Подготовка ко второму акту закончилась, и я ждал за кулисами со стороны, противоположной той, где были Хината и остальные.

Занавес снова поднялся.

Наверное, из-за того, что Хината всё-таки успела прийти, я немного успокоился и сумел начать второй акт в более собранном состоянии.

Но...

— Акира, ты почему здесь...?

Когда моя сцена закончилась и я вернулся за кулисы — туда, где должна была находиться Хината, — у меня в буквальном смысле побледнело лицо.

По идее, сейчас Акира должна была быть в центре сцены — в сцене, где Джульетта выпивает снотворное.

И всё же она стояла здесь.

Причём уже не в платье, а снова в костюме Ромео, который изначально должен был достаться ей самой.

— Ты почему так одета? Ты что, забыла про следующую сцену!?

— Прости, аники. Не сцену забыла. Реплики.

— Что!? Нет, подожди, и что нам теперь делать!

— Всё нормально. На сцену выйдет Хината-тян...

И в этот момент на сцене включился прожектор, высветивший кровать посреди площадки.

На ней сидела Хината — в платье, которое ещё несколько минут назад было на Акире.

В руках у неё был пузырёк со снотворным, и она смотрела на него с грустным лицом.

Я ещё даже не успел как следует удивиться, как Хината уже начала играть.

— ...Пусть ты и прекрасен на вид, но всё же ты ужасный яд. Скажи мне, неужели ты и правда подействуешь? Если же нет, то завтра я буду отдана Парису...—

Я волновался, но игра Хинаты оставалась безупречной, как и всегда.

Она сидела, так что почти не двигалась, но за её ногу всё равно было тревожно.

— Акира, Хината-тян точно будет в порядке?

— Да. Она сказала, что в этой сцене почти не нужно двигаться, так что с ногой проблем не будет.

— Но...

— Всё нормально. Если что-то случится, я и Уэда-сэмпай будем рядом.

— А?

И тут из-за занавеса высунулась голова Косэя — на нём был вчерашний принцевский косплей.

— Косэй, ты...

— Блин, какая морока...

Косэй провёл рукой по волосам.

— Хината сказала, что всё-таки хочет сыграть, вот и пришлось срочно снова менять роли...

— А ты зачем тоже это надел?

— Если нам придётся выбегать к Хинате, в школьной форме это испортит атмосферу, верно? Так мы хотя бы сможем продолжить всё импровизацией.

— Я был против, и надевать это мне тоже не хотелось, но...

Косэй снова тяжело вздохнул и привычно почесал светлые волосы.

— Понял. То есть мне теперь надо просто довести всё до конца вместе с Хинатой-тян?

— Ага. Аники, пожалуйста, позаботься о Хинате-тян.

— Рёта, если что-то случится — смотри сюда и дай знак.

— Л-ладно...

И всё равно из-за внезапной смены ролей у меня в голове царил полный хаос.

Я не успел даже осознать всё до конца, как уже настало время моей сцены.

...Кстати, Ито ведь говорила это раньше.

Пьеса — живое существо. Если вдруг всё начинает разваливаться, просто выкручивайся импровизацией...

Есть такое выражение — «предустановленная гармония», но сейчас-то с самого начала всё пошло не так.

Оставалось только надеяться, что хотя бы дальше обойдётся без новых происшествий...

＊ ＊ ＊

Склеп. Гробница.

Посреди сцены, под лучом прожектора, стояла кровать.

На ней мирно лежала Хината в роли Джульетты.

Я ужасно нервничал.

Издалека я уже видел Хинату в платье, но вблизи она, как и ожидалось, была просто прекрасна.

А теперь мне предстояло коснуться её.

И ещё — сделать вид, что я её целую.

От одной этой мысли сердце вздрогнуло, а по спине побежал холодный пот.

— ...Д-Джульетта!?

Моё смятение тут же прорвалось в голос.

Чёрт. Сейчас совсем не время так теряться.

Чем ближе я подходил к Хинате, тем сильнее ощущал её красоту.

Чёткие черты лица, тонкая белая кожа — всё в луче прожектора словно светилось.

Я невольно задержал дыхание, но всё же продолжил.

— Джульетта, разве не говорила ты, что мы будем вместе вечно? Тело твоё, ещё недавно тёплое, теперь так холодно...

Когда я коснулся щеки Хинаты, она едва заметно вздрогнула — и я сам разволновался ещё сильнее.

В этой сцене Джульетта почти не двигается.

После того как я ошибочно выпью яд, она должна подняться с ложа, вынуть кинжал у Ромео из-за пояса и заколоть себя.

Такие движения Хината точно сможет выполнить.

В любом случае я на сцене.

Нужно как-то дотянуть до конца.

— Если всё было правильно, почему же всё идёт не так?..

...Нет. Что-то действительно было не так.

Откуда это странное чувство несоответствия?

В отличие от прошлого акта, реплики сейчас звучали чужими, словно не мои.

— Джульетта, в мире без вражды мы будем счастливы. Мы будем жить вместе, вечно, всегда...

А, вот оно что.

Потому что это не она та, кому я только что клялся в любви.

Потому что передо мной Хината, а не Акира.

И именно поэтому эти слова так режут мне слух.

Из-за того, что актрису сменили прямо посреди пьесы, я, наверное, так и не смог по-настоящему снова войти в роль.

— Я сейчас приду к тебе. Ах, Джульетта, ты ещё чуть тёплая...

Я снова коснулся её щеки, а потом осторожно положил руку ей на плечо.

И опять — так, что заметить это мог только я, — Хината едва ощутимо дёрнулась.

...Правда ли нормально, что вместо Акиры я буду целовать Хинату?

Нет, это же игра. Всего лишь игра.

Надо просто спокойно сделать вид, и всё закончится.

— Последний поцелуй. Спокойной ночи, Джульетта...

Я наклонился ближе к Хинате...

Но остановился на полпути.

Плечи Хинаты дрожали.

Лицо её напряглось, брови сошлись, и я каким-то шестым чувством понял: дальше приближаться нельзя.

И в тот момент я осознал — сам окончательно выпал из роли.

— Сэмпай, тебе надо скорее...

— ...!

Хината едва слышно поторопила меня шёпотом, но я застыл намертво и не мог пошевелиться.

— Прости, Хината-тян...

— Просто... поцелуй — и всё закончится...

Но её глаза вовсе не просили меня об этом.

В них было слишком много сложного — словно разум уговаривал её, а сердце этому сопротивлялось.

И тогда меня внезапно осенило.

Похоже, Хината тоже уже полностью вернулась в себя, в обычную Хинату.

Возможно, она всё ещё была потрясена аварией, а может, из-за того, что ей пришлось посреди спектакля снова забрать себе роль Джульетты, она не смогла снова по-настоящему ею стать.

...Или всё дело в том, что Ромео перед ней играю именно я?

Из-за этой слишком долгой паузы из зала уже пошёл шёпот.

— Это правда... нормально?

— Это же всего лишь игра...

...Нет.

За четыре года знакомства с Хинатой я слишком хорошо знал её.

И сейчас по её выражению лица и словам чувствовал только одно — что всё это неправильно.

Согласие. Колебание. Отторжение.

Все эти чувства смешались у неё внутри.

Сейчас ни я, ни она по-настоящему не находимся в роли.

И позволить этому случиться только потому, что «это ведь игра», когда мы оба к этому не готовы, почему-то казалось мне недопустимым.

...Что делать?

Я окончательно застыл.

Хината тоже не могла сделать ничего, кроме как смотреть мне в глаза.

И чем дольше это длилось, тем сильнее становилось ясно: если так продолжится, всё пойдёт прахом.

Что делать? Что же делать?.. Пока я в панике пытался сообразить —

— Да что ты вообще себе напридумывал—!?

Вдруг по всему спортзалу раскатился голос Акиры из динамиков.

В зале мгновенно воцарилась тишина.

Я и Хината одновременно вздрогнули и посмотрели в сторону кулис, где стояла Акира.

А потом она медленно, уверенно вышла к нам.

С двумя мечами в руках.

По залу вновь пошёл ропот.

...Что вообще происходит?

— Ромео, эта девушка — фальшивая Джульетта!

— Чего!?

...Импровизация?

Неужели Акира... пришла нас спасать?

Я встретился взглядом с Косэем, который стоял за ней, с другой стороны кулис.

Как обычно, он лениво провёл рукой по волосам, с лицом: «Ну и морока», — но в следующую секунду выражение у него резко изменилось.

Не привычная усталая мина, а острый, серьёзный взгляд.

И затем...

— Это моя женщина!

...И совершенно внезапно Косэй выпрыгнул на сцену.

— Прости, красавчик. Похоже, это ты ошибся — вот эта девушка моя.

Сказал он, указывая на Хинату.

— Чего!?

От удивления одновременно подскочил и я, и сама Хината.

— П-почему ты здесь!?

Лицо Хинаты стало таким красным, будто вот-вот вспыхнет.

Разумеется, она бы удивилась.

Тип, который всегда делает вид, что ему плевать на девушек, и чьи любимые слова — «морока» и «бесит», вдруг появляется на сцене и сходу выдаёт настолько сладкую фразу... да ещё и собственной сестре...

— Почему? Разве не очевидно—

Косэй, не обращая внимания ни на меня, ни на Хинату, бросил взгляд в зал и принял позу.

— Я пришёл, чтобы похитить тебя!

И тут спортзал взорвался оглушительным девичьим: «Кья-а-а!»

...Эм, почему?

В следующий миг Косэй подлетел к Хинате и, пока я всё ещё ничего не понимал, с лёгкостью поднял её на руки.

Хината, вся красная, смотрела на него снизу вверх и почему-то совсем не сопротивлялась — тише котёнка.

— Ну что, Ромео, я её забираю...

— Эй, подожди! Да кто ты вообще такой!?

— ...Кто знает. К тому же у тебя ведь и так есть Джульетта, разве нет?

— А?

— Не надейся сразу на обеих. Ну, бывай.

С этими словами Косэй, неся Хинату на руках, быстро скрылся за кулисами.

На сцене остались только я, тупо уставившийся ему вслед, и Акира с двумя мечами и напряжённым лицом.

Когда наши глаза встретились, она одними губами шепнула:

«Подыграй».

— Ромео!

— А? Эм... Джульетта? Т-ты жива...?

— Как ты мог! Принять меня за какую-то другую девушку!

— Э... ну... у меня была причина!

— Позабыть лицо той, кому клялся в любви!

— Эй... давай сначала успокоимся! И всё спокойно обсудим, ладно!?

По залу прокатилась волна смеха.

Наверное, зрителям показалось забавным моё жалкое актёрство.

— Никаких разговоров! Как ты посмел пренебречь мной! Изменщик!

— Я же сказал, это не то, что ты подумала—

Пока я это говорил, Акира бросила мне один из мечей.

Я едва успел его поймать, а в следующую секунду...

— Это дуэль—!

Она высоко подняла свой меч.

— Почему-ы-ы!?

Внезапная боевая сцена.

Одновременно с моим воплем зал снова взорвался шумом.

— С-стой! Ладно, признаю, я виноват! Давай просто поговорим! Хорошо!?

Но не успел я договорить, как Акира уже бросилась на меня с мечом.

Я кое-как успел выставить свой и отбил удар буквально в последний момент.

Пока наши клинки сцепились, Акира улыбнулась так, чтобы видел только я, и едва слышно шепнула:

— ............(Я пришла тебя спасать, аники.)

— ............(Разве ты этим не загнала меня в ещё более опасную ситуацию?)

— ............(Просто продолжай.)

— ............(Продолжать что именно!?)

— ............(Ты же знаешь, аники. Просто вспомни, какие мы обычно—)

И тут Акира резко оттолкнула меня.

Я отшатнулся на два, на три шага, но уже в следующий миг лицо у неё снова стало лицом бойца.

Какие мы обычно, значит...

Мы ведь никогда по-настоящему не ссорились.

Дома мы только валяемся, читаем мангу, играем в игры, а мечи... мечи? Мечи!?

...Энсаму 2!?

Когда по моему лицу стало ясно, что я понял, Акира чуть заметно кивнула.

Понятно.

Значит, дальше нам просто надо показать то, какие мы обычно — только не в игре, а по-настоящему.

Наконец голова у меня прояснилась, и я чуть опустил меч.

— Я люблю тебя, и всё же... как мы дошли до такого!?

— Я проверяю твою любовь! Если хочешь доказать её мне, путь у тебя только один!

Акира высоко подняла меч и самодовольно усмехнулась.

— Я не выйду за мужчину слабее себя. Если хочешь меня — победи!

Зал взревел ещё громче.

Наверное, почти никто здесь не знал, что это победная реплика Накадзавы Кото.

Но использовать её именно здесь — это была очень в духе моей Акиры.

Я махнул рукой на всё подряд и поднял меч.

— Хорошо. Тогда я побежу тебя!

Фехтовальной сцены мы с ней не репетировали вовсе, но оба подняли мечи, повторяя какие-то увиденные когда-то стойки.

Понятно, Акира копирует стойку Накадзавы Кото.

Тогда я возьму Хидзикату Тосидзо.

Пусть сеттинг конца эпохи Эдо и Италия четырнадцатого века не сочетаются вообще никак — да и ладно!

— Вот так!

— Ха!

Отбивая удар Акиры, я вдруг понял, что улыбаюсь.

...Ты и правда изменилась, Акира.

Живая, весёлая, яркая на сцене — она была ровно такой же, как дома.

Такой же бойкой, как младший брат, и такой же милой, как младшая сестра — и всё это она сейчас показывала перед полным залом.

И ещё я был счастлив от того, что та Акира, которая раньше вечно варилась в себе, теперь сама бросилась спасать и меня, и Хинату.

Когда я подумал об этом, вся эта нелепая сцена с дуэлью — как и вообще всё, что было до этого, — внезапно стала казаться до странности освежающе смешной.

Это было просто... весело.

Сейчас мне и правда было весело играть на этой сцене.

И всё это благодаря Акире...

— Я-а!

— Сэй!

Акира отчаянно обрушивала на меня один удар за другим. Но...

— Слишком медленно!

— Тц...

Из-за того, что в детстве я довольно часто изображал фехтование сам с собой, преимущество было на моей стороне.

Заметив, что постепенно проигрывает, Акира явно запаниковала.

Кстати, в Энсаму 2 это был тот самый соперник, которого я уже давно считал совершенно непобедимым...

Но сейчас — сейчас я могу победить Акиру!

Я взял меч в среднюю стойку, глубоко вдохнул и закрыл глаза.

Это же суперприём Хидзикаты Тосидзо из Энсаму 2...

— Получай! Тайный меч—

Я распахнул глаза, но...

— Открыт—!

Меч из моей руки выбило в воздух.

— Да ла-а-адно—!?

Это жульничество!

Я же всегда говорю: бить посреди суперприёма нечестно!

— Ну как? Я победила!

Неужели нельзя было хоть раз поддаться своему аники...?

— Угх... Я... проиграл...

Я подыграл ей, хотя внутри был категорически не согласен.

Смирившись с судьбой, я закрыл глаза, но сколько бы ни ждал, смертельного удара так и не последовало.

Приоткрыв глаза, я увидел, что Акира сама с грохотом бросила меч на пол.

— Я не стану лишать тебя жизни! Вместо этого ты исполнишь одно моё желание — какое угодно!

— А...?

— Я забираю тебя себе! Нет — это ты возьмёшь меня в жёны!

— Че... ЧЕГО-О-О!?

Спортзал загремел так, что мой вопль мгновенно утонул в общем реве.

...Ну да.

Именно так мы и ведём себя обычно.

Это уже была не импровизация.

Это был разговор, который, наверное, могли бы понять только мы, как брат и сестра.

Акира посреди этой сцены просто честно, прямо и без утайки передавала мне свои чувства.

Я ошеломлённо смотрел на неё, а она только озорно показала мне язык.

...Вот же у меня сводная сестрица.

Я подошёл к Акире и положил ей руку на плечо.

Раздражение уже давно ушло — мне стало даже весело.

— Тогда не убежишь ли ты со мной? Давай скроемся в далёком городе и будем там вдвоём!

Слова, которые я ни за что не сказал бы в обычной жизни.

Акира умудрилась устроить всё так, что у меня просто не осталось выбора, кроме как произнести их.

Ну ладно. Раз уж так — доведём это до конца.

— ...!? Я так счастлива! Ты ведь и дальше будешь любить меня, правда, Ромео!?

— Конечно, Джульетта! Я люблю тебя!

Мы крепко обнялись.

А дальше Ито ловко завершила спектакль своей закадровой речью.

— И так двое соединились, а их побег заставил родителей одуматься и положил конец долгой вражде. ...А после этого они жили долго и счастливо.

Занавес опустился, пошли финальные титры.

Зал взорвался бурными аплодисментами и криками.

А потом начался выход на поклон...

Не успев толком прочувствовать послевкусие, мы тут же принялись разбирать декорации.

...И в итоге...

— Мы переборщили...

...Да, примерно к такому выводу мы с Акирой и пришли.

Опустив плечи, мы стояли вдвоём позади спортзала.

Совершенно непредвиденный поворот.

То, что вообще-то должно было закончиться трагически, мы силой воли превратили в счастливый финал — да ещё с какими-то загадочными комедией, боевиком, любовью и миром во всём мире.

...Нет-нет, так не пойдёт.

Как бы нас ни занесло, это всё равно был уже явный перебор.

Прежде всего — великому мастеру Шекспиру.

Мне правда очень жаль...

Пока мы с Акирой довольно долго угрюмо стояли позади спортзала, глядя в землю, вдруг раздался голос:

— А! Так вот вы где!

Это, опираясь на костыли и всё ещё в платье Джульетты, к нам подошла Хината.

Похоже, она нас искала.

— Х-Хината-тян... прости, я...

— Простите меня, вы оба!

Хината вдруг резко поклонилась, и мы с Акирой совершенно растерялись.

— Простите, Рёта-сэмпай! Я не только внезапно сама снова забрала роль, но ещё и заставила вас на сцене замяться...

— А, нет... Ты была великолепна, Хината-тян! Это я виноват... что посреди сцены застыл.

— Прости и меня, Акира! Ты ведь уступила мне роль...

— Н-нет, это я тоже виновата! Я вдруг выскочила и заявила, что ты поддельная! Я просто хотела помочь, а в итоге...

— Нет, именно благодаря этой импровизации мы вообще смогли дойти до конца...

Импровизации? Импровизации, значит...

У меня всё сильнее росло ощущение, что где-то тут что-то не сходится.

— Но это была потрясающая импровизация! Вы двое сработали просто идеально, всё выглядело так естественно, будто так и должно быть!

— Фгх...!

Мы с Акирой переглянулись и синхронно покраснели.

— Н-нет... это мы просто слишком уж разыгрались...

— Ага... мы... ну, обычно не совсем такие...

— Правда?

Хината подозрительно на нас посмотрела.

— К-кстати, а где Косэй?

— Мой братец сбежал в туалет.

— Сбежал?

— Похоже, у него внезапно объявились фанатки. После выступления его там облепили девочки...

— Тц... этот красавчик!

Одним только коротким появлением на сцене он умудрился украсть всё внимание. С таким парнем мне вообще места не остаётся. ...Впрочем, ладно, мне всё равно.

— Но всё же, Хината-тян, хорошо, что Косэй тоже смог выйти на сцену...

— Уж больно слащаво это было. Даже меня немного перекосило...

Так сказала Хината, но лицо у неё при этом было такое, что она явно не совсем этим недовольна.

И вдруг она подняла взгляд в небо.

— ...Но если он вышел на сцену ради меня, то, пожалуй, я всё-таки немного счастлива.

— Вот как. Тогда это хорошо.

— Да!

Когда Хината, как само сегодняшнее ясное небо, улыбнулась уже совсем светло и спокойно, мы с Акирой переглянулись и тоже невольно засмеялись.

＊ ＊ ＊

Пока Акира и Хината ушли переодеваться, я в клубной комнате без конца извинялся перед Нисиямой и остальными.

За то, что в самом конце сцена превратилась чёрт знает во что, я подробно объяснил: в середине застрял именно я, а Акира, Хината и Косэй ни в чём не виноваты.

Однако никто не злился — наоборот, все только улыбались и твердили, что это было «потрясающе».

Даже Ито была непривычно оживлённой и довольной.

— А я вообще обожаю вот такие хаотичные повороты!

— П-правда? Ну... если так, то ладно... Кстати, Ито-сан, тот финальный текст — это Нисияма тебе подсказала?

— Нет, это была идея Акиры-тян. Она сказала: «Счастливые финалы — лучшие!»

Придумать всё это на ходу из одной только такой фразы — тут и правда Ито есть Ито.

Итак, все улыбались.

Одна только Нисияма смотрела на меня крайне устало.

— Честное слово, это ведь ты мне говорил не перегибать с постановкой, а что тогда было с той обнимашкой в финале?

— А, ну... это как-то само получилось...

— Только не говори, что ты и правда влюблён в Акиру-тян?

— Нет... Я просто смог сделать это именно потому, что Акира — моя сводная сестра!

— Вот как, потому что сводная сестра... Понятно-понятно...

Нисияма улыбнулась ещё шире.

— Как и ожидалось от легендарного аники-сискона~

— Да нет же! И это не так! Я не испытываю к ней ничего такого! ...Стоп. Легендарного сискона!?

Я посмотрел на Ито, но она мгновенно закрыла лицо сценарием и даже не пыталась встретиться со мной взглядом. Остальные девочки тихо захихикали.

Нисияма же, совершенно не смущаясь, продолжила:

— Ну а что. Ты ровно такой, как о тебе говорят, сэмпай. Мы тут уже столько раз видели, как вы заигрываете в клубной комнате, что давно перестали думать, будто это просто слухи~

Итак, слух обо мне был именно таким — что я сискон... Да что это вообще такое?

— Да подожди ты! Я с ней не флиртую и не сискон!

— Все сисконы так говорят! Среди первогодок это уже вообще суперизвестная история!

— Да говорю же, я не сискон! Акира — это сводная сестра, которая появилась у меня совсем недавно...

— ...То есть тебе просто нравится она как девушка, да?

Я уже собирался, весь красный, возразить, как вдруг Ито, красная ещё сильнее меня, пробормотала:

— Сводная сестра... под одной крышей... с утра до ночи... ва-ва-ва...

Ито, что ты там себе вообразила...?

Остальные тоже дружно пискнули: «Кья!» — и покрылись румянцем.

Я так и застыл без слов, а Нисияма, посмеиваясь, склонила голову.

— Но всё же, благодаря вам мы смогли устроить потрясающий спектакль. Большое спасибо, Мадзима-сэмпай.

Следом за ней поклонились Ито и остальные.

— А, ну... это не я... это не моя заслуга...

— Теперь даже если клуб закроют, я всё равно ни о чём не жалею. У меня остались прекрасные воспоминания. — Кстати, что делать с твоим заявлением?

— А, нет, пусть всё остаётся как есть...

— Понятно. Значит, ты и дальше будешь ходить в клуб, сэмпай?

— Ну... да...

Пока мы с Нисиямой обменивались этими словами, Ито, кажется, что-то поняла.

— Кадзуса-тян... тот разговор сейчас...

— Прости, Аманэ. Я давно хотела тебе кое-что сказать. После расскажу.

— Х-хорошо...

— Ты можешь не оставаться, сэмпай. Я как раз собираюсь поговорить с остальными об этом.

На лице Нисиямы мелькнула лёгкая грусть.

Я только ответил: «Ладно», — и вышел из клубной комнаты.

Даже без Нисиямы нас, включая меня, остаётся пятеро.

Я всё ещё волновался за судьбу клуба, но ради Ито и остальных решил, что останусь.

23 октября (сб)

Первый акт закончился без проблем, а прямо перед вторым актом Хината-тян пришла вместе с Уэда-сэмпаем.

И почему-то в тот момент я так сильно почувствовала облегчение.

Хината-тян плакала, но я подумала, что уже сам факт, что она сумела сюда прийти, — это огромная смелость.

Но холодное поведение Уэда-сэмпая мне ужасно не понравилось.

Мы даже немного поругались, а потом поспорили...

И, возможно, я сказала ему лишнее...

Но потом, хоть и ворча, Уэда-сэмпай всё-таки согласился с моим предложением.

Как и говорил аники, он не плохой человек.

И актёр он, кстати, тоже хороший. Хотя всё-таки, если он и в жизни будет всё время вот так себя вести, это уже слишком. Уэда-сэмпай, разбрасывающийся слащавыми фразами, — это немного...

Но, кажется, сердце Хинаты-тян от этого точно дрогнуло.

Может быть, Хината-тян... нет, я слишком додумываю?

В любом случае в итоге я насильно изменила концовку.

Я просто выскочила на сцену на эмоциях, но это было так весело — прямо как наше обычное пикирование с аники.

Хотя, если честно, я всё-таки чувствую, что немножко перегнула, и мне стыдно.

Вообще-то после победы в поединке всё должно было закончиться фразой вроде: «Ссоры бессмысленны, давайте жить все вместе в мире»...

Но...

Я слишком разошлась и в итоге фактически попросила аники жениться на мне прямо у всех на глазах...

Но аники подхватил мою реплику, а под конец ещё сказал: «Я люблю тебя», — и крепко меня обнял! И закадровая речь Аманэ-тян тоже была просто потрясающей~!

Эм, я от счастья, кажется, правда могу умереть от остановки сердца...?

Точно! Интересно, Тайти-сан это всё записал на видео!?

Счастливые финалы — лучшие!

Я люблю тебя, аники!