Вернувшись в боковой двор особняка семьи Зелёного дракона, Чэн Цинъянь только сменила свои маскировку на обычную одежду и даже не успела сесть, чтобы выпить чаю, когда к ней пришла служанка.

- Старшая молодая леди, у главы есть к вам дело, и он просил вас прийти в «Персиковый сад», - уважительно сказала она, склонив голову.

Чэн Цинъянь отставила чашку, так и не сделав ни единого глотка, кивнула и направилась в сторону «Персикового сада».  Служанка покорно следовала за ней. Чэн Цинъянь проигнорировала её и довольно быстро добралась до места. Увидев, как она входит во внутреннюю комнату главного дома «Персикового сада», служанка почувствовала себя очень неловко. «Глава приказал обманом заставить Чэн Цинъянь найти алхимика среднего уровня, но почему глава не сказал, что она ничего не спросит? Что мне делать теперь, когда мы добрались до «Персикового сада», а Чэн Цинъянь не проронила ни слова?» - мысленно терзалась она.

Чэн Цинъянь холодно взглянула на служанку, тревожно поклонившуюся, а затем повернулась и посмотрела на Чэн Яя, сидевшего напротив.

- Глава Чэн послал человека, чтобы пригласить меня сюда, - её брови слегка приподнялись, - не может же это быть для того, чтобы попробовать чай, верно?

- Цинъянь, почему в прошлый раз ты сказала, что нужно найти алхимика среднего уровня? Можешь объяснить своему отцу подробнее? - Чэн Яй не мог не злиться.

В конце концов, Чэн Мохуна изгнали из семьи, а из оставшихся его трёх дочерей только Чэн Цянь являлась самой подающей надежды. В столь юном возрасте она уже достигла второго уровня духовной силы, а так же имела титул первой красавицы империи Божественного клёна. Это являлось причиной того, чтобы Чэн Яй любил Чэн Цянь ещё больше.

На данный момент Чэн Цянь не только не стало лучше после долгого лечения мастером Чжао Сунон, но её состояние ещё и ухудшалось. Как мог Чэн Яй не беспокоиться? Когда ситуация с состоянием Чэн Цянь сложилась подобным образом, он внезапно вспомнил то, о чём говорила Чэн Цинъянь, и потому поспешно отправил кого-нибудь пригласить её. Он пытался лечить мёртвую лошадь так, будто она живая[1].

Сейчас Чэн Цинъянь являлась лишь младшим алхимиком, и она всё ещё не сталкивалась с работой алхимика среднего уровня.

- Глава Чэн, я помню, что говорила, - безэмоционально заговорила она, - я просто советовала найти алхимика среднего уровня для лечения Чэн Цянь, а не доверять это младшему алхимику такому, как мастер Чжао Сун.

Увидев равнодушное поведение Чэн Цинъянь, Чэн Яй подумал, что она знает алхимика среднего уровня. Хотя это и звучало смешно: «Самая никчёмная и уродливая девушка империи Божественного клёна знакома с алхимиком среднего уровня,» - Чэн Яй не желал упускать ни единого шанса вылечить Чэн Цянь.

- Цинъянь! Цянь’эр, в конце концов, твоя сестра! К тому же твоя мать тоже нуждается в лечении. Неужели ты не заботишься о многолетних родственных чувствах? - Чэн Яй непринуждённо упомянул о родственных чувствах, которые Чэн Цинъянь никогда не испытывала, надеясь, что у неё будет достаточно совести.

- Оу! Глава Чэн действительно хорошо шутит! - усмехнулась Чэн Цинъянь, - если вы считаете, что мне недостаточно просто озвучить способ спасения человека, который целыми днями размышляет о том, как убить меня так, чтобы я даже не смогла переродиться, тогда мне следует, как угорелой, обежать весь континент Опускающихся туч только лишь для того, чтобы найти для неё спасение и позволить ей поправиться, чтобы потом она снова целыми днями размышляла о том, как отправить меня к Жёлтому источнику? - увидев, что после её слов лицо Чэн Яя стало чернее дна горшка, губы Чэн Цинъянь растянулись в насмешливую дугу, - я действительно не понимаю, что глава Чэн подразумевает под родственными чувствами, - продолжила она, - и…

Не договорив, Чэн Цинъянь направилась к выходу, но остановилась в дверях, обернулась и закончила свою мысль.

- Кто такая госпожа Юань? Моя мать? Она лишь сука, подходящая для спаривания, - презрительно фыркнула она и пошла дальше.

Чэн Яй был ошеломлён не только грубыми и высокомерными словами Чэн Цинъянь, но и её саркастической улыбкой. А самым невероятным было то, что в ярком солнечном свете уродливое лицо этой дочери действительно казалось красивым! Всё это настолько потрясло мужчину, что он достаточно долго не мог прийти в себя, пока не вошла служанка.

Когда девушка увидела мрачное выражение на лице главы, она подумала, что Чэн Яй сердится из-за того, что она не обманула Чэн Цинъянь. Поэтому служанка быстро опустилась на колени и ударилась лбом об пол.

- Глава, пожалуйста, простите меня! - взмолилась она, - этому слуге не удалось обмануть Чэн Цинъянь, но, прошу вас, пожалуйста, дайте мне ещё один шанс!

Чэн Яй махнул рукой, давая служанке знак уйти. Девушка выползла за дверь так, словно получила помилование.

- Эх, Линсинь, - вздохнул Чэн Яй, глядя в сторону бокового двора, - ты оставила мне её, но я сам не узнаю её. Знаешь ли ты, что Цинъянь всё меньше и меньше похожа на Цинъянь?

Едва Чэн Цинъянь вернулась в свой двор, как к ней бросился Маомао.

- Угу-у-у! - завопил он. «Мастер, куда ты уходила? Тебе нет до меня дела!»

- Маомао, - искренне улыбнулась Чэн Цинъянь, - сегодня я ходила продать пилюли. Когда мы получим деньги, то пойдём пообедать вместе!

- Угу-у-у! - обрадовался демонический зверь. «Отлично! Еда в этом боковом дворе не вкусная! А вот еда в резиденции принца Суй вкусная! Пойдём во дворец принца Суй, чтобы поесть!

- Мы не пойдём в резиденцию принца Суй, - отказалась Чэн Цинъянь, вспомнив, что вытворял Цзюньлинь Цзюцин в прошлый раз, когда она была там, - сходим туда как-нибудь потом. Завтра мы будем есть в павильоне «Говорящего ветра»!

- Угу-у-у! - согласился Маомао. «Тогда ладно! Но ты обещала, что в следующий раз мы пойдём поесть во дворец принца Суй!»

- Хорошо, - не стала возражать Чэн Цинъянь, обнимая маленькую молочную собаку. «Маленькое чудовище,» - мысленно добавила она.

Думая о Цзюньлинь Цзюцине, Чэн Цинъянь вспомнила, что ранее, покинув пространство элементаля дерева, она собиралась просить Сяоюя обучить Цзюньлинь Цзюцина мастерству формаций, но с таким количеством дел почти забыла об этом. Она взяла Маомао на руки и направилась в пространство элементаля дерева.

Снова дойдя до цветущих акаций, Чэн Цинъянь принялась искать Сяоюя, в то время как Маомао спрыгнул с её рук и побежал осматривать окрестности.

- Сяоюй! Сяоюй, ты ещё жив? - девушка намеренно использовала резкие слова и провоцировала этого защитника, чтобы заставить его появиться.

_______________________________________________

[1] Китайская идиома, имеющая смысл «никогда не сдаваться и делать все возможное в любой ситуации».