“Амитабха. Если я выдам тебе ещё один шанс, чтобы ты смог продолжить жить на этом свете, что ты собираешься с ним делать?”

“Делать что? Если я по какой-то причине, смогу получить второй шанс на жизнь и смогу воскреснуть, то я больше не хочу быть монахом. Я хочу вернуться домой. Я хочу воспитывать моих детей, и я хочу позаботиться о моей жене. Даже если небеса будут падать, я всё равно буду для них опорой и поддержкой, и я защищу их от любого надвигающегося шторма.” — Пробормотал Ву Мин, когда он пристально смотрел на свою жену и когда его лицо, было напряжено от эмоций.

“Амитабха.” — Фанчжэн сложил ладони вместе и произнёс Буддийскую прокламацию.

Ну и уже в следующий момент, Ву Мин почувствовал, как всё вокруг него, стало лишь иллюзией. Буддийские огни, внезапно вспыхнули со всех сторон, да в такой ослепительной манере, что он даже и не мог, открыть свои глаза. Он чисто на рефлексе, зажмурил глаза, в качестве интуитивно-защитной реакции, на яркий свет. Ну и к тому моменту, когда его глаза, наконец-то смогли акклиматизироваться к жуткой яркости света, он уже был шокирован, обнаружив такой вот факт, что он всё еще, стоял лишь на краю Деревенского Смотрового Утёса!

Ну а что до Фанчжэна и до остальной компании монахов, то они только-только достигли вершины Деревенского Смотрового Утёса. Издалека, он увидел, как Фанчжэн смотрел прямо на него, с ладонями, сложенными вместе, у него на груди. Фанчжэн ему улыбался.

Ву Мин, в тот же момент, был жуть как ошарашен. Он не мог сказать, было ли то, что он сейчас пережил – реально, или же, что это было просто иллюзией. Если это всё было реально, то что блин сейчас, вообще происходит? Обращение времени вспять? Если же это была лишь иллюзия, то он что, всё еще во сне? В любом случае, Ву Мин понял, что всё это произошло, только лишь из-за Фанчжэна! Это всё, произошло из-за молодого монаха, который выглядел как беззащитный ребёнок!

Два наглядных примера способностей Фанчжэна, в виде пересечения реки на стебле камыша и в виде использования навыка “Сон Золотого Пшена”, полностью убедили Ву Мина в одном. Этот молодой монах, перед ним, был явно не простым человеком. Даже если он и не был настоящим Буддой, он всё же, был к нему очень близок! Его ни в коем случае, нельзя было оскорблять!

Ну и поскольку он не мог оскорбить Фанчжэна, его разум вернулся к проблеме “возвращения домой”. Ну и размышляя насчёт родного дома и насчёт всего, что и произошло в этом “сне”, глаза Ву Мина, тут же покраснели. Независимо от подлинности пережитого им опыта, он знал, что Фанчжэн показал ему, его настоящие мысли. Он больше не был потерян в пучине неясности. Он почувствовал, что он был в большом долгу, не только перед своей семьёй, но и перед Фанчжэном! Ну и придя к подобному пониманию, Ву Мин начал делать более широкие шаги, и он направился прямиком к Фанчжэну.

“Ву Мин, что ты вообще делаешь? Разве ты, всё ещё, не осознал своё безрассудство?” — Мастер Дзэна Хунянь вышел из себя, когда он увидел, что Ву Мин помчался к Фанчжэну. Он громко его отругал. Ну и в этот самый момент; хотя никто, ничего и не сказал, насчёт вовлечённости Ву Мина, во всё это “нехорошее” дело; Мастер Дзэна Хунянь уже знал всё, что и произошло. Ву Мин был тем самым человеком, который и стоял за всеми этими происшествиями.

Тем не менее, у Ву Мина не было никаких намерений останавливаться. Его глаза были слегка красные и его лицо выглядело встревоженным, как если бы он, о чём-то, сильно волновался.

Толпа из монахов увидела, как Ву Мин шёл в их направлении. У многих из них, были сейчас нехорошие предчувствия, когда они и подумали: «Возможно ли, что Ву Мин собирается кого-то избить, в своей безумной ярости?»

Абсолютно все посмотрели с тревогой на Фанчжэна. Старейшина Ду и Хун Сян вышли вперед, в готовности остановить Ву Мина.

Фанчжэн заблокировал Хун Сяна своим телом и сложил ладони вместе. Он произнёс с улыбкой на лице: “Покровитель, так вы подумали насчёт того, куда бы вы хотели отправиться?”

Тело Ву Мина затряслось, словно его ударили током. Ну и после этого, он плюхнулся на землю, прямо перед Фанчжэном, под шокированными взглядами, всех этих людей. Он трижды поклонился Фанчжэну в ноги, чем и привёл, всю эту толпу, в “ошарашенный” тупик. У них не было ни малейшего понятия, что вообще сейчас происходит. Вместо того, чтобы учинить неприятности Фанчжэну, Ву Мин даже поклонился ему в ноги и начал кланяться?

Ну и к тому же, Ву Мин, так же, как и они, является монахом, так почему Фанчжэн обращался к Ву Мину, как к Покровителю? Всё в этой ситуации, казалось неправильным!

“Спасибо вам Почтенный Фанчжэн за то, что вы указали мне путь. Я наконец-то понял, что я и хотел от жизни. Я хорошенько обо всём подумал. Я хочу отказаться от аскетизма. Я желаю вернуться домой!”

Ну и когда данные слова и были произнесены, абсолютно все люди, что тут и присутствовали, были ими ошарашены. Что вообще тут блин происходит? Почему Ву Мин, который всего лишь пару моментов назад, обсуждал со всеми монахами Буддийскую философию, внезапно захотел отказаться от аскетизма? И какое отношение, это всё, имеет к Фанчжэну? Ведь было непохоже, чтобы Фанчжэн, ну хоть что-нибудь сделал, ради подобного развития событий.

Абсолютно все, были сейчас озадачены, данным происшествием. Даже Мастер Дзэна Байюнь и Мастер Дзэна Хунянь, были поставлены этим происшествием в тупик. Они посмотрели на Фанчжэна и затем на Ву Мина. Мастера текущего поколения Буддизма, осознали такой вот факт, что их мозгов, было недостаточно, чтобы осознать всё происходящее!

Решение Ву Мина, было в пределах ожидания Фанчжэна. Он не был им удивлён, когда он спокойно, произнёс: “В таком случае, возвращайтесь туда, откуда вы и пришли.”

Ву Мин кивнул и еще раз поклонился в ноги Фанчжэну! Затем Ву Мин встал напротив Мастера Дзэна Хуняня, опустился на колени и поклонился.

Мастер Дзэна Хунянь не мог сейчас не спросить: “Ву Мин, что в точности произошло?”

“Мастер, я согрешил. Много лет назад, я стал банкротом, и чтобы сбежать от кредиторов, я отправился к многим монастырям, но ни один из них, не пожелал меня принять. Только лишь вы одни, приняли меня в Монастырь Хунянь, чтобы в последствии, я смог стать монахом. Как ваш ученик, я вам поистине благодарен! Но на протяжении всех этих лет, вместо того чтобы отплатить вам признательностью за добродетельность, я действовал в храме, лишь по эгоистичным причинам…” — Ву Мин раскрыл перед всеми, все его былые подковерные дела. Он рассказал о его конфликте с Фанчжэном и о том, как он старался всеми способами усложнить жизнь Фанчжэну и что он хотел заставить его отказаться от аскетизма. Он высказал свои намеренья о том, что он тоскует по семье и что он никогда не хотел быть монахом. Он желал взять на себя ответственность и долг, за которые он уже давным-давно как должен был взять ответственность и поэтому, он хотел отказаться от аскетизма и вернуться домой.

Ну и когда он начал подходить к концу своего объяснения, Ву Мин начал кланяться перед каждым последующим предложением. Его лоб уже сильно кровоточил, из-за всех этих поклонов до земли. Ну и только когда он и закончил своё объяснение, он и остановился. Он начал ожидать вердикта Мастера Дзэна Хуняня.

Абсолютно все люди услышали его признание, и они поняли, что тот человек, который и заставил Фанчжэна, пересечь реку на стебле камыша, был на самом деле – Ву Мин! Его единственной целью, был лишь поиск мести Фанчжэну за то, что тот украл его деньги с подношений…

Ну и в этот момент, абсолютно все, смотрели на него, со злобой в глазах. Некоторые даже упрекали его шёпотом: “Как наша Буддийская Школа Мысли (Дзэна), могла принять подобного человека, в наш стан?”

“Амитабха…”

Лицо Хун Цзиня залилось пунцовой краснотой. После того как он услышал объяснения Ву Мина, все те вопросы, которые он и жаждал, давлением, узнать у Фанчжэна, были разрешены, сами по себе. Он сделал вывод без каких-либо фактов или же расследования, и он обвинил во всём Фанчжэна. Всё будет нормально, если никто, всуе, не будет поднимать данный вопрос, но если кто-нибудь и вправду это сделает, то тогда, он и вправду будет унижен. К его счастью, все были сфокусированы только на Ву Мине…

Мастер Дзэна Хунянь вздохнул и сказал: “Как этот Нищий Монах мог не знать о твоей ситуации? Вот поэтому, тебе и было велено каждый день изучать Дхарму. Этот Нищий Монах надеялся, что ты в один день сможешь достичь просветления и что ты сможешь восстановить своё истинное я. Тем не менее… Эх-эх-эх! Так тому и быть. Ты наконец-то вернул себе, своё истинное я. В таком случае, ты можешь покинуть данную гору!”

“Спасибо! Спасибо вам всем!” — Ву Мин в очередной раз поклонился, перед тем как встать и снять с себя монашеские рясы. Он спустился с горы на голый торс, несмотря на такую холодную и суровую зиму. Он очень быстро спускался и у него, глубоко в глазах, больше не было той коварности и интриганства. Ну и то, что их, там, заменило, было чувством свободы и лёгкости!

Фанчжэн сложил ладони вместе и произнёс в направлении удаляющейся спины Ву Мина: “Амитабха!”

Только Фанчжэн понимал, что именно и было в голове у Ву Мина. Ну и для того, чтобы Ву Мин, мог подобное сделать, ему нужно было набраться такой огромной храбрости, которую не мог собрать в себе, любой обычный человек.

Ну и к тому же, он сейчас шел по такому пути, которому Фанчжэн и действительно завидовал…

Ну и, хотя Ву Мин, уже и ушёл, вопрос почему он ушёл, всё еще оставался открытым. Каким блин образом, Фанчжэн смог просветить Ву Мина? У них же не было никакого обоюдного взаимодействия. Возможно ли, что всё это, было лишь фарсом, который был просто подготовлен заранее? Тем не менее, данный фарс включал в себя и Мастера Дзэна Хуняня. Ну а для него, было просто невозможным, участвовать в подобных махинациях.

…

Абсолютно все монахи, были сейчас озадачены, и никто из них, не чувствовал, что для них, было бы правильным, вмешиваться в данное происшествие и задавать о нём вопросы. Всё что они сейчас делали, это ёрзали на месте, щипали мочки своих ушей и время от времени, поглядывали на Фанчжэна.

Они очевидно, что, не знали о том, что Фанчжэн, так же чувствовал сейчас, довольно-таки сильную депрессию!

Когда он взобрался на гору и увидел, что Ву Мин выглядел так, словно он находился в каком-то трансе, Фанчжэн решил нанести удар первым, чтобы таким образом выиграть себе преимущество, ведь он боялся, что Ву Мин опять совершит что-то очень глупое. Поэтому он использовал Сон Золотого Пшена и погрузил его в мир иллюзий, затем он просмотрел все его воспоминания, и спланировал то, что ему и нужно было сделать, заранее. Таким образом, он хотел посмотреть за Ву Мином и подготовиться к любым действиям, которые и собирался, совершить Ву Мин. В конце концов, ситуация развилась до такой степени, что ему пришлось использовать информацию из памяти Ву Мина и таким образом он смог увидеть те мысли и те тревоги, которые и были запечатаны глубоко в его сердце. Фанчжэн не придал этому особого значения, и вместо этого, он просто начал наставлять его на путь истинный. Но теперь, его безалаберность, создала очень проблематичную ситуацию. Вот как ему теперь, эту ситуацию, вообще и объяснять?

К его счастью, предварительное собрание монахов, уже вот-вот должно было начаться, и никто из этих монахов, не будет иметь даже и шанса, чтобы надавить на него, ради ответов. Собрание было очень простым. Различные работы и обязанности, выдавались разным монастырям, заставляя их быть ответственными, за разные и определённые аспекты Дхарма-ассамблеи Приветствия Весны и Благословления. Ну а их расположение на ассамблеи, будет определяться во время зачитывания сутр, священных писаний, и так далее… Весь этот процесс был скучным и безынтересным. Фанчжэн сидел где-то на скамеечке с широко раскрытыми глазами, когда его разум, летал где-то вдалеке.

Он был единственным представителем Монастыря Одного Пальца, и он вообще ничего не знал об этой ассамблее. Мастер Дзэна Байюнь проявил к нему особое отношение и поэтому, Фанчжэна вообще ни о чём и не попросили, и единственное что ему нужно будет делать на ассамблее – это зачитывать священные писания.

Ну и вот таким вот образом, прошёл световой день.

Этим вечером, в Монастыре Байюнь организовали пиршество и на него пригласили всех монахов. Фанчжэн пришел на ассамблею в одиночку, и он волновался насчёт того места, куда его, собственно, и посадят, ну и когда он прибыл на пир…

“Почтенный Фанчжэн, почему бы вам не сесть рядом с нами?”

“Почтенный Фанчжэн, этот Монастырь Тунчжэнь, привёл на пиршество слишком много людей. Почему бы вам не забить на такую толпу и не сесть вместе с нами? У нас тут хорошая компания и немного людей.”

“Амитабха. Почтенный Фанчжэн, этот Нищий Монах уже изучал священные писания на протяжении более десятилетия. Есть ли такая возможность, чтобы мы провели совместную беседу, и чтобы мы, в ней, обсудили некоторые вопросы, которые мучают меня, уже на протяжении всего этого времени?” — Обратился с просьбой к Фанчжэну, старый белобородый монах.

Изначально, подобная просьба, для Фанчжэна, была вполне приемлемой. Ну и всё что он сделал, это поблагодарил всех людей за милость, начиная с этого старого монаха. Возможно, люди чувствовали, что Фанчжэн был просвещённым монахом или же, возможно, они пытались покрасоваться своим знанием Дхармы, перед всеми, чтобы таким вот образом, возвысить себя над остальными. Ну и они, все, внезапно начали шумно требовать у Фанчжэна, обсуждения их идей, их понимания Дхармы и их мыслей, насчёт Буддийских священных писаний. Некоторые из них хотели обсудить Алмазную Сутру, когда другие хотели обсудить Сутру Будды Медицины. Там, в этих выкриках, так же поднимались прошения о обсуждении и других сутр, о которых Фанчжэн, никогда в своей жизни и не слышал.

Фанчжэн изначально не был хорошо подкован в Буддийских священных писаниях. Ну и все Буддийские тексты, что он и прочитал за всю свою жизнь, можно было пересчитать на пальцах одной руки! Ну и с таким багажом знаний, как он вообще мог осмелиться сесть за стол обсуждений с этими монахами, которые и вправду, почти всю жизнь изучали священные писания и как он мог, вообще, говорить с ними, о своих познаниях, в них? Он жаждал избежать этих монахов, обсуждений и подобной нелицеприятной темы.

На поверхности, Фанчжэн выглядел сдержанно и расслабленно, когда он постоянно смеялся, и когда он возвращал монахам поклоны. Он не стал никого обделять вниманием, но по факту, вся его спина, уже была покрыта толстым слоем холодного пота. Он сейчас задавался вопросом: «Должен ли он сейчас найти оправдание, чтобы получить возможность, от них сбежать?»

Ну и в тот момент, когда Фанчжэна окончательно одолели подобные мысли, Мастер Дзэна Хунянь, начал говорить: “Почтенный Фанчжэн, почему бы вам не сесть с этим Нищим Монахом? Этому Нищему Монаху немного интересна текущая ситуация, в которой находился Монастырь Одного Пальца.”

Ну и когда Фанчжэн услышал, что это будет дискуссия о тривиальных хозяйственных вопросах, вместо дискуссии о Буддийских священных писаниях, то он понял, что он наконец-то нашёл способ, как и выбраться, из этой, патовой ситуации. Он был уверен, что о таких вопросах, он сможет бесцельно болтать, хоть целый день.

Ну и приметив тот факт, что Фанчжэн решил сесть за стол Монастыря Хунянь, все эти монахи, тут же начали про себя, жуть как жаловаться. С их точки зрения, Фанчжэн больше не был лишь молодым монахом. Пересечение реки на стебле камыша, уже и вправду, превратило его, в богоподобное существо. Мастер Дзэна Хунянь на протяжении всех этих лет, так и не смог просветить Ву Мина, и всё же, Ву Мин был просвещён за считанные секунды, когда он столкнулся с Фанчжэном. Подобный человек, был точно, крайне умел! Фанчжэн, всё еще, был очень молод, но всё же, он уже был способен на подобные поступки. Поэтому в будущем, он медленно, но точно, станет мастером текущего поколения Буддизма!

В связи с этим, абсолютно все и хотели подружиться с Фанчжэном. Им было не важно, какую тему они для этого и выберут, или какой подход, для этого, они и используют, главным для них, был именно результат. В один день, если Фанчжэн и вправду станет невероятно знаменитым и если он станет настоящим мастером поколения, то из-за этих действий, они, во-первых, уже будут знакомы с этим мастером поколения, а во-вторых, они смогут этим бахвалиться.

Ну и, хотя монахи и не должны были настолько сильно соприкасаться со светскими делами и со светскими отношениями, всё же, люди были, живыми существами. Они не могли отказаться от вовлечённости в подобные дела. Ну и к тому же, социальные контакты между людьми, были неизбежны. Даже если они (как того и требовал от них Буддизм), ничего и не желали, Буддийское общество, всё равно требовало от них взаимной помощи. Ни один человек, не был островом…*

*Идиома, ни 1 человек, не мог обходиться без других людей.*

Ну и когда Фанчжэн увидел, как хищные глаза этих монахов, из различных поколений, смотрели теперь в другие места, он наконец-то вздохнул от облегчения.

Ну и вправду, Мастер Дзэна Хунянь разговаривал с ним лишь о всяких пустяках. Хун Чань был к Фанчжэну почтителен и поэтому он не смел их прерывать. Ву Синь в свою очередь, был честным и немногословным человеком. Ну и с того момента, когда Ву Мин и ушёл, у Ву Синя было просто отвратительное настроение. Ну и всё закончилось тем, что он стал говорить, даже меньше, чем раньше.

Подобная ситуация, просто идеально подходила Фанчжэну. Было слишком легко сболтнуть что-нибудь неправильное, лишнее и нежелательное, если ты постоянно о чём-то болтал. Так что, чем меньше слов, тем было лучше.

Тем не менее, тут на этом предварительном собрании монахов и монастырей, находились и такие люди, которые сейчас, явно были несчастливы.

“Мастер, почему вы так сильно, из-за этого беспокоитесь? Фанчжэн пересёк реку на стебле камыша, и он пришёл в монастырь используя способность Патриарха Бодхидхармы. Кто может его остановить, когда к нему настолько благосклонен, весь этот мир?” — Молодой монах, который был примерно того же возраста, что и Фанчжэн, сел рядом с Хун Цзинем, с горькой улыбкой на лице.