Ми ловко рассовывала утеплитель и украдкой оглядывалась на подругу, промокающую пот под платком и потирающую поясницу.

«Сказать что — обидится еще, гордая. Но ведь совсем уже на второй день никакая. Старушка как-никак, под четыреста ей, наверное? Надо подсуетиться, обещали заказы, а не стройку!»

— Слушай, Чи, а ты разобралась, где заказы распределяют? С такой работой и другие справятся, да и платят так себе.

— Ходила я. Или стройка тут, или в междумирье, ладно хоть утеплять договорилась, а не бревна таскать. Еду друиды сами вырастят. Остальное все готовое из Старого Эрва привезут.

— Неужели вообще ничего не надо? Заказы же обещали какие-то…

— А, теплую одежду надо, говорят. Я думала, шить да вязать буду. Вот только забраковали материалы Старого Эрва, холодные, мол, а с местными договариваться как, языка-то не знаю…

— Разберемся. Главное, узнать, куда идти и чем оплату берут. Не дело здесь спину гнуть!

Ми ловко спрыгнула с козла и потянула Чи за руку.

— Так ещё даже не обед!

— Тем лучше, пока разберемся, пока закупимся… Куда нам?

— Карта есть в штабе, он у врат почти. Но там далеко идти, говорят, и не выдают, надо строителей, кто язык выучил, звать. Брось, дочка, вот закупят, и переведемся…

Но Ми не слушала. Она уже дошла до штаба и распахнула дверь. Но на почти пустом складе никого не было.

— Эй, что так пусто? — крикнула Ми.

— Так на стройке все ж, дочка, — запричитала Чи. — Пойдем, что мы, особенные, что ли? Все трудятся, и мы…

Но Ми порылась в столе, схватила карту и нахмурилась.

— Ничего тут идти! Так, Чи, я пойду ребят кликну, и ты пока поищи, кто язык знает, и чем заплатить можно.

Ми пронеслась ветерком до ближайшей стройки. Бревна летали в потоках охряной энергии под хохот молодежи.

— Эй, кто к местным ходил?

— Я был, — отозвался парень из-под крыши.

— Пошли, и друзей бери. Шкуры и шерсть закупать пойдем.

— Эт телегу ж надо, — почесал нос парень.

— И телегу бери.

— Дык друиды забрали.

Ми закатила глаза.

— У нас что, одна телега?

— Да не… Ща попросим, — задумался парнишка. — Эй, братух, сгоняй до реки, им же уже не нужно.

— Да ну тя, сам чеши, не люблю, когда меня к Истовой матери посылают!

— Дык им не нужно!

— Да щас! Отдадут они…

— Давай, — требовательно велела Ми, и парень, шмыгнув носом, неохотно спустился.

Она посмотрела на второго, и тот, растерявшись, позвал:

— Эй, братва, пошлите вместе. Много груза будет, от отдачи загнемся, если вдвоем потащим.

— Нам Дай устроит, если стройку сорвем.

— Дык скажем, что за запасами.

— А его интересует шибко?

— Так, вы трое, — указала Ми. — Идите за телегой, поможете нам с Чи. Туда-обратно — горсть кристаллов.

Больше аргументов не потребовалось.

***

Трое носильщиков хмуро тащили телегу по бездорожью — береглись от отдачи на обратный путь. Ми шла впереди и расчищала от веток.

— Скоро дорога? — деловито спросила она, косясь на местное непривычно мелкое солнце, приближающееся к зениту.

— А может, ско-оро, а мо-ожет, нет…

Из леса вышел я — по пояс грязь

Дорогу местную успел проклясть!

А может, ско-оро, а мо-ожет, нет… — заныл из телеги, бренькая на лютне, поддатый Ог.

— Истова матерь, и впрямь размыло! — выругался детина.

— А ты что хотел, неделю ливни шли, а потом тучи. Когда высохнет-то?

— А у нас нормас.

— Дык мы воду отводим от стройки, а местным плевать.

— Твою ж! — сплюнул детина, прыгая на одной ноге и пытаясь вытащить сапог, завязший в грязи.

Ми посмотрела по карте, сколько еще идти по «дороге», и запрыгнула в телегу.

— А может, ско-оро, а мо-ожет, нет…

***

Казалось бы, сколько времени нужно, чтобы выучить новый язык? К тому времени, как горе-торговцы достигли местной деревушки, словарный запас с легкой руки пьяненького барда пополнился абсолютно у всех. Правда, в основном звучными ругательствами на местном, но не все ли равно? После такого приключения лучше слов и не придумаешь.

— Так, нам надо шкуры, шерсть, что там еще сгодится, папаш? — деловито спросила Ми.

— Ща разберемся, значицца… — почесал бороду Ог и, кряхтя, выбрался из телеги.

Центральная улица деревушки была неаккуратно, но все же вымощена. Домики выглядели странно: невысокие, с какими-то трубами из крыш и наличники все цветные — синие, красные, желтые…

От ближайшего дома подбежала маленькая девочка, что-то громко лопоча, и обняла Ога. Странная. Серые косы, глаза в тон, в какой-то нелепой разноцветной одежде — синее платье, рыжий платок, светлая рубашка с расшивкой странными узорами… Ми нахмурилась, подумывая, какому Лову могли бы служить местные, и тут увидела, похоже, маму девочки — высокую толстую женщину почему-то в красном, шутливо грозившую кулаком дочке.

Ог тараторил на местном и смеялся, и женщина с девочкой заливались в ответ.

Вскоре налетела целая толпа. Принесли шкуры, мотки и тюки непонятно чего, еще какие-то ткани странных цветов, одеяла, подушки, странные халаты и шапки из меха… И все разноцветные, тыкают, нахваливают, и ни слова не понять!

Ог весело переругивался с ними, а потом как-то покосился на Ми, покачал головой и рассмеялся.

— О чем они говорят? — спросила Ми.

— Спрашивают, чем будем платить, не мальчишкой ли из телеги.

— Мальчишкой? — удивилась она.

— Я сказал, что мальчишка из телеги готов всю деревню купить. Выкладывай кристаллы, они любят наши волшебные огни, охотно берут заправочку для них.

— А почему смеются?

— Не верят, худой, говорят, слишком.

— Это плохо?

— Думаю, если худой, значит, голодаешь. Давай кристаллы, я разберусь.

Ми протянула мешочек, и Ог что-то опять залопотал на местном. Напоминало аукцион — Ог выкрикивал что-то, и ему наперебой отвечали и еще спорили. Потом он отсыпал кристаллы одному, и товар грузили в телегу.

Перемазанные парни со стройки угрюмо смотрели на наполняющуюся все больше телегу, а потом на еще одну, местную, и еще одну…

— О, папаш, на сколько тут хватит? — воодушевилась Ми.

— На всю деревню! На общину закуплю, вы прогуляйтесь, может, понравится что.

Чи и Ми переглянулись и пошли вдоль рядов, разглядывая странные ткани, тесемки, кувшины, горшки, бусы, меха и еще Ловы знают что. Или даже, может, и не знают?

Не было только еды. Она осмотрелась и приметила, что чем дальше от телеги, тем менее яркие и аккуратные наряды на местных и тем истощеннее мужчины, женщины и дети.

«Они что, правда голодают?!» — удивилась Ми.

Ее облепили грязные детишки, жалобно заглядывая в глаза. Чи вытащила лепешки. Их мгновенно выхватили, подрались и съели тут же. Чи прикрыла рот краем платка. Ми порылась в сумке и тоже протянула все свои запасы.

Подошла какая-то женщина и покачала головой, указывая то на детей, то на сумки.

«Почему нельзя?» — растерялась Ми.

Видимо, местная поняла и задрала рубаху одному из тощеньких детей. Весь в язвах! «Это что еще за гадость?» — ужаснулась Ми.

Чи села рядом с мальчиком и положила руку прямо на уродливый живот. Женщина округлила глаза и замахала руками, но Чи ласково улыбнулась и проворковала:

— Не бойся. Я вылечу.

Кажется, ребенок понял и затих. Ми завороженно смотрела, как из руки Чи лился молочно-белый поток, а живот заживал.

Целительницу окружила толпа, потащили в дома, и в руки пихали то, чего не несли к телеге — какие-то горшки с едой, хлеб, мешочки зерна… «Несут последнее!» — закрыла руками рот Ми.

Чи переглянулась с Ми. Ми указала на еду, покачала головой и похлопала по толстым тканям, пряже, шкурам. Кто-то зарыдал, кто-то упал на колени, кто-то начал махать руками странными жестами, похоже, по-здешнему благословляя их.

«Так, можно торговать едой и лекарствами», — прикинула про себя Ми. — «Шкур и шерсти у них избыток, это ничего не стоит. Ткани любят яркие. Наверное, самое дорогое здесь — краситель. А бесценное — еда».

Она посмотрела в сторону перегруженных телег и увидела лица горе-строителей, ужас которых читался безо всяких слов. «Надо будет доплатить им».

***

На небе сияли чужие звезды. В лесу кричали незнакомые ночные хищники. По бокам телег уютно покачивались рыжие волшебные огни, а сверху — похрапывал Ог. Ми поддерживала обессилевшую от отдачи Чи, постанывающую на кочках.

— Ты бы поберегла себя, матушка, — обеспокоенно нахмурилась Ми.

— Я-то оправлюсь, а они умрут без чар Архи, дочка, — слабо ответила Чи.

— Я думала, в Старом Эрве голодают, на лепешках живут, а здесь… — поежилась Ми.

— Я думала, что в Старом Эрве мало что лечат, — в тон ей ответила Чи, и обе вздохнули.

— Ужас, Чи. Такой ужас.

— Надо будет лекарств им передать. Там деточка головушкой болеет, бредит, ей бы светлой травы попить.

— Не нужно, — внезапно возразил Ог. — Это не элькрины.

— Не элькрины, сыночка, не элькрины. Но как не лечить?

— В первую встречу настоечку целебную у меня вытащили, с нее кровью наблевали и там же ею истекли.

Оставшаяся дорога до стройки прошла молча. Только работяги пыхтели, едва таща телеги даже с помощью сил Ловов, да накрапывал вредный дождик, выстукивая свою монотонную песенку.