*

— Можно мне присесть здесь, Тоуко-сенпай? — спросил я, садясь рядом с ней.

Это было сразу после того, как ушли двое выпускников, которых она отшила.

— Ишики-кун?

Тоуко-сенпай на мгновение повернулась ко мне. Ее лицо было очень красным. Неужели она так много выпила?

Она быстро отвернулась к столу и безразличным голосом произнесла:

— В чем дело?

— Ну, я надеялся, что смогу поболтать с тобой, Тоуко-сенпай...

Мой голос угас. У меня возникло такое чувство, словно она держала меня на расстоянии.

— А что насчет Мейки-сан? Разве ты не наговорился с ней?

Тоуко-сенпай продолжала смотреть вперед, уставившись на свой бокал. На меня она по-прежнему не смотрела. Если так продолжится и дальше, я определенно впаду в уныние.

— Мэйка-тян вернулась в свою комнату. Нехорошо старшекласснице присутствовать на вечеринке с выпивкой.

— Значит, ты бы остался с ней, если бы это была не вечеринка с выпивкой?

Что? В сказанном прозвучал намек на конфронтацию.

— Нет, все не так.

— А вчера вечером в автобусе, ты сидел рядом с Мейкой-сан, верно?

— Да, но это потому...

— Тебе понравилось ней разговаривать?

— А? Ну... Но это не означало ничего особенного.

— Вы ведь были вместе весь день, не так ли?

— ...Да.

— Остались с ней наедине на уединенной лесной тропе...

Значит, Тоуко-сенпай всё-таки слышала об этом...

— Но это был несчастный случай.

— Ишики-кун, похоже, с Мейкой тебе было весело.

— … — Не найдя, что ей ответить, я молча сделал глоток чая улун.

— Со вчерашнего дня ты не обращал на меня особого внимания, верно? — Тоуко-сенпай повернулась ко мне спиной и обняла колени, продолжая держать бокал.

— Возможно, это правда, что девушкам, которые более напористы, больше везет в любви.

— Тоуко-сенпай?

— Мейка-сан сказала тебе, что ты ей нравишься, верно?

— Не то чтобы, она сказала мне это прямо...

— Мейка-сан милая, правда... И ты, кажется, не против быть с ней.

Сказав это, Тоуко-сенпай сделала большой глоток из бокала, который держала в руках. Стакан опустел.

— Ишики-кун, ты как-то сказал, что: "обычная, естественная я, самая милая на свете"...

Я услышал негромкий "фырк" от нее.

— Это правда.

— Молодые девушки, например, старшеклассницы, симпатичнее, чем те, кто постарше, верно?

— Я никогда такого не говорил.

— Парни действительно предпочитают симпатичных девушек

Я впервые слышал, чтобы Тоуко-сенпай говорила в такой ворчливой манере.

Она даже не прислушивалась к моим словам.

— Гм, Тоуко-сенпай, ты пьяна?

— Я вовсе не пьяна! — сердито сказала она и повернулась.

Но... ее лицо и глаза были розовыми.

— Я не пьяна!

Сказав это, она хлопнула стаканом по столу.

Затем она перегнулась через стол, глядя на меня обиженными глазами.

...Да, она определенно была пьяна.

— Ишики-кун, знаешь, ты несправедлив.

— Так играть с сердцем девушки.

— Если тебе нравятся девушки помладше, так и скажи.

— Твое серьезное лицо и доброта только усугубляют ситуацию.

Она действительно ворчала.

Я бывал на нескольких клубных попойках, но никогда не видел Тоуко-сенпай такой.

Я слышал, что она не увлекается алкоголем.  Может ли это быть... неожиданным поворотом, когда пьяный становится беспокойным?

— А, ты совсем пьяна, да? — услышал я голос сзади.

Обернувшись, я увидел Казуми. Похоже, она вернулась к нам.

Глаза Тоуко-сенпай были остекленевшими, она выглядела полусонной.

— Ишики-кун. Тоуко, похоже, перебрала с выпивкой, не мог бы ты отвести ее в нашу комнату? А я собираюсь выпить еще немного, — сказала она, подмигнув мне.

— Понял. Тоуко-сэнпай, пойдем в комнату и отдохнем.

Я предложил Тоуко-сенпай свое плечо, и мы оба встали.

— Га-н-ба-ре! — ободряюще прошептала Мина, еще один основной член нашего клуба, сидевшая рядом с Казуми.

Чувствуя себя неловко, я вышел из комнаты, не оглядываясь.

* * *

Положив левую руку Тоуко-сенпай себе на плечо, поддерживая ее талию правой рукой, я направился в ее комнату.

Тоуко-сенпай выглядела очень пьяной и едва могла идти. Она пошатывалась.

...Ее заставили выпить так много, или она сама это сделала?

Длинные волосы Тоуко-сенпай мягко падали мне на руку. А еще... даже сквозь толстый свитер я чувствовал мягкость ее груди.

Это был первый раз, когда я был к ней так близок.

Наконец мы добрались до комнаты Тоуко-сенпай. Казалось, она уже не могла даже стоять самостоятельно.

Я осторожно усадил Тоуко-сенпай на кровать.

— Хочешь воды?

Она кивнула в ответ.

Я достал из холодильника бутылку воды и поднес ей.

— Вот вода.

Тоуко-сенпай облокотилась левой рукой о кровать, ее тело покачивалось. Я снова поддержал ее за плечо и протянул ей открытую бутылку.

Сделав пару глотков, она сказала "Спасибо" и вернула бутылку мне.

— Ты в порядке?

— ...Да... — тихо ответила она.

Но что мне теперь делать? Это, был, в некотором роде, шанс.

Но Тоуко-сенпай была очень пьяна. Она сказала, что не будет заниматься такими вещами до свадьбы.

Если бы я воспользовался Тоуко-сенпай сейчас, это стало бы для нее ужасным воспоминанием, а это было не то, чего я хотел.

Не желая выходить из комнаты, я погрузился в свои мысли.

— Уф...

Тоуко-сенпай тихонько застонала и, зачем-то, попыталась встать.

— Что случилось?

Я поддержал ее, и мы оба поднялись. Однако, Тоуко-сенпай потеряла равновесие и инстинктивно схватилась за мое плечо.

В результате попытки встать, я тоже потерял равновесие, и мы оба упали на кровать, бок о бок. Как будто... обнимая друг друга.

Красивое лицо Тоуко-сенпай было совсем рядом.

Ее светлая кожа без макияжа, гладкая, как фарфор, была покрыта розоватым румянцем. Это было невероятно эротично.

Большая грудь Тоуко-сенпай была прижата ко мне.

Одно это возбуждало во мне желание, а ее легкое дыхание касалось моего лица. Удивительно, но в нем совсем не чувствовался запах алкоголя, а, скорее, сладкий аромат.

...Значит ли это, что все в порядке?

Я уже собирался сильнее прижать Тоуко-сенпай к себе, когда она тихонько открыла глаза. Ее глаза, блестящие от влаги, смотрели в мои.

— Мне было одиноко. Ты всегда был с Мейкой-сан...

Моя рука остановилась. Я не решался сделать какое-либо движение, пока она говорила.

— Я подумала, что, возможно, я тебе больше не интересна. Что ты забыл о нашем обещании.

Это неправда! Я должен был это прояснить.

— Это совсем не так. Я все это время думал о Тоуко-сенпай.

— Правда?

— Правда. Я не забыл о нашей "рождественской переделке". Я очень её жду!

Она улыбнулась, будто почувствовав облегчение.

— Я рада...

Сказав это, она медленно прикрыла веки, ее длинные ресницы слегка подрагивали.

— Вообще-то я не планировала присоединяться к этому лыжному лагерю. Я знала, что найдутся те, кто будет болтать о том, что случилось в День Икс, и те, кто думал, что сможет воспользоваться мной.

— Понятно.

— Но когда я услышала, что Мейка-сан собирается ехать... я просто не могла остаться в стороне... и решила тоже присоединиться.

Я молча наблюдал за ее лицом.

— Я думала, что мои чувства уродливы... что ты отдалился от меня, потому что видел меня насквозь...

— Пожалуйста, не говори так! Я хочу быть с Тоуко-сенпай. Всегда, если это возможно!

Тоуко-сенпай слабо кивнула, а затем пробормотала, словно выдыхая.

— Я тоже хочу быть с тобой...

Некоторое время я оставался неподвижным. Нет, возможно, я не мог пошевелиться

Но в такой ситуации, неужели Тоуко-сенпай тоже испытывала ко мне чувства?

Примет ли она меня теперь? Моя рука, остававшаяся неподвижной, нежно коснулась ее спины. Медленно приблизив свои губы к ее губам, я естественно закрыл глаза.

Всего в нескольких миллиметрах от контакта...

Я услышал звуки посапывания. Ее спокойное дыхание доносилось до моих ушей.

Я открыл глаза. Тоуко-сенпай, казалось, крепко спала.

С невинным, детским выражением лица, без всякой примеси.

Мое желание мгновенно угасло.

...Неправильно красть поцелуй, когда она спит...

Верно, любое продвижение между мной и Тоуко-сенпаем должно происходить только при полном доверии и взаимном согласии. Иначе это не станет для нас прекрасным воспоминанием.

Поэтому я не буду ничего делать сейчас, пока Тоуко-сенпай спит. Я не этого хочу.

Кроме того, Казуми-сан предупредила меня: "Не делай ничего, что может вызвать проблемы, когда я вернусь".

Хотя поцелуй, наверное, все-таки был в пределах допустимого.

Я усмехнулся про себя, пытаясь подняться с кровати. Я решил ничего не делать с Томоко-сенпай, но такая близость была для меня пыткой.

Однако, когда я попытался отодвинуться, Тоуко-сенпай неосознанно удержала меня.

— Ммм...

Она крепко сжимала край моей толстовки. Как будто она держала подушку.

… Действительно ли я должен попытаться уйти сейчас? Я бы не хотел разбудить ее после того, как она только что заснула. Может быть, мне стоило побыть так еще немного...

Я расслабился и позволил своему телу вернуться на кровать рядом с ней.

Затем снова посмотрел на лицо спящей Тоуко-сенпай.

...Тоуко-сенпай, ты действительно очаровательна такая, какая ты есть...

Я подтвердил эту мысль в своем сердце.

Сладостное дыхание Тоуко-сенпай, тепло и мягкость ее тела - я все это ощущал.

В моем сердце разлилось тепло. Я почувствовал огромное облегчение.

И не успел я опомниться, как тоже уснул.

---

Прим Акаги. Это заключительная часть 7-й главы. В этом томе, осталось еще 4.