Достаточно приблизившись к источнику звука, Цзюньлинь Цзюцин, наконец, смог увидеть демонического зверя и тёмную фигуру - Чэн Цинъянь!

Цзюньлинь Цзюцин использовал элементаль воздуха и стремительно ринулся вперёд. Теперь, оказавшись ещё ближе, он сумел отчётливо разглядеть, что зверем был единственный на весь дремучий лес в Чёрных горах демонический зверь седьмого уровня, красноглазый зверь грозовых туч. На всём континенте Опускающихся туч было очень мало демонических зверей пятого уровня, и большинство из них обитало в глубинах леса Демонов.

Более того, это демонический зверь седьмого уровня, а сила Цзюньлинь Цзюцин находилась только на седьмом уровне. В обычных обстоятельствах, при сравнении духовного практика и демонического зверя одного и того же уровня, вероятность победы демонического зверя составляла девяносто процентов.

А Чэн Цинъянь находилась только на пятом уровне духовной силы, и то, что она сумела так долго продержаться против демонического зверя седьмого уровня уже было невероятным. Можно сказать, что она являлась самым выдающимся мастером среди всех, обладающих силой пятого уровня. Её способности позволяли превзойти воинов шестого и даже седьмого уровня.

- Цинъянь, отойди и восстанови силы. Я займусь им, - подлетев к девушке, сказал Цзюньлинь Цзюцин и махнул рукавом, мягко отправляя её в сторону.

Сражаясь с красноглазым зверем грозовых туч, Чэн Цинъянь чувствовала, что израсходовала всю свою духовную энергию. Она почти потеряла сознание от усталости и слабости. Но, прежде чем девушка отключилась, перед ней возникло красивое, как у божества, лицо Цзюньлинь Цзюцина, а в нос ударил приятный аромат канифоли, что сохранился на его теле после принятия ванны, который заставил её ощутить себя в полной безопасности.

Цзюньлинь Цзюцин вступил в схватку с демоническим зверем, а Чэн Цинъянь принялась усердно циркулировать духовную силу по своему телу, чтобы восстановиться как можно быстрее. Всё это сделало красноглазого зверя грозовых туч ещё яростнее.

Ранее он столкнулся с девушкой, которая оказывала отчаянное сопротивление, пока её духовная сила полностью не иссякла. Зверь не ел весь день, но не успел насладиться своей добычей, как появился ещё один человек, а его духовная сила оказалась на том же уровне. Приложив столько стараний и не добившись никакого результата, красноглазый зверь грозовых туч был весьма раздосадован.

Поэтому он гневно взревел. Элементали грома[1] стремительно собрались между бровями зверя и устремились вверх. На протяжении пятидесяти километров в небе не было ни облачка, ветер также отсутствовал, но тёмно-фиолетовые молнии с оглушительным грохотом разрывали воздух.

Около десяти молний ударили в деревья, окружающие людей и зверя. С треском электричество прошло вдоль стволов этих деревьев, вызывая их возгорание. Почти мгновенно деревья превратились в ярко горящие факелы, а пламя взметнулось высоко в небо, озаряя всё вокруг. Постепенно окружающий пейзаж всё больше напоминал время, когда небо и земля только зародились[2].

Цзюньлинь Цзюцин поднял левую руку вверх и растопырил пальцы, после чего последовала вспышка серебряного света. Гром и молния тут же стихли, но огонь не погас, хотя и перестал так яростно трястись и вздыматься. Красноглазый зверь грозовых туч застыл в стойке перед атакой. Его огромные, как медные колокола, алые глаза со злостью смотрели на человека, а его зелёная шерсть, которая слегка загнулась на слабом ветру, так и осталась в этом положении.

Казалось, что само пространство замерло. Да, оно действительно было неподвижным. Всё в радиусе пятидесяти километров застыло. И только лёгкая белая мантия Цзюньлинь Цзюцина и его чёрные волосы, ниспадающие словно водопад и беспорядочно рассыпавшиеся по спине, слабо развивались. Внезапно его глубокие чёрные глаза вспыхнули серебряным светом. Левую руку, что он держал в воздухе, Цзюньлинь Цзюцин отвёл назад, и серебряный свет залил всё в радиусе трёхсот шагов вокруг него.

В этот момент Чэн Цинъянь, сидевшая в стороне, открыла глаза. Её левый глаз потерял свой чёрный цвет. Тонкими нитями серебряный свет стал собираться из окружающего пространства и, медленно вращаясь, начал вливаться в серебристо-белый глаз девушки. Однако, эти изменения не коснулись её правого глаза. И снова один её глаз был чёрным, а другой - серебряным, что выглядело исключительно необычно.

Когда серебряный свет угас, сковывающая сила тоже рассеялась, и Цзюньлинь Цзюцин упал на землю. Его лицо было бледным, а дыхание слабым, но от него всё ещё исходила могучая аура.

Красноглазый зверь грозовых туч отчаянно взревел, будто упорно сопротивлялся перед смертью и не желал быть убитым людьми, которые являлись слабее его. Он использовал остатки своей духовной силы, чтобы перейти в состояние берсерка[3], и бросился к Чэн Цинъянь, которая восстанавливалась в стороне.

Глаз девушки только что был простимулирован и претерпел изменения, поэтому она находилась в оцепенении. Чэн Цинъянь совершенно не заметила, что к ней приближается опасность.

Сжигая свою жизненную силу, чтобы умереть вместе с врагом, красноглазый зверь грозовых туч мчался к девушке, намереваясь вонзить в неё свои когти. Однако, способность зверей планировать значительно уступает людской. В последний момент Цзюньлинь Цзюцин возник рядом с Чэн Цинъянь и крепко обнял её, заслонив собой от этого удара. Когти зверя упали на спину мужчины.

Для красноглазого зверя грозовых туч эта атака стала последней. Исчерпав все свои силы, он рухнул на землю. От полученной раны Цзюньлинь Цзюцин тоже потерял сознание, но даже так он не выпустил из объятий «свою Янь’эр».

Когда Чэн Цинъянь наконец удалось подавить необычную силу, бушевавшую в её теле и взбудоражившую элементали, она пришла в себя и открыла глаза.

- Цзюньлинь Цзюцин! Цзюньлинь Цзюцин, что с тобой? Эй, просыпайся! - увидев крепко обнимающего её мужчину, находящегося без сознания, позвала она.

Чэн Цинъянь звала много раз, но безрезультатно. Только увидев мёртвого красноглазого зверя грозовых туч, она сумела понять, что именно произошло. Девушка обняла Цзюньлинь Цзюцина и заплакала, хоть раньше никогда этого и не делала, за исключением случая, когда умерла та женщина.

- Я такая уродина с ужасной репутацией. Почему ты так крепко держишься за меня?! Если бы ты не пошёл искать меня, ты бы не был сейчас таким, дурак! Что, ваше высочество принц Суй, твой интеллект только для красоты? - бормотала Чэн Цинъянь сквозь слёзы.

Крепко обняв Цзюньлинь Цзюцина, она положила руки ему на спину, намереваясь влить в тело мужчины свою духовную силу, чтобы исцелить его рану, но ощутила, что прикоснулась к чему-то влажному. Подняв руки, чтобы посмотреть, Чэн Цинъянь ужаснулась: это была кровь!

________________________________________

[1] Возможно, было бы логичнее написать «элементали молнии», но у китайцев, по всей видимости, своё понятие этого физического процесса. Так «гром» обозначает иероглиф « 雷 » (лэй), а «молния» пишется « 雷劈 » (лэй пи), что дословно переводится, как «удар грома»; т.е., складывается впечатление, что в их понимании молния является следствием грома, а не наоборот. Конечно, есть ещё несколько сочетаний иероглифов, которые также переводятся, как «молния», но этот пример самый наглядный, тем более именно он употребляется далее в тексте оригинала.

[2] Если кому интересно, прочитайте миф о Паньгу.

[3] Вообще «берсерк» - это воин из древнегерманской и древнескандинавской мифологии, который отличался неистовостью в сражениях, приходя в сильное бешенство и исступление и снедаемый жаждой крови. Видимо, само это определение стало причиной того, что во многих новеллах подобное состояние воина/существа описывается этим словом.