В комнате с зашторенным окном царит полумрак. Через шторы пробивается луч света, падая на стол, усыпанный бумагами, и голову юноши с черными волосами с короткой стрижкой. Но парень явно не рад такому пробуждению.

— Эхх, вот бы ещё чуток поспать. Со вчера так и не успел отдохнуть.

Он, пытаясь заслониться от этого внезапного проявления заботы солнца, начинает поворачиваться на бок, опираясь рукой об стол, но, обнаруживая там пустоту, с шумом падает вниз со стула на пол.

— Твою мать, видимо и правда вчера за заданиями старика засиделся.

Только он встал и начал собирать вещи, что разлетелись по всей комнате, как снизу раздался с намеком на старческую хрипотцу крик

— Планк! Ты там уже шуметь начал? Спускайся, пора завтракать, сейчас вся еда остынет!

Окончательно закончив собирать все самое важное, Планк вышел из своей комнаты и начал спускаться вниз, вертя в руках куб.

“Старик меня не жалеет, не понимаю, зачем мне постоянно отрабатывать упражнения на базовый контроль маны, я ведь и так уже лучше в ней, чем многие подростки моего возраста, а чистая сила абсолютно бесполезна для мага. С ее помощью ничего нормально не сделаешь. Лучше пусть посмотрит на то, что я вчера закончил делать. Этот простой на вид кубик на самом деле был часами, которые могут автоматически улавливать движение проходящего мимо человека, после чего подниматься в воздух в его поле зрения, поворачиваться в нужную сторону и открывать крышку, скрывающую циферблат, — на его губах заиграла улыбка. — Я потратил на это целую неделю, ночами не спал, но сделал. Теперь можно не подходить к часам, чтобы посмотреть время”

Спустившись вниз и зайдя на кухню, протирая глаза, его встретил немного хмурый взгляд мужчины, который то на самом деле стариком и не выглядел. Ему можно было бы даже дать лет 40 на вид. И хотя он выглядел молодо, Планк знал, что ему уже скоро исполнится 63.

— Ну, что ты так злишься на меня, лучше посмотри, что я вчера закончил. Он наконец-то заработал как надо! (первые его образцы никак не могли стабилизировать всю эту схему целиком).

— Давай ешь, ты сейчас в том возрасте, когда тебе недопустимо пропускать приемы пищи. Все твое тело растет, а ты не только засиживаешься допоздна, но и пренебрегаешь физической подготовкой. Я тебя магии учу не для того, чтобы ты с ее помощью заменял мускулы. А к часам можно и ногами сходить. Ешь давай.

Но, к удивлению Планка, старик все-таки заинтересовался часами, притянул их к себе, просто указав на них пальцем, и начал осматривать.

“Вот же вредный, а сам чего не встал за ними с помощью своих мускулов?” – сказал про себя Планк, пробуя чуток пересоленную кашу.

“Не очень хороший из него повар, но тем не менее, несмотря на все споры, он каждый раз специально готовит ему завтрак”.

— В моем возрасте можно уже и не задумываться о таком. Ешь. Потом поговорим об этом устройстве, — сказал старик. Его тон не терпел возражений.

Старик мой — Селвин Хиллстром. Ученый, специализирующийся на магии пространства и создании предметов на ее основе. В молодости был подающим надежды исследователем и приглашался на различные проекты. Теперь же профессор в академии магии и просто старый человек, проводящий свое свободное время читая, проводя кое-какие эксперименты и учащий меня.

Размышляя о том, как он будет вечером обсуждать с ним свои часы, Планк провел остальной завтрак в тишине.

***

Доев, Планк помыл посуду и отправился на водные процедуры. Во время того, как он ждал, пока из крана потечет горячая вода, его взгляд блуждал по ванной комнате. В итоге его глаза остановились на кране, из которого уже начала течь теплая вода.

“Казалось бы, всего лишь кран, но 70 лет назад люди еще и представить себе не могли, что из крана, как по волшебству, начнёт течь вода, да еще и горячая. А это все благодаря научному прогрессу. Магия магией, а силу пара недооценивать нельзя. В парламенте то и дело звучат голоса, призывающие закупить паровые винтовки…”

Поняв, что его мысли зашли куда-то не туда, молодой парень спохватился и перекрыл воду до того, как она перелилась через край. Окончательно вытершись он подошел к зеркалу. Оттуда на него смотрел молодой парень 17 лет, Планк Хиллстром. Высокий, с не очень хорошо сложенным телом — результатом долгого времени, проведенного за учебой с самого детства. Черные прямые волосы, растрепавшиеся от воды, острые скулы и карие глаза.

“Довольно заурядная внешность, — подумал он, — девчонки за такими не гоняются”

Умывшись и окончательно проснувшись, Планк вернулся в свою комнату, где его ожидал оставшийся со вчерашних экспериментов бардак.

“Надо будет убрать, как приду вечером”

Взяв небольшой чемоданчик с инструментами, он спустился на первый этаж, надел куртку и вышел на улицу, где его встретила лишь тишина отдаленного района оживленного города.

Идя по тихим переулкам, он наконец вышел на оживленную торговую улицу — одну из артерий, что питает этот гигантский муравейник. По левой стороне улицы он увидел парня, что во весь голос кричал заголовки новостей, чтобы завлечь прохожего купить свежую газету.

— Читайте сегодня! Администрация снова говорит о сносе районов! Узнайте, где скоро можно будет заработать и купить себе жилье!

Продавец газет во всю глотку рекламировал сегодняшний выпуск.

— Еще одно извержение вулкана на востоке!

“Великий магический город Роувест. Сколько же магов со всего Королевства Бейрит съезжается сюда, чтобы заняться магическими исследованиями, продать свои изобретения и пообщаться с профессорами академии. Несмотря на быстрый рост, застройка была низкой, вот Роувест и расползся почти на 50 квадратных километров с населением лишь 300 тысяч. Правда если город продолжит расти, добраться до другой стороны будет как вообще уехать в другую провинцию, вот администрация и спохватилась, начала перестраивать постепенно город из большой деревни в настоящий город.”

Сейчас же Планк на самом деле был не в самом Роувесте. Это был район ремесленников Кланден, который когда-то был поселком, но с расширением Роувеста стал по факту его районом. Для удобства рабочих была построена железная дорога.

Так, пройдя по уложенной брусчаткой дороге, он свернул с оживленной артерии на производственные улицы. Постепенно углубляясь в дебри зданий, парень дошел до небольшого приземленного двухэтажного каменного дома. На вывеске можно прочитать надпись: “Мастерская Фредо”.

Зайдя внутрь, его встретил немного удушающий запах масла и чернил. Пройдя через прихожую, он зашел в помещение, которое и было мастерской: несколько столов, с лампами и стойкой инструментов рядом. В углу комнаты стоят ящики с различными деталями, которые могут понадобится в любой момент. За одним из самых замызганных столов сидел невысокий, достаточно грузный мужчина с каштановыми волосами и морщинистым лицом. Несмотря на внешне неуклюжий вид, его руки двигались с невероятной точностью, устанавливая прямо сейчас во внутрь необычной игрушки небольшую шестеренку с помощью пинцета.

Заметив Планка, мужчина быстро поставил деталь и поприветствовал парня широкой улыбкой.

— Планк! Опаздываешь, давай, заходи, переодевайся и за работу! Мне как раз нужно, чтобы ты подсоединил питание к этой штуковине. Я в этом не разбираюсь, мне больше механические детали по душе. Также там есть еще партия машинок, которые нужно закончить, потом займешься ими, — сказал он голосом хоть и мягким, но не предполагающим несерьезность.

— Хорошо, дядя Хорон. Сейчас займусь.

“Работа может быть и скрупулезная, но зато и платят хорошо. Дядя Хорон — давний знакомый моего старика. Мой старик иногда приходил сюда  поболтать о всяком, да и меня брал заодно. Вот как-то и сложилось, что я здесь  помогать начал. Сначала то одно принес, то тут что-то сделал. А мне и понравилось. Все-таки, мне больше различные изделия по душе, чем чистые исследования.”

***

За работой и прошел почти весь день. Планк и мастер сидели спина к спине сосредоточившись. Одна игрушка, две, три… Сходить за деталями… Солнце уже начало клонить к закату, когда раздался звук открывающейся двери.

— Планк, иди посмотри, кого к нам принесло, — сказал дядя Хорон.

— Угу, — пробурчал Планк, не желая отрываться от почти законченной игрушки.

Все-таки встав и подойдя к двери в прихожую, он наткнулся на девушку с каштановыми волосами, завязанными в пучок на голове. У нее на плече висела сумка с продуктами.

— Папа, я верну… А, Планк?! Я думала, ты пошел домой. Привет, давно не виделись… — сказала молодая девушка, затихнув и отведя взгляд.

— Привет, Крис… Да, давно, уже как полгода. Как учеба в академии? — в ответ спросил Планк, пытаясь унять воспоминания.

— Академии? А, да, там все хорошо, хорошо…

Повисла немного неловкая пауза: “Кристалл, или Крис, как он ее называет.” Она была той, с кем Планк проводил больше всего времени из своих знакомых. Как раз, когда он впервые пришел в эту мастерскую, он с ней и познакомился.

“Теперь же, когда она живет в общежитии… Кажется, что мы друг от друга отдалились. Все-таки прошлое просто так не забудешь”

— Это ты, доча? Заходи давай. Чего, Планк, стоишь посреди дороги, будто впервые видишь? Это мы с тобой сегодня засиделись. Она еще позавчера вернулась из своей академии. Эх, жаль, что подольше не останется. Ну, на сегодня все, Планк, еще успеете поболтать. Время позднее, пора ужинать, — радостно заговорил Хорон, быстро вставая из-за стола, и собирая инструменты

— А? Да, конечно… — ответил он, отступая от прохода и направляясь к столу собирать свои вещи.

Он услышал, как Кристалл удалилась в глубине дома.

— До завтра, дядя Хорон.

— До завтра, жду тебя в то же время!

***

Дойдя по темнеющим переулкам Роусберста до своего дома, он уже окончательно выкинул из головы мысли о Кристалл.

Зайдя внутрь, он обнаружил своего старика, сидящего около камина и пьющего чай. Ученый выглядел полностью удовлетворенным своей жизнью. Планк усмехнулся у себя в уме, думая, сколько проблем он, должно быть, доставил ему в детстве, когда тот уже был не так молод.

Поздоровавшись и дойдя до комнаты, он переоделся, спустился назад на первый этаж и пошел на кухню готовить ужин. Сегодня была его очередь. Кулинарными способностями он не блистал, но тем не менее мог кое-что приготовить. В планах на ужин у него была запеченная курица с картофелем.

Промыв чуток курицу, чтобы убрать любые следы того, что она лежала в холодильнике, он начал ее выкладывать в форму, предварительно смазанную маслом. Дальше пошли специи. Специи были не самым дешевым товаром, но денег с зарплаты старика в академии и с его прошлых изобретений хватало. Приправы привозили из королевства, находящегося на юго-востоке: Королевства Лаох.

Нарезанный на кусочки картофель, тоже чуток приправленный перцем и паприкой, он следом выложил в форму .

Закрыв все крышкой и отправив запекаться на часик, Планк вышел с кухни, с полностью разгруженной головой, готовой к разговору о своих многострадальных часах.

Старик уже не сидел около камина. Он перебрался в свою мастерскую, где было много оборудования и хорошее освещение.

“Как бы мне хотелось здесь поработать”.

Вот только ему это строго-настрого запретили. Селвин боялся, что Планк может по неопытности и из-за спешки что-нибудь взорвать, пытаясь с помощью профессионального оборудования сделать то, для чего нужны были не только хорошие руки, но и знания.

На чистом столе лежали его часы. Они уже были разобраны и теперь на них был направлен взгляд не доброго старика, а беспристрастного ученого.

Ему оставалось только вздохнуть, смиряясь с тем, что часы, его творение, были принесены в жертву в качестве учебного материала.

Сев к нему за стол, он стал ждать вердикта.

Он столько времени потратил на них. Ведь сначала эта идея ему показалась достаточно простой. Чего стоит засечь человека, применить левитацию и повернуть куб к нему. Ничего. Или так он поначалу думал. Изначально Планк только и сделал, что взял пустой корпус, собранный из листов жести, нанес на его грани формулы заклинаний и нужные формации для левитации и улавливания движения. И сразу, первые две мухи, влетевшие в открытое окно, так запутали устройство, что оно начало вертеться во все стороны, а потом и вовсе стало раскручиваться до не очень безопасных скоростей. Хорошо, что в нем еще не было никакого источника питания, а только мана, вложенная им.  Иначе ему было страшно подумать, что будет, если один из раскрученных до такой скорости листов жести сорвется до того, как энергия иссякнет. Остальная часть часов тоже принесла кучу сложностей.

Закончив изучение, ученый заговорил профессорским тоном:

— Как и ожидалось, ты все еще пренебрегаешь тренировками на контроль, которые я тебе сказал делать. Хотя это уже более-менее достойный продукт, он все еще полон несовершенства. Перед тем, как я расскажу тебе твои ошибки, мне хочется, чтобы ты сам понял, в чем дело. Какие-нибудь идеи?

“Какие идеи, я битую неделю делал эти часы, а половину, или даже две трети всего времени я пытался довести конструкцию до идеала”

— Учитывая, что ты сказал про тренировки, я могу предположить, что проблема связана с ними?

— Да, связана. Тогда задам тебе наводящий вопрос: почему все твои формулы, что ты нанес на этот металл, работают?

— Мана является чистой энергией, которая просто существует в пространстве. Но, если направить ее определенным образом, то можно получить заклинание. Формулы и задают форму мане.

— Хорошо, хорошо, ты запомнил то, чему я тебя учил. А теперь можешь ли ты сказать, что ты сделал не так?

Планк снова обратил внимания на разобранные часы. Хоть в собранном виде они и были простым черным кубиком, изнутри каждая стенка, а в особенности дно, отвечающее за левитацию, были исписаны множеством символов. Вглядевшись в эти символы, написанные уставшей рукой при не очень хорошем освещении, у него возникла догадка:

— Эта часть формул хоть и верна, но они нарисованы небрежно. Их форма отклоняется от формул в книге, — ответил Планк.

— Да. Эти все формулы на самом деле несовершенны. Как ты знаешь магические круги и символы испускают ману во внешнее пространство, что уменьшает их эффективность. Тогда задам вопрос: как потеря энергии влияет на окружающие построения магических формул? — поинтересовался старик.

— Из-за это эффективность конструкции всего артефакта снижается, а энергия тратится быстрее. Также из-за потерь эти формулы начнут влиять друг на друга, создавая помехи и еще больше ухудшая его работу, — измученным голосом ответил юноша.

“И правда, как я этого не замечал? Видимо, на тяжелую голову в комнате с плохим освещением без какого-либо оборудования сделать все точно — непростая задача”

— Неплохо. Но твое творение еще далеко до совершенства, но для первого раза сойдет. Но знай, что нельзя полагаться только на формации и заклинания. Они слишком ограничены. Магия тем и хороша, что при должном желании и практики, можно сделать почти все что угодно без формул. Ты, как я вижу, наносил все вручную, — вынес вердикт Селвин, улыбнувшись на последней фразе.

“Ну конечно вручную, как еще, силой мысли? - тут его голову пронзила невероятная мысль, и он смотрел на своего учителя. - Не-е-т, не говори мне, что…”

Еще раз усмехнувшись старик подошел к книжной полке, достал оттуда книгу, передал ее Планку со словами

— Рекомендую прочесть вот это. Если хочешь, переделай и посмотрим, как ты закрепил материал, и каков твой предел контроля над магией. А теперь пошли есть.

“Надо сказать, на сегодня ужин получился неплохим, хорошо сгладил впечатление от дня. Интересно, понравилось бы это Кристалл, она приходила к нам раньше. нет, хватит, забудь, она сейчас в академии, нет ей дела до тебя”

Закончив ужин, Планк поднялся к себе в комнату, прошел вечерние процедуры и хотел уже сесть за стол, чтобы начать читать книгу, которую ему дал старик, чтобы исправить часы, но тут же вспомнил все те мелкие ошибки, которые ему показали. Выключив свет, он встал со стула, лег в кровать и заснул.

О бардаке, который хотел убрать сегодня утром, он конечно же забыл.