Было так холодно.

Холодно и больно, её сердце сжималось от беспомощности, которая пугала её. Она открыла глаза, сейчас девочка была в комнате, или, правильнее будет сказать камере, так как она была вытесана из твёрдого камня. Тут имелось лишь одинокое, что располагалось практически у самого потолка. Оно было достаточно узким, чтобы в него никто не мог протиснуться.

Последние пять лет это был её мир, её комната. Она не так много помнила о своей жизни до того, как попала сюда. Но на улицах в качестве сироты жилось куда лучше чем здесь.

Даже смерть лучше, чем жизнь здесь.

Когда девочка поднялась, у неё закололо в груди, что-то не так, она чувствовала что-то очень плохое. Она с слегка прикоснулась к своей груди, закутанной в лохмотья, что были её одеждой.

Там был небольшой шрам, что покрылся рубцами.

Что они сделал и с ней?

Из-за двери до неё донёсся шум, приготовившись к любой пытке, она сжалась. Слегка хныкая девочка прижала коленки к груди. Но человек, открывший деверь дверь не был ни её мастером, ни его сыном, ни кем-либо другим из тех людей...

Это была Сурия...

Девочка улыбнулась, её маленький кошачий хвост начал вилять из стороны в сторону. Из неё вырвалось легкое мурлыканье. Сурия посмотрела на девочку лет шести-семи, она лежала на полу сломленная и изувеченная.

Она пропала куда-то на четыре дня, Сурия боялась что девочка умерла. По её щекам начали стекать слезы, когда она смотрела на неё. Подбежав к Миян женщина заключила её в объятья.

Девочка смотрела на рыдающую синюю женщину, она всегда считала цвет её кожи очень красивым, он был очень мягким и подходил под голубые глаза.

Поднявшись, Миян вытерла слезы с её лица.

Эта женщина была её матерью, единственным человеком, кто любил её.

— Мама? — спросила она, девочка впервые назвала её так.

Сурия застыла, она немного всхлипывала, но быстро перестала, когда посмотрела на Миян. Маленькие ручки вытерли слёзы с её лица. Верно, эта девочка сейчас нуждается в ней, это была Миян, и теперь она была её матерью.

Она глубоко вздохнула и прижала эту кроху к своей груди. Ей нужно быть сильной ради неё, даже если её обстоятельства не сильно отличались от тех, что имела эта девчушка, ей нужно было действовать решительно.

Как экзотичный раб хозяина этого дома, ей нужно было делать всё идеально, и угождать господину, иначе её жизни придёт конец. Покачав головой она выкинула эти мысли из голову и продолжила нежно покачивать Миян.

Маленький, золотой хвост медленно обернулся вокруг её руки.

— Мамочка?

— Да, мой сладенький котеночек? — она снова замурлыкала маленькой девочке.

— В груди болит, — Сирия перестала её раскачивать и посмотрела на малышку.

— Можешь показать мне, деточка? — спросила она, её голос дрожал.

«Они же не могли сделать этого? Не с таким маленьким ребёнком, верно?»

Что за глупый вопрос, конечно же могли, раз они были готовы избивать её и хлестать плетью, то что их останавливало сделать такое...

Миян задрала рубашку, показывая новенький шрам у себя на торсе. Сурия не смогла сдержаться, её лицо скривилось от гнева и отвращения.

Сделать такое с маленькой девочкой...

— Мамочка?

— Что, котёночек?

— Мы когда-нибудь сможем уйти отсюда?

Не было такого, чтобы Сурия не молила Бога об этом. Последний год был худшим в её жизни, особенно те несколько дней, когда они забрали её... то как они сломали девушку... она все ещё вздрагивает от мыслей о тех днях.

Единственным проблеском света в её жизни была эта маленькая девочка.

— Ты когда-нибудь слышала историю о принцессе Триа? — спросила она, сменив тему.

— Нет? А про что она?

— О принцессе попавшей в плен, которая в конечном итоге освобождается. А потом обретает мир и спокойствие с мужчиной, которого любит.

— Что это была за принцесса? — спросила она.

Изначально, эта история рассказывала про народ Сурии, так что принцессу звали Цринис, но улыбнувшись она немного поменяла рассказ для девочки.

— Волширская, мой котёночек, она была Волширской принцессой, как и ты, — нежно промурлыкала она, убирая локон золотых волос с её лица. — Хочешь расскажу?

— Да, пожалуйста.

— Тогда начну. Давным-давно, на окраинах космоса жила Волширская принцесса. Она была самой красивой принцессой, с длинными, светлыми волосами, прекрасным хвостом и парой ушек на голове. Но однажды, несколько злодеев захотели заполучить её, так как девушка была очень красивой. Так что они похитили её и заключили в подземелье, вытворяя с ней ужасные вещи.

— Мне не нравится эта история...

— Просто дослушай, это ещё не конец, — она сказала с улыбкой. — Одним днём, принцесса нашла возможность сбежать и сразу же воспользовалась ею. Они искали её по всей известной вселенной, но никак не могли найти. В одиночестве девушка строила планы о том, как отомстить этим людям. Но прежде чем принцесса успела что-либо придумать, она встретила кое-кого.

— Кого?

— Это был Волширский мужчина, по имени Хериск. Он был работягой, очень добрым и красивым. У него были голубы-голубы,словно сапфиры, глаза и красные волосы.

— Как у тебя?

— Да, но волосы были не только у него на голове.

— Не только? — удивлённо спросила Миян.

— Ага, — она взяла пучок волос и обмотала его вокруг своего лица, закрывая ними подбородок. — У него были волосы по всему лицу, вот так!

— Выглядит очень глупо, Мама, — засмеялась Миян, Сурия присоединилась к ней, и когда они вдоволь нахихикались продолжила: — А что случилось с принцессой и Херуском?

— Принцесса влюбилась и вскоре забыла обо всем другом, ей просто хотелось быть с ним. Она забыла обо всех злодеяния, что с ней творили и о той боли, что чувствовала. Потому что в его объятиях было очень спокойно.

— А что было с злыми людьми.

— Они все были повержены хорошими парнями.

— И принцесса ничего не сделала?

Не-нет, понимаешь, злые люди всегда получают по заслугам...

— Даже те злые люди что мучают нас?

— Особенно они, — прорычала Сурия и комната надолго погрузилась в тишину.

— Мамочка?

— Да, котеночек?

— Я когда-нибудь найду кого-то похожего на Хериска?

— А тебе этого хочется? — спросила Сурия.

— Да, я не хочу помнить ничего этого...

— Уверена, встретишь, и когда ты найдёшь его, никогда не отпускай, — Сурия нежно улыбнулась, покрепче обняв Волширскую девочку.

[Земля, наше вермя]

Она слегка хныкнула, когда потёрлась лицом о его рубашку. Джек вздохнул, услышав её историю, бедная, бедная Миян, он пожалел, что не заставил того мудака страдать больше, но с мёртвыми уже не попишешь.

Солнце уже начинало всходить, они просидели здесь всю ночь.

— Я так рада, — сказала она, не отрывая голову от его груди.

— Рада чему?

— Рада, что смогла найти своего Хериска, — сказала она, а потом подняла голову и впилась в его губы.