Глава 11.

По мере того как спазмы, бушевавшии внутри, постепенно утихали, Пертан притянул Элеонору за талию к себе. Слабо повиснув на нём, девушка легла на сильное плечо. Её ноги же открылись, словно ножницы. Беспорядочные разговоры и резкий голос Пертана пронзил уши, отчего сердце Элеоноры заколотилось от каждого провокационного слова:

— Твоя вагина так сильно хочет, чтобы мой член снова в неё вошёл?

— Мне жарко, Пертан!

В этот момент эрцгерцог снова вошёл в неё – так глубоко, как никогда. Головка стукнулась о стенку влагалища. Односторонняя атака создала достаточную боль, чтобы вызвать на глазах Элеоноры слёзы. Её глаза искрились, а влажный лобок издавал скрипучий звук, соприкасаясь с влажной мошонкой Пертана. Жидкость непрерывно вытекала из отверстия, смачивая промежность и не оставляя времени для высыхания.

Лица их отодвинулись друг от друга, отчего Элеонора смогла увидеть дразнящие изгибы талии. И даже если она не хотела заниматься с ним непотребствами, это тело манило. Чётко очерченный пресс ритмично двигался. Изогнутая, как у лошади, талия; крепкий член, входящий на неимоверной скорости прямо в неё.

Видя непринуждённое лицо Пертана, Элеонора боролась сама с собой, чтобы не накинуться не него прямо сейчас. Она обхватила руками свои тонкие лодыжки.

— Тебе больно? Или хорошо?

Грудь Пертана, что находилась вне досягаемости, вздымалась в воздух. Хватаясь за смятую простыню, Элеонора попыталась выдавить из себя:

— Хо... Хорошо...

Видя это, Пертан похотливо рассмеялся.

— Мне тоже это нравится. Разве мы не отлично ладим?

Слова сбивающие с толку были настолько беспорядочными, что выходили за пределы допустимого. Все фразы Пертана звучали слишком похотливо. Самоуверенная Элеонора просто не могла с этим смириться, облизывая губы. Эрцгерцог провёл влажными пальцами по ноге спутницы, спускаясь всё ниже. Лёгкий зуд расцветал. Грубые прикосновения превратились в головокружительное ощущение.

— Ах, да... Перт... Ха...

Чувство возбуждения разлилось по телу. Но Пертан не останавливался: он лизнул пальцы ног Элеоноры, а член всё никак не останавливался, двигаясь также резво и вызывая жару внутри влагалища. Как ни странно, женское тело дрожало.

Каждый раз, когда тяжёлая головка ударялась о матку, дрожь повторялась. Пертан озорно улыбнулся:

— Интересно, сколько раз ты уже кончила?

Наблюдая за её кульминацией, эрцгерцог застонал, будто вставляя пружину прямо в позвоночник Элеоноры. Громкий щёлкающий звук, словно лопнувший воздушный шарик, раздался в области трения. Девушка не видела и не слышала ничего от удовольствия. Мурашки бегали по всему телу. Единственное, что Элеонора чувствовала – эякуляционная жидкость Пертана, стекающая по телу.

— Боже...

Ноги Элеоноры будто наполнились свинцом – она больше не могла ими шевелить. Заметив движения, Пертан притянул спутницу обратно к себе. Талия, что успокоилась на мгновение, снова затряслась.

— Ах, Пертан...

Обняв Элеонору, Пертан снова мягко вошёл в неё. Единственное, что она сейчас слышала – биение мужского сердца. Горячая пульсация пробежала по гениталиям. Твёрдый член, исследуя пещеру, наполненную спермой, скользил по ней. Мягко убрав волосы девушки на бок, он поцеловал её в ухо.

— Тебе нужно пойти домой до заката? Тогда сейчас мы можем посвятить себя только друг другу.

— Хочешь заниматься этим весь день?

Но Пертан лишь усмехнулся:

— Лишь хочу показаться тебе все чувства и виды удовольствия.

Пенис его снова набирал скорость – под лёгкий скулёж Элеоноры.

* * *

Для разговоров не оставалось времени. Единственное, о чём могла общаться пара – о телах. Смертельный секс начинался заново раз за разом. Пертан эякулировал трижды, а Элеоноре пришлось испытать неисчислимые удовольствия – до изнеможения. Как только борьба инстинктов закончилась, а солнце пересекло середину неба, девушка легла на кровать и закрыла глаза, чувствуя, как постепенно засыпает или теряет сознание.

После короткого отдыха она наконец приподнялась. Пертан растирал ей бёдра и живот:

— Он слишком плоский, – заметив она, рассматривая женскую талию.

— Прекрати трогать меня. Я не твоя зверушка, – она накинула на себя халат.

— Извини. Видимо, я всё неправильно понял: чувствовал, будто завёл нового причудливого кота.

Даже холодные речи и агрессия Элеоноры никак не задевали Пертана. Но в этом доме нельзя терять бдительность.

Из-за ужасной усталости она устроилась обедать в спальне. Огромное количество еды заполнило весь стол. Размером со щит бифштекс, страстно истекал соками и манил. Сохраняя элегантные манеры, Пертан в быстром темпе съел стейк. Но в то же время он посматривал на Элеонору, который, кажется, была немного напугана. Взяв тарелку с салатом и небольшую булочку хлеба, эрцгерцог кое-что заметил. Леди ела маленькими кусочками.

— Ешьте побольше. Вы, должно быть, голодны от усталости.

Видя, как Элеонора осушает стакан воды, он не выдержал и сунул её вишенку в рот и, как ни в чём не бывало, взял со стола сырную палочку.

Почему он ведёт себя так? Это похоже на обременительное свидание.

Зажав палочку между губ, Пертан наклонился к ней.

— Почему... Почему вы притворяетесь таким близким ко мне человеком? – в её словах звучала некоторая неловкость.

— Элеонора изначально была моей, – в прямолинейном выражении лица не было ничего игривого.

— Что это значит?

— Я хотел вернуть тебя, когда придёт время. Но совпадение, когда мы вступили в контакт, лишь облегчило это. Поэтому давай с этого момента станем друзьями.

Для Элеоноры эти слова не имели никакого смысла. У неё не было никаких воспоминаний о Пертане. И единственное, о чём она думала – памятная встреча в детстве, когда она ходила во Дворец в качестве компаньона Принцессы. И после дебюта Элеонора знала о Пертане лишь из слухов на различных банкетах. И отношение эрцгерцога теперь смущало.

И хотя она пыталась отдалиться, Пертан давно пересёк допустимую черту.