- Маомао, что это? - Чэн Цинъянь взяла маленькую чашку и посмотрела на голубую, словно небо, жидкость. Принюхавшись, она ощутила аромат Проясняющей прекрасной жемчужины.

- Угу-у-у, угу-у-у, - объяснил зверь. «Это сок Проясняющей прекрасной жемчужины. Он способен увеличить и восстановить духовную силу. С текущим уровнем дерева в пространстве, чашка его сока эквивалентна пилюле Восстановления духа высокого уровня.»

- Правда? Какое сокровище! Я не ожидала, что одно дерево может иметь столько применений! - обрадовалась Чэн Цинъянь.

Она вылила весь сок в рот Цзюньлинь Цзюцина и, бросив чашку в своё пространство в теле, похлопала его по плечу.

- Цзюньлинь Цзюцин, - позвала девушка, - Цзюньлинь Цзюцин, вставай. Если ты не проснёшься, мы не сможем вернуться в город и будем вынуждены провести ночь здесь, в компании комаров.

Чэн Цинъянь звала достаточно долго, но мужчина никак не реагировал. Нахмурив брови, она решила проверить его пульс. В результате оказалось, что у Цзюньлинь Цзюцина сильная простуда.

- Твою мать, ты простудился! В середине зимы ты пошёл меня искать в лёгкой мантии? Её летом носят! Ты уже такой старый, а до сих пор не знаешь, как позаботиться о себе. Беспокоишься за других, но совершенно не думаешь о себе. Фамилия Цзюньлинь не означает безголовый? - стала ругаться Чэн Цинъянь.

Она накрыла Цзюньлинь Цзюцина одеялом, затем взяла полотенце и, смочив его водой из пруда, расположенного в пространстве в её теле, положила на лоб мужчине.

Это был первый раз, когда кто-то так беспокоился о ней, совершенно не думая о себе. Чэн Цинъянь была сиротой, которую бросили родители, и которую вырастила организация страны А. Девушка прошла обучение в «Красноглазых» и не знала, как себя вести, столкнувшись с этим мужчиной.

Фиолетовые глаза Маомао видели всё это, включая всё то, что Чэн Цинъянь испытала в своей прошлой жизни. Он прекрасно понимал её, как понимал и то, что девушка не осмелится так просто коснуться чего-то, связанного с привязанностью, будь то семья, любовь или дружба. Она ужасно боялась как причинить вред другому человеку, так и пострадать самой.

- Маомао, - Чэн Цинъянь моргнула своими покрасневшими глазами, которые теперь походили на кроличьи, и обратилась к маленькой молочной собаке, - у Цзюньлинь Цзюцина есть пара контрактных демонических зверей, лошади истребляющей тени, ревущей в небеса. Ты можешь их вызвать?

Маомао кивнул и закрыл глаза. Тут же его шерсть испустила белое сияние, и за пределами пещеры возникла формация призыва, которая сопровождалась ярким сиянием и порывами сильного ветра.

С двумя ослепительными вспышками в формации призыва возникли две белоснежные лошади истребляющей тени, ревущей в небеса, с небесно-голубыми глазами и одним рогом на лбу. Один рог на лбу символизировал принадлежность к семейству лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, а небесно-голубые глаза представляли собой исключительную, королевскую, родословную этой породы. То, что Цзюньлинь Цзюцин сумел заключить контракт с такими высокородными животными, наглядно демонстрировало не только его силу и способности, но и обаяние, ведь лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, выбирает себе хозяина не только по силе, но так же по возрасту и внешности.

Возраст не может превышать восемнадцати лет, сила не должна быть ниже шестого уровня, а внешность обязана вызывать восхищение. Именно соответствие этим трём критериям прославило Цзюньлинь Цзюцина на весь материк. Поэтому титулы мужчины-божества и гения номер один континента Опускающихся туч принадлежали ему.

Чэн Цинъянь подняла мужчину на спину и пошла к карете, в то время как Маомао принялся убирать все вещи в пространство в теле девушки. Собравшись, они устроились в экипаже и направились к городским воротам.

Удивительно, но весь континент Опускающихся туч знал, что лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, слушает только своего хозяина и не позволяет никому, кроме него, приблизится к себе. Все посторонние непременно будут жестоко отброшены, если осмелятся подойти ближе, чем на пять шагов от зверя. Но Чэн Цинъянь не только проигнорировала эту дистанцию, теперь она управляла лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса.

Мало того, что её не отшвырнули, обе лошади даже очень ласково потёрлись мордами о руки девушки, как будто Чэн Цинъянь была их матерью. Разумеется, она не догадывалась об истинном темпераменте этих животных и искренне полагала, что с ними очень легко ладить. Только Маомао знал об особенностях лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, но его это не волновало.

Когда они прибыли к городским воротам, стражник, возглавляющий отряд, стоящий на охране входа в город, только начал ужинать. Увидев лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, он бросил палочки для еды и побежал, будто увидел свою мать.

- Тысячи лет вашему высочеству принцу Суй! - опустившись на колени, прокричал он.

Услышав эти слова командира стражи, все окружающие люди, будь то простые стражники, высокопоставленные лица, богатые торговцы или обычные крестьяне, вне зависимости от того, входили они в город или выходили из него, все дружно преклонили колени.

- Тысячи лет вашему высочеству принцу Суй! - выкрикивал приветствие каждый.

Чэн Цинъянь поджала губы, опасаясь, что кто-нибудь узнает, что принц Суй потерял сознание из-за болезни и не может говорить. Но так же она чувствовала, что не должна отвечать сама. Было довольно проблематично пройти мимо большой группы людей, стоящей здесь на коленях.

Пока все задавались вопросом, почему принц Суй молчит, а Чэн Цинъянь ломала голову над тем, как разрешить эту ситуацию, Цзюньлинь Цзюцин больше не мог притворяться и был вынужден подать голос.

- Открой ворота! - нахмурившись, недовольно сказал он.