Я ненавижу Идеалов. Богов. Судьбу. Удачу. Любые другие высшие силы, которые ответственны за ту ситуацию, в которую мы попали. Конечно, стоило нам прийти в город, как сразу же начались проблемы, и местные подумали, что настало самое подходящее время для того, чтобы совершить парочку-другую преступлений. И ладно бы это было обычное преступление, не выбивающееся из общей картины, но не-е-ет, конечно нет, нужно было убить именно Слышащего, не другого более незаметного человека, смерть которого не вызовет особых волнений. Нет. Нужен был именно Слышащий, из-за чьего убийства весь город будет перевернут вверх дном в поисках преступника и его сообщников. Конечно. Именно так.

Я с усталым вздохом уронила голову на подставленные руки и крепко зажмурила глаза, стараясь не ругаться вслух. Что ж, если Идеалы хотели подать мне знак, то они либо неправильно понимают смысл намеков, либо могут идти, прошу прощения, нахуй, с такими способами донесения информации. И что это должно значить? Что мне из Авреля уходить нельзя? Или что жизнь посланников воли богов ничего не стоит? Или что Башня Святых жертв на самом деле охраняется не так хорошо, как кажется? Что??

— Все выезды перекрыты, никого не выпускают, - мрачным голосом оповестила Викар, садясь напротив меня за стол в таверне. – Нам отсюда не выбраться законным путем.

— А незаконным? – поинтересовался Эдари.

— Верная смерть, - отрезала Журавлик. – Все грузы проверяют, всех торговцев и высокопоставленных лиц тоже, стража стоит на каждом углу и может арестовать кого угодно. Я пройти мимо них ещё смогу, но вы – точно нет.

Замечательно. Ещё хорошие новости сегодня будут?

— Храм объявил в розыск определенных людей, а потому к прохожим сейчас присматриваются и сверяют всех, кого сочтут подходящими, - словно подслушав мои мысли, любезно оповестила Викар.

Спасибо.

— Этот мир ужасен, - пробормотала я. – Он слишком жесток ко мне. Я не заслужила такого отношения.

Викар смерила меня равнодушным взглядом, явно не впечатлённая жалобой, в то время как Эдари многозначительно хмыкнул, явно имея парочку примеров того, что такое отношение вполне заслужено.

— И что дальше? – развела руками я. – Просто будем сидеть, пока расследование не закончится? Известно, сколько оно будет длиться?

Очевидно, у моих спутников ответа на этот вопрос нет, потому что сколько будет длиться расследование зависит исключительно от стражи. Захотят – пару дней подержат город закрытым и успокоятся, захотят – установят жесткий режим проверок на следующие несколько месяцев. Проконтролировать это никто из нас не может, а потому остается лишь гадать и надеяться на лучшее. А, как показали последние события, надежда – вещь довольно бесполезная.

— Вы можете попробовать выйти через храм в качестве паломников, - предложила Викар. – Но тогда придется принять монашескую робу.

Я невольно скривилась и, покосившись на Эдари, увидела на его лице не больше энтузиазма.

— Никогда не собирался становиться монахом, - произнес юноша. – Я хочу стоять на коленях перед своей любимой, а не перед алтарем, большое спасибо.

Викар забавно нахмурилась в комичном возмущении, вероятно из-за «отсутствия этикета» у Эдари, но я лишь усмехнулась, за что мгновенно получила гневный взгляд Журавлика. Похоже, её заточенный под дворянские правила и приличия мозг, не способен спокойно воспринимать честное признание юноши.

— Никто не заставляет тебя соблюдать обеты, - не обращая внимания на очень громкое молчание со стороны Викар, сказала я. – Монашество – лишь прикрытие.

— А тебе хочется стать монахиней, чтобы потом нарушить все данные клятвы? – вскинул бровь Эдари. – Не думаю, что Идеалам понравится такой ход.

— Идеалам следует яснее выражаться, если они хотят добиться чего-то от человека, - язвительно заметила я.

Хорошо, возможно стоит немного сбавить градус раздражения, пока мне не пришлось отправиться в долгую-долгую медитацию. Не хочется потерять контроль из-за каких-то там богов.

— Ладно, - вздохнула я, - давайте думать. Из города нужно выбираться в любом случае, сомневаюсь, что его откроют в ближайшее время. Принять монашеские робы – наш единственный вариант?

— Паломников выпускают, - кивнула Викар, - но только тех, кто принадлежит храму, и за которых жрецы могут поручиться.

— И что, нам позволят стать монахами, если хорошо попросим? – уточнил Эдари. – Вот так просто?

— Понятия не имею, - легко ответила Журавлик, – только говорю возможное решение проблемы. Подробности нужно узнавать в храме.

Сомневаюсь, что хоть кто-то в храме поверит в моё искренне желание стать монахиней, особенно после моей попытки помолиться. Скорее всего, многоуважаемый старший жрец Оверик, или кто-то ему подобный, любезно отошлет меня куда подальше, или заставит работать в храме несколько месяцев, прежде чем позволит принять робу. Не очень хороший вариант развития событий, на самом деле.

Однако есть ли другой выбор? Как обычно – нет. Смерть Слышащего – всё равно что смерть Советника, то есть она влечет за собой настоящий хаос, вызванный постоянными проверками, допросами и очень усердными попытками выяснить, кто стоит за преступлением. Для меня Аврель сейчас – крайне тонкий лед на глубоком, ледяном озере. Сделаю неверный шаг, заговорив с кем не надо – и упаду в воду, откуда уже не выберусь, по крайней мере не без последствий. Вероятно, путь паломников – наиболее безопасный вариант наших дальнейших действий.

— Ну, не будем терять время, - произнесла я, вставая на ноги. – Не расходимся, не шумим и не привлекаем к себе лишнее внимание, стражи избегаем. Если захотят с нами поговорить – не нервничаем и отвечаем на все вопросы, не пытаемся уклониться от ответа. Если заподозрят в чем-то… ну, придется что-нибудь придумывать.

Викар закатила глаза, в то время как Эдари понятливо кивнул, более серьёзно отнесшись к моим наставлениям.

Вместе мы вышли в город, который со вчерашнего дня будто гудит и это можно было бы назвать хорошей метафорой, если бы не тот факт, что из-за гомона людей, большими группами находящихся на улицах, в ушах порой начинает звенеть. Очевидно, все на взводе. Для того, чтобы жители начали волноваться, достаточно того, что город закрыли, но ведь помимо этого стало известно о смерти Слышащего. И как на данную новость отреагирует преимущественно религиозное население Авреля? Не очень хорошо.

— Посланника богов убили, как это вообще возможно?!

— Город ждет кара, боги не оставят это просто так, человеческая жажда крови погубила нас!

— Господа, пожалуйста, сохраняйте спокойствие, закрытие выезда – временна мера, уже скоро Аврель будет открыт и вы сможете уехать.

Ровный, твердый голос пробился сквозь беспокойный ропот толпы и, переведя взгляд в его сторону, я увидела Инвела, аккуратными движениями рук расталкивающего людей. Шлем он снял, вероятно из-за палящего солнца, а потому взору предстали короткие, темно-коричневые волосы, мокрые от пота. Похоже, служба ему дается нелегко.

Я переглянулась со своими спутниками, и мы дружно, не сговариваясь, приняли решение аккуратно обойти его, чтобы лишний раз на глаза не попадаться. Первое впечатление Инвел, конечно, произвел не самое плохое, но ненужный контакт со стражей нам всё равно ни к чему.

— Чертовы фанатики, как будто без них проблем мало было.., - донеслось до моего уха раздраженное бормотание мужчины.

О? Фанатики? Значит, во всем этом хаосе замешана какая-то подпольная организация религиозных верующих, или что-то в этом роде? И зачем им тогда было убивать одного из Слышащих? Они же буквально символы богов. Подумать об этом как следует я не успела, потому как в следующий момент, словно по злой шутке жизни, Инвел встретился со мной взглядом и приподнял брови в явном узнавании. Ну вот.

— О, подождите! - конечно же, он начал активно шагать к нам. – Извините за беспокойство, я Инвел, мы с вами виделись пару дней назад, если помните.

Пришлось остановиться и сделать самое непринужденное лицо, на которое я только способна. Мои спутники сделали то же самое и Викар, недолго думая, вышла вперед.

— Да, приятно снова вас встретить, - ровно произнесла она. – Чем можем вам помочь?

— Информацией, - с готовностью ответил Инвел, снимая с пояса скрученные рулоны бумаги. – На самом деле я сильно сомневаюсь, что вы сможете чем-то по-настоящему помочь, но нужно проверить все возможности, уверен, вы понимаете. Итак, в тот день, полагаю, вы всё-таки отправились в Первозданный храм?

Он выжидающе посмотрел на нас, параллельно раскручивая бумаги.

— Да, - кивнула Викар. – В этом есть какая-то проблема?

— Смотря с какой стороны посмотреть, - пожал плечами Инвел, после чего развернул бумаги лицевой стороной к нам.

На пожелтевшем пергаменте изображено несколько лиц с большими, броскими надписями «РАЗЫСКИВАЕТСЯ», выведенными жирными, черными линиями. На одном из них мужчина лет тридцати пяти-сорока, достаточно крупный, суровый, создающий впечатление крайне опасного человека, под его изображением написано: «Инмуд, глава Брошенных». Заметная, квадратная челюсть, кривой после перелома нос, тонкие губы скривились в злобной гримасе, густые брови нахмурены, а взгляд направлен точно на зрителя, выражая всевозможные негативные эмоции. Правую щеку и губы пересекает кривой шрам, на лбу, с другой стороны, остался достаточно обширный след от серьёзного ожога. Волосы длинные, темные, достают мужчине до плеч, несколько прядей заплетены в косы, закрепленные бусинами разных размеров. По всем внешним признакам – опасный человек, которого стоит обходить стороной.

На других плакатах изображены похожие люди, на лицах коих так и написано: «криминальный элемент». Я проскользила взглядом по бумагам, пока не остановилась на одном очень знакомом портрете.

Темная кожа, длинные волосы, отросшие по бокам, нос с горбинкой, усталый, смиренный взгляд… какого черта… Марус??

— Это члены преступной группировки, называющей себя Брошенными, - оповестил Инвел. – Они занимаются тем, что срывают религиозные праздники, оскверняют священные объекты, провоцируют жрецов на конфликты и делают всё возможное, чтобы жизнь храмов стала как можно хуже. В Авреле эти ребята, по понятным причинам, гораздо активнее, чем в других городах и в тот день, когда вы отправились в храм, нам сообщили, что один из них проник внутрь и выкрал важные реликвии, а также данные.

— Вы считаете, что эти люди причастны к произошедшему? – спросила Викар с нотками смятения в голосе. Она тоже узнала Маруса.

—– Они ненавидят религию в любом её проявлении, говорят какой-то бред про то, что Идеалы нас оставили, а совсем недавно могли получить информацию и документы для того, чтобы попасть в Башню Святых жертв, - спокойно перечислил Инвел, – слишком много совпадений, не находите?

Что ж… логично, на самом деле, нельзя осуждать стражу за такой вывод.

— В общем, - продолжил мужчина, - мне нужно знать, видели ли вы этих людей в храме, или, может, встречались с ними по дороге. Любая информация будет ценна.

Мы переглянулись с Викар, после чего синхронно покачали головой, умело скрывая тот факт, что одно из лиц нам знакомо. Ну, не то чтобы тот факт, что я знаю Маруса, может как-то помочь в нынешнем расследовании. Понятия не имею, что произошло с целителем и почему он решил присоединиться к преступникам, оскорбляющим веру.

— Ну, как я и думал, - вздохнул Инвел, пряча бумаги обратно на пояс, - в любом случае, будьте внимательны и по возможности ищите похожих людей. Стража хорошо заплатит за помощь в расследовании.

— Конечно, - ответила Викар. – Благодарю вас за информацию.

Инвел коротко кивнул, после чего отсалютовал и широким, свободным шагом направился дальше по улице, внимательно рассматривая прохожих. Мы проводили его долгими взглядами, после чего растерянно переглянулись. Викар, судя по её вскинутым бровям, находится в не меньшем удивлении от смены профессии Маруса.

Что ж… я знала, что смерть Явана окажет на него большое влияние и сильно ударит, но что должно было случиться, чтобы целитель решил покинуть свой пост в Коллегии – достаточно высокий, хочу заметить – и присоединиться к преступникам? Неужели его настолько сильно подкосили произошедшие на архипелаге события, что он решил оставить родные земли? Это… кажется странным, но, вспоминая мою историю, думаю, я не та, кто может что-то говорить в данной ситуации.

— Не нравится он мне, - послышалось бормотание Эдари.

Я взглянула на юношу и увидела, что он, подозрительно прищурившись, следит за Инвелом, пока тот не скрылся за ближайшим углом, отправившись куда-то по своим делам.

— Почему? – поинтересовалась я.

— Из всех людей он выбрал именно нас, - ответил Эдари. – В храм ежедневно приходят тысячи, уверен, всё население Авреля там побывало, а он решил подойти именно к нам.

— Может, просто вспомнил о нас и решил поинтересоваться, - пожала плечами я. – В любом случае, слежки пока нет, так что, наверное, можно не волноваться. Идем, надо побыстрее добраться до храма.

Эдари не выглядел сильно убежденным моими словами, но говорить ничего не стал, лишь кинул последний взгляд в ту сторону, где исчез Инвел и последовал за нами по дороге к Первозданному храму.