Духота. На улице стоял октябрь — резиденция не могла отапливаться, но мне душно. На улице не жарко, как летом, но всё равно тепло, что необычно. Вглядываясь в маленькие очертания людей из окна в холле возле кабинета третьего Хокаге, мы ждали сенсея. Хирузен приказал остаться ему ещё на пару минут, а нас мягко выпроводили за дверь. Я не стала возмущаться, всё-таки я и так могла узнать, что он там ему говорит, да и, если бы я сказала, что я секретарь мужчины в кресле, допроса в технике «ведущие и загруженные вопросы», мне было бы не избежать, — такого счастья не надо.

Суть миссии была проста. Как и у всех команд в три человека + сенсей, примерно от трёх месяцев с выпуска из академии до года, сенсей команды обязательно возьмёт миссию рангом выше, чем «D». И чаще всего это миссия «С-ранга». До того, как я пришла в эту команду, у них была другая девочка, их одноклассница. Задира, весёлая, хохотушка. Как я поняла по мелькавшим характеристикам той девочки. Она была из какого-то клана, и её рано выдали замуж. Теперь она сидит дома и хранит свою обитель, пока её муж гоняет на миссии. Девочку жалко, но что я могу сделать против браков по расчёту? Чистокровные семьи пугали, и мне просто повезло, что меня не выдадут замуж без моего согласия. Только сейчас я поняла, что моя жизнь могла быть ужасней в сто раз.

Так вот. Миссия. Так как я первый раз иду на «С-ранговую» миссию, нам выдали обычное сопровождение до конечной точки. Наш милый заказчик был торговцем, достаточно успешным, как я поняла, именно поэтому он хочет пойти в порт страны Огня и начать распространять там свою продукцию. Он только начал разрастаться, но уже успел побывать в ОтафукуДеревня в стране Огня, в которой Наруто и Джирайя нашли Цунаде. и Хошигакуре-но-Сато«Деревня скрытая в звезде». Скрытое селение шиноби находящиеся в стране Медведя.. В порту можно встретить много союзников, так как там много торговцев, там можно получить больше прибыли, туда стекаются путешественники, грузовые судна, универсальные сухогрузные суда, генеральный груз — это всё торговля и переплавка, столько бабла можно выкрутить! Именно поэтому, я думаю, он туда и отправляется.

Лакированная дверь в главный кабинет отворилась. Слегка задумчивый сенсей с листком нашего задания для росписи заказчиком вышел в коридор, сразу натыкаясь на два скучающий взгляда.

Ясихиро, пока ждал, задремал.

— Чтобы были готовы через пятнадцать минут. Встречаемся около КПП.

— Есть.

***

«Вот же блядство.»

Сейчас я прыгала по веткам в направлении быстро отдаляющихся точек. Я каким-то образом отделилась от команды, а они до сих пор не подняли тревогу. Что ещё хуже! Они и не думали останавливаться.

Мы возвращались в деревню после успешно выполненной миссии, милый заказчик расписался на бланке и упорхнул к своим коллегам обустраиваться и возиться с бюрократией. В пути мы не останавливались в каких-то крупных городах, что помечались на карте страны (Отафуку, или ТанзакуКварталы Танзаку. Они знамениты тем, что тут можно вдоволь отдохнуть. Женщины, азартные игры и т.д. Большая часть поисков Цунаде происходила именно здесь.), а пережидали в лесу. Мужчина привык к таким передвижениям, и сам настаивал, чтобы остаться в лесу, где-то на опушке. Как он позже рассказал, когда сидели у костра, он любил природу. Вырос он в столице, а там везде здания, всё плотно пристроено друг к другу, травинке негде прорасти! Вот теперь, после совершеннолетия, отбился от родителей и ведёт жизнь холостяцко-маугливскую… Если так можно выразится. С ним я была согласна, я тоже любила природу, запах после дождя и росу на траве. Как только вспоминаю, сразу начинают бегать приятные мурашки. В общем, моим первым пройденным средней сложности заданием я была довольна. А вот обратной дорогой в родную Коноху разочаровалась. Остановившись на полянке в лесу, дабы заночевать, быстренько отрубилась.

Сон у меня вразрез с негласными правилами шиноби был крепкий, это, конечно же, очевидный минус, но с этим я ничего не могу сделать, против физиологии не попрёшь! За главного оставили Юичи, потом идёт Ясихиро, дальше я. Каждый дежурит по два часа, плюс минус.

Я и понять-то ничего не сумела, так-то. Просыпаюсь я, значит, чуть ли не вальяжненько потягушки устраиваю, а не могу! Меня связали верёвкой, затолкали тряпку в рот и забросили в какую-то пещерку. Лежу попой к выходу солнечных лучей и думаю, что теперь со мной сделают: на шашлых пустят или в рабство закинут? Вдруг им лольки нравятся?

Устало вздохнув, поняла, что не чувствую чакры. Системные уведомления перемелькались перед глазами, извещая меня о собственном похищении. Конечно же, система не знает, кто меня похитил, так было бы неинтересно, так что пришлось включать смекалку и просто карту.

На карте возле меня никого не было. Только две точки на входе и через два километра отсюда несколько кружочков, помеченных зелёным. И не боятся зелёные так близко к чужим отдых устраивать.

Неизвестные-незнакомые кружочки у меня помечаются чёрным — если вне деревни. Свои (коноховцы, не нукенины) помечаются зелёным. Остальные незнакомцы чёрным, в последствии приобретая свой цвет (при знакомстве), как я их обозначаю. Система мне дала краткую характеристику: «Это всё зависит от психики». Каждый человек ассоциируется у нас с каким-то цветом, ситуацией или ещё чем.

С картой немного сложнее, незнакомые коноховцы — зелёные, неизвестные не коноховцы — чёрным, знакомые/друзья/родственники — так, как я их вижу. Хирузен — коричневый, Мито — каштановый, Цунаде — оливковый и так далее.

Введение курса по знакомству с картой закончено, можно возвращаться к главному.

Внутренность пещеры была островатая, по крайней мере перед глазами были вполне острые края стен. Тихо перевернувшись и нащупав пальцами более-менее островатую выделку, стала тереться узлом на кистях.

По прошествии получаса, я освободила руки, сразу почувствовав, как к ним бежит кровь. Бледные руки сразу потемнели, вены взбухли от сильного притока алой субстанции, и ими стало невозможно шевелить. Пришлось полежать без движения ещё пару минут, степенно разминая конечности.

В ход пошли кунаи из классического набора в инвентаре. Быстро разрезав на ногах уже потрёпанный канат, додумалась убрать тряпку из рта.

С другой стороны пещеры, где она уходила вглубь, несло маленькие струйки прохладного ветра. Печать запечатывания чакры убирать не стала: если сниму её, чакра вырвется, и все в радиусе пяти километров узнают, что я её сняла. Уберу её, как отойду на дальнее расстояние. Без поддержки чакры продержусь тридцать минут без боя — надо дойти до зелёных точек на карте и уже оттуда снять печать.

Вглубь пещеры шла тихо, щуря веки. Было темно, как в жопе мамонта, хоть глаз выколи! Чтобы не потеряться вдруг в глубине образования, я держала руку на каменной стенке. Мне соблаговолила удача, так что примерно минут через сорок я уже видела то самое отверстие, с которого вытекают потоки свежего воздуха, смешиваясь с сопрелым, затхлым воздухом пещеры. Отверстие в стене пещеры было узкое, но расковыряв немного кунаем, смогла протиснуть бёдра, сильно их при этом оцарапав. Кимоно пришло в негодность, что на нём только не было. Окажусь дома — моментально выкину в ведро.

На улице было пасмурно, низкие почти чёрные грозовые облака степенно передвигались в сторону Конохи. Уже неделю не было нормального дождя, и вот, кажется, он идёт сюрпризом к деревне. Выбралась я в непонятный овраг с расплывающимися краями скал сверху, глина сыпалась сверху прямо в волосы, и кажется, карабкаться вверх по такому будет опасно. Не успею поставить ногу, как окажусь под каолиновым обвалом.

Вздохнув и собравшись с мыслями, отправилась вперёд, по песочку с высокими сорняками. В этот раз удача повернулась ко мне филейной стороной, так как те люди возле пещеры активно зашевелились, видимо поняв, что я пропала. Прибавив газу, уже не стесняясь, побежала не оглядываясь.

Делать нечего, овраг обещает быть долгим и глубоким, а если хлынет дождь, меня мягкая глина «убьёт». Закусив губу от явного риска, оттолкнулась от стенки, что мгновенно начала сыпаться, и прыгнула вверх по диагонали к параллельной стороне оврага. Так, чуть не упав, в четыре прыжка я выбралась со рва.

Дождь всё-таки пошёл. Ливень хлынул после громкого предупреждения в виде грохота грома впереди. Подняв глаза от карты в руках, парень со шрамом на шее заметил что-то быстро движущееся к ним в кустах. Мгновенно напрягшись, он махнул рукой, призывая к вниманию и готовке к нападению.

Она не понадобилась. Из кустов выбежала бледная как смерть девочка с красными волосами. Её лицо было знакомо команде, это она стояла возле КПП со своей командой несколько дней назад, готовясь выйти на миссию.

Не успев что либо сказать, колени девочки подогнулись, заставляя её упасть на землю и судорожно вдыхать кислород.

— С-спасена…

Невнятный бубнёж разнёсся по тихой поляне, слегка приглушённый сильным ливнем.

Высокий мужчина, явно командир команды, подобрался к девочке.

— Эй, ты в порядке? Помощь нужна?

Оторвав глаза от земли, она подняла голову.

— Меня… Меня похитили. Узумаки, все дела, — нервно хохотнув, она встала не без помощи командира.

Схмурив брови, мужчина усадил девчонку на спальник, замечая, как его сокомандница подошла и дала бутыль с водой красноволосой.

Кивнув в знак благодарности, Узумаки жадно отпила из бурдюка.

Минут пять — и она уже выглядела спокойнее и посвежевшее.

— Советую отойти от меня на пару метров, — неожиданную просьбу вымолвила девчушка, сразу показывая на печать сдерживания чакры на животе, что никто пока не заметил.

Переглянувшись, сокомандники, как и она сама, отошли друг от друга.

В себе чакру всегда сложно сдержать после сдерживающей печати, так что её никто не упрекал, когда, сняв печать, из неё вырвалась жгучая чакра волной в разные стороны. Она немного снесла остальных своей силой, но в целом никто не упал.

— Спасибо ва… — обернувшись обратно к союзникам, она перервалась на полуслове. Сзади команды появились те самые мужчины, что стояли на входе в пещеру. Выглядели они слишком зло, чтобы хотя бы попытаться вести переговоры. Чертыхнувшись, она вытащила кунай. Коротышка, совершенно забыв о возможных преследователях, сильно расслабилась от того, что оказалась в кругу своих, теперь упрекая себя за это.

Что-то случилось. Уйдя на мгновение в себя, она неожиданно вперилась взглядом в мужчину-преследователя, что смачно ругался после битвы с командиром встреченной команды. Он, истекая кровью, одной рукой сложил печати, и от него пошла волна чакры. Примерно как у красноволосой десяток минут назад. Уже позже она пожалела о том, что вообще пришла сюда, а не побежала дальше, к команде.

Уворачиваясь от летящей в табло вражеской техники, девочка разглядела перечёркнутые хитай-ате деревни Скрытого Водопада. Нехорошая мыслишка закралась в голову. В это время как раз жил Какудзу, возможно ли, что…

К врагу пришло смачное подкрепление. Человек пять, если не больше. Они распространились по периметру, не давая уйти, и сыпали разными техниками. Команда Конохи проигрывала. Получилось так, что это не профессиональная команда, не АНБУ или ещё кто, а такая же, как и её, состоящая из двух мальчишек, одного взрослого и девочки.

Уже в битве она поняла, что принесла за собой хвост, и от этого стало паршиво. Очень и очень плохо! Если они умрут, а они, скорее всего, умрут, это будет на её совести. Закусив щеку изнутри, она в который раз послала клонов в бой, сама смешивась с ними и придумывая хоть что-то! Хоть что-нибудь…

На карте появился ещё один кружок. Тот самый, который был вместо неё в команде, он двигался один, без её знакомых. Внутри похолодело. Значит ли это, что их…

Додумать мысль не дали, в голову прилетела упитанная нога, давая раздвоится миру в глазах. Тихо зашипев от боли и слегка потерявшись в пространстве, встала спина к спине с мальчиком из команды. Он явно дрожал и шептал что-то… Не разобрать. Но ей почему-то казалось, он клял её во всем, что сейчас происходит. Где-то сбоку послышался девичий вскрик, а дальше хлюпанье. Непроизвольно расширились глаза, а коленки всё сильнее и настойчивее пытались трястись, но красноволосая всё держалась… Отбиваясь от этих мудаков. Спустя время убили ещё одного мальчика и сильно ранили командира. Напор сил со стороны врагов всё сильнее увеличивался, а понимание того, что мы выживем, с нашей стороны, всё тухло.

Когда на поляну пришёл красноволосый клон девчушки, она недоумённо метнула к нему взгляд, далее понимая, что на поляне стоит мёртвая тишина. Враги замолчали, ранее выкрикивая всякие гадости, не отрывая глаза от моего…

Это не мой клон. Понимание было как ведро кипятка, политое на холодное после ливня тело. Жар распространился по телу, сразу заменяясь на лютый холод. Вся краска с лица окончательно схлынула, когда вместо клона появился загорелый высокий мужчина. Повязка скрытого Водопада была перечеркнута, а длинный коричневые волосы липли к впалым щекам. Безжизненный взгляд зелёных глаз медленно проходил по поляне, щуря взгляд. На нём не было верхней одежды, как после битвы, а на теле ожоги, кровавые полосы от кунаев и техник, и самое главное, что окончательно привело к итогам того, кто перед девчушкой стоит — швы. Чёрные тонкие швы как змеи расползались по всему тёмному торсу, рукам и шее.

-------------------

Внимание!

Игроку грозит опасность!

Враг, увидевший вас, был обозначен как: ниндзя-отступник, Какудзу.

Опасность: S-ранг.

Ваш уровень слишком мал, чтобы противостоять ему в бою.

Если хотите жить: двигайтесь, прячьтесь, убегайте.

-------------------

Звонкое уведомление прозвучавшее в голове, было как сильная пощёчина. Вздрогнув от угрожающего взгляда, что наконец нашёл настоящую девицу, она скрыла чакру. За оригиналом с маленьким замедлением повторили все клоны. Наконец она решилась. Решилась делать нечто унизительное для всех шиноби. Убегать и прятаться, бросив команду.

Извините, друзья, своя шкурка важнее.

Когда Какудзу стремительным шагом пронёсся вперёд, к заледеневшему подростку… Даже не так, ребёнку. Он увидел нечто раздражительное и смешное. Девочка, стоявшая ранее как статуя, решила убежать, бросив своих друзей. Впрочем, он её понимал.

Круто развернувшись на пятках, она перемешалась со своими клонами, далее выбегая из круга, что делали нукенины. Некоторых поймали, но они развеивались, после того как ранят поймавшего её.

На поляне стояла звенящая тишина. Дождь, ранее лившийся, сейчас только немного покапывал.

Мужчина медленным шагом, будто на прогулке, проходил сквозь деревья, кустарники, вглядываясь в туман, что набежал после дождя. Девчонки нигде не было видно. Она будто под землю провалилась! Раздражённо скрипнув зубами, он плюнул на это.

«Убежала уже, тварь такая.»

Звон в ушах резонировал с сильным пульсом, не давая прислушаться к окружению. Я полностью скрыла свою чакру разбегаясь с клонами куда глаза глядят, далее спрятавшись за одним из деревьев. Мелкие капли, что скатились с листвы дерева, неприятно скользили по лицу, их так хотелось убрать, наконец полностью распрямится и вдохнуть полной грудью… К сожалению, это было невозможно. Какудзу как чувствовал, где нахожусь я. Он прошёл именно близ меня, возле старого влажного дуба, на секунду замедляясь. Моё сердце повторило за ним. Оно ухнуло, перестав биться всего на мгновение, а когда мужчина прошёл дальше, оно со скоростью пумы начало стучать, что аж больно. Ладони плотно обвили рот и нос, пытаясь заглушить нервное дыхание.

Было неописуемо страшно! В моей памяти ещё живёт воспоминание, какие дела крутил в мире Какудзу с бедными сиротками, сильными людьми… Такими как я — раритетами! Убивал или сдавал живыми на чёрном рынке. Представив, как меня покупает какой-то потный мужик, решивший усилить генофонд клана или семьи, а потом своим окорочком ебёт, я чуть не блеванула. Передёрнув плечами, сильнее втиснулась в кору дерева.

«Нет-нет, если и поймает, лучше сдохну.»

Ветер, дувший с той злосчастной поляны, принёс с собой букет отвратительных запахов. Горелой кожи, металла, палёного дерева. Из-за различный запахов, что принёс с собой ветер, вспомнилось, что там остались трупы команды из листа. Сжав губы в тонкую полоску, схлопнула с ресниц набежавшие слёзы.

Чувствую себя отвратительно! Бросила на произвол судьбы союзников, не смогла отбиться от нукенинов, а теперь ещё и Какудзу. Прекрасная первая миссия вне деревни, мать твою!

Через пару минут эмоции нукенина совсем пропали из зоны действия моей эмпатии, и только тогда я решилась отнять руки от лица и судорожно вздохнуть.

— Господи, я выжила… — трясущиеся худые коленки прямо перед носом раздражали взгляд. Перевернувшись на четвереньки и убрав листву куста от лица, взглянула на тропинку, разведывая обстановку. Вдруг он печати какие поставил или леску, или ещё чего. Отметив, что тропа чиста, как попа младенца, я всё же выползла на свет божий. Тремор всё ещё был со мной, мешая сосредоточится.

Сжав в кулак руки, прошла на ту поляну. Было страшно, вдруг там остались те прямые дряни. Вот что им на месте не сиделось?

Тонкие жухлые ветви деревьев без сопротивления отодвинулись, слегка царапая руки. Картинка впереди заставила виновато опустить взгляд. Под ложечкой засосало, хотелось выплеснуть эмоции, что копились внутри, криком и бешеной истерикой. Хотелось топать ногами о рыхлую землю и громко взвизгивать, да так, чтобы Облако услышало.

Проглотив ком, ступила на сожжённую землю. Поляна, что ранее пестрила яркими красками, красивыми цветами и вкусно пахла, превратилась в филиал ада на минималках.

По всей лужайке разбросаны кунаи, перемешанные где-то с конечностями, техники, что применяли обе стороны, не жалели территорию битвы, сжигая, затапливая местность. Кровь, и врагов, и союзников, залила всю землю, не давая распрямится ни одной травинке под натиском субстанции. Устало пройдясь взглядом от одного угла до другого, поняла, где находились уже мёртвые… союзники.

Девочка, которую убили раньше всех, расслабленно валялась под сломанным деревом, без подсумка с оружием, аптечки и — что ещё обычно кладут в подсумок генины? В общем, её ободрали знатно.

Парень, находившийся спина к спине со мной, висел на ветке дерева без нижней части тела. Дунет ветер — и он со шлепком ударится о грешную землю. Решив, что надо его снять оттуда, подошла вплотную к толстой ветке дуба.

Было противно прикасаться к трупу подростка, который пытался тебя защитить, а ты в итоге бросила его. Было стыдно за свои действия, но… Жить-то хочется сильнее, а я не какой-нибудь Наруто, который бросится в битву с неравным числом противников, захотев спасти кого-то. Я их знала минут десять от силы, без боя, так что сильного опустошения как такового не чувствовала. Да, стыдно, несомненно, было, и вина присутствовала! Но не более.

Аккурат положив лёгкий трупик на землю, в место, где было почище, наткнулась взглядом на руку убитого нукенина. Какая-то злоба сыграла внутри, так что, не удержавшись, я подскочила к кустам и с размаха заехала туда, где предположительно должна быть голова. Нога прошла легко, скользнув по мокрой траве, и, чуть не оступившись, выпрямилась. Недоумённо нахмурилась, прежде чем подумать, что: «А» — он без головы; «Б» — она у него настолько сильно свёрнута, что на предполагаемом физиологическом месте отсутствует.

Убрав веточки, сцепила зубы сильнее. Меня воротить начало, ещё когда увидела труп парня на ветке, а тут ещё один без головы. Глубоко вздохнув, медленно выдохнула, прикрыв глаза.

«Так! А ну собралась! Тебе такие картины чуть ли не каждый месяц в будущем видеть!»

Хлопнув себя по щекам, преувеличенно бодренько прошла поперёк поляны, глазами ища ещё двух.

В итоге нашла одного учителя. Тот пал героем! Защитил тех, кто был с ним, и бессовестную меня, умерев от куная в печень!

Два с половиной тела сейчас лежали в линеечку на более-менее чистой траве, пока я, задумчиво хмурясь, думала, куда запропастился третий подросток.

«Ну не съели же его? А может, он был клановым и его живым захватили?» — Второй вариант самый вероятный, но на всякий случай периметр пройти надо.

Отойдя от территории боя на приличное расстояние на запад, увидела капельки чуть засохшей крови. Напряглась моментально. Да, понимаю, это может быть тот-самый подросток-зайчик-из-Алисы-в-стране-чудес, любящий прыгать с места на место, а ещё это может быть кто-то из мужчин. Теперь моя паранойя от меня не отстанет.

Мёртвой хваткой впившись в прохладный металл сюрикена — кунаи закончились, а те что лежали на поляне либо поломаны, либо настолько старые, что ими пользоваться невозможно — прошла дальше. Луч внезапно появившегося солнца из-за облаков моментально ослепил, как только я прошла то дерево, на листве которого увидела кровь.

Но, быстро проморгавшись, сцепилась со взглядом мутных глаз. Почти мёртвых. Картина прояснилась. Облокачиваясь на валун возле пещеры, сидел подросток, держась за живот. Адреналин подскочил в крови сильно, за что я ему благодарна, а то так бы и пялилась на полудохлого мальца.

Быстро подскочив к парню, стала бормотать что-то несвязное, чтобы утешить, успокоить его. Вроде даже получилось. Он улыбнулся так, будто и не ждал спасения.

— Что же ты тут делаешь, а? Я уже тебя заведомо похоронила, — перестав скрывать чакру, перед этим опасливо покосившись в системную карту, провела мистической рукой от головы до коленок парня. «Сотрясение, внутреннее кровоизлияние — маленькое — и рана возле поджелудочной от какой-то резной техники.»

— Ну ничего, братанчик, тебе повезло, что я тебя нашла. Ты выживешь!

Я решила потратить значительное количество своей чакры на то, чтобы исцелить его. Вина меня всё ещё гложила, а тут так подфартило встретить того, на ком я могу вину искупить!

Улыбка, полная надежды, у него так и уплыла с лица, он продолжал лыбиться, пока я проводила недоэкстренную операцию. Да, конечно, сейчас, когда я знатно нервничаю, я могла плохо контролировать чакру в технике, однако система меня тут (наконец-то!) не подвела! Она высветила мне табличку с контролем чакры и мистической рукой, где у меня практически макс. уровень.

«Я, конечно, не Цунаде, но тоже что-то могу!»

Победно улыбнувшись через полтора с хвостиком часа, опустила руки, практически падая на землю. Тело била дрожь от холода и онемения. Я начала операцию не в том положении тела, о чём в дальнейшем пожалела, но хотя бы жизнь мальцу сохранила.

Упав на землю, стукнулась обо что-то острое затылком, но, не обратив на это внимания из-за дикой усталости, прикрыла глаза.

Лежала неподвижно минуты две, немного отойдя. Достав из инвентаря бутылку воды, хлебнула.

Итак, спать хочется зверски, рядом находится полуживой человечек, а потом ещё как-то допрыгать до Конохи надо! Сразу вспомнилось, что при находке парня за его спиной была пещера, и, решив сразу проверить, а не показалось ли мне, привстала на локти и повернула голову. Нет, не показалось. Однако в памяти она была больше… В реальности она была чуть ли не в половину меньше, чем я представила. Но она была! Значительный плюс.

Издав крякающий звук, поднялась, и, взвалив аккурат на себя бренное тело, поползла к пещере.

Пещерка как пещерка. Поменьше той, в которой я очнулась ранее, но тоже неплохая. Нет такого ощущения, что она обвалится, как только облокотишься спиной на стену.

Облегчённо сбросила отключившуюся тушу на песок.

Осталось обработать рану, и можно завалиться спать. После такого представления и нервотрёпки есть не хотелось… Хотя в туалет сходить можно. Сколько уже терплю-то?

Сухпаёк быстро пропал в животе. Прокатившись взглядом по периметру, увидела лучи закатного солнца. Красивый закат освещал пещеру, а тёплый ветер только размаривал тело, подбивая поспать ещё пару часиков. Вечер обманчив. Закат усыпляет, а как только заснешь и он закончится, сразу продрогнешь от ночного воздуха.

В стороне зашевелились. Проснулся соня.

— Ты в порядке? — Согласное мычание. Закашлявшись, парень привстал и облокотился на стенку, отзеркалив меня.

— Пить будешь? — сразу протянула бурдюк. Конечно будет, ему воды в организме не хватает, спросила для галочки.

— Сбежал… — тихий шёпот эхом раздался в темнеющей пещере. Один недавно разведённый костер держит свет.

Перестав пялиться на огненные крылья костра, я проморгалась от белых вспышек и сухости в глазах.

— Чего говоришь?

— Сбежал, говорю.

— Тоже мне, проблему нашёл! — иронично хмыкнув, прикрыла глаза. — Я тоже… Сбежала.

Неопределённый взгляд мутных глаз, в которых было множество смешанных эмоций, вперился в меня. Не открывая глаз, могла сказать, что тот странно поглядывал на меня, не зная, что сказать. А эмоции плескались через край, вот-вот грозясь пролиться.

— Я сбежала, потому что хотела жить. Знаешь, мой похититель, нукенин «S-класса», прошёл буквально в шаге от меня, когда я пряталась… — треск огня успокаивал. Я говорила почти не отрываясь от мягкого пламени. Раньше я думала, самым спокойным элементом была вода. После увиденного, пройденного, мне так казаться перестало. Мировоззрение меняется? Если да, то кардинально, хах.

— Он стал им совсем недавно, но я слышала, что клановых детей он продаёт на чёрном рынке. А я, между прочим, Узумаки. Ещё и девочка! «Вот подарок судьбы!», наверное он подумал, как нашёл меня, — тихо рассмеявшись, поняла как рада тому, что я всё ещё могу ходить свободной.

Слушая мой монолог, парень опустил плечи. Угрызения совести поутихли, но эмоции, что ранее скреблись у меня в сердце, теперь донимают его.

С такой штукой, как эмпатия, очень сложно. Когда человеку, которому плохо, хочется закрыться в себе и просто посидеть, обработать ситуацию или покопаться в себе, я всегда чувствую, что у них в душе! Очень неловко… Вот и сейчас, его душа как нараспашку.

Вздохнув, закатила от раздражения глаза.

— Пойду погуляю. Зови, если что.

***

Прибытие в деревню было неописуемо. Напряжённая тишина между всеми сокомандниками стояла тяжёлая. В душе разрастался отвратительный ком отрицательных эмоций.

«Ми. Моя дорогая Ми! Этот ублюдок, которого мы приняли за нашу милую сокомандницу, похитил её со своими тварями и сбежал!»

Взгляд метнулся на хмурящегося сенсея.

А когда мы хотели догнать этого придурка, сенсей отдал приказ оставаться на месте. Он сказал, что он нам не по зубам, и, если побежим выпрашивать сокомандницу обратно, лишимся своих жизней. Как позже он разъяснил, это был нукенин. Сильный. Скрепя зубами мы смерились. Было откровенно стыдно, что мы не смогли отличить какого-то мужика от нашей сокомандницы. Да, мы не пробыли вместе достаточно долго, чтобы распознавать любые мелкие детали, но мы уже прикипели друг к другу… По крайней мере я.

Только уже когда мы отчитывались у Хокаге, к нему забежал АНБУ.

— Хокаге сама, Ми-сан прибыла с Ёму У из двенадцатой команды. Сейчас они находятся в больнице.

На сердце отлегло. Изумлённые лица впились в расслабившуюся физиономию главного в деревне.

— Приставь к Узумаки отряд, как обычно, и как она будет готова, расспроси её о том, что произошло.

— Есть, — отрапортовал он и испарился в вихре листвы.

Закончив отчёт, мы с Ясихиро быстрым шагом оказались около госпиталя. Странно. Покосившись на предвкушающее лицо сокомандника рядом, недоумённо выгнул брови.

— Ты чего это?

Перестав идти, он глянул на меня.

— Что?

— Тебе же всегда было всё равно на окружающих, чего ты так прёшься-то?

Сцепив кисти в замок, он хитро улыбнулся. Не став отвечать, он прошёл к стойке регистрации.

— Здравствуйте, а можно узнать где…

Отдалённый голос Харуно отдавал в уши. Злость всколыхнула что-то в душе, заставляя сильно покалечить розовласку.

«Игнорировать меня вздумал? Как будто я не знаю, что такая крыса, как ты, может делать у только прибывшей сокомандницы.»

Ясихиро, мило улыбнувшись медсестре на стойке регистратуры, прошёл в коридор на второй этаж. Я, оттолкнувшись от пола, приблизился к Ясихиро.

Мы молча прошли к какой-то палате, предположительно где лежит Ми-чан, я опередил Харуно, открывая дверь. Обернувшись, злобно зыркнул на оторопевшего парня.

— Ты останешься здесь. Я скажу тебе, как Ми-чан себя чувствует.

Пройдя в палату, захлопнул дверь прямо перед его скривлённым от злости носом.

Возле стенки стояла светлая кровать, за ней находился стеллаж с книгами — предположительно оттуда Ми-чан и достала книгу, которую сейчас со скучным выражением лица листала.

Как только я зашёл, она приподняла глаза от листков книги и немного улыбнулась.

— Привет, Юичи.

Её голос был тихим и мягким. Услышав его, злость пропала, на смену ей пришло удовлетворение и умиротворение.

— Привет, Ми-чан! Как ты? Что случилось?

Вздохнув, она отложила книгу. По мере рассказа я всё больше впадал в ярость. «Тот ублюдок…» — сжав кулаки, представил, как на месте кулака была бы его шея. Так хотелось его убить! Скрипнув зубами, я впился глазами в Узумаки.

— Юичи… Ты в порядке?

Нервный взгляд зелёных глаз прошёлся по мне, как бы смотря, что со мной могло приключиться, не найдя чего-то, она вернулась к глазам.

Кулаки расслабились. Вот как при ней можно было злиться? От неё исходила какая-то волна умиротворения и спокойствия, заставляя поддаться и расслабиться.

Глотнув побольше свежего воздуха, который просачивался через открытое окно, натянул улыбку.

— Всё хорошо.

Её лицо осветила слабая улыбка.

— Меня продержат тут до завтрашнего утра. Ран как таковых у меня нет, так, пара царапин и гематом, а в целом всё нормально. Криво поставленная печать запечатывания чакры задела что-то в тенкецу… Но это уже залечили.

Нервно хмыкнув, она расправила одеяло и, опустив тонкие ноги к полу, встала с кровати.

— Куда ты? Можно с тобой?

От такого резкого предложения девочка неосознанно повела плечом.

Мягко взяв его за шершавую ладонь на плече, убрала её от себя, незаметно обтерев об кофту, как отпустила.

— Ты со мной хочешь в туалет?

— Да!

Удивлённо подняв брови, она рассмеялась.

— Ну ты и шутник. Подожди тут.

Она прошла за дверь, ведущую к туалетам и ванным комнатам, не издавая ни звука. Как только дверь закрылась, я подошёл к входной двери, заглянув за неё и не обнаружив там розовласку, да и людей в принципе.

«Ушёл?»

Вздохнув и войдя обратно в палату, я опустился на корточки, шебурша волосами на затылке. Пульс отдавался в глаза, слегка побаливая.

Послышались шаркающие шаги. «Ми-чан уже закончила? Нет. Так только ходит…»

— Ясихиро? Ты ещё не ушёл?

Хмыкнув, он ядовито выплюнул.

— Сенсей ждёт на первом этаже. Новостей, не тебя.

Вот же… Змея скрещенная с крысой! Сдержанно кивнув, прошёл к туалетам, сзади Ясихиро ушёл снова на первый этаж. Судя по шагам.

Дверь отворилась перед тем, как я успел постучаться, и Ми-чан чуть не врезалась в грудь. Сердце предательски ухнуло в желудок от такого близкого расстояния с девочкой.

— Что такое, Юичи? — спокойно улыбнувшись, девочка смотрела на занесённую мною ладонь, которой я хотел постучать в дверь.

— А… Это… Сенсей ждёт новостей, пойдёшь на первый этаж? — от неловкости рука самопроизвольно двинулась почесать затылок.

Хлопнув глазами, она кивнула.

— Юичи.

Быстренько подойдя к ней, близко наклонился. Нос сразу забил некрепкий аромат сливок и клубники.

— Да-да? Хочешь что-то спросить?

Сощурив глаза, она слегка отвела голову в бок.

— Они сейчас ждут где-то в определённом месте?

Резво ей закивав, я улыбнулся.

— А! Конечно-конечно! Они должны быть в месте, где обычно происходят встречи больных и родственников.

Посмотрев на меня краем глаза, она хмыкнула. Мягко благодарно улыбнувшись, Ми-чан положила руку мне на макушку, медленно погладив. От такого жеста с её стороны я опешил, сначала вовсе не понял, что произошло, но, когда она ушла на достаточное расстояние от меня, ни разу не обернувшись, я почувствовал, как вылезла широкая улыбка, а ранее бледные щёки заволокло багряным цветом.

«Она меня похвалила? Поблагодарила!» — догнав, я взял её за руку, крепко сжимая и слегка наваливаясь на неё.

— Обращайся, если тебе что-то надо.

Не заметив её взгляда, я блаженно прикрыл глаза, мимолётно проведя большим пальцем по её маленькой ладошке.

— Хай-хай, Юичи! — выдернув свою руку, она отвернулась и в догонку прокричала: — Догоняй!

Улыбнувшись такому ребячеству, я неспешно побежал за ней, смеясь. Улыбка не сходила с лица.

«Я ей нравлюсь?» — в груди разлилось приятное тепло, а пламя, что до этого было маленькое, совсем крошечное, будто спичка, разгорелось в бушующий костёр. Сердце гулко застучало в груди, отдавая ускоренным сердцебиением в уши. Непонимание возникло в душе от таких чувств, что первый раз обили меня с головы до ног. Ранее я никогда не испытывал такое… Я схожу с ума? Мне постоянно хочется думать о ней, прикасаться к ней, заботиться о ней, проводить с ней всё своё время, заставлять своё сердце биться быстрее, а тот огонь, что во мне, разгораться яростнее. Всегда вспоминать те малые моменты нашего совместного времяпровождения, чтобы никогда не забыть их. Разве такое приятное чувство существует на свете? Может быть… А может, я просто схожу с ума?

Переведя взгляд на копну алых волос, что мельтешила где-то спереди, постепенно теряясь в толпе прохожих, я подумал: «Эта чертовка сводит меня с ума.»

Мрачно улыбнувшись своим мыслям, я провёл по внутренней стороне ладони, в которой держал её мягкую, такую гладкую кисть.

«Хм», — сжав руку в кулак, подбавил в скорости, чтобы догнать её.

Последняя мысль, что проскользнула в голове подростка и закрепилась там на достаточно долгий срок, была:

»…Люблю твои глаза… Люблю твои руки, тонкие и чуть холодные в руке. Внезапность твоего волнения, непредугаданность твоей усмешки. Чем более я думаю, тем сильнее убеждаюсь, что моё существование не может быть отделено от твоего: я создан для того, чтобы… любить тебя и следовать за тобой; все другие мои заботы — одно заблуждение и безумие. Вдали от тебя меня неотступно преследуют сожаления о счастье, которым я не успел насладиться…» (Письмо Марины Цветаевой — Константину Родзевичу. Суббота, 22-го сентября 1923 г.)