Какое-то время пара молча ела. Амазору наблюдал, как Аи быстро ест. Видимо она была очень голодна. И видимо послешоковое состояние сказывалось. Так как спала она долго, то по времени уже был обед.

- Амазору, это ещё не всё. Знаешь, пока мы ехали с Осако сюда, я немного подумала. Сколько времени было. Я дала себе слово быть сейчас с тобой предельно честной. Как перед собой. В той же мере перед тобой. Я тебе стольким обязана. Что это будет меньшее, чем я могу отплатить... И вот... новости так себе. Хозяйка этой квартиры берет с меня большую сумму за причиненный ущерб. Она понимает, что моей вины нету. Я даже не узнала, нашли ли тех, кто запустил петарду. Но она намерена взять с меня часть суммы за ущерб. У меня и так финансово уже было не очень... но и это ещё не всё.

Аи надела капюшон. Амазору немного напрягся. Он думал, она сейчас уйдет в себя и замолчит. Но видимо девушка, таким образом, набиралась храбрости.

- Ещё у меня там сгорело все. Вся одежда, обувь... книги...

Аи заплакала. Девушка вдруг ощутила, как волна изнутри рвется наружу и просто не стала сдерживаться. Она зарыдала в голос. Вся ночная ситуация дошла до ее нервов и эмоций. Весь шок, испуг, боль вырвались наружу.

Амазору подсел рядом и приобнял девушку за плечо, прижав к себе. Аи схватила пальцами его кофту и рыдала.

Прошло какое-то время. Амазору почувствовал, как девушка успокаивается. Он встал, подал ей бумажные платки. Девушка встала и ушла в ванную. Донёсся шум воды.

Амазору пока собрал посуду. Сердце его не находило покоя. Такие испытания посылает Господь на плечи маленькой хрупкой девушки.

Аи вернулась с влажным лицом. Амазору протянул ей чай.

- И вот... у меня почти нету денег. И нет одежды. Нет жилья. Нет работы. Вернее работа есть. В Осако. Но ни жилья, ни денег. Так и получала я совсем мало. На еду и дай бог квартплату. Я ее беженец какой-то. Без багажа. Но и это ещё не всё... честно говоря, это всего лишь ситуация. Внешняя. Материальная. Есть ещё другое....... Что я хотела бы тебе сказать...

Аи занервничала. Капюшон все ещё был на ней. Она сидела и мотала волосы на палец... она не могла понять глаза. Она не могла посмотреть на мужчину. Ведь то, что она дала себе слово сказать ему, было слишком откровенно. Слишком для ее сердца смело.

- Мне... надо тебе сказать много. Я думала над этим... и повела, что не могу вернуться вот так и быть наполовину искренней. Это подло по отношению к твоей доброте и заботе.

Амазору видел, как девушка набиралась смелости. Она трогала волосы. Мяла края кофты. Натягивала капюшон все глубже и глубже на голову. Он сидел, почти не дыша. Сердце ощущало, что происходит нечто крайне важное. И пропустить ничего нельзя. И сбить тем более.

- В общем... возможно, тебе было интересно, почему все вот так случилось. Почему я, тогда молча, уехала... отключив телефон. Молча. Не сказав, куда я еду. Хотя я знала, что со временем Мэй узнает, что я уехала. Это же Мэй.

Аи неожиданно рассмеялась.

- Да, Мэй... добрая девушка. Наверняка она и узнала, что я уехала да?

Амазору лишь кивнул. Он сидел напротив. Но отчего-то встал и немного отошёл. Ему показалось, так будет легче девушке решиться на что-то свое, с чем она явно собиралась справиться.