Скай не ответил сразу. Он сидел босиком на камне, в зелёном халате, длинная борода лежала на груди. Пустые глаза смотрели в никуда, но Ной знал, дед смотрит, но не глазами.

— Выкладывай, — наконец сказал Скай. — Что ты хочешь сделать с ним?

— Убить, — легко ответил Ной, как будто речь о комаре.

Скай усмехнулся сухо:

— Ты всегда говоришь убить так, будто это вытереть пыль.

Ной пожал плечами.

— Пыль тоже иногда мешает дышать, если ты понимаешь о чём я.

Скай положил ладонь на землю. Ной почувствовал это и, как всегда, замолчал на полсекунды. Его псих не любил молчать. Но рядом с дедом молчание было… допустимо.

— Дед, — сказал Ной тише. — Ты говорил: плохое имя. Почему? Тебе-то он как навредил?

Скай повернул голову в его сторону.

— Потому что это имя выкололо мне глаза.

Ной моргнул.

— Ты раньше этого не говорил.

— Раньше ты смеялся громче, моложе был, веселее. Не хотел ломать твоего детства. — ответил Скай.

Ной хотел пошутить, но не смог. Слова застряли и впервые не хотели быть игривыми.

— Как? — спросил он.

Скай медленно поднял пальцы к своим векам, не драматично, просто как человек, который проверяет старый шрам.

— Он пришёл, когда ты был маленьким. Ты уже таскал карты. Ты ещё не понимал, что они делают, но они уже шуршали вокруг тебя. Он сказал тогда фразу… — Скай на секунду замолчал. — "Маленькие дети, Скай, довольно удобны. Их можно настроить."

Ной тихо хмыкнул.

— У него реально словарь как у маньяка.

— Это не смешно, — отрезал Скай.

Ной замолчал. Скай продолжил:

— Я увидел, что он делает. Точнее, почувствовал. Он тянул нити. Я знал о его силе, но не знал на что он способен полностью.

Ной медленно сжал пальцы. Карты рядом шуршали беспокойнее.

— И ты полез, — догадался Ной.

— Конечно полез, — сказал Скай сухо. — Ты мой внук, а не его игрушка. Я не мог допустить чтобы он забрал тебя у меня.

Ной усмехнулся:

— Вот это уже звучит как причина.

Скай кивнул.

— Я попробовал разорвать одну из его нитей. И знаешь, что он сделал?

Ной молчал. Скай продолжил;

— Он улыбнулся. И сказал: "Ты хочешь видеть структуру? Я могу тебе помочь, но глаза тебе уже не нужны".

Ной поднял взгляд.

— Он… специально?

— Да, — ответил Скай. — Он не вырвал мне глаза. Это было бы грубо и не красиво, да и ты бы не стал с ним больше общаться, увидя как мне вырывают гдаза. Он сделал хуже. Он перепрошил связь.

Скай постучал пальцем по виску.

— Он связал моё зрение не с миром, а с его нитями. Когда я пытался видеть реальность, я видел лишь его контроль. Я начал сходить с ума за сутки. Потому что любой взгляд упирался в ничто. Я не видел ничего.

Ной тихо сказал:

— И ты…

— Я сам выжег себе эту связь, — спокойно ответил Скай. — Иначе бы я стал его инструментом. Слепота это цена за свободу, за твою свободу, Ной. Я не обижен на тебя, я лишь горд за то, что ты не стал его подстилкой.

Молчание повисло тяжёлое. Карты будто притихли. Ной медленно, очень тихо заговорил колоде.

— Слышали? Это не плохое имя, это имя, которое делает людей мебелью.Мне не нравится, когда трогают мою мебель… — он усмехнулся сам себе, — …хреново сказал. Короче, мои хорошие: у нас теперь не "интересно". У нас теперь лично.

Скай сказал спокойно:

— Вот теперь ты звучишь по-настоящему опасно.

Ной поднял бровь:

— То есть раньше я звучал не опасно?

— Раньше ты был артист, — ответил Скай. — А артистов Сириус любит. Их легко направлять. Опасен ты становишься, когда перестаёшь хотеть аплодисменты.

Ной тихо усмехнулся.

— А я их всё равно хочу.

— Тогда ты ещё не готов, — отрезал Скай.

Ной посмотрел на деда, как ребёнок, которого задели.

— Ты меня недооцениваешь.

Скай не спорил. Он просто сказал:

— Тогда пойдём.

Ной моргнул.

— Куда?

Скай поднялся слишком быстро для старика.

— Пойдём я сказал, не ёрничай.

Ной улыбнулся шире, уже вернувшись в себя.

— Вот в такие моменты твоё старческое мышление меня бесит, "куда? А пойдем покажу!"

Он повернулся к картам:

— Девочки, собираемся. Мы идём туда куда решил мой старенький маразматик.

Они пришли

Место выглядело как склад. Каменные арки, железные балки, цепи. В воздухе висел слабый зуд, будто тут часто фиксировали что-то важное.

Скай остановился у входа:

— Здесь держат узлы его нитей, — сказал он. — Не он сам. Его… обслуживающие.

Ной вдохнул.

— Пахнет скучными людьми. Сириус с интересными работал лишь раз, это.. барабанная дробь... Я!

Скай сухо:

— Не расслабляйся.

Внутри стоял человек в тёмном плаще. Не высокий, не красивый. Лицо обычное. Руки в перчатках. На груди знак, похожий на грубое клеймо. Он увидел их и сразу сказал:

— Ной Сато и старик Скай... Я удивлён, что ты ещё ходишь.

Ной улыбнулся.

— А я удивлён, что ты дышишь без разрешения, зайчик.

Скай не реагировал. Он слушал всё, что вокруг.. шаги, опору, натяжение цепей. Человек поднял ладонь.

— Я Закрепитель. Я фиксирую исходы. Сириус приказал: если ты придёшь, то ты уйдёшь без колоды. Ты предатель один раз смог сбежать, второй раз не выйдет.

Ной рассмеялся.

— Ой, как страшно.

Он шепнул к картам:

— Девочки, он думает, что каменный. Но тогда покажем ему бума...

Ной неуспел договорить, как вдруг карты увидели рывок. Ной шагнул вперёд, непроизвольно, но красиво, будто на сцене. Карты спасли его.

— Колесо Фортуны, — сказал он.

Карты шевельнулись.

— Дьявол.

И почти лениво:

— Маг.

Закрепитель ударил и удар ушёл в сторону. Нога неудачно соскользнула, плечо пошло не туда, рука встретила цепь. Ной улыбался.

— Видишь? Ты даже ударить меня не в состоянии.

Закрепитель даже не разозлился. Он просто сказал:

— Следующий удар попадёт.

Закрепитель ударил и удар попал. Чисто, в плечо Ноя. Кровь разбрыгалась по полу.

Ной отступил на полшага, моргнул.

— О..

Он шепнул колоде:

— Карточки… он нас фиксирует.

Закрепитель шагнул ближе.

— Твои карты действуют от твоего желания, ты свм не представляешь какая карта выпадет. Сириус сказал: "Случайность это грязь" Я с ним согласен.

Ной улыбнулся, но теперь это была улыбка раздражённого человека.

— Ах ты… религиозный.

Он попытался снова: Справедливость, Башня, ещё что-то, но каждое желание гасло о фиксированное "должно".

Ной проигрывал. Не потому что слабый. Потому что это была камень-ножницы: вероятность против закреплённого исхода. Бумага была рядом.

Закрепитель поднял руку.

— Теперь фиксирую финал. Ты упадёшь. И твои карты исчезнут.

Ной почувствовал, как его тело вынуждают сделать шаг назад. Как будто слово стало гвоздём. И он вдруг… засмеялся.

— Ооо... Дед. Вот теперь мне реально интересно.

Скай шагнул вперёд, резко, быстро, не старчески. Как будто возраст в этом месте не был связан с телом. Он коснулся невидимой цепи фиксации и связь "приказ → Ной" исчезла. Не магия приказа и не сила закрепителя. Цель приказа. Скай сделал так, что в структуре сцены Ной на полсекунды перестал быть тем, на кого можно повесить исход. Исход всё ещё был прибит, просто прибит не туда. Ной не упал. А вот железная балка над головой Закрепителя сорвалась, потому что теперь упасть стало связью не с телом Ноя, а с натяжением цепи. Закрепитель поднял голову, но поздно. Он отскочил, но удар всё равно попал, балка ударила по полу рядом, волна сбила его с ног, и его собственная фиксированная фраза стала ловушкой: он сам закрепил, что падение случится. Ной тихо сказал, почти ласково:

— Красиво.

Скай сухо:

— Не красиво.

Закрепитель попытался подняться. Скай сделал ещё один шаг и переназначил опору: связь его ноги → пол стала слабой, а связь его вес → пустота сильной. Тело закрепителя больше не находило где стоять. Закрепитель рухнул на колени, как человек, которому отключили сам факт устойчивости. Ной поднял одну карту.

— Смерть, — сказал он.

И это была не резня. Это была смена состояния. Закрепитель перестал быть фактором сцены. Его знак на груди потух. Он стал обычным человеком, который не умеет драться без уверенности. Он отполз, задыхаясь, но прокричал перейдя в фазу защиты:

— Фиксирую себя в безопасности.

После этих слов Закрепитель с бешеной скоростью покинул склад. Ной стоял, вытирая кровь с плеча, и смотрел на Ская почти с уважением.

— Ты переписал мою сцену, — сказал он тихо.

Скай ответил спокойно:

— Я убрал твою сцену и оставил правила.

Ной усмехнулся.

— А мне понравилось. Знаешь почему? Потому что впервые за долгое время я почувствовал, что не я один режиссёр.

Скай наклонил голову.

— Ты хочешь убить Сириуса теперь не потому, что он мешает игре, а потому, что он сделал тебя ребёнком рядом с ним. Верно?

Ной улыбнулся и в улыбке было уже не только веселье.

— Он сделал слепым моего деда. А это… — Ной медленно выдохнул, — …уже не игра.

Скай сказал тихо:

— Вот и мотив. Теперь ты не просто артист. Теперь ты внук.

Ной повернулся к картам и шепнул:

— Вы слышали? У нас наконец нормальная цель. Раньше наша цель была интерес..Сейчас.. Месть.

И где-то далеко Бьякуя и Тенма, довольные, что отправили Ноя к Сириусу, даже не понимали, что Ной уже пошёл не за боем, а за смыслом.