Это было неловко, они просто молча сидели друг напротив друга и старались не пересекаться взглядами. Хисра не знала, как долго его мать слушала их разговор.

— Простите меня, — сказала Хисра, склонив голову.

— И меня тоже, — сказала его мать, со вздохом усевшись на диван. — Мне не хотелось, чтобы ты думала, что я ненавижу тебя или что-то такое, просто, Джек мой сын и я желаю ему только лучшего...

— Так это не из-за меня, — нежно спросила она.

— Я такого не говорила.

— Нет, но вы подразумевали это, может для вас я и пришелец, и могу не знать всех аспектов вашей культуры, но я не глупая, — Хисра посмотрела на его мать, ей нужно было решить эту проблему, ради блага Джека. — Давайте будем абсолютно честны друг с другом.

Его мать согласно кивнула, у них обеих был слегка жесткий взгляд.

— Ладно, хочешь честно? Будет тебе честно, ты не лучший выбор для моего сына.

— И почему же это?

— Потому что ты – не человек, и неизбежно будут такие его поступи и слова, которые ты не поймешь, ты даже не можешь подарить ему ребёнка или счастливую семью.

— Я могу родить ему ребёнка.

— Как? Ты же другой вид!

— Я – трилсака, мы изменяем нашу анатомию и биологию, чтобы соответствовать своему партнёру. Такая у меня раса, а что до недопонимания, это часть нашего пути, хотите сказать, что при первой встрече с вашим мужем вы знали о нём всё?

— Хорошо, упустим эти моменты, но как насчёт того, что я слышала про гарем?

— А что не так?

— Так не должно быть, здесь, на Земле, это называется полигамией, и это не только не правильно, но ещё и незаконно.

— Я не понимаю, если все участвующие счастливы и довольны, тогда в чём проблема? Почему посторонних должны касаться наши личные дела?

— Потому что это неправильно, — сказала его мать, скрестив руки на груди.

— Возможно для вас это и так, но всё так и есть, послушайте, я здесь не для вашего одобрения. По законам моей расы мы уже женаты, и в нашей культуре нет такой вещи, как развод.

— Если ты здесь не для моего одобрения, тогда почему?

— Я здесь ради Джека, Вы и его отец очень важная часть его жизни.

— Я уважаю твой выбор, но не ожидай от меня признания всего этого, — она посмотрела Хисре в глаза. — Я не буду вмешиваться, так как хорошо знаю Джека, он совсем как отец, что-то решив, он уже не откажется от этого несмотря ни на что. — она сделала паузу, чтобы вдохнуть воздуха. — Я дам вам свое согласие, но опять же, Джека это, похоже, не волнует, я была против того, чтобы он учился драться у своего отца, и не соглашалась, когда покидал наш дом в 17 лет и не одобряла, когда он отказался от своей части наследства, Джек делает то, что хочет, и ему неважно мнение других, — женщина вздохнула. — Куда же подевался мой маленький, миленький мальчик?

— Он уже вырос, — сказала Хисра, — и больше не маленький мальчик, он стал мужчиной и сам волен выбирать, что ему делать.

— Тут ты не права, — она снова посмотрела на Хисру. — Не важно, сколько ему будет лет, для меня он всегда будет маленьким мальчиком.

На её лице появилась слабая улыбка.

— Так, я вам не нравлюсь.

— Нет, дело не в этом, возможно, это из-за того, что я его мать и пытаюсь оберегать от всего, чего не знаю или не понимаю.

— Это не сработает с Джеком.

— Да, заставлять его делать что-либо, что ему не нравиться бесполезно. Это словно приказать щенку что-то сделать, — ответила его мать, и они обе начали хихикать, пока это всё не перелилось в полномасштабный смех. Похоже, что атмосфера в комнате немного развеялась.

— Он очень упёртый, не так ли?

— Каков отец, таков и сын, — ответила его мать.

— Кстати о его отце, как вы двое встретились?

— Я работала в больнице, в травматологическом отделении, только закончила учёбу и тут появился он, нуждающийся в моей помощи. Марк был моим первым пациентом, я всё ещё помню тот день, два перелома черепа, пара сломанных ребер и надорванное ахиллово сухожилие. Он был в ужасном состоянии, — рассмеялась женщина, на её щеках заиграл румянец, когда она вспоминала прошлое. — А когда я поставила его на ноги, он наградил меня самым худшим подкатом, который мне когда-либо доводилось слышала. Он плёл что-то про ангела, рухнувшего с небес, или что-то такое, я уже не припомню, в отличии от того, как дрожали его коленки, это было невероятно плохо...

Они обе рассмеялись.

— Как плохо? — спросила Хисра.

— Настолько плохо, что хорошо, — ответила мать Джека. — Я не могла понять, было ли это его намерением или нет, но решила дать ему шанс, ведь он был красавчиком

— Так же и с Джеком...

— Каков отец, такой и сын, — она вздохнула. — Слово за слово и вот я уже забеременела Джеком, он женился на мне сразу, как узнал про это, чтобы не обесчестить меня... — она посмотрела на Хисру. А теперь твоя очередь, как ты встретила моего сына?

Глаза Хисры заблестели, когда она вспоминала первую их встречу, — Он защитил меня от людей, чьи намерения по отношению ко мне были, скажем так, не очень хорошими...

— Ох?

— Я не знала, что ходить ночью по улицам – опасно.

— Банда хулиганов... ну, думаю, это хорошо, что Джек всё таки использует кое-какие умения, которыми его научил отец на их извращённых тренировках. — вздохнула она. — Ну, так мы поняли друг друга?

— Да, — кивнула Хисра, всё прошло не так, как она хотела, но это было ради Джека.

Он был всем для неё, поэтому она приложил все усилия.