Император, Роджер Жерар Бельдеа.

Не сумев избежать участи тех, в ком течет кровь императорской семьи, нынешний император взошел на трон после того, как убил предыдущего правителя, сошедшего с ума. Спустя два года после его коронации в империи Вальдемир наступил славный золотой век, который укрепил имперскую власть, разрушенную его предшественником.

Народ восхвалял нового императора, а жители других стран боялись его. Но никто из них не осмеливался называть второе имя императора. Лишь немногим знакомым было позволено. Но откуда это имя было известно Иванне?

— Иванна, ты знакома с Его Величеством?

Иванна облизнула пальцы, на которых остались крошки от печенья. Данте вытер их платком.

— Величество?

— Ты только что сказала Жерар.

— Мама сказала, что Жерар - это император.

Похоже, она действительно знала. Данте и близнецы были поражены. Откуда Иванне известно?

— Откуда ты его знаешь?

— Он мамин друг. Он приходил в хижину раньше.

«Жерар нашел Луизу? И даже встретился с Иванной?»

Данте был озадачен. Даже если они не были близки, почему император не сказал об этом, когда он потерял Луизу и чуть не сошёл с ума?

— Он был очень высоким и в чёрной одежде.

— Какого цвета были его глаза?

— Жёлто-красные, как бусинки.

Это и правда был Жерар. Цвет глаз, смесь жёлтого и красного, является признаком Императорского Наследника. В нынешнем поколении эти глаза были только у Жерара и его сына.

— Ты помнишь, что сказал Жерар?

Иванна вспомнила то время. Жерар посетил хижину ее матери за несколько месяцев до её смерти. Она не могла хорошо вспомнить лицо, но определенно помнила его глаза, похожие на бусинки.

— Он был зол на маму. Поэтому я рассердилась и ударила его по ноге, и он извинился.

Жерар, император, сказал что ему жаль. В глазах Данте ясно появился образ маленькой Иванны, которая боролась, нанося удары по твёрдым ногам императора, и императора, который был смущен и извинялся. Несмотря на то, что момент был неподходящий, близнецы закусили губы, дабы сдержать смех. А Данте, с другой стороны, сосредоточился только на словах дочери.

— И?

— Я сердилась на него, потому что он злился на маму, но он извинился и поиграл со мной, поэтому я его простила. Когда Жерар сказал мне свое имя, я обрадовалась, потому что я единственная, кто может назвать имя Императора.

Данте почувствовал, что что-то не складывалось. Луиза умерла два года назад, и коронация Жерара была в то же время. Однако предполагаемая дата смерти Луизы была намного раньше, чем дата коронации Жерара. Другими словами, когда Иванна встретила Жерара, он всё ещё был кронпринцем. Он не мог быть императором.

Но Луиза назвала его именно так. Сказала ли она это просто потому, что следующим императором все равно должен был стать он?

— Император говорил что-нибудь ещё?

— Мне с ним было очень весело. Но грустно, что он не остался на ночь и просто ушёл.

Данте считал, что его дочери всего три года, поэтому она не помнит этого как следует, но на самом деле всё было немного иначе. Иванна помнила свою встречу с Жераром довольно точно, поскольку это произошло только во второй жизни.

Девочка точно помнила, что это была её первая встреча с ним, но проблема заключалась во времени. Вскоре после этого она умерла в своей первой жизни и вернулась в прошлое. Невозможно было нормально думать из-за воспоминаний о прошлом и настоящем, об ужасной жизни, которая началась снова, о путанице между жизнью и смертью, и о гибели матери, которая рано или поздно должна была повториться вновь.

Поэтому единственное, что она помнила о том дне, это глаза-бусинки Жерара и то, что её мать, с которой он разговаривал, тепло обняла его. Это были очень нежные и теплые объятия.

«Такие, каких у меня больше не будет».

— Иванна?

Плечи Иванны внезапно поникли. Чутко осознав перемену, Данте нежно обхватил щеку дочери. В прекрасных глазах девочки стояли слезы.

— Почему ты плачешь?

Когда Данте провел пальцами по её глазам, из них потекли слёзы.

— Папа.

Иванна протянула руки. Данте сразу же крепко её обнял. Иванна крепко сжала подол отца.

— Папа...

— Да, Иванна. Папа здесь.

— Папочка-а…

— Да.

Иванне было тяжело из-за периодически возникающих всплесков сожаления и чувства вины. Трёхлетний ребенок, который вернулся в прошлое.

«Многое бы изменилось, если бы я сказала маме, что она не должна умирать?Могла бы она не умереть, не уехать, не страдать от того же, и смогла бы я снова встретиться с ней?Интересно, смогла бы я оказаться не только в объятиях папы, как сейчас, но и в объятиях мамы?Слишком больно думать об этом. Это тяжело. Мне так жаль маму, которая снова умерла».

Когда Иванна тихо упала в объятия Данте, он с близнецами застыли. Они даже не знали, почему она плачет, и не могли спросить. Близнецы отложили еду, которую ели, и лишь смотрели на отца с сестрой. Данте мог только погладить Иванну по спине, чтобы ей было удобнее плакать.

Тук-тук.

— Хозяин.

Ден, который не знал, что происходит внутри, не мог просто оставить письмо императора, еще раз осторожно постучал в дверь. Иванна, печально плакавшая, вздрогнула. Данте посмотрел, и Валери тут же встала, чтобы открыть дверь.

— Моя сестра плачет.

При этих словах Валери Ден выглядел очень смущенным, а Валери подняла руку. Ден передал ей письмо и тихо добавил:

— Передайте, пожалуйста, господину, что Его Величество прислал подарки юной леди.

— Подарки?

— Да, всего семь повозок.

Семь повозок. Раз уж император прислал подарки, то, конечно, их будет не одна повозка. Если так, то подарков должно быть очень-очень много. Но Валери, не впечатлившись, прищелкнула языком:

— Всего семь повозок? Она же дочь леди Хьюгор! Не знала, что Его Величество - скряга.

— Согласно письму, которое прислал мне лорд Максиан, они разорили государственную казну.

Однако при последующих словах Дена, Валери не могла не закрыть рот. Да, дарящей стороной был Жерар, поэтому подарки не могли быть обычными. Валери с очень кислым лицом отправилась к отцу и передала письмо. Данте, посвятивший себя умиротворению Иванны, удовлетворенно кивнул, услышав, что император ограбил государственную казну.

— Если вспомнить, что Луиза сделала для империи, это вполне естественно.

На этих словах Валери успокоилась и сочувственно кивнула. Да, даже семи повозок было мало, учитывая компенсацию, которую не получила Луиза.

— Иванна, Жерар прислал тебе подарки.

Иванна, пропитавшая слезами плечо Данте, покачала головой, затем шмыгнула носом и подняла голову.

— Подарки?

Данте осторожно вытер ее лицо новым платком.

— Да, все для тебя. Хочешь пойти и посмотреть сама, или мне попросить принести их сюда?

Иванна не могла ответить, её губы только дрожали.

— Если пока боишься выходить, то можешь этого не делать. Я дам всё, что ты захочешь, Иванна, просто запомни это.

—…

— Где бы ты ни была - здесь или снаружи, папа защитит тебя. Когда тебе страшно, рядом с тобой всегда будет папа.

— Правда?

— Да. Помнишь, я разбил алтарь, которого ты боялась? Я всегда буду тебя защищать.

«Папа разбил алтарь».

Алтарь, разбитый руками отца, промелькнул перед её глазами. Её отец смог не только сломать алтарь, но и превратить его в порошок. Всё для того, чтобы алтарь не смог снова вытянуть из неё силу.

Когда Иванна вспомнила алтарь, который был настолько разбит, что она даже не могла узнать его форму, она наконец почувствовала себя спокойно. Иванна высморкалась в платок и кивнула.

— Да.

— Не волнуйся, сестрёнка. Мы тебя защитим.

— Мы справимся, сестра.

Валери и Луан вскочили. Иванна посмотрела на них.

— Правда?

— Правда.

—Конечно, правда.

Валери и Луан взяли за руки Иванну, которая все еще фыркала, и по очереди поцеловали тыльную сторону её руки. Иванна широко раскрыла глаза от нежного чувства, которое она испытала.

— Обещаем.

— Мы всегда будем рядом.

Вместо ответа Иванна потянула руку назад. Обе руки снова сжимали одежду Данте. Близнецы сильно затосковали по быстро уходящему теплу.

— Да.

Однако, когда Иванна кивнула головой, разочарование близнецов сразу исчезло, а их белые щёки порозовели. Вид её застенчивой и милой фигуры сразу же оживил их.

Так же как она открылась их отцу, младшая сестра приоткрыла своё сердце немного шире для них. Хотя это изменение было небольшим, близнецы ясно почувствовали его, потому что они были семьей.

Они были счастливы.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Нашлись люди, которые хотели её защитить. И даже отец, который разбил алтарь, был с ней, поэтому Иванна набралась смелости и вышла на улицу. Однако, как бы сильно она ни вжималась в объятия Данте, страх её не отпускал. Кроме того, это место было таким великолепным и ярким.

— Папочка…

— Да, Иванна.

— Ты же не собираешься забирать мою силу, правда?

Иванна отчетливо помнила об этом, потому что несколько раз бывала в таких причудливых местах. Дома людей, которые брали её силу, были такими же. Они были такими огромными, такими красочными и блестящими. Совсем не похожими на домик, в котором она жила с мамой. Они походили на дом её отца.

— Мы ведь не пойдём к алтарю?

— Да, не пойдем. Папа не будет забирать твою силу. Я уничтожу все алтари.

Тем не менее, Иванна дрожала в объятиях Данте, так как страх не уходил. Данте остановился. Он беспокоился, не переусердствовала ли Иванна.

— Если страшно, может, пойдем обратно?

— Да, но Жерар прислал мне подарки…

— Я скажу, чтобы их принесли в комнату.

Иванна подняла глаза.

Отец не сердился, не ругался, не бил.

Он не плохой и не страшный человек.

«Он мой папа, который обнимает меня, как и мама. Он мой папа, который защищает меня».

Иванна снова утешилась в объятиях отца.

— Нет, всё в порядке.

— Не стоит переусердствовать, если боишься.

Иванна покачала головой. Данте поцеловал её в макушку с щекочущим, тоскливым ощущением. Иванна подумала:

«Поцелуи легко касаются, а потом ощущения пропадают. Мне больше нравятся руки, которыми отец крепко обнимают меня. В них безопасно».

Постепенно дрожь Иванны утихла. Ей ещё было страшно, но всё было в порядке, потому что отец сказал, что защитит её.

«Мир такой же серый, как в то время, когда я умерла? Там всё ещё огонь и монстры? Мне очень хочется узнать, осталась ли та шокирующая сцена».

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

Переводчик: Mitsuo

Редактор: Денег нет