Ю Ёнха открыла глаза. Её взору предстал белый потолок, а уши щекотал звук чего-то режущегося. Повернув голову на звук, она заметила Ким Сухо, нарезающего яблоко ножом.

— ...Что ты здесь делаешь?

Она спросила ошеломлённо. Ким Сухо взглянул на неё и смущённо улыбнулся.

— Ты проснулась? Ничего не болит?

— ...Всё в порядке.

— Врач сказал, что с тобой всё хорошо.

Девушка села. Тело немного затекло, но двигаться она могла.

— Меня интересует, почему ты здесь.

— Мы дежурим по очереди. Я, Наён, Шин Джонхак и Ким Хорак.

— Почему?

Ёнха искренне не понимала.

— Ну... Это вроде как наша вина...

— ...Что?

Она задумалась над его странными словами. Что ещё за вина? Она не могла вспомнить ничего подобного. Может, они сделали что-то, о чём она не знает? Ёнха пристально посмотрела на Сухо, требуя объяснений.

— Как члены одной команды, мы должны были быть внимательнее. К сожалению, мы слишком заботились о Наён и упустили тебя...

От такой глупости Ёнха опешила. Они же не могли знать, что на неё нападут! Группа расследования встречалась всего два раза, и на второй раз у них был жаркий спор.

— ...Прости.

— Пф-ф.

Она рассмеялась над его извинениями. Скорее, она поняла, что он просто до глупости добрый.

— Не за что извиняться. Я получила по заслугам.

Сухо почесал шею и протянул ей тарелку с яблоками, нарезанными в форме кроликов. Она невольно улыбнулась. Как и любой девушке, ей нравились милые вещи.

— Они симпатичные.

— Спасибо.

Ким Сухо невинно рассмеялся. Его красивое лицо буквально светилось. Ёнха какое-то время смотрела на него, а потом вдруг вспомнила.

— ...А, кстати, он... приходил?

— Кто?

Ким Хаджин. Ю Ёнха не могла произнести его имя. У неё ещё оставалась совесть, и она не ожидала, что он посетит её после всего, что она натворила.

— Неважно.

Она посмотрела в окно — на фоне голубого неба Восточного моря не было ни облачка. Мир казался невероятно ярким под лучами солнца.

Ю Ёнха задумалась, глядя на эту ослепительную картину. Она многое осознала. Конечно, её 17-летний характер не изменится в одночасье. Завтрашняя Ю Ёнха, возможно, не будет сильно отличаться от сегодняшней, но в глубине души она явственно чувствовала перемены. Была ли это самокритика, самоанализ или просто благодарность — она не знала. Прежде чем записать всё в дневник, она взяла смарт-часы. Ей ещё нужно было кое-что сделать.

***

Я получил сообщение.

[Спасибо. Я обязательно верну этот долг.]

От Ю Ёнха. Увидев её имя, я улыбнулся. Хотелось ответить чем-нибудь крутым, но человек передо мной снова переспросил:

— Эм... То есть я могу просто взять эти деньги? Правда?

Я уставился на него. Пак Сухёк уже который раз переспрашивал. Я сбился со счёта. Ха-а. Пришлось вздохнуть. Это же мои деньги, почему он так колеблется? Просто купи HUV (охотничий внедорожник) и нормальный магический кошель!

— Да, да, да. Пожалуйста, возьми! Пожалуйста!

Я вскочил и поклонился под углом 90 градусов.

— Пожалуйста, возьмите!

— Ах, эм, я...

— Нужно в ноги поклониться? Я сделаю это!

— Нет, нет! Я возьму! Спасибо большое за инвестиции в агентство SH!

Наконец-то он положил подписанные документы в портфель. Как этот беспечный человек стал величайшим агентом в мире? Я сам создал этот сеттинг, но теперь не понимал его.

— Кстати, сколько тебе лет?

— Двадцать девять.

— А, ты старше больше чем на десять лет. Можешь не говорить так официально.

Неформальное общение лучше подходило для наших отношений.

— Как я могу так обращаться к инвестору...

— Не думай обо мне как об инвесторе. Считай меня партнёром. Мы же вместе строим агентство SH.

— Но всё же...

— Не переживай. Меня это устраивает.

— Однако...

Мы препирались насчёт стиля общения, пока Пак Сухёк не сдался.

— Ладно... Тогда я буду говорить проще.

— Отлично.

Я встал.

— Тогда пойдём на охоту. Сегодня ограничимся двумя.

— Хорошо, этот хён прикроет тебя сзади.

Пак Сухёк рассмеялся, когда мы вышли из кафе. Мы собирались отправиться на задание, но я заметил магазин.

— Эм, Сухёк-хён?

Я сам предложил неформальное общение, но теперь мне стало неловко.

— А? Что такое?

— Надо купить лотерейный билет.

Я указал на плакат «Лотерейные билеты в продаже». Честно говоря, это был первый способ заработка, который пришёл мне в голову с моей невероятной удачей. До этого я не мог их покупать из-за несовершеннолетия.

— Да брось. Лотерея — это развод. Ты, может, ещё молод, чтобы понять, но это чистой воды лохотрон.

— Это не развод. У меня хорошая удача, так что, возможно, выиграю. Вложу выигрыш в агентство, так что давай попробуем.

— Нет, я же говорю, это обман...

— Просто идём.

Я потащил Пак Сухёка в магазин. Взял десять мгновенных лотерейных билетов. Кассир даже не спросил удостоверение — видимо, из-за взрослого вида Сухёка. Купив билеты, мы сели за ближайший столик.

— Мне нечем скрести.

— Вот монетка.

Хотя он и называл лотерею разводом, в его глазах читалось любопытство.

— Тогда начну.

Шкряб-шкряб.

Я начал скрести серебряное покрытие. Первый билет — промах. Тут же перешёл ко второму. Потом к третьему.

— Ха-а-а.

Пак Сухёк уже потерял интерес. Не обращая внимания, я продолжил. Четвёртый, пятый, шестой... Пока он ходил между стеллажами с лапшой, я дошёл до десятого.

— О, наконец-то.

— Выиграл? Сколько?

Пак Сухёк спросил небрежно, держа в руках чашку с лапшой.

— 20 миллионов вон.

— О, неплохо.

Он направился к кассе, но вдруг остановился и наклонил голову. Пробормотав: «Неужели ослышался?», он повернулся ко мне.

— ...Повтори-ка.

— Я выиграл 20 миллионов вон. Похоже, выиграть джекпот в первый раз — это перебор.

Первое место давало 100 миллионов. Я показал билет Пак Сухёку. У него отвисла челюсть.

— Ч-Что, это... правда?

— Правда, так что забирай.

Я протянул ему билет.

— П-Почему ты отдаёшь его мне?

— Я ещё несовершеннолетний, так что не могу получить деньги. Можешь взять это как дополнительную инвестицию, так что пришли потом изменённый контракт.

Пак Сухёк уставился на меня в шоке. Его рот не закрывался, и, кажется, туда бы поместилась та самая чашка с лапшой.

— Бери.

— А, да.

Он быстро сунул билет в карман. Потом огляделся и начал потеть, будто совершил преступление.

— Расслабься. Никто его не украдёт.

— Нет, ты просто не знаешь, насколько страшен этот мир...

***

Лунный свет пробивался через разбитое окно, освещая пыльные руины. В этом заброшенном месте жили лишь плющ и мох.

Заброшенный завод в Сувоне служил временной базой Труппы Хамелеон.

— Босс.

Голос раздался в пустом пространстве, пробуждая существо, спавшее во тьме.

— Вы проснулись?

Существо медленно открыло свои прекрасные, но опасные глаза.

— Эти ублюдки начали двигаться. Только что зарегистрировались на бирже как «Повелитель вьючных лошадей».

Голос передавал информацию.

— Поняла.

Существо ответило бесстрастно.

— Что будем делать?

Оно проигнорировало вопрос и медленно поднялось. В этот момент из-за туч выглянула полная луна. Яркий свет осветил его тело.

— Кстати, босс, как всегда, прекрасна.

У неё была изящная фигура, длинные чёрные волосы, будто сотканные из теней, полные розовые губы и гладкая белая кожа. Женщина, казавшаяся воплощением современной красоты, говорила без тени эмоций.

— Ты хочешь умереть?

Тёмно-синяя магическая энергия заплясала у неё в руках.

— Шучу, но я же не могу сказать, что босс некрасива. Простите.

Магия, похожая на извергающийся вулкан, утихла.

— Так что будем делать? «Повелитель вьючных лошадей» делает ход.

— Мы только крадём. Нас больше ничего не интересует.

Её ответ был равнодушным, но приказ чётким.

— О, кстати, кто-то скупает акции «Повелителя вьючных лошадей» оптом.

— Акции?

— Ага. Сначала я подумал, что это мелкий инвестор — 3 миллиона вон, потом ещё 10, но потом он внезапно вкинул 250 миллионов. Мелкий инвестор так не делает.

— Совпадение?

— М-м... На 95%, я бы сказал. Но, босс, меня беспокоят оставшиеся 5%. Нет причин покупать эти акции. У «Повелителя вьючных лошадей» даже страницы гильдии ещё нет.

Биржа гильдий была куда рискованнее обычной. Мало кто вкладывался в новые гильдии без точной информации, а уж о «Повелителе вьючных лошадей» её точно не было.

— Не обращай внимания. У нас одна задача.

— М-м-м... Как скажете. Передам труппе.

— Угу.

Голос исчез, но почти сразу вернулся.

— Ах, да, на «Фиолетовом банкете» появилось несколько интересных страниц.

Женщина наклонила голову.

— «Корпорация по поиску артефактов», «Суп из собачьего мяса Чонгака» и «Агентство Истины».

— Они нам полезны?

— Первые две потихоньку набирают репутацию, но насчёт Агентства Истины не уверен. Просто добавил из-за того, как уверенно они себя подают. Раз хвастаются на «Фиолетовом банкете», значит, что-то да умеют.

— Убери.

— Да ладно. Вы же знаете, как бывает. Не раз и не два мы находили жемчужины среди мусора. Позже дам номер страницы, глянь. Там обещают ответить на любой вопрос. Кто знает? Может, помогут найти того ублюдка.

Однако женщина осталась равнодушной.

— Такое случается редко.

— Всё же. Ладно, я пошёл. Увидимся, босс.

Разговор закончился, но голос вернулся снова.

— О, ещё кое-что, босс.

— ...

На белом лбу женщины выступили вены.

— Что ещё?

— На следующей неделе в Кубе начинаются экзамены. Вы пойдёте?

— Ху-у-у.

Она вздохнула, прежде чем ответить.

— Да, пойду.

Хён – обращение младшего мужчины к старшему в дружеском или почтительном контексте.