Три дня спустя, раннее утро.

Шторм утих.

Я купил подсолнухи в ближайшем магазине и быстро обработал их, превратив в засушенные цветы. Поскольку они были меньше, чем предыдущие, мне пришлось переделать тиару.

А вчера, когда закончился Обон, вернулась Химари.

Мы снова начали наши ссоры из-за её «Ю, что ты делаешь?!», но на этот раз нас примирял Хибари-сан. Несмотря на усталость после поездки, он всю ночь был рядом со мной.

— …Готово. Наконец-то, — я выдохнул с облегчением.

Тиара из подсолнухов. Конечно, она не дотягивает до шедевра, который я сделал три дня назад, но вполне подойдёт для продажи...

Дверь была слегка освещена утренним светом... Подождите!

Я вздрогнул — Химари уснула, закинув руку мне на плечо.

Она, как обычно, смотрела, как я работаю, обняв меня за шею. Я был слишком сосредоточен на финальных штрихах, чтобы заметить это. Теперь понятно, почему у меня затекло плечо...

...Но этот момент напомнил мне о том поцелуе.

Её мягкие волосы касались моей щеки. Тёплое дыхание щекотало шею, а с каждым вздохом её грудь прижималась к моей спине.

...Плохо дело. Я начинаю нервничать.

Я уже собирался разбудить её, но, раз работа закончена, можно просто посидеть так ещё немного...

В этот момент распахнулась дверь.

— Ю-кун, можно войти? …О?

Это был Хибари-сан. Он держал поднос с онигири и чаем.

Увидев нашу позу, он улыбнулся тёплой, но хитрой улыбкой.

— Хочешь, я превращу руку Химари в шарф и заберу её домой?

— Нет, это жутко! Как вообще тебе в голову пришло такое?!

— Ха-ха-ха, просто шучу. Вы двое выглядели так мило, что я не смог удержаться.

Вот только сложно сказать, шутит он или нет...

Под глазами у него виднелись тёмные круги. Похоже, он тоже не спал, дожидаясь меня. Он, конечно, добрый человек, но его шутки в состоянии недосыпа просто пугают.

От моего крика Химари зашевелилась.

— М-м-м… А, доброе утро.

— Д-доброе…

Даже с каплей слюны на губах, которая намочила мой воротник, она всё равно выглядела очаровательно.

Пару раз моргнув, Химари изящно поднялась. Затем она открыла дверь, выглянула наружу и потянулась. Утром она всегда в хорошем настроении.

— Ах, вчера я наконец-то получила свою дозу Ю и сразу уснула.

— Что ещё за «доза Ю»?! Не придумывай странные вещи!

— Это не странно! Братик тоже так говорит.

— Хибари-сан?!

Но тот лишь проигнорировал меня и поставил поднос с онигири на стол.

— Ну, давайте посмотрим, что у тебя вышло.

— А! Да!

Я с волнением протянул ему недавно завершённую тиару.

Химари тоже наклонилась, чтобы получше рассмотреть.

— О, круто! Мне кажется, очень мило.

— Эм… Спасибо…

Почему-то мне стало неловко.

Затем Химари повернулась к Хибари-сану, ожидая его одобрения.

— Правда, братик?

— …

...А?

Хибари-сан вдруг серьёзно уставился на тиару.

— Хибари-сан? Что-то не так?..

— А? Нет, всё в порядке.

Он снова улыбнулся.

— Замечательная работа. Ты отлично справился за эти три дня. Курэха-кун должна быть довольна.

Что-то в его словах показалось мне странным.

Но Хибари-сан не врёт. Поверю ему на слово.

— Ладно, готовьтесь. Курэха-кун должна была приехать прошлой ночью.

Мы кивнули и аккуратно упаковали тиару.

Собравшись, мы сели в машину Хибари-сана и отправились в путь.

По дороге заехали за Эномото-сан. Как только мы её подобрали, она с решимостью заявила:

— Сегодня я наконец-то поймаю свою сестру!

— Эномото-сан, а что у тебя в этой огромной сумке?

Она держала громоздкий, совершенно не сочетающийся с её образом рюкзак.

Эномото-сан застенчиво улыбнулась и мило ответила:

— Это секрет.

— А-а, ну… удачи тебе с этим…

Я заметил, как из-под застёжки молнии выглядывает что-то похожее на толстую цепь.

Э-э… Мы точно должны её брать с собой? Это вообще законно? Надеюсь, всё не закончится вызовом полиции…

С этими тревожными мыслями я смотрел в окно.

Вскоре показался наш знакомый магазин.

...Настал день исполнения обещания.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Мы прибыли ровно в девять утра.

Курэха-сан уже проснулась и с изяществом пила чай в нашей гостиной вместе с Сакурой-неесан. Увидев нас, она приветливо улыбнулась.

— Ах! Ю-тян, Химари-тян, доброе утро~☆

— Д-доброе…

Она энергично помахала рукой, излучая радость.

Как только я подумал, что она ведёт себя чересчур беспечно, её тело внезапно сковали цепи. Позади щёлкнул замок — Эномото-сан надёжно его закрыла.

Курэху-сан потащили прочь.

— Сестрёнка, пора домой.

— Подожди, Рион! Я же просила не быть такой грубой!

— Тише. Каждый раз, когда я отворачиваюсь, ты сбегаешь. Сегодня я прослежу, чтобы мама тебя отчитала.

— Мама уже махнула на меня рукой!

— Только потому, что не могла тебя поймать.

На выходе из гостиной Эномото-сан обернулась к нам и вежливо поклонилась.

— Извините за беспокойство.

Она уже собиралась уходить, но…

— Эномото-сан, стой, стой!

— …М-м?

Фух, успел!

Из-за недосыпа я чуть было не дал ей просто взять и утащить Курэху-сан. Какой же это финал истории, если «финального босса» просто забирает родственник?!

— Эм, Эномото-сан… мне нужно поговорить с Курэхой-сан. Если возможно, не могла бы ты подождать?..

— …Раз Ю-кун просит.

Курэха-сан, всё ещё скованная цепями, уселась на диван.

…Что вообще тут происходит? Если родители сейчас вернутся, они точно подумают что-то не то…

Но сама Курэха-сан совершенно не выглядела обеспокоенной. Она лишь радостно улыбнулась.

— Ну-ка, покажи свой аксессуар, Ю-тян.

— А-а, да! Пожалуйста.

Я нервничал. Руки дрожали.

Осторожно открыл футляр и бережно поставил на стол перед Курэхой-сан тиару с подсолнухами.

Эномото-сан восхищённо выдохнула.

— Красиво.

— Эм… спасибо…

Я не привык получать похвалу перед всеми и не знал, как на это реагировать.

…А почему Химари так самодовольно улыбается? Нет, если я обращу на это внимание, станет только хуже. Сделаю вид, что не заметил.

Сакура-неесан, как обычно, молча наблюдала за происходящим, лениво жуя попкорн.

Хибари-сан тоже…

Постойте, а почему он так напряжённо смотрит на Сакуру-неесан?

Ладно, пока оставлю это без внимания.

Сейчас важнее всего реакция Курэхи-сан…

— Вау, какая милота! Намного детальнее, чем то, что я видела в Инстаграме!

…Что?

Она улыбалась гораздо шире, чем я ожидал… Нет, даже больше, чем я мог себе представить.

— Это свадебная тиара? Подсолнухи выглядят смело и стильно.

Курэха-сан внимательно рассматривала украшение.

— Тиара хоть и сдержанная, но выполнена с невероятной тщательностью. Да-да, думаю, это действительно отличная работа~♪

Она хвалила её без малейшего сомнения.

От её искренней реакции мне даже стало не по себе — не скрывается ли тут какой-то подвох? Судя по ошарашенным лицам Химари и Эномото-сан, они думали так же.

— Эм… Ты правда так считаешь?

— Конечно! Если что-то милое, значит, оно милое. Я даже хочу её себе. Ты планируешь её продавать?

Я потерял дар речи.

Всё закончилось… вот так просто?

Три недели размышлений — ради чего? Хотя, если подумать с другой стороны, возможно, именно благодаря этим размышлениям всё и вышло так, как надо.

В любом случае, я почувствовал облегчение.

Если я выиграл этот матч, то смогу попросить её отпустить Химари. Сделав глубокий вдох, я уточнил у Курэхи-сан:

— Значит… это означает, что я победил?

— Хм-м? Это так?

Она дразнила меня.

Ответ был странным. Тиара ей понравилась, но результат всё ещё не был решён?

Химари и Эномото-сан переглянулись в замешательстве.

Только Хибари-сан, похоже, понял, в чём дело, и тихо цокнул языком. Меня охватило беспокойство.

И, словно подтверждая мои худшие подозрения, Курэха-сан драматично скрестила руки на груди.

Другими словами… это было «×».

С той же неизменной улыбкой она громко объявила:

— Тиара милая, но ты проиграл~♪

— Ч-что?..

Я не сдержался и повысил голос.

— Так ты изначально собиралась заставить меня проиграть, что бы я ни сделал?!

— Ну что ты, я бы не стала поступать так нечестно. Если бы Ю-тян действительно сделал что-то стоящее, я была готова отпустить Химари-тян.

— Тогда почему?..

Курэха-сан улыбнулась.

Эта улыбка не изменилась ни на каплю.

Холодная, кукольная…

— Почему? Ведь условием этого матча было показать мне свою лучшую работу. А ты пытаешься провести меня, подсовывая неудачное изделие.

Она посмотрела прямо на меня.

— Разве это не странно?

— Э-это неправда! Я всегда выкладываюсь на полную, создавая украшения…

Курэха-сан устало вздохнула.

— Тогда почему ты принёс мне вторую работу?

— ?!

Я замер.

Моё молчание стало для неё лучшим подтверждением. Не имело смысла пытаться оправдываться. Курэха-сан явно что-то знала.

— К-как ты?..

— Я знаю, что подсолнухи завяли. Сакура-чан мне рассказала.

…Что?

Я ошарашенно уставился на неё.

Она так спокойно это сказала…

А Сакура-неесан, та самая, кто выдал меня, продолжала невозмутимо жевать попкорн.

На мгновение она взглянула на меня, а затем снова перевела взгляд на телевизор.

Холодный взгляд Курэхи-сан пронзал меня насквозь.

— Ю-тян. Ты пытался меня обмануть, да?

— Н-нет, я не это имел в виду…

— Тогда почему ты не сказал мне правду о том, что основные подсолнухи завяли?

— Ну… я думал, если успею сделать всё к матчу…

— Успеешь сделать что?

— ?!

Что я только что собирался сказать?

Её слова были похожи на допрос, но ещё больше меня потрясла собственная мысль, которую я едва не озвучил.

«Если я успею сделать всё к матчу, то это уже не будет иметь значения, верно?»

Эти проглоченные слова застряли внутри, как клин, который невозможно вытащить. Они стали тяжёлым грузом в груди, не растворяясь и не исчезая.

Курэха-сан перевела взгляд на Хибари-сана и рассмеялась.

— Я ожидала большего, раз уж Хибари-кун за тебя поручился. Как же разочаровывающе.

— …

Хибари-сан, всё это время молчавший, крепко прикусил губу.

По его лицу было видно, что возразить нечем. Нет, даже больше… Видеть гордого демона Хибари в таком состоянии было просто невыносимо.

Курэха-сан, словно разговор был окончен, посмотрела на Эномото-сан.

— Рион, пошли. Давно мы не навещали маму.

— …Ладно.

Она направилась к выходу, таща за собой Курэху-сан в цепях.

На пороге та обернулась и улыбнулась Химари.

— Ну что ж, Химари-тян. Я позже напишу тебе, что будет дальше~♪

— К-Курэха-сан! Я…

Но та оборвала её резким взглядом.

— Когда ты так цепляешься за кого-то, вся твоя миловидность исчезает, знаешь ли?

— !..

Химари сжала губы, не сказав ни слова.

Курэха-сан махнула рукой.

— Пока-пока.

И исчезла за дверью.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Гостиная погрузилась в тишину.

Все взгляды обратились к Сакуре-неесан.

Она сидела на диване, закинув ногу на ногу, и лениво жевала чипсы. Неспешно прожевав, она, наконец, вздохнула.

— Похоже, тебе есть что сказать.

— …Почему ты рассказала Курэхе-сан про завядшие подсолнухи?

Химари вздрогнула, а затем, что для неё было редкостью, вспылила:

— Да! Сакура-неесан, разве ты не поддерживала Ю?!

Но та даже бровью не повела.

— Не путай. Я не поддерживала своего глупого брата. Я поддерживала тебя, Химари-тян.

— М-меня?..

Сакура-неесан кивнула.

— Я лишь велела ему взять себя в руки, потому что он несёт ответственность за твою жизнь. Если он больше не относится к аксессуарам серьёзно, то лучше бросить это дело как можно раньше.

В её голосе звучало явное презрение.

— Сестра… Ты хочешь сказать, что я несерьёзно отношусь к аксессуарам?..

Сакура-неесан вытащила из кармана футляр и поставила его на стол. Затем открыла.

Внутри… был мой аксессуар?

— Глупый брат. Узнаёшь?

…Конечно, узнаю.

Это одно из изделий, которые я сделал в прошлом месяце… во время той самой истории с аксессуарами в школе. Индивидуальный заказ для одного из учеников.

Но почему он у Сакуры-неесан?

— Тогда меня вызвали в школу по поводу бухгалтерских вопросов, связанных с «You».

— …Кажется, я что-то такое слышал.

Тот случай, когда родитель ученика, купившего мой аксессуар, подал жалобу. Когда меня вызвали, мой куратор, господин Сасаки, упоминал что-то подобное. Но раз потом не было никаких известий, я решил, что всё обошлось.

— Т-так… тогда там что-то говорили?

— Нет, всё было в порядке. Господин Сасаки — понимающий человек, и с финансами проблем не возникло. …Кроме вот этого аксессуара.

— Что с ним не так?..

— Посмотри внимательно.

Сакура-неесан постучала пальцем по столу.

Передо мной лежала заколка для волос, украшенная засушенным цветком. Точно такая же, как тюльпановая заколка, которую я сделал для Эномото-сан.

— …Ах.

Цветок завял.

Точно так же, как три дня назад завяли подсолнухи на тиаре.

— Таких было ещё две, и одна с треснувшими лепестками. Понимаешь, что это значит?

— …

Я онемел, но Сакура-неесан продолжила:

— Помнишь, в апреле я сказала тебе стремиться к большему и создавать аксессуары, основанные на «любви»?

— Помню, но…

Это было в тот день, когда я чинил браслет с лунным цветком для Эномото-сан.

Сестра дала мне это задание, потому что у меня было мало постоянных клиентов. Именно тогда я и сделал тюльпановую заколку для Эномото-сан.

— Я знаю, что ты старался. По-своему. Даже нашёл для себя цель, к которой можно стремиться.

Она поднялась с дивана и посмотрела на меня сверху вниз.

— Но в процессе кое-что вскрылось. По сути, ты просто не создан для того, чтобы быть создателем.

В углу гостиной стояла картонная коробка. Она принесла её и раскрыла.

То, что было внутри, ошеломило нас.

— Это… все мои работы?

В коробке лежало множество изделий, которые я когда-либо создавал.

…Включая даже те, что делал для школьного фестиваля в средней школе.

Сакура-неесан начала выкладывать их на стол один за другим. Каждый футляр был подписан датой продажи.

— Среди проданных тобой аксессуаров не было ни одного бракованного.

Она постучала пальцем по столу.

— Конечно, я не могу ручаться за те, что ушли к другим клиентам. Но среди всех этих образцов нет ни единого дефекта.

Её палец остановился на одном из изделий.

— Этот аксессуар был сделан в апреле этого года.

Она подняла на меня взгляд.

— С момента, как я дала тебе задание, прошло четыре месяца. И за это время — четыре брака. Все они были выполнены на заказ. Как ты думаешь, в чём разница между этими изделиями и теми, что ты делал раньше?

Я задумался. Хотя нет, задумываться не о чем.

Дело не в технике, не в материалах и даже не в том, насколько внимательно я слушал пожелания клиентов.

Проблема была в моём состоянии.

Мои чувства к Химари полностью захватили меня. Я стал слишком рассеянным, слишком погружённым в себя.

— Единственная причина, по которой ты мог вести себя как настоящий создатель, в том, что у тебя не было ничего, что отвлекало бы тебя, — холодно продолжила Сакура-неесан. — Тот факт, что лёгкое волнение из-за любви привело к такому падению концентрации, только доказывает это.

— Сестрёнка, подожди. Да, с основной тиарой вышла неудача, но я смог сделать замену! Даже Курэха-сан сказала, что она милая…

Глубокий вздох прервал меня.

— Ты всегда довольствовался тем, что говорят другие?

— ?!

Она взяла со стола тиару и внимательно посмотрела на неё.

— Подсолнуховая тиара… Думаю, она хороша. Свадебный аксессуар с заложенным в него смыслом «Смотреть только на тебя». Это отличная идея.

Но затем её взгляд стал холодным.

— А теперь подумай. Если бы это был настоящий свадебный заказ, что бы ты сделал?

У меня перехватило дыхание.

— Единственный главный в их жизни день. Судьбоносный партнёр. Перед родными и друзьями, что поддерживали тебя всю жизнь… И ты всерьёз считаешь, что мог бы с чистой совестью отдать эту в спешке сделанную тиару?

Пальцы Сакуры-неесан скользнули по контуру украшения.

— В каждом своём изделии ты всегда выкладывался на максимум. Возможно, технически эта тиара и лучше твоих прошлых работ. Но раньше ты всегда стремился к совершенству, используя то время, что у тебя было. А это… Разве это действительно лучшее, на что ты способен?

— …

Я не мог ответить.

Эта тиара была всего лишь заменой, потому что основной вариант испортился.

Подсолнухи на этой были гораздо мельче тех, что я выбрал на подсолнуховом поле. Из-за этого и сама тиара получилась меньше, чем я изначально планировал. А значит… она потеряла ту выразительность, которая должна была быть у основного изделия.

Это серьёзный просчёт, снижающий её привлекательность.

Свадебные тиары носят в просторных залах. Я выбрал крупные подсолнухи, чтобы они были видны даже гостям, сидящим далеко.

Но теперь она не соответствует этому требованию.

— Ты даже в таком важном поединке не смог подойти к делу серьёзно. Действительно думал, что Курэха сдастся?

Она поставила тиару передо мной и раздражённо постучала по столу.

— Не привык ли ты к тому, что с тобой слишком мягко обращаются, начиная со средней школы?

Её холодный взгляд буквально пригвоздил меня к месту.

— Ты ведь знаешь, что цветы, которые слишком удобряют, в итоге вянут. Если хочешь быть мастером, избавься от этой наивности. А если выбираешь любовь, тогда не впутывай в это других.

Сакура-неесан всегда была права.

И эта её правота всегда меня сокрушала.

В этот раз было не иначе.

— Желание остаться рядом с тем, кто мешает тебе расти, — это не судьба. Это эгоизм. Тебе должно быть стыдно за то, что ты принёс на деловую встречу столь недоделанную тиару.

С этими словами Сакура-неесан развернулась и ушла.

Звук её шагов на лестнице эхом разнёсся по дому, а затем послышался щелчок закрывшейся двери.

Она работает в ночную смену, так что, скорее всего, просто проспит до выхода.

Для неё это — мелочь.

Для меня же… катастрофа

Я остался сидеть в тишине.

Но дело не в том, что слова Сакуры-неесан стали для меня откровением. Они были слишком точными.

Они обнажили всё, что я и сам смутно чувствовал, но не хотел признавать. Я позволил своим чувствам к Химари и словам поддержки Хибари-сана затуманить мой разум.

Особенно больно было видеть виноватое выражение лица Хибари-сана. Это не его вина. Виноват только я.

Прежде чем уйти, Химари обернулась.

— Ю…

— Химари.

Я прервал её.

Она наверняка хотела меня утешить. Но я просто не мог этого вынести.

— То, что я говорил перед тем, как сделать эту тиару… Забудь.

На мгновение её лицо исказилось от боли. Но она ничего не сказала.

Химари ушла вместе с Хибари-саном, а я остался один.

Я поднял подсолнух с тиары… и молча сжал его в руке.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

На следующий день.

Жаркий полдень.

Я направилась в кофейню рядом с Эоном.

Американский интерьер, потрясающие гамбургеры, приготовленные по классическим рецептам, и уютная атмосфера — для такой глуши это место казалось чем-то слишком хорошим.

В центре зала, за столиком на шесть человек, сидел тот, кто меня сюда позвал.

Школьная звезда среди всех шумных и легкомысленных парней — Макисима-кун.

На нём была простая однотонная футболка, поверх которой он накинул лёгкую рубашку, а снизу — укороченные джинсы.

Похоже, сегодня он не ходил на клубные занятия.

Он уже заказал себе гамбургер и с аппетитом ел.

Я села напротив. Макисима посмотрел на меня с ухмылкой, будто говоря: «А, всё-таки пришла?»

— Чего тебе?

— На-ха-ха. Наконец-то перестала притворяться вежливой?

— Если честно, у меня сейчас вообще нет времени на твои шуточки. Так что давай сразу к делу.

— Занята? Ах да. Тебе же к отъезду в Токио готовиться.

Я бросила на него раздражённый взгляд.

Он пожал плечами, как бы говоря: «Да шучу я». Затем передал мне меню, намекая, чтобы я что-нибудь заказала.

— Угощаю. Меню сэндвичей тут обновляется каждую неделю, но все они отличные. Из напитков советую попробовать латте, фирменный имбирный эль или лимонад.

— …Тогда просто айс-латте.

Макисима сделал глоток своего имбирного эля и, прищурившись, посмотрел на меня.

— Я уверен, ты уже придумала, как избежать поездки в Токио, Химари-тян. Или хотя бы как сбежать оттуда, если всё-таки поедешь?

— …Ну да.

Смысла врать ему нет.

Он бы всё равно увидел меня насквозь… да и ничего страшного в том, если он узнает, нет.

— Я не позволю тебе провернуть свою авантюру.

— О чём ты? Ты же слышала от Ю, да? В этот раз я вообще ни при чём.

— Бесполезно лгать. Прости, но я не отношусь к тебе, как к другу, в отличие от Ю.

— Это не ложь. Не прошу тебя мне верить, но не надо каждый раз выставлять меня злодеем.

Какая наглость…

Пока мы разговаривали, принесли мой кофе.

Я взяла трубочку и сделала глоток. Горьковато-сладкий вкус оказался идеальным.

— …Ничего себе, вкусно.

— Правда? Я ведь иногда говорю и полезные вещи.

Макисима самодовольно ухмыльнулся.

Затем широко открыл рот и откусил кусок от своего гамбургера, который был значительно больше, чем в обычных сетевых ресторанах.

Прожевав, он лениво слизнул каплю соуса с уголка губ.

— То, что я задумал, начинается прямо сейчас.

— ?..

Я нахмурилась.

Макисима с довольным видом продолжил:

— Химари-тян, просто покорно согласись вступить в агентство Курэхи-сан и добивайся успеха в этой сфере.

— …Ты серьёзно?

Макисима сунул руку в нагрудный карман, будто собираясь достать свой складной веер…

Но его там не оказалось.

Видимо, сегодня, в повседневной одежде, он его не взял.

Макисима выглядел немного смущённым, но, вместо того чтобы показать это, просто махнул рукой, словно веером.

Какой же он дурак…

— Серьёзнее некуда. Раз уж тебе всё равно не сбежать от Курэхи-сан, лучше воспользоваться этим шансом с пользой.

— Мы же даже не союзники. Решил набрать себе очков перед Курэхой-сан? Хотя, если подумать, ты же всегда её обожал. Оказывается, и у тебя есть романтичная сторона, да?

— На-ха-ха, говори что хочешь. Прости, но в отличие от тебя, я не чувствую вины за свою любовь.

— …Извини, но для меня сейчас главное — сдержать обещание, данное Ю. Да, есть проблема с деньгами, так что будет непросто, но я не собираюсь сдаваться.

Макисима ненадолго замолчал.

Он внимательно посмотрел на меня мутным, задумчивым взглядом. Затем тихо выдохнул:

— Понятно.

Сделав жест, будто открывает веер, он прикрыл рот и спросил:

— Если это твоё истинное желание, это ещё более странно. Если тебе так важен Нацу, почему ты тогда отказываешься от предложения Курэхи-сан?

— …Что ты имеешь в виду?

Макисима тяжело вздохнул и, словно ему было лень объяснять, пожал плечами.

— Если хочешь распространить аксессуары Нацу, то приглашение от Курэхи-сан — идеальный шанс. Если ты серьёзно относишься к этой «мечте», разве не странно отказываться от её помощи?

— ?!

Он попал в яблочко.

Я вспомнила школьный фестиваль в средней школе, когда мы впервые работали с Ю вместе.

Его аксессуары были раскуплены благодаря мне… Нет, это ложь. На самом деле их прорекламировала Курэха-сан. Если бы не она, никто и не взглянул бы на изделия неизвестного школьника.

А теперь, спустя больше года, я занимаюсь тем же — использую себя как модель, рекламируя аксессуары Ю в соцсетях.

Но взрывного успеха, как у неё, я так и не добилась.

Хотя аксессуары становились всё лучше и лучше, я всё ещё не могла достичь того эффекта, который Курэха-сан добилась одной фотографией.

Единственная разница между мной и ею — это популярность.

Нередко комики выпускают книги, и они становятся бестселлерами.

Люди, зарабатывающие на жизнь написанием сценариев, создают качественные истории, но их успех зависит не только от этого. Важна известность.

Сейчас слово инфлюэнсер[1] ни для кого не ново. Если знаменитость что-то рекламирует, люди думают, что это действительно хорошая вещь. Это нормальная стратегия продаж.

[1]: Инфлюэнсер — человек, мнение которого является важным для большого числа людей.

Если я хочу стать моделью, равной Курэхе-сан… мне нужно учиться у неё.

Эта мысль настолько очевидна, что её поймёт даже ребёнок.

Макисима резко указал на меня, будто направляя складной веер мне в подбородок.

— Твоё главное достоинство — миловидность. Но оттачивать её нужно не здесь. Прими предложение Курэхи-сан хотя бы для вида и научись правильно использовать свою миловидность. Ты же мастер крутить людьми в свою пользу, верно?

— Н-но мне нужно поддерживать Ю в создании аксессуаров…

— Для этого есть Рин-тян. Она и с бумажной работой справится, и в качестве модели для Инсты отлично подойдёт. Она же уже доказала это на Золотой неделе.

— …

Я замолчала.

С точки зрения логики — идеальный план.

Он наверняка тщательно продумал этот момент, проанализировав все события с мая. Такой уж он человек.

Макисима весело рассмеялся, пытаясь разрядить атмосферу.

— На-ха-ха. Я же не говорю, что ты должна отдать Нацу Рин-тян. Просто временно доверь его ей, пока не получишь своё оружие.

А потом он резко добавил:

— Разве я тебе не говорил? Открываешь магазин к тридцати, а потом уже строишь отношения. Раз с самого начала был такой план, то в чём проблема?

Это был решающий удар.

Сильнейшая сторона… и слабость моих отношений с Ю.

— Если ваша связь настоящая, то ничего не изменится, даже если вы не будете видеть друг друга несколько лет. Это же как арка с тренировками в популярных сёнэн-мангах.

Настоящая связь.

Эти слова ударили в голову, как молот.

Перед глазами всплыло кольцо, которое подарил мне Ю.

Я машинально потянулась к шее… но там ничего не было.

Ах да. Я отдала его Ю в поле подсолнухов.

Я утонула в любви и потеряла из виду нашу дружбу… и вчерашний результат — тому подтверждение.

Это не вина Ю.

Это моя вина.

Он серьёзно относился к украшениям, а я всё испортила.

Я хочу извиниться.

Но с вчерашнего дня так и не смогла с ним связаться.

Потому что… если он меня обвинит… я, возможно, больше не смогу оставаться рядом с ним.

— …До сих пор не определилась?

— Заткнись. Помолчи.

Я сжала кулаки под столом.

Если наша связь настоящая, значит нам даже разлука не страшна.

Мы же сможем переписываться. Я буду приезжать на каникулы.

Если он создаст новые аксессуары, сможет отправлять их мне.

Просто… мы не будем видеть друг друга каждый день.

Это ведь нормально, да?

…Правда?

Перед глазами всплыло лицо Эно-чи.

Рядом с Ю, радостно улыбающаяся: «Э-хе!»

Я никогда не видела её такой.

Обычно она всегда ворчливая и хмурая, но рядом с Ю… превращается в влюблённую девушку.

Такую милую.

С такой очаровательной девушкой рядом… мне остаётся только приложить все силы в другом месте.

Я ведь не смогу выиграть у неё.

В глубине души я уже это знала.

Эно-чи больше подходит Ю.

Она может поддерживать его в создании аксессуаров и наверняка будет его беречь.

Нет, почему бы им просто не продавать аксессуары в кондитерской? Они же идеальная пара.

А я… кто я по сравнению с ней? Я говорила, что хочу поддерживать Ю, но на деле только мешала ему. Если бы не я, мы бы не разозлили Курэху-сан. Называть такую хрупкую вещь судьбоносной связью — это слишком. Я действительно отвратительна.

А что хуже всего… даже сейчас я не могу отпустить его.

Я молчала, а Макисима негромко пробормотал:

— Остался всего один толчок.

Он доел гамбургер, залпом выпил оставшийся имбирный эль, а затем, постучав пальцем по пустой тарелке, сказал:

— Вот тебе крупное предложение. Когда твоя с Ю мечта сбудется, когда вы откроете свой магазин… если ты всё ещё будешь к нему что-то чувствовать, я обещаю тебе свою полную поддержку.

— …О чём ты вообще?

Я ничего не понимала.

Он говорит, что делает это ради Ю, но на самом деле это ради Эно-чи. Если я уеду в Токио, Эно-чи останется одна. Она сможет бороться за его сердце без оглядки.

Я понимаю это.

Но тогда почему он обещает помочь мне вернуть его? Ему что, жар в голову ударил?

— Макисима... Чего ты добиваешься?

— Да ничего особенного. Просто терпеть не могу скуку. А наблюдать за тем, как ты сражаешься с Рин-тян будет чертовски весело.

А потом… он улыбнулся по-настоящему доброй улыбкой.

— Я, конечно, ветреный, но свои обещания выполняю. Пока меня не зарежут в каком-нибудь любовном треугольнике, я примчусь, хоть с края света.

— …

Сказав это, он просто встал и ушёл. На столе он оставил три тысячи иен. Наверное, это и есть его доказательство обещания…

…Когда моральный дух на нуле, логичные доводы бьют особенно сильно.

Я всегда недолюбливала Макисиму. Теперь я наконец-то поняла почему.

Он вылитый старший брат…

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Прошло два дня с тех пор, как Сакура-неесан размазала меня по стенке.

С самого утра в ушах звенело от цикад, а недосып делал тело тяжелым и неповоротливым.

Жара, длящаяся уже несколько дней, определёно сводила меня с ума. Не было ни капли мотивации, поэтому я просто уставился на занавеску, лениво колышущуюся у распахнутого настежь окна.

В комнату через приоткрытую дверь проскользнул кот Дайфуку. Он схватил зубами детали аксессуара, лежавшие на столе, и уставился на меня. Поняв, что я даже не пытаюсь его остановить, он, недовольно фыркнув, словно говоря «Как скучно», поточил когти о матрас и ушёл.

Что же было правильным выбором?..

Летний воздух в городе Хюга всегда казался удушающим из-за морского бриза.

Я вспоминал тот злополучный день, пока пот стекал по моей коже.

После того как подсолнухи завяли, я вложил все силы, чтобы успеть к сроку. Но заказчик решил, что я пытаюсь продать ему бракованный товар.

Так что же я должен был сделать?

Помогли бы извинения?

Или сама мысль о прощении была наивной?

Я не знал.

Пронзительный стрекот цикад не давал нормально думать. Может, включить кондиционер? Хотя… не хочется.

От Химари никаких вестей.

Если я высохну, может, меня смогут сохранить и выставить напоказ, как цветок?

…Что за бред я несу? Эта жара явно сводит меня с ума.

Наверное, стоит выпить воды. Цветам ведь нужна вода, так и мне тоже.

…Ой, точно! Сегодня я ещё не поливал школьные клумбы!

Нужно поторопиться, иначе жара погубит растения. Обычно этим занимается Химари, но вчера она точно не приходила, да и сегодня вряд ли.

…Может, попросить Эномото-сан?

Нет-нет-нет! Какой же я гад, если буду пользоваться её добротой только когда мне это выгодно.

…Хотя она сейчас в школе на репетиции духового оркестра. Так что этот вариант тоже отпадает.

— …А? Машина?

Я услышал, как перед домом остановилась машина.

Сквозь сон я поднялся и выглянул в окно.

Такси? Единственный человек, который мог бы приехать ко мне на такси, это…

Химари?!

Как я и подумал, из машины вышла она.

Наши взгляды встретились.

Химари потянула дверную ручку, но дверь оказалась заперта. Тогда она, вместо того чтобы позвонить в звонок, полезла за запасным ключом под цветочный горшок у входа!

Чёрт, в комнате бардак! И я выгляжу ужасно!

Я в панике соскочил с кровати и сдёрнул с себя майку. Так, где чистая одежда?!

Точно, я ведь не стирал вещи уже два дня, потому что было лень…

Я схватил первое, что попалось под руку…

…И в этот момент до меня дошло.

После того как Дайфуку вошёл, дверь осталась открытой.

И вот в проёме уже появилась Химари.

— Ю! Очаровательная Химари пришла с визитом…

В тот же миг мы одновременно завопили.

— А-а-а!!!

Наши крики перекрыли даже стрёкот цикад.

Я бросился вперёд и зажал Химари рот рукой. Она отшатнулась, ударилась спиной о стену и села на пол.

— Ч-что-что-что?! Ю, какого чёрта ты стоишь передо мной в одних трусах?!

— А ну тихо! Вообще-то странно, что ты ввалилась сюда без разрешения!

— Я спросила у Сакуры-сан, где ключ, и она сказала, что я могу приходить в любое время! И я видела тебя в окно! Но ты начал раздеваться… Мы даже не встречаемся, а ты такое вытворяешь?! Это уже перебор!

— Да у тебя самой мысли похабные! И вообще, Химари! Ты вела себя совершенно спокойно, когда я был у тебя в ванной, а сейчас строишь из себя невинную девочку?

— Э-э-это другое! Совсем другая ситуация! В ванной я была уверена, что ты на меня не набросишься, поэтому могла расслабиться… Подожди! Не подходи ко мне, идиот!

Она размахивала своей сумкой.

Если попадёт — будет больно…

Ах да, мне же нужно переодеться…

…А?

Внезапно я почувствовал зловещий взгляд.

Показалось?

Нет, чёрт возьми, у меня в таких вещах нюх, как у собаки.

В этом доме есть только один человек, от которого исходит такое давление.

Дверь в комнату медленно открылась, и оттуда показалось лицо с красными от недосыпа глазами.

Сакура-неесан, только что вернувшаяся с ночной смены, заговорила мрачным, зловещим голосом:

— …Глупый братец. Ты думаешь, что можешь нарушать нормы морали, лишь бы не отдавать Химари?

— П-подожди! Это недоразумение…

Но как бы я ни оправдывался, факт оставался фактом: я был в одних трусах, а Химари расплакалась.

…Я вздохнул и смиренно принял наказание.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

С самого утра мы оказались втянуты в любовную комедию…

Если Макисима узнает, он точно начнёт меня дразнить: «Как и ожидалось, ты всё-таки везучий главный герой-извращенец, на-ха-ха!»

Хотя, погодите… Разве у везучего извращенца не должно всё быть наоборот?

Как бы то ни было, переодевшись, я отправился в школу вместе с Химари. Она сидела на багажнике, болтая ногами, а я катил велосипед.

— Фу-фу-фу. Это последний раз, когда я смотрю на твою макушку сверху? Даже как-то грустно становится.

— Жара… Серьёзно, мне жарко. Перестань так прижиматься ко мне!

Солнце палило, но Химари, как обычно, не соблюдала личные границы.

Она ритмично постукивала меня по плечу и, смеясь, продолжила:

— Только не изменяй мне, пока я буду в отъезде, ладно?

— Изменять? Вообще-то, мы даже не встречаемся.

— Э? Но ты ведь безумно в меня влюблён! Даже когда милая Эно-чи тебе намекает, ты её игнорируешь? Это уже странно.

— Угх… — Я тяжело вздохнул.

Даже в такой момент она не упускает шанса меня подразнить. Честно говоря, это раздражает, но… когда такие слова слышишь от девушки, которая тебе нравится, сложно не радоваться. Я жалкий.

…Но что-то не так. Чего-то не хватает.

— Химари. А где твоё привычное «Пу-ха-ха!»?

— …

Обычно она бы уже рассмеялась и добавила: «Шучу-шучу!», пока я краснею. Что-нибудь вроде: «Пф-ф. Так ты действительно запал на меня?»

Но в этот раз она не перевела всё в шутку.

— Знаешь, мне кажется, мы сейчас стоим на перепутье.

— …

Я молчал, но она продолжала. Ей не нужен был ответ.

— Если я подпишу контракт с агентством и стану знаменитой, это даст рекламу твоим украшениям, верно? В итоге наша мечта сбудется. Мы сможем держать магазин хоть до старости.

— …Возможно.

Это действительно так.

Как на фестивале в средней школе… Нет, теперь Химари может стать кем-то ещё более значимым. И тогда она станет нашим главным козырем.

…Но даже если моя мечта угаснет, у Химари всё равно будет шанс на успех.

Я не хочу, чтобы она цеплялась за эту мечту только потому, что считает: «Я ничего не смогу без Ю».

— А потом я упаду в ноги дедушке и выпрошу денег, чтобы расплатиться с Курэхой. Тогда мы сможем спокойно насладиться романтичной, слегка пикантной школьной жизнью.

— Твои формулировки звучат слишком двусмысленно!

И вообще, прекрати говорить такие вещи, пока прижимаешься ко мне! Даже если ты не говоришь это прямо, ты и так знаешь, как я себя чувствую. Это чистое мучение для здорового парня.

Но Химари проигнорировала моё смущение и нанесла новый удар:

— Ю. Ты только что думал о чём-то пошлом, да?

— Я же сказал, прекрати!

Хотя… да. Разве парень не станет думать о всяком, если девушка, которая ему нравится, говорит такие вещи? А если нет — он или лжец, или импотент.

Я же не святой, в конце концов.

Химари весело похлопала меня по раскрасневшимся щекам.

— Конечно, у всего есть минусы, но давай пока сосредоточимся на плюсах. В конце концов, мы же стараемся ради общей мечты, верно?

— …Возражений нет.

Она всё ещё сидела на багажнике, но внезапно протянула руки вперёд и обхватила моё лицо.

Я остановился, и Химари, наклонившись, подняла моё лицо вверх.

Хотя она ниже меня, сейчас её взгляд был направлен сверху вниз.

На фоне яркого летнего неба её сине-морские глаза пристально смотрели прямо в мои.

— Жить ради будущей мечты… или ради любви в настоящем?

Обычная дорога в школу.

Раннее утро, летние каникулы. Вокруг никого.

Лишь гул машин с шоссе доносился отдалённым эхом.

Это было слишком близко, чтобы можно было ослышаться. И слишком важно, чтобы просто проигнорировать.

Я глубоко вдохнул и честно признался:

— Химари. Помнишь, что я сказал, когда мы поссорились в мае? Если ты откажешься от своей мечты, то и я откажусь от своей...

— Я так и знала. Ю просто не может бросить свои цветочные украшения, да?

Только я собрался сказать, что хочу жить ради неё, как её голос перебил меня.

— А? Нет, я...

— Ю! Создание украшений — это же смысл твоей жизни, верно?!

Химари резко выкрикнула это прямо у меня над ухом, а потом убрала руки с моих щёк.

Я попытался обернуться… но не успел.

Химари обхватила меня за шею сзади, и я почувствовал её дыхание на затылке.

Её голос дрожал:

— Пожалуйста… Я не хочу видеть другого Ю, кроме того, который делает украшения…

— …

Жаркое летнее солнце нещадно палило наши спины.

Если бы только жара, поднимающаяся от раскалённого асфальта, могла сжечь нас дотла.

Но даже под этим зноем слёзы Химари, стекавшие по её щекам, не высыхали. Они медленно скапливались у меня на шее, оставляя прохладные капли на коже.

Этот мир полон противоречий.

У нас есть две руки, но почему мы можем удержать лишь что-то одно?

Если можно выбрать только одно… Мы всегда бежали вперёд, веря, что это правильно.

И дальше будет так же.

Даже если это означает, что нам придётся пойти разными дорогами, я приму это дурацкое противоречие.

Даже если наши руки разожмутся, мы всё равно будем бежать вперёд.

Когда-нибудь, далеко впереди, мы снова встретимся.

И даже если к тому времени наша любовь изменится до неузнаваемости… Я верю, что мы сможем снова смеяться, как лучшие друзья.

Прощай, наша любовь.

Береги себя.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Прошло два дня после сражения Ю-куна и моей сестры.

Было раннее послеобеденное время, когда я — Эномото Рион — наконец проснулась.

Наша кондитерская совмещена с жилым домом.

Моя комната находится в задней части, но даже тут солнечного света более чем достаточно.

Если раздвинуть шторы, перед глазами раскинется огромное кладбище.

Ряды надгробий отражали ослепляющий полуденный свет, создавая какую-то сюрреалистичную картину.

— …Сегодня снова будет жарко.

Раздражённо проворчав, я тут же задвинула шторы обратно.

Зевая, я переоделась и осторожно вытерла полотенцем пот, скопившийся между грудью и ниже.

Фу, как же это неприятно. Я ненавижу лето.

Всё тело липкое, а ещё эти назойливые взгляды парней… Лучше бы зима длилась круглый год.

Чем заняться сегодня?

Репетиция отменена, но идти к Ю-куну как-то неловко.

Тяжело вздохнув, я направилась в комнату сестры — корня всех проблем.

— Сестрёнка, раз уж ты дома, может, поможешь в магазине?.. А?

Кровать была пуста.

Наручники, которыми я её приковала, валялись на полу.

Исчезли и её вещи. Бесспорно — она сбежала.

— …Тьфу.

Только я подумала, что наконец-то её поймала.

Я спустилась вниз и заглянула на кухню кондитерской.

Заглянув в подсобное помещение, увидела, что мама уже закончила утреннюю работу и обедает вместе с работниками.

Заметив меня, она обернулась:

— О, Рион. У тебя сегодня выходной, да?

— …Сестра сбежала.

— Вот как? Только вернулась — и уже удрала. Ну и непоседа.

— …

Как же фальшиво.

Мама всегда слишком мягка с ней. Она наверняка знала, что та сбежит, и просто закрыла на это глаза. Даже вчера её не отчитала.

Я тяжело вздохнула.

— А что, если сестра выйдет замуж в Токио и больше никогда не вернётся?

— Ну, когда придёт время, разберёмся. Главное, чтобы она была счастлива, разве нет?

— …Или, может, она потеряет работу и вернётся с пустыми руками. Тогда у нас начнутся проблемы.

— Если так, ты сможешь помыкать ей, Рион, хе-хе.

— …

О, это мысль.

Я кивнула, и мама протянула мне бумажный пакет со стола.

…На нём красовался логотип аэропорта Ханэда.

— Рион, Курэха привезла гостинцы. Отнеси их в дом Макисимы, хорошо?

— Э-э-э… Но у меня выходной…

— Но ты ведь недавно наслаждалась вкусными японскими сладостями, разве нет?

— …Ладно.

Чёрт.

Схватив пакет, я вышла через заднюю дверь.

…За нашей кондитерской раскинулось огромное кладбище.

Пересёкши его, я подошла к храму.

Рядом с ним находился внушительный особняк — дом Си-куна.

Хм. В это время его тётя должна быть дома…

— …Ах…

— Хм?

Из глубины жилого комплекса донёсся чей-то голос.

Обходя территорию, я наткнулась на частный теннисный корт Си-куна.

Он был там один и беспрерывно подавал мячи, с силой отправляя их в сетку.

— На-ха-ха-ха! Мой план тренировок был идеален! Даже этот раздражающий сверхчеловек ничего с этим не поделает! Я просто в ударе!

— …

Этот парень разговаривает сам с собой…

Его гиперактивность даже немного пугает. Напоминает неугомонного школьника, задумавшего очередную шалость. Когда Си-кун ведёт себя так, значит, он точно что-то замышляет.

— Необычно. Сегодня без девочек?

— А? …А, это ты Рин-тян. Думал, это снова мой брат пришёл с нотациями.

Он сделал паузу, вытер пот полотенцем, а затем, раскрыв складной веер, сделал пару глотков спортивного напитка.

— Что, пропустил клубную тренировку?

— Нет настроения.

— Думаешь, нормально прогуливать после поражения на национальном турнире?

— Не порть мне настроение. Просто скажи, зачем пришла, и проваливай.

Я протянула ему бумажный пакет.

Си-кун, прищурившись, сразу догадался:

— А, гостинец от Курэхи-сан, да?

— Угадал. Передай брату и маме.

— Поня... эй!

Когда он протянул руку за пакетом, я резко дёрнула его обратно.

Си-кун пошатнулся и раздражённо уставился на меня.

— Чего тебе? Если есть что сказать, просто скажи.

— …

Я разжала пальцы, и на этот раз он едва не упал.

— Сестра хочет забрать Хи-тян с собой.

— Похоже на то. Эта девушка явно обожает Химари. Вероятно, собирается сделать её лицом своего агентства.

Си-кун снова замахал веером.

— Угх, волосы растрепались… Хватит уже…

— На-ха-ха! Разве это не шанс для тебя, Рин-тян? Твоя соперница в любви устраняется «высшими силами».

— Это нечестно.

— До сих пор веришь в такие наивные вещи? Химари-тян сама сделала первый шаг. Тебе не о чем переживать.

— Это, конечно, так… но…

Я, конечно, злюсь на Хи-тян.

Но я всегда знала, что она действительно любит Ю-куна. Если честно, всё это больше похоже на её признание в любви.

Тем не менее, нынешняя ситуация создаёт слишком много проблем.

— Си-кун. Сделай что-нибудь.

— Не могу. Если Химари сама хочет поехать в Токио, даже Хибари-сан её не остановит. Всё, что я делал, мешая их отношениям, в итоге привело именно к этому. Хотя я и не ожидал, что всё сложится так идеально.

Си-кун фыркнул и усмехнулся.

— Да и вообще, забудь. В прошлый раз я помогал тебе выиграть. Но в этот раз — ни за что.

С этими словами он вновь взял ракетку.

Несколько раз отбил мяч об землю, затем подкинул его для подачи.

Пока он готовился, я вполголоса пробормотала:

— Если победишь сестру, она, может быть, наконец-то признает тебя, знаешь ли?

— !..

Тело Си-куна резко напряглось.

Мяч, который он только что подбросил, с глухим стуком угодил ему прямо в лоб.

Он схватился за голову, а затем обернулся ко мне, и, как я и ожидала, на его лице уже проступили гневные жилки.

— Рин-тян. Ты специально меня злишь, да?

— Злись сколько хочешь. В драке я всё равно сильнее.

— Угх…

Он поднял руки, будто собирался напасть. Но в последний момент остановился.

— Ты любишь теннис. Но ведь настоящая причина, по которой ты стремишься к победе на национальном чемпионате, — это желание заставить мою сестру признать, что ты лучше Хибари-сана, верно? Будь то учёба или спорт, ты всегда злился, что не можешь его превзойти.

— Послушай, Рин-тян, может, хватит уже? Я с благодарностью приму гостинцы, так что давай, иди отсюда и не мешай мне тренироваться…

— Ты же специально подружился с Ю-куном, потому что знал, что он любимчик Хибари-сана, да? Думал, если сможешь подружиться с ним, то сможешь бесить Хибари-сана. А в итоге просто стал другом Ю-куна. Отличный план, ничего не скажешь. Ах да, ещё...

— Ах, ладно, ладно! Ха-ха-ха! Ты права! Всё, меня совсем не волнует этот чёртов гений, ясно?! — он резко замахал веером, почти в панике. Затем закрыл его и ткнул мне прямо в нос. — Но знаешь, Рин-тян, помогая Химари, ты ведь буквально выбрасываешь свою победу на помойку.

— Пусть так. Потому что это не та победа, которую я хочу.

— Не понимаю. Если ты добьёшься своей цели, разве имеет значение, каким способом?

— Важен именно способ. Если всё сделано правильно, результат придёт сам.

Всё точно так же, как и у Хи-тян с её мечтой о магазине украшений.

— Упрямая, как всегда. Ты правда напоминаешь мне ту ведьму… Но ты же понимаешь, что сейчас ломаешь план, над которым я столько работал? Я больше никогда не помогу тебе, Рин-тян. Ты согласна с этим?

— Вполне. Ты уже сполна отплатил мне за тот раз.

Я широко улыбнулась.

— Пусть в этот раз победит Хи-тян. Но в конце концов победителем буду я.

— …

Си-кун рассмеялся и легко хлопнул себя веером по ладони.

— Честное слово… Даже немного жалко Химари-тян. Ведь ей придётся всю жизнь соперничать с таким монстром, как ты.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Прошла ночь с тех пор, как Химари объявила о своём уходе.

Я поливал клумбы в школе. Закончив, сел на мешок с удобрениями у склада и погрузился в свои мысли. Одна только мысль о том, что теперь так будет до самого выпуска, вызывала тошноту.

Хотя нет, не только до выпуска… Возможно, и до открытия магазина. Или даже до самой смерти.

Даже если я всё-таки открою свой магазин, нет никакой гарантии, что Химари вернётся в этот город. Она может, как и Курэха-сан, остаться в Токио.

Что тогда? Смогу ли я жить с этим?

А-а-а!

Чёрт, опять думаю о плохом! Всё в порядке. Я верю в Химари. И в себя тоже.

В конце концов, если убрать из моей жизни аксессуары, что останется? Я же справлялся в одиночку в средней школе, так что десять-двадцать лет протяну без проблем.

…Десять-двадцать лет без Химари?

До сих пор мы были свободны.

Если мы могли быть лучшими друзьями, потому что были свободны… то что теперь?

Даже просто оставаясь друзьями, разве мы не должны считаться друг с другом?

Сможем ли мы остаться прежними, когда на нас навалится больше обязательств и ограничений?

…Нет, это невозможно.

Я слышал, что роман между деловыми партнёрами всегда заканчивается катастрофой. И это чистая правда. Хорошо, что я понял это в семнадцать, а не в сорок.

…Я впечатлён тем, что вообще ко мне лезут такие умные мысли.

Я тяжело вздохнул и опустил голову, как вдруг услышал чей-то голос.

— На-ха-ха! Ну, конечно! Я так и знал, что кто-то тут с утра разносит мрачную ауру.

— …Макисима. Доброе утро.

Как обычно, этот вычурный тип подошёл с ухмылкой… Подождите, что? Обычная одежда? Разве он не должен быть на тренировке?

— Что, сегодня без колких комментариев? Ну, так даже проще — послушные люди легче поддаются дрессировке.

— Ты до сих пор собираешься свести меня с Эномото-сан?

— Уже нет. Клиент уволил меня.

— Что? Вы поругались с Эномото-сан?

Хотя, какая теперь разница.

Макисима без лишних слов уселся рядом со мной на мешок с удобрениями.

— Разве полив цветов — не обязанность Химари-тян?

— …Она уезжает в Токио, готовится к поездке.

Заодно посетит агентство и посмотрит, как работает Курэха-сан. Пока я тут зависаю без дела, Химари уверенно идёт вперёд.

— И тебя это устраивает?

— Дело не в том, устраивает меня это или нет. Это её решение, и я ничего не могу с этим поделать.

— Во сколько поезд?

— Около полудня.

— Значит, ещё есть время. Давай поговорим.

— Нет, зачем? Тебе вообще-то на тренировку пора.

— Да ладно, что с того? Разве ты не собирался тоже ехать в Токио? Скорее всего, мы больше никогда не увидимся, так что давай хотя бы проведём немного времени вместе, по-мужски.

— Я? В Токио? С чего бы?

— Ой, разве нет? В мае ты так горел желанием поехать за Химари-тян. Даже был готов отказаться от аксессуаров. Неужели передумал?

— …

Заметив, что я замолчал, он ухмыльнулся.

— Если твоя страсть держится только на одной девчонке, а потом просто исчезает, то была ли она у тебя вообще?

— ?!

Я вскочил и схватил Макисиму за воротник.

— Это всё из-за тебя! Если бы ты не лез в наши дела, ничего бы этого не произошло!..

— …

Макисима тихо усмехнулся и легонько ткнул меня в лоб кончиком своего веера.

— Вот оно. Именно это я и хотел увидеть. Как твоя маска пай-мальчика трескается, обнажая твоё истинное лицо. Даже Хибари-сан не доводил тебя до такого. Я наконец-то выбил эмоции из этого занудного перфекциониста. На-ха-ха.

— …

Я не до конца понимал, о чём он говорит, но ясно одно — он насмехался надо мной. Захотелось врезать ему, но, будто читая мои мысли, Макисима заговорил первым.

— Давай. Как я уже говорил, Ю имеет полное право ударить меня. Так что действуй.

— …

Мои пальцы сами собой сжались в кулак.

Но… какая-то часть меня подсказывала: Разве это не моя собственная вина?

— …Ситуация изменилась. Это не то же самое, что было в мае.

— Что именно изменилось?

— Химари идёт в агентство ради моих аксессуаров. Как я могу её остановить?

Я разжал кулак и отпустил Макисиму.

Тот скучающе вздохнул и принялся разглаживать свою рубашку.

— Вот потому-то я и говорю, что ты идиот. Разве я тебе не объяснял? Подумай, что для тебя важнее всего. Речь не только о людях. Иногда приходится выбирать между мечтой и любовью.

Он снова раскрыл веер и стал обмахиваться.

— Можно жить ради девушки. Открытие магазина — не единственный способ делать цветочные аксессуары. Можно устроиться на обычную работу, заниматься хобби по выходным, создать семью с любимой девушкой, завести детей. Будь обычным счастливчиком.

…Слова моей сестры.

Я молчал, а Макисима, довольный своей речью, усмехнулся.

— Ты просто не можешь отпустить это, верно? В этом всё дело. Ты уже пытался отказаться от своей мечты однажды. Но это не значит, что сможешь сделать это снова.

— Ч-что ты имеешь в виду?..

— Объясню проще. Ты когда-нибудь пробовал банджи-джампинг? Обычно люди привыкают к нему с каждым прыжком. Но есть те, кто, напротив, испытывает ещё больший страх. Высота становится для них настоящей травмой.

Он провёл кончиком веера по моей щеке.

— В мае ты впервые был готов отказаться от своей мечты. Ты представил, как будет выглядеть твоя жизнь без неё. И понял, насколько это пугающе.

Моё сердце гулко ударило в груди.

Макисима заметил мою реакцию и довольно ухмыльнулся.

— Ты боишься жить среди людей, которые всегда презирали твою страсть, не так ли?

Он склонился ближе и прошептал, заглядывая прямо в глаза.

— После выпуска ты создашь мастерскую и начнёшь продавать цветочные аксессуары. Когда накопишь достаточно денег, откроешь магазин. На первый взгляд — большая мечта. Но на деле? Это всего лишь детская попытка сбежать от реального мира. Ты просто не хочешь больше испытывать боль. Ты не хочешь вернуться в то одиночество, что было в средней школе. Именно поэтому тебе нужна Химари. Она защищает тебя от внешнего мира. Она принимает твою страсть и способна выдержать критику общества.

А затем он нанёс завершающий удар.

— Давай скажу прямо. Твои чувства к Химари — это не любовь. Это страх. Всё это время ты просто искал того, кто сможет тебя защитить. Ты два года притворялся её другом, а с мая — влюблённым. Но на самом деле… ты просто любишь себя больше, чем кого-либо ещё.

Во мне вспыхнул гнев.

Что этот парень вообще знает?

Пусть он смеётся над моим малодушием — мне всё равно.

Но только не над этим.

— Неправда! Я люблю Химари… Гх?!

Резкая боль пронзила щёку.

Макисима сложил веер и ударил меня им. Затем схватил за воротник и, притянув к себе, прорычал:

— Если это неправда, то перестань ныть и просто иди к ней!!!

Я замер.

Я никогда не видел Макисиму таким.

Даже когда он проиграл на турнире… он просто улыбнулся.

— Не позволяй словам сбивать себя с пути. Если из этого разговора ты понял хоть что-то, то вот ещё один урок: Хибари не идеален, а твоя собственная сестра может не быть на твоей стороне Даже Химари не может вечно оставаться просто лучшей подругой, если это означает предательство самой себя. В конце концов, слова — всего лишь инструмент для управления другими людьми.

— …Инструмент… для управления?

— Именно. В словах нет правды. Честных слов не бывает. Важно только одно…

Он ткнул кончиком веера мне в грудь, в область сердца.

— Сердце легко поколебать. Если бы всё решалось логикой, жить было бы просто. Но именно из-за сомнений наши чувства становятся глубже. Если тебя загоняют в угол, следуй за своими эмоциями. А если ошибёшься… ну, тогда и подумаешь, что делать дальше. Разве не в этом суть мечты?

Он отпустил меня, и я рухнул на землю.

Макисима повернулся ко мне спиной и пошёл прочь. Но, пройдя несколько шагов, вдруг замер.

Поколебавшись, он негромко вздохнул, обернулся и, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Когда я поступил в среднюю школу, я признался Курэхе-сан. В то время она уже училась в университете… Но я был серьёзен. С тех пор я больше никого так не любил. Хотя, тогда рядом с ней уже был Хибари-сан.

Он почесал голову кончиком веера, а затем, глядя в сторону, тихо пробормотал:

— В общем…

А потом грустно улыбнулся.

— Жизнь, в которой ты всегда второй, — штука непростая, знаешь ли.

С этими словами он махнул рукой и ушёл.

Я так и остался сидеть на земле, поражённый его словами.

Он постоянно вмешивается в чужие дела, дразнит меня…

Я действительно не понимаю, чего он хочет.

Но знаю одно. Он никогда не врёт.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Если красная нить судьбы соединяет тех, кому суждено быть вместе, то какого цвета нить, связывающая людей, которые никогда не должны быть вместе?

Может, её просто не существует?

Нет, она должна быть.

Нить, которая тянется между мной и Ю. Мы прочно связаны, но никогда не сможем быть вместе.

Наверняка она отвратительного цвета.

Безвкусного, броского.

Такого, на который никто не обращает внимания, и потому он тускнеет всё больше, окрашивая сердце в серость.

Наверное, именно такого же, как цвет моих глаз сейчас…

Я добралась до станции чуть раньше полудня. Настроение было хуже некуда, а солнце слепило, словно насмехаясь.

Курэха-сан уже ждала. Рядом с ней стоял огромный чемодан.

Как только я вышла из такси, она заметила меня и весело замахала рукой.

Вместо приветствия надула щёки и наигранно пожаловалась:

— Я-то думала, что уже стала знаменитостью. Но грустно, когда тебя никто не узнаёт, правда?

— В такой глуши никто и не подумает, что тут может быть настоящая топ-модель…

Курэха-сан звонко рассмеялась, услышав мой сухой ответ.

— Химари-тян, спасибо, что относишься к этому серьёзно~♪

— …Это ради мечты.

Да, ради мечты.

Я еду в Токио. Вступлю в агентство Курэхи-сан, буду работать, добьюсь популярности. И тогда, спустя три года, сдержу своё обещание — продам множество аксессуаров Ю.

…Так я смогу отплатить ему за всё, что он для меня сделал.

— Ну, я пойду куплю билеты. Присмотришь за сумками?

— А? Да, конечно…

Курэха-сан, легко ступая, направилась к кассе.

Оставшись одна, я уставилась в никуда.

В отражении витрины виднелась я. Моё сердце словно окаменело, но выглядела я стильно — и это было даже немного смешно.

На шее что-то не так… Ах, точно. Чокер. Без него казалось, что эта шея — не моя.

Я провела пальцем по загару в форме тонкой полоски. По ощущениям это напоминало линии отрыва страниц в журналах.

Мои сердце и тело существовали отдельно друг от друга.

Странно, правда?

Ведь Курэха-сан сказала, что моя миловидность — это талант.

Мне было приятно это услышать.

Я всегда думала, что просто хорошо умею клянчить, но сама ничего не могу. Поэтому, когда она сказала, что стоит мне лишь поработать над собой, и я стану кем-то, это меня немного тронуло.

Но в тот же момент я подумала: Если я стану кем-то, то не смогу обрести самое важное.

Я не хочу быть особенной. Не хочу быть самой милой девочкой на свете. Мне не нужны эти сказочные глаза, которыми все восхищаются. Мне не нужны деньги моей семьи. Мне не нужно, чтобы меня окружали заботливые родные и друзья.

Я просто хотела родиться тем, кого смог бы полюбить Ю.

…Как же мне не повезло.

Но, наверное, я сама во всём виновата. Если всей моей карме суждено очиститься всего одним поступком, значит, мне всё же немного повезло.

Ха-ха…

Пока я думала об этом, по щеке скатилась одна-единственная слеза.

Как и ожидалось от меня. Даже когда я плачу, выгляжу мило.

…Как только я подумала об этом, за моей спиной появилась тень.

— Хи-тян. Привет.

— ?!

Эно-чи появилась за моим отражением в стекле так незаметно, будто ниндзя.

Я быстро вытерла глаза и натянула привычную яркую улыбку.

— Ах, Эно-чи! Какими судьбами? Ты пришла меня проводить? Фу-фу-фу, какая же ты добрая. В отличие от кое-кого, кто называет себя лучшим другом, но даже не пришёл попрощаться. Да ещё и игнорирует мои сообщения! О, точно! Хочешь йогурт? Я взяла с собой много, потому что жара ужасная, но они такие тяжёлые.

Я болтала без остановки.

Не хотела, чтобы в голову лезли ненужные мысли. Если бы я вдруг замолчала, могла бы сказать что-то лишнее.

Вытащив из сумки три бутылки йогурта, я протянула их Эно-чи.

Но она даже не взглянула на них, а лишь слегка склонила голову, мило улыбаясь.

— Хи-тян. Я пришла не чтобы тебя проводить.

— Э?

От этих слов по спине пробежал холодок.

— Я пришла сказать спасибо.

— …Спасибо? За что?

Эно-чи улыбалась. Очень доброй, благодарной улыбкой.

Хотя знала, что я еду в Токио без особого желания, она выглядела так, будто была искренне рада.

И тогда до меня дошло.

— Хи-тян. Спасибо, что проиграла сама.

— …

Бутылка йогурта выпала из моих рук.

Я пыталась заставить дрожащие губы и лицо принять хоть какое-то выражение спокойствия.

— Ах, а-ха-ха. Ты злишься из-за того, что я поцеловала Ю? Да это был просто дружеский поцелуй. Если хочешь, могу поцеловать и тебя. Вот, чмок~♪

— …

Взгляд Эно-чи был холодным.

— Даже сейчас ты продолжаешь играть в хорошую девочку?

— ?!

Я замерла.

Эно-чи лишь пожала плечами, подняла упавшую бутылку и вставила в неё трубочку. Сделав глоток, она усмехнулась.

— Твои чувства и так очевидны. Такие поступки уже бессмысленны.

Она скользнула взглядом по витрине, будто искала что-то в отражении. Наверное, то самое выражение лица, которое было у меня минуту назад.

— Действительно ли твоя мечта стоит того, чтобы лгать самой себе?

Я машинально возразила:

— Д-да, конечно!

— Почему?

— Почему?.. Ты же знаешь, как Ю старался всё это время, Эно-чи!

— Знаю. Но тебе-то не обязательно ради этого делать то, что ты ненавидишь.

— …

Я сжала кулаки.

— Я… не против. Я справлюсь ради Ю.

— Ты справишься, но не хочешь?

Её придирки вывели меня из себя.

— Предложение Курэхи-сан — это наш шанс! Столько людей мечтают попасть в агентство, но им даже не дают такой возможности! Так что мне ещё и повезло! Если тебя так раздражает моя поездка, то почему сама не поедешь вместо меня?!

Я выпалила всё на одном дыхании, тяжело дыша.

Мне стало противно от собственного детского поведения. Она ведь ни за что не согласится. Эно-чи тоже любит Ю.

Мне стало стыдно, я уставилась в землю, не в силах посмотреть Эно-чи в глаза.

Но она ответила так легко:

— Хорошо.

Я резко подняла голову — она кивнула.

— Я поеду.

— Э?..

Пока я недоумённо хлопала глазами, она посмотрела на своё отражение в витрине.

— Я тоже милая. Пусть не так, как Хи-тян, но если постараюсь, у меня получится. Мне будет неприятно кланяться сестре, но ради Ю и Хи-тян я потерплю.

— Э… н-нет… Эно-чи?

Она говорила серьёзно — без тени сомнения.

Для меня это было похоже на манну небесную.

«Но тебе придётся быть вдали от Ю?»

«Ты уверена? Это же твоя первая любовь, которая длится уже семь лет».

Но Эно-чи сказала совсем не то, что я ожидала.

— Но тогда Ю — мой.

Я застыла.

Она тихо повторила, словно нашёптывая мне на ухо:

— Пока не откроется магазин аксессуаров, он твой. Но когда я вернусь — он мой. Договорились?

— …

Её гладкие чёрные волосы коснулись моей щеки.

В своей обычной манере она протянула мне мизинец.

— Давай заключим договор.

Клятва на мизинцах.

Если солжёшь — проглотишь тысячу иголок…

Нет-нет-нет. Это ведь шутка, правда?

Пока я пребывала в оцепенении, Эно-чи склонила голову.

— Что-то не так?

— А, нет, э-э, просто…

Она весело продолжила:

— Не хочешь? Почему? Дружить с Ю ведь можно, верно? Разве не таков уговор? Всё нормально. Ты ещё встретишь кого-то такого же доброго, как Ю.

— …

Мои руки дрожали.

Нет, дело не в этом.

Это не я нашла Ю.

Он нашёл меня.

Другого не будет.

Только сейчас моя голова становится лёгкой, стоит подумать о Ю.

То, как сердце сжимается от ревности к Эно-чи, — это только сейчас.

То, как я плачу от жгучей боли из-за собственной неудачи, — это только сейчас.

Я никогда больше так не влюблюсь. Так сильно. Так отчаянно. Так глупо.

Я трусиха.

Я — плохая девушка, которая прячет свои чувства, делает вид, что поддерживает Эно-чи, а за её спиной украдкой целует Ю.

Но до сих пор мне никогда не хотелось выиграть так сильно, даже если для этого пришлось бы вести себя подло.

Моя любовь — это грех.

Даже если меня будут осуждать за то, что я разрушила мечту Ю, ранила Эно-чи, разозлила Курэху-сан… Даже если стану обузой для всех вокруг… Я не хочу отпускать этот грех.

В тот самый момент, когда я это осознала… я отшвырнула руку Эно-чи.

Зубы застучали.

Страшно. Она точно разозлится. Меня снова возненавидят.

Мы только-только начали ладить, и вот я опять всё испортила…

— …Видишь? Я знала, что ты себя заставляешь.

Но Эно-чи улыбалась.

— Хи-тян, ты всегда была такой, да? Если тебе что-то нравится — ты берёшь это себе. Куклы, брелоки… даже мою старшую сестру.

С этими словами она схватила меня за руку.

— Но почему-то ты не можешь быть честной, когда дело касается самого важного.

Её взгляд был таким добрым.

…Меня раскрыли.

Я поняла это слишком поздно.

Чувства, которые я изо всех сил пыталась скрыть, больше не помещались внутри.

Притворство треснуло — правда хлынула наружу.

Я вцепилась в рукав Эно-чи и разрыдалась.

— Я не хочу… не хочу уезжать!

— Угу.

— Но это моя вина, я должна что-то сделать… И… может, без меня Ю будет лучше…

— Ну, я тоже думаю, что тебе лучше уехать, Хи-тян. Ты сама устанавливаешь правила, а потом не можешь их соблюдать и втягиваешь в это всех вокруг.

— А-а-а! Ты вообще-то должна была меня утешить!

— Вот за это я тебя и ненавижу, Хи-тян.

— Ч-что?! Эно-чи, ты добиваешь меня, да?!

Я уткнулась лицом в её пышную грудь (как в детстве).

Эно-чи, как старшая сестра, мягко погладила меня по голове и заговорила спокойным, но твёрдым голосом.

— Мне всегда было любопытно… Почему вы с Ю так одержимы тем, чтобы осуществить мечту самым лучшим образом?

— …Что ты имеешь в виду?

— Например, наша семейная кондитерская. Сначала выпечка была просто хобби мамы, она угощала соседей. Потом начала продавать торты, и лишь недавно у нас появился такой большой магазин. Примерно тогда, когда мы пошли в среднюю школу.

Говоря это, она схватила меня за обе щёки и начала мять, как тесто.

— Понимаешь? Если ты всё время смотришь в будущее, но у тебя нет твёрдой почвы под ногами, то просто изматываешь себя, верно? Не обязательно сразу открывать большой магазин. И Хи-тян, тебе не нужно становиться кем-то особенным. Даже если ваш магазин аксессуаров закроется, это не конец света. Если так случится — просто приходи работать к нам. Нам будет весело втроём, правда?

— …Но для Ю это важно, разве нет?

— Это? Что для Ю-куна важнее — открыть магазин аксессуаров или открыть его с Хи-тян?

— А?..

Эно-чи отвела взгляд в сторону.

✧ ₊ ✦ ₊ ✧

Проследив за её взглядом, я увидела Ю.

Он, похоже, гнался на велосипеде со всей силы, потому что тяжело дышал. Велосипед с грохотом рухнул на землю, когда он попытался его удержать.

— Химари!

— Ю?..

Почему?

Я была уверена, что он не придёт.

— Ч-что случилось? Ты пришёл проводить меня?..

— Пожалуйста, не уезжай!

Ю, пошатываясь, двинулся вперёд.

Я даже не заметила, как крепче сжала руку Эно-чи.

— Я не могу выбрать между мечтой и любовью. Я не знаю, какой путь правильный, пока не попробую. И я не тот человек, который способен сразу ответить на такие серьёзные вопросы. Но я точно знаю одно — ты не хочешь уезжать в Токио.

— Но единственное, что я могу сделать для тебя…

— Это неправда! Я не прошу тебя делать что-то ради меня! Дело не в том, что я хочу быть с тобой только потому, что ты будешь продавать мои украшения! Всё совсем не так!

Ю с досады прикусил губу.

— Знаешь… если подумать, мы с самого начала ошибались. Друзья ведь не такие, верно? Чтобы оставаться вместе, им не нужно что-то делать друг для друга. Им не нужно искать себе какую-то роль. Я ведь не такого партнёра искал…

Он крепко сжал мои плечи. Его пальцы вонзились в кожу, словно он хотел оставить след.

Я чувствовала его решимость. Он не собирался меня отпускать.

— Макисима открыл мне глаза. Да, возможно, я пытался угодить тебе, лишь бы ты меня не возненавидела. Но не потому, что хотел «защиты». Я боялся потерять единственного человека, который понимает мою страсть. С самого начала я просто хотел, чтобы ты смотрела на меня.

Он смотрел прямо в мои глаза.

Я застыла, скованная этим пламенным взглядом.

— Если ты делаешь это ради меня, даже не думай жертвовать собой. Я не смогу быть счастлив, если тебя не будет рядом. …Мы с тобой связаны судьбой.

— …

Я не могла ничего сказать.

Грудь сдавило, она горела и ныла от боли.

Но одно я знала наверняка: то, что я решила подружиться с Ю на том школьном фестивале… было самым правильным решением в моей жизни.

Одного этого уже хватало, чтобы придать смысл всей моей жизни.

— Ю…

Я протянула к нему руку. Мои пальцы почти коснулись его щеки… Но внезапно между нами возникла бледная ладонь и остановила меня.

— Так, хватит~♪

— К-Курэха-сан…

Она недовольно покачала в воздухе билетом на поезд, глядя на Ю с явным презрением.

— …Ю-тян, так некрасиво. Ты же признал поражение, а теперь хочешь от него отказаться? Это совсем не по-мужски~♪

Она улыбалась ледяной улыбкой.

— Курэха-сан! Я правда не хочу уезжать!

— Фу-фу-фу. Понимаешь, я не выпускаю из рук то, что мне нужно. Химари-тян, давай вместе покорим мировую сцену, хорошо?

Ю упал на колени и низко склонил голову.

— Пожалуйста! Дайте мне ещё один шанс!

— Никак нет. Этот один шанс я дала тебе только из-за Хибари-куна. Если будешь настаивать, просто окончательно потеряешь лицо~♪

Эно-чи, раздражённая тем, что Ю унижают, возразила:

— Сестра! Девчонка вроде Хи-тян только создаст агентству проблемы!

— Эно-чи, это жестоко!

Что ж, если не сработал натиск, надо попробовать отталкивание, да?! Гениально!

Она наверняка сказала это просто, чтобы убедить Курэху-сан, но сама так не думает!

Но Курэха-сан лишь поджала губы, не обращая внимания на наши отчаянные мольбы.

Скрестив руки, она слегка подалась вперёд, ещё больше подчёркивая свою внушительную грудь.

— Кстати. Вы, кажется, забыли кое-что важное? Химари-тян должна мне деньги.

Курэха-сан сложила пальцы в знак «×», будто упиваясь моментом.

— Если хотите, чтобы я её отпустила, сначала верните долг, хорошо?

— Угх?!

Пока мы колебались, Курэха-сан ухмыльнулась, как настоящая злодейка.

— Но вы ведь не сможете этого сделать, да? У старшеклассников нет таких денег, а Хибари-кун вам их не одолжит, верно? Как бы сильно ты ни поддерживала Ю-тяна, ты же поклялась добиться своей мечты, не используя деньги семьи, да? А ты не из тех, кто нарушает обещания, данные самой себе, не так ли?

Словно подытоживая свой монолог, Курэха-сан схватила меня за руку. Я попробовала вырваться, но в теле не осталось сил.

Нет. Ни за что!..

Мне всё равно, если надо мной будут смеяться. Мне всё равно, если меня будут считать неудачницей. Но я не хочу расставаться с Ю.

Я протянула к нему руку. Ю тоже потянулся ко мне.

И в тот самый миг, когда наши пальцы почти соприкоснулись…

— Тогда я заплачу за неё.

Этот голос я не могла выносить.

На мгновение солнце заслонила тень.

Огромная чёрная фигура, словно коршун, пронеслась в воздухе… а потом тяжёлая спортивная сумка врезалась в грудь Курэхи-сан.

В следующий же миг она разжала пальцы, поймав её.

Ю воспользовался моментом и рывком притянул меня к себе. Я оказалась в его объятиях, на безопасном расстоянии от Курэхи-сан.

Единственным, кто не выглядел удивлённым, была Эно-чи.

— …Си-кун. Ты опоздал.

— Сумма была крупной, пришлось потратить время, чтобы снять её в банке.

Макисима-кун развёл руками и усмехнулся:

— Но, как и подобает «идеальному сверхчеловеку», я успел в тот же день. На-ха-ха.

Позади него стояла машина Хибари. Из-за тёмных очков его взгляд было трудно разобрать, но я знала, что он внимательно за всем следит.

Курэха-сан расстегнула сумку. Внутри были аккуратно сложенные пачки денег.

— …Синдзи-кун? Это что ещё значит?

— Долг, о котором ты говорила. Я его покрою.

Лицо Курэхи-сан исказилось.

Макисима театрально раскрыл складной веер.

— Я договорился с Хибари-саном и занял у него. К родным он строг, но для меня, как для постороннего, всё зависит от подхода.

— …Я никогда не думала, что ты меня предашь.

— Предам? Разве не ты первой прекратила сотрудничество? Ты правда думала, что смотритель не окажет сопротивления? Наивно, не находишь?

Их взгляды скрестились, словно клинки.

Макисима, всё так же прикрывая губы веером, ухмыльнулся.

— В конце концов, та весенняя кутерьма с Химари-тян — и моя вина. Так что неудивительно, что мне приходится платить.

— Но почему ты так стараешься ради неё?

— Всё просто. Я тоже получаю свою выгоду. Этими деньгами я выкупаю школьную жизнь Нацу, Химари-тян и Рин-тян.

Мы с Ю одновременно переглянулись.

— …Чего?

Он рассмеялся:

— С этого момента вам запрещено бросать школу по собственному желанию. Запрещено переезжать в Токио. Запрещено прекращать делать украшения, пока учитесь. И это ещё не всё. Я решил добавить немного ограничений в ваши чрезмерно свободные романтические похождения. Так интереснее, не правда ли?

— Макисима-кун… у тебя ужасный характер.

— Ох, благодарю за похвалу!

— Как я уже говорил Химари-тян, я ненавижу скуку. А ваш беспорядочный любовный треугольник — неиссякаемый источник веселья. Разве не логично заплатить за такое развлечение?

Он резко закрыл веер.

Затем направил его прямо на лицо Курэхи-сан, ухмыляясь ещё шире.

— Ты бы уже смирилась. Участвовать в этой игре за будущее — привилегия молодёжи. А когда старшие пытаются вмешиваться и двигать фигуры снаружи — это уже некрасиво. Если продолжишь в том же духе… опозоришь не только себя, но и свою красоту.

— …

Курэха-сан крепко прикусила губу.

Скрестив руки, она раздражённо постукивала по земле каблуком тяжёлых босоножек. Её лицо скрывалось в тени широкополой шляпы, и прочитать эмоции было невозможно.

Лишь на мгновение её острый взгляд метнулся в сторону машины Хибари.

А потом… она устало вздохнула и громко хлопнула в ладоши.

Когда Курэха-сан подняла голову, её лицо было напряжённым, губы сжаты в недовольной гримасе.

— Сдаюсь.

Она развернулась и, со всей силы, пнула дверь машины Хибари!

Тот тут же выскочил из неё.

— Ч-что за… Курэха-кун?! С ума сошла?!

— Ты ведь нарочно вмешался, да? Хибири-кун, ты стал слишком мягким.

— Я просто заключил официальный контракт с Синдзи-куном. Да и твои методы мне не нравились, так что я рад, что смог разрушить этот план.

— Ха-а. Вот поэтому я терпеть не могу таких зануд. Отвези меня куда-нибудь, где прохладно, пока я не начала жаловаться.

Не дожидаясь ответа, Курэха-сан запрыгнула на пассажирское сиденье.

Высунув руку в окно, она лениво помахала нам.

— Ну, на сегодня всё! Пока-пока!

— Э-э-э…

Брат выглядел растерянным, но всё же сел обратно за руль.

Казалось, они ещё немного поспорили, но вскоре двигатель завёлся, и машина уехала.

Ю и я проводили её взглядом, затем переглянулись.

— …Ю. Это конец?

— Ну… наверное?..

Макисима рассмеялся:

— На-ха-ха. Раз уж Курэха-сан назвала это сделкой — дело закрыто. Куда важнее другое… вы двое прямо спектакль устроили, да?

Только сейчас я осознала, что мы с Ю до сих пор держимся друг за друга.

Мы резко отстранились, встали спина к спине и поспешно начали приводить волосы в порядок.

— Погоди! Это всё, конечно, хорошо, но что за дела с деньгами?!

— А? Я же сказал: заключил контракт с Хибари-саном и занял у него.

— Но что это за контракт?! Это же огромная сумма!

— Тебе не обязательно знать. Это личное.

Макисима раскрыл веер и, театрально обмахнувшись, объявил:

— Ну, раз мы так успешно избавились от внешней угрозы, предлагаю отпраздновать. И, конечно же, за счёт Химари-тян.

— Что?! С чего это вдруг я должна тебя угощать?!

— Кто, по-твоему, тебя спас? Это огромный долг. Так что с этого момента ты не смеешь мне въперечить. На-ха-ха-ха!

— Эно-чи! Ты же моя подруга детства, скажи хоть что-нибудь!

Я бросилась к ней за помощью, но Эно-чи лишь сжала кулаки и уверенно заявила:

— Я хочу в «Джойфул»!

— Серьёзно?!

Не теряя ни секунды, Макисима и Эно-чи бодро зашагали в сторону семейного ресторана.

Я проводила их взглядом и поникла.

Почему?.. Меня спасли, но ощущения облегчения нет вообще.

Подняв велосипед Ю, я поспешила за ними.

Ю, догнав меня, мягко похлопал по плечу.

— Ну, а что ещё делать? В конце концов, нас правда спасли.

— Ты слишком снисходителен к Макисиме! Если будешь продолжать с ним ладить, рано или поздно он тебя обманет!

Ю задумался.

— Да, то, что он творил в средней школе, сложно назвать хорошим… Но ведь сейчас он нам помог, верно? Разве это не значит, что он уже не тот человек, каким был тогда?

— Ха-а. Ты ужасен в управлении рисками. Если ты собираешься открыть магазин, мне придётся за тобой приглядывать, да?

Ю вдруг остановился.

Я тоже замерла и обернулась к нему.

Его взгляд был серьёзным.

— На самом деле… я думаю отказаться от своей мечты об открытии магазина.

— …Чего?

Я моргнула.

Наверное, ослышалась.

— Что ты сказал?

Я схватила Ю за воротник и притянула к себе.

— Ч-что, что, что?! Курэха-сан же отступила! Почему тогда?!

— Нет, стой! Погоди! Я не так выразился! Перестань меня трясти!

Ю попытался сопротивляться, но я уже впала в панику.

— Объясни!

— Я… не спал полночи и ещё бежал сюда… Сейчас меня реально тошнит…

Я замерла.

Ю слабо застонал, прижав руку ко лбу.

— Курэха-сан ушла… но основная проблема ведь никуда не делась.

— …Ты про слова Сакуры-сан?

Ю кивнул.

— Макисима и Эномото-сан помогли нам, но это был всего лишь аварийный выход, временная мера. Всё началось из-за того, что я не до конца разобрался в своей позиции по отношению к клиентам.

— Н-но это же касается и меня…

— Мне приятно, что ты так обо мне заботишься. Но, если честно, больше всех схалтурил именно я. С апреля… Сакура-неесан пыталась донести это до меня. Но я… видел в её словах только то, что хотел. Я не настолько хорош, чтобы гнаться и за мечтой, и за любовью. Когда я пытался понять, что пошло не так… я осознал, что был слишком зациклен на этом.

— …Ты хочешь сказать, что наша мечта была ошибкой?

Ю покачал головой.

— Нет. Но мы придумали эту цель ещё в средней школе. Открыть магазин к тридцати годам — это было детской мечтой. И пытаться реализовать её так, как мы изначально планировали… было ошибкой.

— Нет! Наша мечта не!..

Ю перебил меня.

— Химари. Я не говорю, что она была неправильной.

Он улыбнулся.

— Просто мечты, которые рождаются в узком детском восприятии, неизбежно остаются ограниченными.

Ю сжал кулак.

— Если слишком зацикливаться на одной мечте, можно упустить всё остальное. Я вспомнил, что когда-то… в начальной школе… увидел с Эномото-сан цветущий гибискус.

Ю продолжал говорить, его голос звучал твёрдо.

— Тогда я просто хотел поделиться этим моментом с кем-то. Хотел, чтобы эта красота осталась… Думаю, именно поэтому Сакура-неесан на меня злилась. Потому что я забыл, ради чего всё начинал.

В его глазах появился новый блеск.

Это чувство было знакомым.

…Как тогда, в средней школе, когда я впервые увидела Ю, ухаживающего за цветами. У него было точно такое же выражение лица — чистое, искреннее, светящееся.

Его прямолинейность, умение забывать обо всём вокруг, сосредотачиваясь на том, что для него важно, всегда тронули меня до глубины души.

— Если я продолжу гнаться за узкой мечтой, естественно, мой потенциал тоже окажется ограничен. Поэтому теперь я хочу большего. Не чего-то, чего можно достичь деньгами, а того, что невозможно купить ни за какие деньги.

Он улыбнулся.

— Открытие магазина — это всего лишь одна из вех на этом пути.

Он сказал это так просто.

То, на чём я была зациклена, он воспринимал так легко.

И всё же… странным образом меня это не задело. Наоборот, в груди разлилось тепло.

Я даже не заметила, как сжала кулак, прижав его к сердцу.

— Наверное, желание получить всё — мечту, любовь, магазин — со стороны кажется жутко эгоистичным. Особенно для взрослых. Но у меня есть право стремиться стать тем, кто сможет этого добиться. В этот раз я не проиграю Сакуре-неесан. Не позволю Курэхе-сан смотреть на меня свысока. Не заставлю Хибари-сана волноваться. Я стану таким человеком, который сможет стоять на собственных ногах, чтобы ты не жертвовала чем-то ради меня.

Ю улыбнулся, словно мой ответ был очевиден.

— Так что это не только про магазин. Следи за моей эгоистичностью, хорошо?

Я запнулась. Сердце пропустило удар. Поспешно отвернувшись, я попыталась спрятать покрасневшие щёки.

— …Ты такой идиот.

Ю расхохотался и тут же поддел меня, нарочито пародируя мой тон.

— Пу-ха-ха! Химари, ты совсем не умеешь реагировать на прямые выпады.

— З-заткнись! То, что я сейчас эмоционально вымотана, не даёт тебе права так себя вести!

Ю всё ещё усмехался, но внезапно залез в карман и протянул мне руку.

— Химари. Ты кое-что забыла.

— Ах…

На его ладони лежало кольцо с анемоной.

Я машинально протянула руку, но вдруг замерла, так и не коснувшись украшения.

Это… остатки той дружбы, что у нас была с Ю…

Мне казалось, что если я его возьму, то всё вернётся на круги своя.

Ю заметил моё колебание и неуверенно почесал затылок.

— Ты… всё ещё переживаешь из-за Эномото-сан?

Ну конечно.

То, что только что произошло, больше походило на перезаключение делового контракта между мной и Ю.

Но другая часть, наша личная связь, всё ещё оставалась подвешенной в воздухе.

Оставить всё как есть? Наверное, это было бы самым простым решением.

Но пока мы не разберёмся в этом до конца… я просто не смогу двигаться дальше.

— Мы… такие же, как раньше?

Ю заметно напрягся.

— Эм…

Он замялся, подбирая слова.

— Ну… вообще-то…

— …Ю? Что не так?

— Да нет, ничего особенного… Просто, чёрт… Всё стало каким-то странным. Надо было просто отдать тебе его и не морочить голову.

Ю глубоко вздохнул, словно собираясь с духом, и сжал в руке кольцо.

— …Вообще-то, всё это началось из-за моей трусости.

Он пробормотал это, а затем аккуратно вложил кольцо мне в ладонь.

— И… насчёт этого кольца… Есть кое-что, о чём я тебе ещё не говорил.

— …А?

Я подняла его на свет.

Прозрачные лепестки анемоны, застывшие в миниатюрном кольце, мерцали в солнечных лучах, словно парящие в воздухе.

Такие хрупкие — как и наши с Ю отношения.

Среди нежных лепестков выделялась одна деталь — крошечное полумесяцевидное семечко.

— Кстати, насчёт этого семени… — Ю нарочито медленно растянул слова.

Я замерла.

Мне кажется, мы с Ю будем вечно повторять одно и то же.

Делать вид, что понимаем чувства друг друга…

Хотя на самом деле не понимаем.

Мы оба знаем, что есть вещи, которые можно осознать только вслух.

И всё равно продолжаем прятаться за своей странной гордостью — той, что заставляет нас думать, будто мы лучше всех знаем друг друга.

И в итоге мы всегда ошибаемся. Потому что нас связывает не красная нить судьбы.

Перекрасить эту нить в новый цвет — наверняка займёт много времени.

И, пожалуй, больше всех в этом виновата я.

Но если Ю говорит, что разделит со мной эту судьбу… тогда я никогда его не отпущу.

Мы были лучшими друзьями.

Разделяли одну мечту.

Гнались за одной надеждой.

Создавали одни и те же воспоминания.

И раз за разом повторяли одни и те же ошибки.

Но с этого момента… мы больше не друзья.

Потому что цветок нашей мечты расцветёт… на почве этого запретного чувства.

Ю, с сегодняшнего дня… мы сообщники в преступлении под названием «судьба».

Давай разделим этот грех и вместе преодолеем эту бесконечно повторяющуюся весну.

Перевод: ZAK

В ТГК вся информация и новости по тайтлу: https://t.me/AngelNextDoor_LN

Поддержать переводчика:

Тинькофф https://pay.cloudtips.ru/p/84053e4d

Бусти https://boosty.to/godnessteam