Глава 12.

Мы должны больше узнать друг друга и поговорить. Но это всё ещё немного раздражает.

Элеонора ненавидела оставаться единственным человеком, который ничего не понимает, и чувствовать себя чужой.

— Почему я принадлежу Пертану? Я независимый человек.

На самом деле, была причина, по которой она была чувствительна к этому выражению. Всё потому, что Принц Леонард всегда называл Элеонору "своей", пользуясь высоким положением. Других кандидаток на место его невесты не было, поэтому приходилось лишь соглашаться. В результате чего, её брак уже предрешили.

Поэтому бессознательные слова Пертана теребили кончик души Элеоноры.

— Конечно, ты независима. Я говорю не совсем об этом. Ты должна быть рядом со мной, а не с Леонардом.

Не понимая, о чём говорит эрцгерцог, Элеонора склонила голову набок. В её дрожащем взгляде виднелся лишь Пертан, что спокойно ел сырную палочку. От еды щёки эрцгерцога казались выпуклыми, как у белки или бурундука. Внезапно перед Элеонорой предстала картина: как этот человек сидит на троне.

— Тогда...

Эта беседа отличалась от их тайного романа. Если предположить, что сказанное Пертаном – правда, всё могло измениться.

Отец эрцгерцога – Король, скончавшийся в молодости. Судьба Пертана изменилась именно тогда. В то время Элеоноре было всего шесть лет, поэтому она была молода для помолвки, но при жизни Император упоминал что-то об этом.

— С самого начала ты была моей единственной невестой. Я никогда не думал ни о ком, кроме тебя, – грубые и резкие слова казались Элеоноре странными.

— Мне кажется, детские чувства слишком много значат для тебя. Должно быть, нелегко до сих пор удерживать эмоции незрелого возраста.

Элеонора отвернулась.

— Я не совсем тебя понимаю. У меня просто не было времени думать о ком-то другом. Я понял, кто станет моей невестой ещё тогда, когда Император был жив.

Мне кажется, это немного неправильно – быть роковыми любовниками.

Пертан, словно специально хотел смутить Элеонору, внимательно наблюдая за действиями девушки. Его, на удивление, сильно интересовали её пищевые привычки.

— Кажется, ты в это не веришь? Всё потому, что веришь слухам об "ужасном злодее ночи", что преследует женщин.

— Тогда откуда взялись эти слухи?

Пертан, пожимая плечами, легко ответил:

— Я сделал вид, что всё так и есть – из-за собственных нужд.

— Зачем?

— Разве тебе не понравился секс со мной? Какого это осознавать, что занимаешься этим с грязным мерзавцем, что так нежен с тобой?

— Мы ведь сейчас говорим серьёзно, – Элеонора нахмурилась.

— Я защищал свою жизнь, – Пертан сел немного ближе, переходя на шёпот.

— Ты имеешь в виду, что тебе грозила смерть?

Император – крайне не воинственный человек, который во время правления не совершал серьёзных инцидентов и спокойно занимал своё место. Во всём этом не было места даже для критики. Казалось, Его Величество просто игнорирует свой трон.

Но поскольку другие дворяне не знали о борьбе за власть в Императорской семье, скрытой за завесой, Элеонора не слышала никаких историй об этом. Она в удивлении приподняла брови, а беззаботное лицо Пертана стало несколько жёстче.

— Значит, секс был плохим.

Боже! Да его заботит хоть что-то, кроме секса?

Светло-коричневые соски неприлично выглядывали из-под расстёгнутого халата. Сварливо ворча, Элеонора легла на диван, потеряв любой аппетит, и обняла подушку. Сейчас, видя суровый взгляд Пертана, девушка сглотнула, желая возобновить секс после короткой трапезы.

Эрцгерцог грубо снял с себя одежду и без задней мысли дотронулся до груди Элеоноры. Затуманенный глаза скользили по телу, словно по чему-то тоскуя. Слюна наслаждения заполнила рот. Дразня спутницу, Пертан коснулся её соска влажными губами, едва заметно задевая их зубами.

Соски, окрашенные в ярко-красный цвет, почувствовав наслаждение, набухли. Большие руки, сжимающие грудь, вызывали электрические разряды внутри Элеоноры, двигаясь от одной к другой.

— Итак, Леди Элеонора. Если вы забираете мужскую невинность и целомудрие, разве не должны нести за это ответственность?

Абсолютная чушь! Почему это я отвечаю за целомудрие Пертана? Но несмотря на злость, сердце бьётся так быстро...

Внутри Элеоноры постепенно зарождалось доверие к Пертану – после всегда услышанного. И если стереть представления о его блудной жизни, что он за человек? Тот, кого очень приятно трогать. Тот, что может заставить тебя ползать от удовольствия. Тот, рядом с которым невозможно спокойно вздохнуть.

Бдительным взглядом Элеонора смотрела на сильный лоб и линию подбородка, напоминавшие статуи, выставленные в Императорской галерее.

— Ха, ты красавчик, – совершенно неожиданно для самой себя сказала она.

Запоздало Элеонора прикусила губу, когда Пертан посмотрел на неё. Он улыбнулся, как маленький непослушный мальчик.

— Что именно ты любишь? Лицо?

Чрезвычайно довольный собой, он бередил невинные чувства Элеоноры, расплываясь в естественной ухмылке. Счастливое лицо Пертана говорило само за себя, когда его спутница, покраснев, отвернулась.

Поцелуи постепенно переместились с зоны декольте к шее, затем к мочке уха.

На самом деле, такие встречи с Пертаном очень опасны для Элеоноры. Она на мгновение представила время, когда станет императрицей, а в её утробе будет жить чадо – следующие наследники. Вспомнила Леонарда, которого скоро официально признают следующим правителем. Императорская семья очень опасна.

— Я скоро выхожу замуж.

— Я слышал эти новости. Ты будешь всё также приходить ко мне? Я с радостью приму тебя.

— Не знаю, что ты имеешь в виду, Пертан...

Элеонора на мгновение обратила на него свой взгляд. Кончики их носов встретились деликатным прикосновением.

— После церемонии ты станешь любовником Наследной Принцессы?

Некоторое время Пертан, застыв, как статуя, неподвижно смотрел на Элеонору. Она не понимала, о чём думает эрцгерцог: его спокойное лицо совсем ничего не выражало. Через соприкосновение их животов передавалось тепло и регулярное биение сердец. Ни возбуждения, ни каких-либо других эмоций.

Пертан лишь молча смотрел в аметистовые глаза.

Единственное возможное совместное будущее, когда эрцгерцог появляется в Императорском Дворце через задние ворота и встречается с Наследной Принцессой в тайне ото всех. Но внезапно его циничные губы расползлись в улыбке.

— Если я могу вежливо заниматься с тобой сексом, всё в порядке.

Вздор!

Элеонора со вздохом выкрикнула его имя:

— Пертан!

— Я с радостью приму это.

— Дело не в этом. Я бы предпочла закончить наши встречи сейчас.

— Ты уже предлагала это. Но я не сдамся.

В отличие от Элеоноры, полной волнения, Пертан лишь улыбался. Внезапно подняв женские руки у неё над головой, теперь он контролировал все. И это... Захватывающе.

— Я не дам тебе ничего, кроме нежности и любви. Ты ведь меня знаешь.