Подставной Предок Мо – прекрасный кандидат на раздраконивание Дунфан Сюаня. Компании Су Ло удалось сохранить тайну, и в глазах общественности старикашка по-прежнему считается членом Центрального Дворца, не имея никакого отношения к Наньгун Луюню.

Черной-черной ночью, черная фигура покинула черные Южные Горы, со скоростью ветра спустившись к подножью. Биэчен Юин, задействовав свою шпионскую сеть, разнюхал место квартирования Дунфан Сюаня, и теперь Предок Мо, не теряя времени, направлялся прямиком к своей ничего не подозревающей цели.

В этот момент Дунфан Сюань восседал на мягком диване, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. Ли Яояо сидела рядышком и ощипывала виноградную кисть. Выбрала самую крупную и сочную виноградинку и поднесла ко рту мужчины. Тот с удовольствием захватил губами и прожевал угощение. Тяжелая ладонь легла на голову Фейко-мухи. Девушка смиренно прижалась к груди братика, её черные длинные волосы сетью опутали его торс. Такая нежная и ласковая, прекрасная и чарующая – аж дух захватывает и сердце бьется чаще!

Вот и у Дунфан Сюаня что-то захватилось и забилось ниже пояса, в мыслях поплыло, а в горле пересохло. Одним пальцем он приподнял подбородок Ли Яояо, наклонился и поцеловал её в губы.

Девушка на миг застыла – паника сковала её по рукам и ногам – и забилась, как пичуга. Она хотела вырваться, оттолкнуть Дунфан Сюаня, но куда ей, утратившей и свою прежнюю силу, против такого монстра культивации? Его руки были крепче стали, они сковали её, обездвижили. Левая ладонь обхватила талию Фейко-мухи, не позволяя ей отодвинуться. Пальцы второй руки сжимали подбородок нежно, но безапелляционно. Мокрый язык прошелся по мягким губам девушки, и Ли Яояо вздрогнула от отвращения.

Сопротивление было бессмысленно. Если Дунфан Сюань хотел что-то сделать, его никто не мог остановить. Он думал, что брыкания Ли Яояо были признаком её застенчивости, а потому, следуя своей особенной логике, воспринял её сопротивление в качестве подбадривания его к более активным действиям. Он был исключительно самоуверен и даже в мыслях представить не мог, что Ли Яояо не желает с ним близости.

- Яояо, иди ко мне, - бормотал он ей в шею в перерывах между поцелуями.

- Нет, не надо! – несчастная Яояо почти плакала, но её ерзания, казалось, только сильнее распаляли насильника. В его глазах плясал лихорадочный огонь, а на губах блуждала дьявольская усмешка.

Раздался треск, за которым последовал вскрик девушки. Ткань её платья рваными клочьями осыпалась на землю. Ли Яояо осталась практически в одном нижнем белье. Дунфан Сюань буквально пожирал глазами её алое дудоу и то, что за ним скрывалось.

В этом сезоне люди носили не так уж много одежды, кроме белой длинной юбки снаружи. На Ли Яояо были только тонкое дудоу и трусы.

Она машинально прикрыла грудь руками, однако, судя по развратной улыбке её «братца», он уже всё увидел. Как она вообще могла оказаться быстрее Дунфан Сюаня?

- Нет, не надо, не надо! – испуганно лепетала Фейко-муха. Она была в ужасе и догадывалась, что может произойти, если она перестанет сопротивляться. И боялась этого сильнее смерти.

Похотливый взгляд Дунфан Сюаня становился всё более горячим, и он одарил Ли Яояо странной, многозначительной улыбкой.

Всё, что она успела сделать, – вывернуться из его объятий и попытаться сбежать. Но не прошло и трёх шагов, как сильная рука схватила разорванные полоски ткани, всё ещё державшиеся на её теле, крепко зажала их и резким рывком потянула на себя. Ли Яояо дёрнулась, но вновь оказалась в лапах Дунфан Сюаня. Глаза Ли Яояо наполнились слезами, пока она изо всех сил мотала головой.

Сердце девушки сковал холод и страх . Она почувствовала себя загнанной в ловушку. В душу закралось чувство щемящего одиночества, такого, что хотелось выть от безнадёги. Она понимала: помощи ждать неоткуда.

Нет, нет, она не должна отдать свою невинность вот так. Она попросту не любила Старшего Брата, как она могла подарить ему своё тело? Она готова была подыгрывать ему в этих извращенных чувствах, но только не сейчас, не когда дело грозилось зайти слишком далеко!