у нас иные варианты… – Оливер допил своё кофе и встал, хлопнув в ладоши. – Мы бы вряд ли здесь сидели.

///

Полумесяц висел высоко в небе. Незримый купол вокруг деревни дал «трещину», в воздухе то и дело проскакивали вспышки, что порою появлялись и без разбору врезались в дома, землю и порою даже в людей. Пространство порою плыло и выглядело так, будто наблюдатель смотрел через дешевое и старое стекло, на котором были наплывы и прочие дефекты.

Стоящий на небольшой веранде второго этажа, в окружении факелов и фонарей, Монро, покрытый испариной, держал в одной руке свою записную книжку, пока вторая была направлена вверх с трещащим от нагрузки посохом. Рядом с ним находилось несколько священников, что поддерживали щит вокруг читающего, находясь внутри и изнывая от напряжения. Один из них, не выдержав напряжения, упал сначала на одно колено, а потом и вовсе свалился на пол, но помочь ему было некому.

На улицах маленькой деревушки оказались почти все её жители. Они тоже прекрасно ощущали всё давление и как мотыльки летели на источник вмешательства по улицам, освещенным оранжевыми огоньками, напоминающими собой тлеющую и подброшенную в воздух бумагу.

Казалось, что всё вот-вот закончится, но этот момент был в опасной близости от предела Монро. Мышцы начинало сводить, а в глазах плыть, но он продолжал чтение, а вместе с этим сражение внизу набирало всё больше и больше оборотов.

Первоначально, когда люди вокруг только выжидающе стояли с вилами, мотыгами и ружьями на перевес, у солдат ещё были муки совести по поводу того, что им придётся сражаться с обыкновенными местными жителями. Изменилось это отношение незадолго после того, как «мирные жители» показали жестокость, сравнимую только с животной, прыгая, размахивая сельскохозяйственными инструментами с необычайной силой и разрывая, не оживавших подобного солдат.

Отходя под возведенные щиты церковников, они открывали ответный огонь, переходя в крайнем случае на ближний бой.

///

Находясь под эффектом, последняя кукла уже не видела разницы между своими и чужими. В этот момент все были рады, что окружали её только мертвецы и Руперт. Как только все патроны для пистолета были израсходованы, то кукла осмотрела две баррикады: из щитов слева и металлических листов справа. Найдя правую сторону более легкой и привлекательной, она вскочила и пробежав по стене очутилась за спинами державших металл сельчан. На попытку быть проткнутой вилами она не отреагировала, зная, что те не нанесут ей вреда, а лишь беспомощно отскочат и пока атакующий приходил в себя от удара по рукам, его орудие было разломано, а вслед за ним и его руки. Не найдя обычные, сокрушающие кости удары эффективными, её пальцы слились, образуя ромбовидное широкое лезвие, которым кукла и проткнула человека со сломанными руками. Зайдя под него, она воткнула второе лезвие и подняла его над собой, вставая в полный рост, чтобы с силой развести руками, разрывая человека пополам. Ожидая брызг крови вокруг, кукла даже растерялась, не обнаружив их, но, взглянув наверх, даже она застыла в непонимании. Все внутренние органы и кровь оставались в невидимом пузыре.

Неведомая сила начала стягивать разрозненные половинки тела, заставив заскрипеть конечности куклы, угрожая их сломать. Она подкинула свою жертву и убралась подальше от неё, переходя к другим. Благодаря её действиям, все смогли воочию увидеть покровителя этой плодородной области.

Эта сущность была в ярости. Не проявлявшая себя до этого внешне, она вышла наружу. Человек был мгновенно восстановлен, но по-прежнему висел в воздухе и был частично окружён черно-красной массой, распластавшей свои отростки по домам. Кукла не видела ничего этого, поэтому вела бой с жителями, до того момента, пока не была схвачена этой аморфной массой. Не имея возможности вернуться на землю, она вертелась по всех направлениях, демонстрируя свою нечеловеческую гибкость, крутя всеми конечностями в немыслимых углах и скоростях. Медленно начавшись заполняться изнутри, кукла стала ослабевать, движения становились заторможенными и менее связными, прежде чем остановиться на совсем. И после этого, вся её фигура стала коллапсировать, впадая внутрь самой себя, прежде чем не исчезнуть с вспышкой.

///

Когда с возмутителем спокойствия было покончено, порванный человек опустился на землю, становясь на ноги и возвращаясь к бою.

Патроны подходили к концу, в ход начинала идти магия, что порою неправильно формировалась и если не рассеивалась, то уходила мимо противника. Оставалось всего три десятка человек, включая нежить Монро.

— Это чёртовы фермеры и ремесленники! – истерично смеясь, Оливер отбивался от вил и пары тесаков.

— Не учитывая то, что они одержимы, это действительно могло бы показаться абсурдом! – Михаил точно попал между глаз владельца вил, но готовясь совершить очередной выстрел, он обнаружил полное отсутствие патронов у себя.

Оглядевшись, он не увидел в занятом переулке ни единого солдата. Посмотрев вперед, он увидел их только впереди на земле.

— АГРХ! – громко вскрикнул Оливер. Воспользовавшись своей нечеловеческой силой, житель сумел загнать совок под его колено. – ПРОКЛЯТЬЕ, ОТСТУПАЙТЕ К ДОМУ, ОТСТУПАЙТЕ! – закричал он истошно.

Михаил хотел возразить, но британцы потянули его за собой, заметив то, как он рвется вперёд. Он не понимал то, по какой причине они бросают своего командира, но вскоре до него дошло. Наплечники на броне Оливера стали зловеще и тускло переливаться и пульсировать. Выбросив своё уже сломанное оружие, британец начал собирать вокруг себя как можно больше врагов, уходя дальше от них, выкрикивая ругательства и проклятья на ломанном немецком.

Товарищи Оливера же со всех ног внеслись в дом, где сверху находился Монро. Спрятавшись за стены и прижавшись к полу, они заставили Михаила сделать тоже самое. Он не мог видеть то, что произошло, но даже то, что он слышал, заставило встать дыбом все его волосы. Это не был взрыв, это было что-то вызывающее иррациональный, первобытный страх.

Выглянув наружу, Михаил увидел пустую улицу, на которой не было ничего живого, только отдельные куски одежды и буквально дымящиеся остатки брони. Подлетевший высоко шлем упал на каменную дорогу с громким звоном, крутясь и дымясь на месте ещё пару мгновений.

К несчастью оставшихся, это было лишь одно, и лишь на время освободившееся направление, на котором уже через пару минут будет ещё большее количество местных.

///

Растеряв силы даже стоять на ногах, Монро встал на колено, держась за посох, оставляя его в вертикальной позиции. Всё это продолжалось так долго, что месяц почти скрылся, не оставляя Монро никаких шансов на успешное прочтение. Солнце начало его слепить, появляясь на небосводе между крышами домов.

Окинув взглядом улицы, он даже не увидел там людей, все они пропали. Один единственный священник держал защиту поднятой, лампы почти погасли. Монро не смог это сделать, он не знал, что ожидает его впереди.

С силой ударив по щиту, то самое нечто показалось опять. Упав, Монро выронил записную книжку и сбившись с ритма, кристаллы в посохе раскололись, обратившись пылью. От нападения на щит, священнослужитель стал кашлять кровью и защита пала. На нём не было начертано защитного оберега, поэтому священник стал жертвой раньше Монро.

Пользуясь задержкой, маг вскочил на ноги, побежав в случайном направлении. Ему не было дело до направления, он хотел выиграть пару мгновений. Казалось, что до озарения подать рукой, но чем ближе он к нему был, тем дальше оно уходило.

Когда сущность явила себя, Монро было смешно. Это было просто безумие, что кто-то мог породить такое. Он не ощущал ни жителей, ни солдат, никого, помимо этого нечто, что преследовало его, впиваясь в дома и дорогу своими отростками, неумолимо преследуя Монро. Сделав небольшой крюк, на пути предстала знакомая стена небольшого производства, в которое он ранее не мог пройти незамеченным. Надо было поворачивать, но в этот момент нельзя было сказать, какой путь окажется лучше и снижать скорость было опасно. По этой причине он решил просто сломать окно и часть стены перед собой, чтобы сэкономить время. Засветившееся заклинание на коже сорвалось с пальцев и пронзило стену, открывая внутреннее убранство, в которое некромант и залетел.

Внутри сидели, будто внешнего мира и всех событий в нём не происходило, работники, занимавшиеся несколькими различными операциями. Монро было известно о каждой их выполняемых операций даже слишком хорошо. Кто-то вышивал узор для последующего влития в него силы, кто-то занимался инкрустацией различных камней и минералов в одежду, оружие и прочее, вдали работал молот и печь, кои были даже не слышны с улицы. Это был цех, снабжавший фронт зачарованным и волшебным оружием. Выглядело всё не так, что это было малое и специализированное производство, напротив, здесь выполнялись почти все виды работ для большинства оружия и обмундирования. Это могло объяснять такое количество этих вещей на фронте, но только при условии… Что таких деревень по всей стране будет десятки и сотни тысяч. Обозначать это могло бы и то, что от совершенного ими налёта было мало толку, ведь всё производство было не в больших цехах и корпусах, а могло быть организовано в таких тихих местах.

Вылетев через другую дверь, Монро оказался перед церковью, что совсем недавно должна была находиться по обратную сторону деревни от миниатюрного завода.

На фоне происходящего, она так и манила своей неприступностью. Даже не оглядываясь, он влетел в двери, оказавшись внутри, чтобы пронаблюдать спокойно стоящего между двумя рядами скамеек священника, в длинной чёрно-голубой рясе, с тонкими чертами лица, светлыми волосами и бледной кожей. При его виде у некроманта возникло чувство дежавю, что он не мог преодолеть просто так.