Шумный Ёрн встретил суетой, заставленными товаром улицами и деловитыми элькринами. Гай с улыбкой обвел глазами улицу. Да, им есть за что бороться! Сестра в порядке, еще придумают, как вытащить… Он посмотрел на мощеную булыжником площадь с вратами в междумирье. Элькрины сновали туда-сюда, носили товар. Пусть мир раскололо, но опоры крепкие, и барьеры спасают от скверны. А выходы они защитят.

От предстоящей битвы кипела кровь. Сколько он этого ждал!

Свернув в глухой переулок, Гай наткнулся на старика, смиренно просящего милостыню дрожащей рукой.

Завидев Гая, старик упал ему в ноги, хватая полы плаща и целуя ботинки.

— О, милостивый брат Покровителя…

У Гая от отвращения дернулось лицо, и он брезгливо отпихнул Айара ногой:

— Выкладывай, трясучник.

— Грозный господин, нижайше прошу прощения, что заставил вас ждать… — стоя на коленях, поклонился Айар. Стянув капюшон, он показал постаревшее раньше времени лицо и продолжил вкрадчивым голосом.

— Господин, ничтожному Айару сорок восемь лет. — Он цепко заглянул Гаю в глаза и выдержал паузу.

— Сочувствую, — хмыкнул Гай и уточнил:

— Еще что-то?

Айар сдвинул плащ, лохмотья и показал гнилую руну напротив сердца, а затем применил простую технику сокрытия общины Иста. От руны распространилась едва заметная прозрачная с серым волна и легчайший запах гнили. Он повторял технику вновь и вновь без остановки. От руны постепенно расползался серебристый налет. Айар бледнел все больше, но продолжал. Наконец руна тускло полыхнула, и Айара окружила гнилая аура. Тот прекратил и, тяжело дыша, сипло уточнил:

— Гнилому старейшине почти четыреста, господин.

Глаза Гая сверкнули. Теперь он понял, как отличить с первого взгляда нужную цель. Он покопался в сумке и бросил Айару зелье страсти, припасенное для игр с Ми.

— За заботу о сестре.

Глаза Айара вспыхнули алым, он трясущейся рукой принял бутылек и снова поклонился.

— Господин щедр! Но ничтожный Айар лишь выполняет поручение Покровителя…

— Что он поручил тебе? Только говори быстрее и яснее. — Гай снова немного отодвинул ногой подползшего ближе Айара.

— Жалкий служитель лишь искренне заботится о сокровище Покровителя… — запричитал он.

— Говорить будешь? Еще добавлю, — холодно спросил Гай, брезгливо морщась.

— Айар честен, господин… Вы сами можете спросить сестру, если не верите мне… — клялся и кланялся он.

— Вот только не ври. Если не можешь сказать — ответь прямо, — понемногу ярился Гай.

— Айар говорит правду! Почему вы не верите мне? — зарыдал он, размазывая дрожащими руками по лицу грязь и сопли.

Гай чувствовал, что Айар не расколется. Тот рыдал, бился лбом о землю и клялся в честности, а фальшью несло за версту. Противно! Гай резко развернулся и ушел. От трясучника его и самого потряхивало. На редкость мерзкий тип.

«Где там этот постоялый двор, где ребята место заняли?»