Хах? Уже? Я немного отвлекся, но, кажется, черные слизни уже закончили.

Последние части гигантской оболочки были надежно закреплены сверху. Несмотря на то, что нижняя часть была сожрана, верхняя часть туловища все еще висели на лапах - лезвиях. Но это не помешало слизням добраться и до них. Они ползли, кто по каменной стене, а кто-то держался на панцире. Интересно. Те, что были прикреплены к остаткам многоножки, цеплялись к ней слишком малой площадью своего тела. Я и раньше это замечал, но они не используют вакуумную присоску, как это приходилось делать мне. Создается впечатление, что они прилипают к объекту... И делают это выборочно? Я имею ввиду, они могут выбирать на своем теле область, что становится липкой. Более того, они будто могут отменять эту способность и снова применять. Нужно будет это запомнить.

И, наконец, пожрав все, что было, черные слизни отправились вдоль ущелья. Кто в одну сторону, кто в другую. Интересно было то, что некоторые уходили и раньше. Кажется, этот вид не держится группой, но при этом не конфликтует друг с другом ради еды. Те, кто не успел заползти к панцирю, когда еды оставалось мало, просто уползали. Несмотря на то, что они могут ползти по отвесным склонам, никто не попытался забраться наверх. Они двигались исключительно вдоль расщелины.

Я пополз за ними. Несмотря на приличную разницу в размерах, я не почувствовал такого же разрыва в скорости. Кажется, они передвигаются гораздо медленнее, чем мне казалось. Хм, но как велик этот каньон? Хм, я что-то вижу вдалеке...

Это гигантский паук? Вся полость между стенами была покрыта паутиной. Хотя, это мало было похоже на паутину, скорее шелковые навесные мосты, что шли вдоль разлома в несколько уровней. Но они не были сплошными. То тут, то там мелькали большие отверстия. Видимо они был нужны для того, чтобы хищник мог передвигаться по своим владениям. Более того, в разных частях белого мира проглядывали жертвы, закутанные в коконы.

Но его сети по каким-то причинам не достигали дна. Хотя, кажется, я понимаю почему. Внизу скапливались остатки его жертв. Кости и панцири разных тварей. Это место подобно свалке, места для отходов. Это и есть цель черных слизней?

И точно, когда мы подползли еще ближе, я смог разглядеть других черных слизней. Гигантский паук их не трогал. Можно было бы предположить, что это из-за отсутствия паутины, но это не так. Я точно могу сказать, что эта тварь полагается на свои глаза не меньше, чем на свои сети. Это не похоже на охотничьи угодья... Нет, это склад. Сам же паук, находясь в своем доме, неспешно разделывал свою жертву по частям и потрошил ее внутренности. А затем он заматывал все это по отдельности в разные коконы.

Этому способствовали развитые конечности. Сам он не был особых габаритов, но его конечности отличались удивительной длинной. Также его ноги имели множество суставов и мест сгиба, что способствовало его невероятной гибкости и подвижности. Ему удавалось цепляться одновременно за все возможные поверхности вокруг.

Особого внимания требует рассмотрение хелицер этой особи. У пауков, да и у членистоногих, имеются хелицеры. Грубо говоря отростки, на подобие мандибул. Они нужны для измельчения еды или для прокалывания жертвы. Но у того монстра, за которым я наблюдал, помимо стандарртных имелись дополнительные пары хелицер. Но они отличались большей развитостью, как педипальпы у скорпионов.

Педипальпы - это клешни оных членистоногих. Но в отличие от них, что выполняют функцию захвата и удержания жертвы, пока скорпион будет хелицерами рвать плоть жертвы, эти отростки имели кисти с тремя развитыми "пальцами", что сгибались и разгибались в разных направлениях. При этом, они были, как принято в этом мире, подобны клинкам. Сами конечности были достаточно массивны и длины, относительно небольшого тела хищника. При этом они имели лишь две точки сгиба, не считая кисть: у основания и ближе к центру. Именно этими развитыми "руками" с тремя подвижными "ножами" паук мог ловко разделывать туши жертв.

Но помимо этой пары имелась еще одна дополнительная, поменьше размером. Раполагались они как раз таки между хелицер и педипальпы. В них был лишь одно лезвие, но столько же мест сгиба. Эти конечности были короче и тоньше. С помощью них паук мог потрошить и аккуратно вырезать органы своей добычи. Хоть все эти конечности нужны и для боя, что очевидно, но все эти ухищрения с переработкой пищи были ненормальны для пауков.

На Земле пауки, которые окутывают коконами свою добычу, не убивают своих жертв. Но они впрыскивают свой яд под хитин пойманных насекомых. Так внутренности еще живой жертвы маринуются, превращаясь в жижу. Но почему-то этот хищник совсем не переживает о свежести своей еды, раз работает с трупами. Может он вскоре съест ее? Но, в любом случае, если оглядеть всю его сеть, то можно разглядеть огромные запасы еды. Интересно, зачем ему столько? Разве эти запасы не должны начать гнить? Или здесь есть очередной секрет?

Главное - он нас не трогает. Черные слизни, как только добрались до свалки, стали поглощать остатки. Интересно, паук нас не трогает именно потому, что мы падальщики? В любом случае, слизь снова приступила к трапезе. На этот раз мне не придется ждать так долго, как в прошлый. Здесь скопилось не слишком много останков, так что группа слизней быстро закончит свое.

___________________________________________

Очередной прием пищи прошел быстро и без сюрпризов. Все это время я наблюдал за пауком, но он просто разделывал трупы, которые лежали на его сети. А коконы он тщательно сортировал. В разные углы своей склада он переносил конкретные органы или части тела. Также он разделял и вид мяса. Разные особи он клал в разные места. Но некоторые трупы, хоть и казались мне достаточно разными, паук перекладывал в одно место. Например, он совместил остатки шестилапого волкообразного хищника серой окраски, и зеленного волка с более короткими ногами. Видимо, это родственные виды? Кости же он скидывал под себя, прямо на слизней. Выходит этакий симбиоз, где мы исполняем роль чистильщиков его дома.

Но в определенный момент паук закончил. Кажется, он переработал все туши, что у него были. После этого он уполз куда-то наверх, где я уже не мог его разглядеть за паутиной. Впрочем, это и неважно. Слизни же продолжили свой путь. И, опять же, некоторые повернули в обратном направлении. А я последовал за теми, кто удалялся все дальше от места моего пробуждения.

Мы долго ползли по расщелине. Кажется, в этом место сбегаются твари, что ищут отдыха. Некоторые здесь залечивали раны, а некоторые поедали своих жертв. Все они был больших размеров, но и черная слизь не сильно отставала от них. Забавно то, что абсолютно все, кого мы встречали, по итогу не нападали на нас. Даже не обращали никакого внимания на наше присутствие. Более того, черные слизни даже не пытались съесть нетронутые трупы.

Стоит отметить, что слизни эти были гораздо прочнее моих сверстников. Помимо сохранившейся гибкости, что проявлялась ими в моменты скалолазания, их мембрана была достаточно упруга и прочна. В отличие от гладкой плитки, в этом месте земля была покрыта острыми камнями, костями, жалами, мандибулами и прочими острыми вещами. Но слизни спокойно ползали по ним, не обходя их. Кстати, мое тело тоже стало достаточно крепким. Попробовав напороться на острие, оставшееся от конечности какого-то насекомого, моя мембрана никак не повредилась, хотя я и постепенно увеличивал давление, это не дало результата даже на предельной моей силе. Эти слизни в оценке мембраны больше похожи на меня, чем на других новорожденных. Но вот приемы пищи...

Так черные слизни ходили от одной стоянки монстров до другой, пока я медленно углублялся в конкретном направлении. Им не было разницы куда идти, хоть мотать кругами от одной свалки к другой. Время шло, а я продолжал наблюдать за ними, пока мы не добрались до конца ущелья. Зеленные луга. Но теперь я могу хотя бы окинуть их взглядам, ведь меня не заслоняют колоссальная трава. Да, теперь мне хорошо видна округа, а зеленый покров доходит лишь до двух третьих моего тела. Хотя я и отчетливо вижу, что у горных уступов, подле которого я и нахожусь, трава не растет слишком высоко.

На этом месте большинство черных слизней повернуло в обратном направлении. Но несколько все же вышли из разлома, разбредаясь в разные стороны. И я последовал за одним из них. Трава становилась все выше, а мой обзор - все меньше. Высокие деревья были единственным, что я мог углядеть впереди. Но, на самом деле, мне это и не нужно было.

Всем своим телом я ощущал покой этой земли. Никого рядом не было. А слизь сама по себе передвигалась почти беззвучно, несмотря на свои размеры. Лишь тихое умеренное смятие травы. Но мне все равно было неспокойно. Не хочется подвергнуться нападению. Но и оставаться в ущелье я не хотел. Там бы мы так и продолжали кочевать группой слизней от трупа к трупу. Здесь же я смогу узнать больше. И мне даже любопытно, что же произойдет, если черный слизень столкнется с хищником.

Я уже видел, что слизни вполне могут постоять за себя. Но то был молодняк, не больше пары дней отроду, с поправкой на возможную длительность моего сна. А это уже... Хах, а я даже не могу с уверенностью сказать, что это зрелая особь. Впрочем, ради этого я и наблюдаю за ним. Что же ждет меня в этом лесу, сокрытом в недрах земли? Как же много интересного скрывает этот мир.