Конец августа.

Прошла уже неделя с того дня, как я удержал Химари от попытки последовать за Курэхой-сан.

Тем вечером я снова мчался на велосипеде по шоссе под палящим солнцем. Жара немного спала по сравнению с полуднем, но всё равно было невыносимо жарко. Западное солнце жгло кожу, заставляя меня тяжело дышать и покрываться потом. Я опаздывал на встречу с Химари. Задержался, выбирая одежду.

Думая, что сегодня особенный день, я хотел надеть что-то необычное. Но, к сожалению, в моём гардеробе не оказалось ни одной вещи, которую Химари ещё не видела. Следовало бы заранее купить что-то особенное, но за последний год я так сильно вырос, что тратить деньги на одежду, из которой скоро вырасту, казалось глупым. В итоге я покупал только повседневные толстовки.

В конце концов, я просто натянул привычные джинсы и худи — смешно даже думать, что я что-то выбирал.

Она ведь не разозлится?..

Раньше я никогда не волновался перед встречей с Химари. Впрочем, она не из тех, кто злится из-за небольшого опоздания. Это беспокойство было направлено скорее на самого себя. По крайней мере, сегодня я хотел взять себя в руки.

Свернув с шоссе в сторону мэрии, я поехал по старой дороге. По обе стороны улицы стояли яркие флаги с названием местного летнего фестиваля. Время от времени мне попадались группы девушек в юкатах, направлявшихся к месту праздника.

Юкаты прекрасны. Среди всех нарядов они особенно гармонично сочетаются с цветами. А если ещё и волосы убраны, чуть обнажая шею… Это просто беспроигрышный вариант.

Наверняка Химари сегодня тоже в юкате…

— …М?

Я заметил в одной из проходящих групп девушку с заколкой в виде засушенного цветка. Ученица нашей школы? Нет, скорее всего, она ещё в средней…

Я увидел её всего на мгновение, так что не смог рассмотреть как следует. Хотелось хотя бы понять, какой там цветок… Хотя нет, лучше не надо. Если сейчас обернусь, буду выглядеть странно. Да и у меня есть дела поважнее.

Припарковав велосипед на стоянке, я направился в сторону «Лоусона»[1]. Обычно я оставляю его у ближайшего магазина, но сегодня мне не хотелось, чтобы меня ждали.

[1]: Lawson — франчайзинговая сеть круглосуточных магазинов в Японии.

Глянув на часы, понял, что опоздал ровно на десять минут. Ну, звучит не так уж плохо, если сказать «ровно десять», верно?

Интересно, Химари уже здесь?

Заглянув в магазин, я тут же увидел её.

Инудзука Химари.

Девушка с большими синими глазами, похожими на морскую гладь. Настолько ослепительно красивая, что её легко могли бы завербовать в модельное агентство в Токио. Моя личная модель для самодельных аксессуаров, а с недавних пор — ещё и кое-кто особенный.

Её короткое каре сегодня украшали косички, делая её в три раза очаровательнее обычного. На ней была кружевной топ и джинсовые шорты. Я немного расстроился, что она не в юкате, но, если подумать, она постоянно носит её дома.

Химари стояла у стеллажа и листала журнал мод.

Зайдя в магазин, я тут же окликнул её:

— Химари. Прости, я опоздал…

Но договорить я не успел по очевидной причине — Химари выглядела очень раздражённой.

Она холодно посмотрела на меня, а затем начала сверлить взглядом. Это было не так страшно, как взгляд её старшего брата, Хибари-сана, но всё равно жутковато.

— Э-э, Химари-сан? Я что-то натворил?

— Нацумэ Ю-кун. Ты помнишь, что обещал?

Полное имя и вежливый тон.

Меня передёрнуло.

— Эм… Обещал? Прости, я просто задержался. Должен был написать, но… в общем, всё было в спешке…

— Дело не в опоздании. Подумай лучше.

Её голос стал ещё холоднее.

Чёрт. Это что, тест на аудирование? Я вспотел и начал в панике перебирать в голове возможные варианты.

И тут меня осенило.

— Эм… писать тебе каждый день?

— …

Голубые глаза Химари блеснули.

А в следующий момент она рванула ко мне с боевым кличем.

— Как ты мог просто исчезнуть на целую неделю, мерзавец!!!

— Это не моя вина! Сестра забрала телефон!

Хотя я и проиграл спор с Курэхой-сан, сам факт того, что я остановил Химари, разозлил Сакуру-неесан ещё сильнее. В наказание она отобрала у меня телефон на всё лето и завалила сменами в семейном магазине.

Даже сегодняшнюю встречу пришлось назначать через маму Химари по стационарному телефону, и это был наш первый разговор за неделю.

Химари, всхлипывая, схватилась за подол моего худи.

— Гр-р-р… Ты хоть понимаешь, каково это — после такого трогательного момента просто взять и исчезнуть?! А когда ты ещё и опоздал, я уже начала думать: «Хм? Это всё было просто какой-то глупой шуткой, которая украла у меня всё лето?» Как ты думаешь, каково мне было, а?!

— Погоди, погоди, остынь! Мы же в магазине! И у меня нет таблички «Успех!!»[2] или чего-то такого…

[2]: Это отсылка к типичной сцене из японских розыгрышей, где после неожиданного поворота событий участникам показывают табличку с надписью «大成功!!» («Дайсэйкоу!!» — «Большой успех!!»), означающую, что их разыграли.

Я схватил Химари за руку и поспешно вывел её из «Лоусона». Кассирша смотрела на нас тёплым взглядом. Она явно явно думала что-то вроде «Ах, молодёжь…».

Остановились мы прямо под рекламным баннером с акцией на жареную курицу.

Химари, едва сдерживая слёзы, сердито посмотрела на меня.

— Ну?

— Ч-что?

Она надулась, затем ткнулась лбом в мою грудь. Бросила на меня быстрый взгляд, порозовела и тут же отвернулась.

Потом, почти неслышно, пробормотала:

— Неделю ждала… Так что? Где награда для терпеливой девушки?

— …

Чёрт… Чуть кровь из носа не пошла.

Награда? Да если уж на то пошло, это мне полагается награда за все эти мучения! И вообще, не слишком ли нагло так открыто называть себя моей девушкой?! Хотя… это коварство с её стороны дьявольски милое…

Ладно, так и быть. Только никаких «Пф-ха-ха» потом, договорились?!

— Какую награду… ты хочешь? — я попытался звучать непринуждённо.

Химари, смущённо теребя пальцы, взглянула на меня снизу вверх.

— А ты угадай.

— …

Боже, какая же она раздражающая! Она постоянно так делает. И это регулярно становится причиной наших споров! Ну неужели нельзя сразу сказать, чего хочешь?

…Хотя её неуклюжие попытки добиться моего внимания выглядят довольно мило.

Ладно, сдаюсь. Я понятия не имею, чего она хочет, но готов отдать ей что угодно. Хоть всю свою зарплату, заработанную потом и кровью в магазине. Ну, кроме последних двадцати тысяч — запасов на чёрный день.

— Химари, я сдаюсь. Просто скажи.

После всех этих мучений она, довольно улыбаясь, торжественно объявила:

— Я хочу… подержаться с Ю за руку. — И сразу же прикрыла ладошками пылающие щёки. — Ой, я сказала это!

…Что?

Что это сейчас было?

Ты и так постоянно держишь меня за руку! Почему это вдруг стало какой-то официальной просьбой? Даже парочки из начальной школы делают это без всяких проблем!

…Моя чересчур милая девушка сведёт меня с ума.

— Л-ладно. Давай.

Химари протянула ладонь. Даже её линии на ладони выглядят чертовски милыми…

Но почему я так нервничаю? Если подумать, это же первый раз, когда я сам беру её за руку… Это не просто моя лучшая подруга. Это моя девушка… Чёрт, сердце сейчас выскочит.

Я осторожно взял её за руку.

Мягкая... Конечно, она всегда была мягкой, но сейчас… всё ощущается иначе. Всё-таки статус «девушки» меняет всё.

Пока я об этом думал, мои пальцы сами собой переплелись с её.

Химари вздрогнула.

— Ах!

— Э? Я… я что-то не так сделал?

Я в панике попытался разжать пальцы, но она только сильнее сжала мою руку, не давая отдёрнуть. Затем хитро улыбнулась и щёлкнула меня по носу.

— Идеально♪

— Гха…

Кажется, она вертит мной, как хочет.

Так неловко… Но, если честно, это гораздо лучше, чем её «Пу-ха-ха». И чертовски мило.

— Пойдём на фестиваль?

— У-угу…

Мы направились в сторону толпы школьников в юкатах.

Позднее летнее вечернее небо окрасилось в оранжево-розовые тона.

Пот медленно пропитывал футболку.

Закатное солнце медленно окрашивало городок в золотистый цвет.

Химари, играя пальцами с заплетёнными прядями, улыбалась так тепло, что сердце моё непроизвольно сжималось.

— Пф-хе-хе…

…Чёрт.

Я снова чуть кровью не захлебнулся от её милоты.

Что это за «Пф-хе-хе»? Её новая дере-версия «Пу-ха-ха»?

Слишком уж примитивно.

…Но даже эта очевидная сторона Химари — всё равно самая милая в мире!

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Летний фестиваль проходит в самом большом торговом районе нашего городка.

Чем ближе мы подходили к центру праздника, тем больше становилось ярких палаток. Люди стекались сюда со всех уголков, словно ручейки, сливающиеся в одну большую реку. Толпа становилась всё плотнее, воздуха не хватало, а жара, отличавшаяся от привычного летнего зноя, заставляла кожу покрываться потом.

Хотя… даже в такой давке есть один плюс — я могу прижаться к Химари!

— Химари, ты в порядке?

Я с лёгким беспокойством посмотрел на неё. Она же лишь мягко улыбнулась:

— Всё хорошо. Ведь я могу прижаться к Ю♪

Фух…

Вот оно. Неразлучные напарники, связанные судьбой. У нас даже мысли совпадают! Мы такие синхронные, хотя раньше всё было наоборот. Жаль, что не стали такими раньше.

— Каждый год удивляюсь, откуда в нашей глуши берётся столько народу…

Гомон вокруг напоминал белый шум, заглушая мысли. Я говорил довольно громко, но почему-то среди всей этой суеты особенно отчётливо слышались пронзительные голоса девочек из средней школы:

— О, ○○-чан[3] тоже здесь?

[3]: В японской культуре «○○ちゃん» — это шаблонное обозначение имени, своеобразный «пустой шаблон». В диалоге школьницы не называют конкретное имя, а используют «○○» как условную заглушку (как в русском: «Ой, и [такая-то] пришла?»). Автор имитирует типичную беседу подростков, где имена могут быть любыми.

Тесно, душно… но в этом есть своё очарование. В воздухе витало ощущение предвкушения, словно вот-вот случится что-то важное. Или, может, всё дело в том, что рядом со мной Химари.

— В таких маленьких городках не так много событий, вот все и собираются, — заметила она. — Вчера был «Банба-одори»[4], говорят, народу было ещё больше. Это мне брат рассказывал.

[4]: Банба-одори — это традиционный танец, исполняемый во время праздника Обон.

— Хибари-сан был в оргкомитете?

— Ага. Он надел хаппи[5] и играл на барабане прямо на сцене.

[5]: Хаппи — короткая куртка для фестивалей.

— Что?! Я бы посмотрел на это!

— Думаю, мама записала новостной репортаж. Потом сделаю копию.

Пока мы болтали, поток людей увлекал нас всё дальше. Чем выше плотность толпы, тем сильнее её течение. Здесь нельзя останавливаться, иначе создашь неудобства тем, кто позади. А если оступишься и упадёшь, это может обернуться серьёзной катастрофой. И только я могу защитить Химари от этого.

— Химари, во сколько начинается фейерверк?

— В семь.

Главное событие фестиваля. Наш летний праздник длится два дня: в первый день проходит Банба-одори, а во второй — фейерверк-шоу. Запускают сотню фейерверков с берегов главной реки. Всё это организовано на пожертвования жителей. Даже в нашем магазине стояла коробка для сбора средств.

В прошлом году Хибари-сан запускал фейерверки в виде цветов, это было потрясающе…

Интересно, какие будут в этом году? Химари тоже ничего не знает, так что мне вдвойне любопытно. К тому же, такие зрелищные штуки всегда вдохновляют меня на создание новых украшений.

Пока я был погружён в мысли, Химари начала раскачивать наши переплетённые пальцы взад-вперёд. Рука уже начинала побаливать, но… такова цена её любви.

— Ю, давай что-нибудь перекусим?

— О, а я как раз тоже проголодался.

Мы начали оглядываться в поисках палатки с едой.

Классика фестивалей: жареная кукуруза, такояки, картошка фри, хот-доги, якисоба. Аромат жареного кальмара был особенно аппетитным.

Сладости, конечно, всегда манят, но когда голоден, хочется чего-то посытнее.

В этот момент Химари вдруг указала на одну из палаток:

— Ю, смотри, здесь хасимаки[6]!

[6]: Хасимаки — это японские блинчики.

— О, серьёзно?

Хасимаки. Как понятно из названия, это тонкий окономияки, свернутый вокруг палочек для еды. В других регионах его называют «дондон-яки» или «курукуру-окономияки[7]».

[7]: «Курукуру-окономияки» (также известен как «дондон-яки» или «портативный окономияки») — вариант окономияки, в котором блин нанизан на деревянную палочку.

О существовании этого блюда я узнал на прошлом летнем фестивале от Хибари-сана.

Это довольно удобная фестивальная еда. Можно есть прямо с палочки или снять её и пользоваться палочками для еды. А ещё это сытно и недорого.

Дружелюбный продавец заметил нас и улыбнулся:

— Только что приготовил!

— Тогда мы возьмём!

На прилавке ровными рядами лежали готовые хасимаки, а за ним уже шипела новая порция теста.

Хм, эта небрежная суета вокруг кухни идеально передавала атмосферу фестиваля.

Как и у окономияки, у этого блюда бывает множество начинок: соус, майонез, зелёный лук «нэгидаку», кимчи, кетчуп, ментайко… А вот это с жареным яйцом сверху — идеально для фото.

— Ю, а ты какой будешь? — Химари снова дёрнула наши сцепленные руки.

В последнее время она делает это всё чаще. Это её способ проявлять нежность? Ну, что бы она ни выбрала, я возьму то же самое.

— Ты ведь хочешь с кимчи, да?

— Э? Откуда ты знаешь?

— Я всегда угадываю, что ты хочешь.

Услышав это, она радостно хлопнула меня по плечу.

— Ю, мы же прямо родственные души!

— Перестань, это неловко… — я попытался сделать вид, что смущён, хотя внутренне ликовал.

Продавец аккуратно уложил хасимаки с кимчи в пластиковый контейнер.

— А парень что будет?

— ?!

Химари вздрогнула, а затем кокетливо прижалась ко мне.

— Дяденька, а мы похожи на пару?

— Ещё как! — усмехнулся продавец.

Глаза Химари тут же засверкали. Она прижала ладони к щекам и восторженно пискнула:

— Он сказал, что мы идеально смотримся вместе! И-де-аль-но! Ну, оно и понятно, да? У нас ведь тот ещё вайб! Он совершенно не оставляет шансов!

— Ай, больно! Ты слишком сильно бьёшь…

Честно говоря, будет страннее, если кто-то так не подумает.

Хотя, глядя на неё сейчас, даже не верится, что та Химари, которая когда-то говорила «Любовь — это только обуза», вообще существовала. Теперь она чертовски мила.

— Я возьму с сыром.

— Будет сделано!

Я уже потянулся за кошельком, но Химари вдруг заговорила:

— О, точно! Давай я куплю тебе с сыром, а ты мне — с кимчи.

— А смысл?

Тут она хитро фыркнула. Явно что-то задумала.

— Чтобы потом… кормить друг друга.

Неожиданно. Даже я, специалист по Химари, слегка опешил. Но, если подумать, это вполне в её стиле. Всё-таки она умеет делать любое событие вдвое веселее. Даже такие рискованные штуки (почти как из наших «тёмных времён») с ней кажутся нормальными.

— Опыт популярности сказывается, да?

— Зато теперь моё сердце принадлежит только Ю♪

Она легонько ткнула меня пальцем в нос. От этого стало щекотно.

— Перестань… Даже сейчас я не уверен, что достоин тебя.

— Не говори так. Главное, что я знаю, какой Ю замечательный.

Я крепче сжал её руку и посмотрел в глаза. Они, словно морская гладь, сверкали ещё ярче.

Чёрт, мне так хочется её поцеловать. Этот момент ведь явно создан для этого.

— Химари…

— Ю…

Её нежный шёпот расплавил мой разум.

Внезапно между нами возник большой полиэтиленовый пакет.

Я повернулся и увидел продавца, чьи щёки слегка порозовели.

— Ребят, я всё понимаю, но сначала заберите заказ. Я даже постарался, сделал его особенным для парочки…

— А-а, точно… С-спасибо…

Я быстро расплатился, и мы отошли от палатки.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Мы выбрались из толпы и, заметив клумбу на перекрёстке, решили присесть.

Химари сразу же перешла к делу — взяла хасимаки с сыром и протянула мне.

— На, Ю. А-а-ам♡

— …

Сыр стекал по хасимаки, словно «особая порция для парочек». Это скидка для влюблённых или просто заваленный сыром вариант? Такое вообще безопасно есть? Хотя, если что, Химари обо мне позаботится. В любом случае, я в плюсе.

— Ладно, приятного аппетита… ам.

Вкусно. Вкус сыра… и любви Химари.

Выходит, любовь измеряется в калориях? Оба варианта одинаково вредны для здоровья. Логично.

Я взял из контейнера хасимаки с кимчи.

— Теперь ты, Химари.

— А-а-ам♪

…Чёрт, это слишком мило.

Химари с беззащитно приоткрытым ротиком — это уже мило, но то, как она убирает волосы за ухо, ещё милее. Благодарю судьбу за возможность вот так вот кормить такую красавицу, как Химари.

— Ням.

Она откусила только кончик и довольно улыбнулась.

— Он такой большой.

— …Ну, это же «особая порция для парочек».

Неужели теперь мы будем устраивать романтические сценки в каждой лавке?

Мало того что моя девушка милая, так ещё и экономная. Просто находка.

Пока мы доедали, Химари вдруг вспомнила:

— Кстати, Ю, как там работа в магазине?

— Я уже отработал все смены, которые пропустил из-за спора с Курэхой-сан, так что теперь всё в обычном режиме. Примерно половину недели работаю, половину отдыхаю.

— Тогда, может, сходим на пляж в воскресенье? Вчера Эно-чи звала.

— На пляж?

Она быстро открыла переписку и показала мне сообщение.

Эномото-сан отправила стикер кота с кругом для плавания: «А не хочешь ли на пляж?»

Выбор стикеров у неё, как всегда, на высоте.

— Всё-таки это лето нашего второго года обучения. Надо же съездить хоть раз. Это последний шанс.

Логично. В следующем году нас ждёт выпускной, и кто знает, получится ли выделить время.

Раз моя идея открыть магазин сразу после школы провалилась, скорее всего, придётся поступать в университет. Тогда уж будет точно не до развлечений. Так что, да, стоит запастись летними воспоминаниями заранее.

Я как раз работаю над аксессуарами в виде летних цветов. Если постараюсь, закончу их за пару дней, и время появится.

— Кстати, а кто ещё поедет? Раз уж предлагает Эномото-сан, кто-то точно будет.

— Макисима-кун… и брат.

— Э, Хибари-сан?!

Он всегда был отзывчивым, но чтобы с нами куда-то поехать? Это что-то новенькое.

— Он будет за рулём. Макисима-кун его уговорил.

— Ого… Странно видеть их вместе.

В принципе, меня устраивает, что там будет Химари. Но если подумать, я ведь никогда не проводил с Макисимой время вне школы. Он постоянно на тренировках, а я занят аксессуарами. Может, это хороший шанс?

— Ладно, оставлю день свободным.

— Тогда я пишу Эно-тян, что Ю и я — в деле!

Сообщение тут же прочитали, а в ответ прилетел стикер с сияющими глазами и подписью: «Ура!».

…Интересно, отправляя его, Эномото-сан сохраняла свой обычный равнодушный вид?

— Ю, как же я рада! А ты?

— Ага…

Пляж, значит… Недавно мы были на побережье, но тогда даже не купались.

В это время года как раз цветут лилия и кринум. Их здесь редко встретишь, так что будет интересно понаблюдать.

…Ну и, конечно же, Химари в купальнике. Она ведь будет чертовски милая. Всё-таки это Химари.

Пока я витал в облаках, Химари быстро доела свой хасимаки.

— Ю! Скоро начнётся фейерверк! Пошли!

— Серьёзно? Чёрт, надо поспешить, чтобы занять хорошее место!

Толпа уже направлялась к набережной.

Химари потянула меня за руку. Мы быстро выбросили контейнеры в ближайшую урну и поспешили к реке.

Мост уже был забит зрителями, занявшими свои места. Нам с трудом удалось найти хорошее место для наблюдения.

Я в спешке достал телефон и открыл камеру.

Так, ночной режим… фокус…

— Ах, я так волнуюсь…

— Ю, ты ведь обожаешь фейерверки, да? Хотя чего удивляться — ты же помешан на цветах.

— Это комплимент?

Честно говоря, меня самого это удивляет. Если бы Химари ещё со средней школы не таскала меня на такие фестивали, я бы и не знал, что мне это нравится.

…Хотя до её уровня увлечённости мне далеко.

— Брат говорил, что в этом году заложил огромный бюджет на фейерверк. Специально для тебя.

— Это уже слишком. Он вообще в курсе, что деньги собирали всем городом?

— Пф-ха-ха, ну и что? Главное ведь, чтобы все получили удовольствие, верно? Да и организаторам тоже нужна мотивация.

— Чувствую, меня водят за нос… но, наверное, ты права.

Издалека донёсся гул барабанов — сигнал о начале запуска.

— О, начинается…

В воздухе раздался свист.

Мы с Химари одновременно подняли головы.

В следующий момент в небе расцвёл огромный фейерверк.

Бабах!

Грохот, словно от пушечного выстрела, заглушил все окружающие звуки. Толпа на секунду замерла.

Огненные искры разлетелись во все стороны, и только спустя мгновение до нас донёсся треск догоревших частиц.

Раздались восторженные возгласы и аплодисменты.

Запустили второй залп. Где-то впереди группа студентов дружно выкрикнула:

— Ура!

И тут же раздался новый взрыв, сотрясший землю.

Фейерверки были великолепны.

Я украдкой взглянул на Химари.

Её лицо, освещённое вспышками, словно парило в полумраке. С чуть приоткрытым ртом она завороженно прошептала:

— Ух ты…

Она повернулась ко мне. В её морских глазах отражались разноцветные огни, которые походили на цветы, распускающиеся в океане.

В небе взорвался гигантский фейерверк «Дракон».

Семицветные полосы света одна за другой взмывали вверх, оставляя после себя золотистый шлейф, а затем исчезали. В таком масштабе он действительно напоминал дракона, взмывающего в небеса.

Но мне это зрелище напомнило другой образ — образ плакучей сакуры.

Как изящно эти дуги света устремлялись вверх, а затем плавно опадали вниз… Это было так похоже на её поникшие ветви.

Плакучая сакура…

И тут я вспомнил…

На фестивале в средней школе, во втором классе[8], у меня уже возникала эта ассоциация.

[8]: У нас это приблизительно восьмой класс.

С чем же тогда я её связал?

…Ах, точно. Это был день, когда я впервые встретил Химари.

Тогда у неё были длинные волосы — шелковистые, струящиеся, такие же красивые, как ветви той самой сакуры.

Пока я, размышляя, любовался фейерверками, неожиданно почувствовал что-то тёплое на щеке. Затем услышал звук затвора камеры.

Я повернулся и увидел, как Химари, прикрывая рот рукой, хихикала:

— Э? Что случилось?

— Хм? А ты как думаешь?

Она лукаво улыбнулась и показала мне экран телефона.

На снимке был я, ошарашенный красотой фейерверков. А химари в тот момент… целовала меня в щёку.

Ч-что за… Химари выглядела убийственно мило, а вот я… я выглядел просто глупо.

Я поспешно прикрыл лицо рукой и возмущённо пробормотал:

— Химари… хватит этих внезапных атак…

— Но ты был так увлечён фейерверками, что совсем не обращал на меня внимания. Я немного… ревную♪

Да уж… Просто невероятно.

Я обмахивал ладонью пылающее лицо, но Химари явно не собиралась меня отпускать.

— Ну, Ю. Теперь твоя очередь!

— А?

Она ткнула пальцем в свою щёку.

— Раз уж я тебя поцеловала, как насчёт ответного поцелуя?

— П-подожди, ты серьёзно?..

Быть поставленным перед фактом — ещё более неловко…

За последние месяцы я понял, что главное в общении с Химари — это не терять темп. Если сразу не подхватить её инициативу, она добьётся своего другим способом.

Но это же чертовски стыдно! Надо схитрить.

— Ой, Химари! Смотри, Сакура-неесан идёт с каким-то красавчиком!

— Э?! Правда?! Где-где?!

Химари тут же дёрнулась и начала лихорадочно осматриваться в ту сторону, куда я указал.

…Иногда я правда думаю, что она дурашка.

— Попалась.

— А?

Я быстро прикоснулся губами к её щеке и тут же отвернулся.

Бабах! — в небе вспыхнул фейерверк. Повисла напряжённая тишина.

— …

— …

Шоу фейерверков приближалось к кульминации — небо заполнялось разноцветными вспышками, земля содрогалась от залпов. Толпа ликовала, особенно когда началась серия из сотни залпов подряд. Но я не мог заставить себя взглянуть на Химари.

А-а-а… Я умираю от стыда…

Чувствую, как пылает лицо.

И вообще, что это было за «Попалась»? Как в какой-то сёдзё-манге.

Ладно бы она это сказала — но из моих-то уст… О боже.

…Но почему Химари не реагирует?

Она же сама попросила поцеловать её в щёку. Почему просто молчит?

Нет, зная Химари, она наверняка наслаждается моментом и ухмыляется: «Хех, неплохо, Ю. Но это слишком слабая атака, чтобы сбить с ног такую профи, как я. Хм, как бы тебя ещё подразнить? О, ты уже покраснел? Отлично!»

Чёртова садистка… Кто вообще влюбится в такую девчонку?!

Ладно, сдаюсь.

Я выполнил её просьбу, так что пора заканчивать этот бессмысленный поединок.

— Х-Химари… Прости, но делать такое на глазах у людей…

Я повернулся к ней — и заметил, что что-то не так.

Её лицо горело до самых ушей. Губы были чуть приоткрыты, будто она хочет что-то сказать, но не может.

Погоди… Она ведь всегда хвасталась опытом в романтике. Так что же… она не умеет справляться с прямыми атаками?

Если подумать, с апреля она ведёт себя странно.

Неужели… она всегда была такой?

Осознав это, я испытал необъяснимое чувство удовлетворения.

По спине пробежали мурашки, и я, повинуясь порыву, схватил Химари за плечи.

Она вздрогнула, но не отстранилась. Наоборот — посмотрела мне прямо в глаза.

— Х-Химари…

— Ю…

Сердце бешено заколотилось.

Когда она успела стать настолько милой? Я всегда знал, что она красивая, но сейчас, с этим лицом… Контраст просто убийственный.

Я только и могу, что повторять: «Это плохо».

Но самое ужасное — я совершенно не знаю, что делать дальше…

Пока в голове царил цветочный хаос, Химари вдруг прошептала:

— Ю… Ты ведь собирался… сделать это?

В этот момент я буквально услышал, как треснул мой рассудок.

А, к чёрту! Раз уж так!

Я решительно наклонился ближе…

И тут вдруг раздался чей-то голос:

— Эй, Ю-кун! Как тебе мой фирменный фейерверк?!

— А?!

Я дёрнулся и повернулся к источнику звука.

Хибари-сан, с повязкой организатора, стремительно приближался… но, уловив обстановку, резко затормозил.

— Ой… чёрт…

Бабах!

В небе вспыхнули розовые огни, следом за ними — зелёные, плавно заполнившие пробелы.

И когда они смешались… Я сразу понял.

Это были цветы азалии.

Западная азалия — нежные маленькие цветы, которые распускаются яркими гроздьями, словно букет счастья.

На языке цветов азалия означает «сдержанность», «воздержание»… и «радость любви».

Цветы, которые берегут друг друга, чтобы их чувства могли расцвести. Цветы, символизирующие вечную, чистую любовь.

…Чёрт. Хибари-сан, твой выбор просто бесподобен.

Я нежно поцеловал Химари, ощущая сладкий вкус её губ.

На мгновение она застыла и напряглась, но тут же ответила — нежно прикусив мои губы.

…Когда мы поцеловались в подсолнуховом поле, я был слишком ошеломлён, чтобы осознать.

Но сейчас…

Такие мягкие…

Или, может, дело в том, что Химари особенная? Ведь она — самая милая девушка на свете.

Хибари-сан неловко пробормотал:

— Э-э… Ну… Продолжайте… Я ничего не видел.

Он что-то пробубнил себе под нос и поспешно ретировался.

…Меня накрывает ощущение, будто я сделал что-то необратимое.

Завтра я, скорее всего, буду корчиться от стыда, зарывшись в одеяло, а Хибари-сан с широкой улыбкой заявится с заявлением на регистрацию брака.

Но это не важно.

В сравнении с Химари и её очаровательностью всё остальное в этом мире не имеет значения.

Никто и ничто не сможет разрушить нашу связь.

В этот момент я был в этом уверен…

Перевод: ZAK

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN

Поддержать переводчика:

Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти https://boosty.to/godnessteam