Прошло несколько дней, а безымянный всё никак не просыпался, и берег не стал ближе.

— Черт, похоже мы всё же отклонились от курса, — Старик стоял на носу корабля рядом с рулевым, разглядывая гладь океана.

— Магия навигации почему то снова заработала, так что я уже настраиваю курс. Думаю, через неделю мы будем на месте. Слишком западно отклонились.

— Да уж, если бы не добыча в виде кракена, то мы бы уже понесли убытки на такой задержке рейса.

— Ничего не поделаешь, места тут опасные. Нам еще сильно повезло, многие корабли эту черту и не пересекают.

— Просто по этому маршруту плавают только жадные торгаши вроде нас. Откуда тут вообще появился настолько сильный дикий? Они должны бродить на огромном удалении от торговых маршрутов.

— Я и сам этого не понимаю. Мы конечно отклонились, но не так сильно..

— Ладно, что то погода под вечер портится. Пойду проведаю нашего гостя, может он уже очнулся.

— Несколько дней прошло, пора бы уже, — рулевой вернулся за штурвал, насвистывая какую то песню.

Спустившись к каютам, Маркус открыл одну из первых дверей, и аккуратно зайдя внутрь, замер, с удивлением рассматривая сидящего у окна парня.

— Добрый вечер, капитан, — человек повернулся к Маркусу, его взгляд был живым и естественным, а еще, всё таким же железным, как и в тот раз.

Взяв табурет, Маркус сел напротив.

— Даже не знаю что сказать... Как тебя зовут?

— Честно говоря, я без понятия. Вообще ничего не помню, даже не особо ощущаю себя человеком. Странное ощущение.

— Понятно... Оно и не удивительно, у тебя ведь души нет.

— Да? — Парень потрогал свою грудь, словно пытался ощутить тепло собственной души.

— Не думаю что вы правы, Маркус.

— И почему же?

— Потому что я еще тут.

— Логично. Ты помнишь, как убивал дикого?

— Ага, до мельчайших деталей.

— Что это вообще было?

— Вы и сами знаете. Мастерство меча.

— И как ты его обрел?

— Не знаю, но это мне знать и не к чему. Мастерство меча это удел тела, а не разума.

— Разве? Никогда не слышал о бездумных мастерах меча.

— Хах, это рефлексы, друг мой. Тело помнит, даже когда рассудок дремлет, таковы последствия упорных тренировок.

— Так ты что то помнишь?

— Нет, но предполагаю. На самом деле, мне скорее интересно, почему я вообще пробудился, и что мне теперь делать.

— Ты что нибудь помнишь из момента пробуждения?

— Только как ощутил безумную ненависть, случайно увидев красные глаза кракена в окно каюты. До этого момента в моей голове была абсолютная пустота, словно во сне без картинки. А после... Я словно взорвался изнутри, и разум заполонил сознание.

— Хорошо хоть так. В любом случае, я должен поблагодарить тебя за наше спасение. Без тебя мы бы все были на морском дне. Могу я что то сделать для тебя?

— В качестве благодарности?

— Разумеется.

Парень на мгновение задумался, глядя на гладь океана, по которой медленно ударяли тяжелые капли дождя. Наконец, повернувшись к Маркусу, он заглянул ему прямо в душу:

— Пожалуйста, помогите мне понять, кто я или что. Незнание для меня хуже забвения.

— Ну, если таково твое желание, то конечно я помогу.

— А, и еще кое что. Давайте по возможности станем товарищами.

— С чего вдруг тебя потянуло на любезности?

— Я видел вашу атаку, и она тронула одну из струн моей души, или что там у меня. Вы ведь могли и умереть там.

— Ага, я был заочно мертв после этой самоубийственной техники.

— У нее есть название?

— Да, я называл ее «руками грома». Она работает только в сильные бури, и концентрирует не мою энергию, а энергию природы. Очень полезно использовать ее в море, когда идет шторм.

— А этот корабль... Он зачарован? Мне казалось что в ту бурю даже земля переворачивалась с ног на голову, а корабль почему то остался в полном порядке.

— Да, у нас дорогой зачарованный корпус. Там множество разных чар. Не буду вдаваться в детали, но разбить бригантину или перевернуть ее по итогу очень трудно.

— Зачарование да? Звучит неплохо, надо будет заняться зачарованием, — после этих слов, глаза парня расширились от удивления.

— Что то не так?

— Нет, просто у меня дежавю, кажется я уже говорил эти слова.

— Ну раз уж ты ничего не помнишь, значит такое вполне возможно. На самом деле теперь я тоже подозреваю, что душа у тебя сохранилась. Ты ведь мог использовать магию.

— Вы про мастерство меча?

— Ну да, это ведь чистейшая магия.

— Ага, она самая. Просто субъективное представление мечника о действии его меча, воплощенное в жизнь при помощи магии, подобно огненному шару. И почему вообще мастеров меча так мало?

— Потому что это субъективное представление едва ли возможно, без десятков лет упорных тренировок. Меч это сложное и благородное оружие.

— Хоть по факту и кусок металла да? Вся эта философия утомительна, — Парень тяжело вздохнул.

— Могу тебя понять, тема не самая интересная. Может у тебя есть ко мне вопросы?

— У меня к вам уйма вопросов.

— Хорошо, задавай.

— Как я сюда попал?

Капитан рассказал парню всю историю от начала и до конца, не утаив никаких деталей.

— Понятно.. Хах, это очень странно, не находите? Что я мог делать чуть ли не в центре океана, да еще и на своих двоих? Какое то безумие.

— То что ты вытворял с кракеном тоже кто то назовет безумием.

— Мда. Кстати, за диких ведь полагается награда?

— Ну да, а за этого она должна быть огромной.

— Тогда заберите себе 80%.

— Почему именно такая сумма?

Парень осмотрел свою одежду, и пожал плечами.

— А куда мне тратить деньги? Где их хранить, и зачем?

— Ну, купил бы себе дом, обустроился.

— Мне нужны ответы, Маркус, а ответы не найдешь сидя на одном месте. Боюсь что я еще не скоро смогу обрести свой дом, если вообще смогу.

— Хорошая позиция, я уважаю твой выбор, и как и говорил, помогу тебе.

—Отлично. Куда мы сейчас плывем?

— В Гинну, это один из больших портов на флегрейсе.

— Вы торговцы?

— Да, перевозим разные грузы, вроде одежды и шелков.

— А людей? — в вечернем свете масляной лампы этот вопрос показался Маркусу малость циничным, но винить собеседника он не мог, такое уж у него сейчас состояние.

— Нет, это запрещено законами Флегрейса, а с законом я больше дел иметь не хочу. Да и мораль не позволит мне трогать человека.

— Именно человека? Если бы был, ну скажем эльф, то вы бы подумали?

— Почему ты спрашиваешь?

Парень проникновенно посмотрел на Маркуса, и в свете лампы, его глаза отливали чистым серебром. «Очень необычный цвет», подумал старик.

— Почему я спрашиваю? Ну, просто кое что не дает мне покоя. Маркус, почему вы стали торговцем? Я ни за что в жизни не поверю, что вы были им всю жизнь. Ваши навыки слишком хороши для этого.

— Ох, другой мой, это не та история, о которой тебе бы хотелось услышать, можешь поверить мне на слово.

— Но ведь это важно..

— А что, у тебя есть догадки?

— Да, но я хочу услышать вашу версию.

— Ладно, я расскажу тебе, но только потому что я всё ещё твой должник.

— Понимаешь, сейчас на Флегрейсе люди не в почете..

— Понятно, это худшая из моих версий, — парень изрядно помрачнел.

— Против человеческой расы строят заговоры. Мне пришлось покинуть академию, чтобы сохранить в безопасности свою семью. Меня едва не упекли за решетку в тот раз. До торговцев им дела нет, всё таки это обеспечение экономики континента, но вот в остальном людям приходится несладко.

— И почему вы не боретесь с этим?

— Мы боимся. Уже давно боимся, после того как человеческий род чуть не уничтожили в той войне.

— Похоже, мне предстоит многое сделать, — сказал парень, вставая с постели.

— О чем это ты?

Парень поманил капитана за собой, выходя из каюты. Выбравшись на палубу и подойдя к борту, он облокотившись на бортик, стал наблюдать за ночной луной. На палубе было несколько человек, и все они застыли в нетерпеливом предвкушении. Это был первый раз, когда они могли услышать его речь.

— Знаешь Маркус, я не помню кто я и зачем, и даже есть ли у меня душа. Но зато я точно знаю, что у меня есть сердце. Глядя на ваши самоотверженные попытки спасти этих людей, мне становится обидно за всех остальных, беспомощных членов экипажа, и в целом за человеческий род.

Люди это самая универсальная и лояльная раса этого мира. Да даже магия... Все ведь знают, что только человек способен родиться с абсолютно любым атрибутом из всех существующих, в отличии от каких нибудь снежных эльфов.

— Ты прав, парень. Просто люди забыли, как пользоваться силой, и как держаться рядом со своими. Всё что мы можем это бежать.

— Я не бегу, — парень повернулся к старику, положив ему руку на плечо.

— Слушай, Маркус, хочешь изменить мир к лучшему? Ты сказал что никогда не продал бы человека, и я тебя понимаю. Я бы тоже никогда не продал человечество. Как на счет небольшого сотрудничества?

— Я не стану ввязываться в войну, если ты ее начнешь, даже если это будет во благо человечества.

— Хах, я бы и не попросил тебя о подобном, ведь у тебя есть семья. Мне от тебя нужна будет только информация. Никто и не узнает о нашей связи.

— Хорошо, я уже пообещал помочь тебе, так что будем считать что это входит в часть сделки. Мне вот только интересно, откуда в тебе появилось столько амбиций и уверенности? Ты ведь даже имя своё не знаешь.

— А почему у меня ее не должно быть? Пускай я ничего не помню, но моё время идет,— впервые за всё время, мечник улыбнулся, и пройдя мимо капитана, удалился в свою каюту.

— Эээ, кэп... Что это было? — один из матросов испуганно выглядывал из за мачты, а второй кажется прослезился, услышав проникновенную речь мечника.

— Это наш новый горе-попутчик, вы уж будьте с ним добрее, ему это явно нужно. Да, Мари наверное будет в восторге..

Несмотря на противоречивые слова мечника, Маркус всё же не мог им не восхищаться. Он едва очнулся от беспамятства, а уже собирается спасать человеческий род. Это либо безрассудство, либо принципиальная храбрость, а что из этого на деле, покажет только время.