Chapter 1057

Глава 1057: Смелость (Бонусная глава для поддержки на Ko-Fi)

Озарение вспыхнуло в сознании Кариуса, как ядовитый цветок, разрывающий плоть изнутри.

— Это ты... Ты всё разрушил. Из-за тебя... — Его голос сорвался, но Аттикус не дал ему договорить.

В его взгляде не было ни торжества, ни презрения. Только безмолвие. Только приговор.

Он смотрел на Кариуса, как бог на неудавшееся творение.

И тогда...

Кариус содрогнулся.

В груди зародилось нечто чуждое. Чувство, которое он почти не знал. Чувство, которого не хотел признавать. Но оно было здесь.

Страх.

Губы его задрожали.

— ...Чудовище... — выдохнул он, когда Аттикус замер перед ним.

Медленно поднялась рука, и на ладони ожила сфера — тёмно-багровая, пульсирующая, закручивающаяся в спираль с тихим, леденящим гулом.

— Аттикус Равенштейн!

Голос грянул, как взрыв. Голос Элетантрона.

— Ты не в праве вершить суд! Это прерогатива Альянса! Если ты сделаешь этот шаг — тебя объявят предателем!

Аттикус даже не моргнул.

Но Элетантрон не сдавался. На этот раз в его крике прозвучало отчаяние.

— Тогда знай: ты и весь Человеческий Домен станете врагами Дименсари! И я клянусь... мы сотрём вас с лица этой планеты!

И вот... это наконец заставило Аттикуса замереть.

Сфера не рассеялась, продолжая пульсировать в его руке. Но он повернул голову. Медленно. Неотвратимо.

И его взгляд скрестился со взглядом Элетантрона.

По полю боя прокатился ледяной ветер, будто сама смерть провела пальцами по спинам воинов. Слова застряли в горле у Элетантрона. Его тело напряглось, будто температура вокруг упала ниже нуля. И тогда заговорил Аттикус.

Тихий голос, от которого дрожали кости.

— Я здесь.

Три слова — и сердца всех, кто их услышал, оборвались.

— Парагоны человечества собрались.

Его аура взметнулась ввысь, обрушив на мир волну невероятной силы. Земля содрогнулась, ветер завыл, и каждый Парагон ощутил это — кровь вспыхнула в жилах, дух взревел в ответ. Их ауры вспыхнули в унисон, вздымаясь к небесам, как яростная буря.

Аттикус шагнул вперёд, не отводя взгляда от Элетантрона.

— Нет лучшего места, чем это, чтобы проверить твои угрозы.

Его убийственное намерение обрушилось на Дименсари, словно падающий мир.

— Элетантрон Велариус... Осмелюсь ли я заставить тебя пошевелиться?

Тишина.

Ни вздоха. Ни шёпота.

Элетантрон застыл в воздухе.

Не из гордости. Не из дипломатии.

А потому что знал — ему не выжить. Он не мог победить.

Аттикус знал это.

Теперь это знал весь Эльдоралт.

Челюсти Элетантрона сжались, зубы скрипнули так сильно, что из дёсен брызнула кровь.

Унижение...

Оно душило его. Топило. Он готов был сорвать себе голову, лишь бы избавиться от этого позора.

Но он не двигался.

Даже спустя секунды — стоял.

И в этот момент никто не мог объяснить, но на поле битвы...

Каждый новобранец.

Каждый сержант.

Каждый Парагон — понял. Каждая душа, собравшаяся здесь...

Почувствовала, как в груди поднимается одно-единственное чувство.

Гордость.

Великая, всепоглощающая.

Аттикус молча отвел взгляд от Элетантрона и перевел его на Кариуса — сломанного, истекающего кровью, распростёртого на земле.

И в тот же миг шар в его ладони рванулся вперёд — прямо в раскрытый рот Кариуса, не дав ему и мига на реакцию.

Тот моргнул, на мгновение оцепенев.

Его тело дёрнулось.

— Что... что это? — хрипло выдохнул он.

А затем...

Боль.

Она ударила, как молния.

Жгучая, разрывающая, взорвавшаяся изнутри, из самой сердцевины его существа. Глаза закатились, вены вздулись, когда агония накрыла его с головой.

Он задыхался, сжимая челюсти, пытаясь подавить крик. Тело выгибалось в судорогах: ноги вытягивались в струну, руки дёргались в бессильных спазмах.

Он стиснул зубы так сильно, что они треснули, но этот звук потонул в гуле тёмно-багровой энергии, пульсирующей в его теле.

Из глаз хлынули слёзы — не от горя.

От боли.

Он чувствовал её.

Каждую частичку себя, разрываемую на куски.

Клетка за клеткой.

Волокно за волокном.

Тёмно-алая энергия пожирала его изнутри, перекраивая саму суть его существа.

Не быстро.

Не милосердно.

Медленно.

Мучительно.

Пальцы впились в землю, рвали грязь, пока ногти не ломались, а из-под них не сочилась кровь.

Тело билось в конвульсиях.

И наконец... он не выдержал. "ААААААААААААААААААААААААААААА!"

Его крик разорвал воздух — хриплый, звериный, предсмертный вой. Такой грубый, что у всех, кто его слышал, кровь стыла в жилах. Даже небо, казалось, замерло, подавленное этим звуком.

Кариус закричал снова.

И снова.

Каждый его вопль эхом раскатывался по полю боя, ударялся о камни, впивался в сердца свидетелей. Люди содрогались.

Но Аттикус не шелохнулся. Ни единой морщинки не дрогнуло на его лице.

Он стоял недвижимо, как гладь озера в безветренную ночь, безучастный к разворачивающемуся перед ним кошмару.

И именно это... именно это делало происходящее ещё ужаснее.

Кариус кричал.

Кричал.

Кричал.

Теперь его тело окутывал кроваво-багровый свет, яростная аура, пожиравшая его изнутри. Кожа вздувалась волдырями, лопалась, затягивалась — и снова расползалась. Каждый мускул сопротивлялся. Каждая клетка отчаянно боролась.

Но ничто не могло противостоять Стиранию.

Каждое мгновение длилось вечность.

Для зрителей прошли минуты. Для Кариуса — века невыносимой агонии.

Его голос сорвался в хрип, превратившись в прерывистые стоны. Тело затряслось в судорогах.

А багровая аура лишь сгущалась. Спираль энергии сжималась вокруг него, как погребальный саван.

И наконец... наступила тишина.

Крики смолкли.

Движения прекратились.

Только шёпот ветра да потрескивание угасающей энергии нарушали безмолвие.

А когда всё рассеялось... на месте Кариуса не осталось ничего.

Лишь пустота.

Последние следы его существования унесло ветром.

А Аттикус... так и не пошевелился.

Boosty: https://boosty.to/destiny_translator