“В Буддийском зале нельзя: стоять на одной ноге; облокачиваться на столы или стены; подкладывать под подбородок кулак, дабы дать ему отдыха; стоять подбоченясь; прислоняться к опорам или же осквернять это место своими нечистыми словами. Ну а когда вы сидите, то вы не может протягивать свои ноги вперед, ради своего же удобства и должны всецело поддерживать свою смиренную Буддийскую позу.”

“Когда же вы стоите прямо, вы должны соединять свои ладони вместе, положив их друг на друга в сцеплении или же, вы должны сложить их друг с другом у себя на груди, в качестве формы проявления уважения.”

“В самом зале, прихожанин не может ни зевать, ни сплевывать, ни пердеть. Если же прихожанин просто не может уже и сдерживать эти свои природные позывы, то он должен сперва самостоятельно покинуть расположение храма и уже только потом разрешить все свои насущные проблемы.”

“Всё еще находясь на территории храма, при зевании прихожанин должен использовать свой рукав, чтобы полностью прикрыть свой открывающийся рот. Когда прихожанин хочет сплюнуть мокроту или еще какую-нибудь скверну, то он должен использовать при этом платок, чтобы сплевывать именно в него. После сплевывания он должен со всей тщательностью свой плевок завернуть, а затем положить его в свой собственный карман. Прихожанину запрещено постоянно выходить и заходить через Буддийский коридор для решения своих насущных проблем, чтобы тем самым не беспокоить остальных прихожан своим постоянным мельтешением.”

“Ну и естественно в Храме Одного Пальца практически нет прихожан, которые бы захотели провести тут церемонию зажигания палочек с благовониями и поэтому тут практически отсутствует шанс того, что вы подобными действиями потревожите покой каких-нибудь других людей.”

Фанчжэн грустно вздохнул, показав этим ребяткам свой взгляд, наполненный меланхоличным беспокойством. Ведь именно эти слова, которые сейчас покинули его уста и напомнили ему о той, всё еще невыполненной миссии, которую ему не так давно, собственно, и выдала Система, а именно получить десять пожертвований за проведение церемоний зажигания ароматических палочек, за срок в тридцать дней. Это всё звучит как очень легкая миссия, но это задание для него будет слишком сложным, чтобы даже просто приблизиться к его выполнению.

Фан Юньцзин заметила его расстройство на лице: “Мастер вы что, волнуетесь насчет подношения благовоний*1?”

Фанчжэн слегка кивнул: “Да, это действительно так.”

“Мастер, вы же такой потрясающий. Вы можете предвидеть опасности, с которыми другие люди обязательно столкнуться, и вы даже умеете укрощать диких зверей. Вы многоуважаемый монах с настоящими божественными способностями. Так почему вы так боитесь того, что у вас будет нехватка благовонных подношений? Когда мы вернемся домой, мы обязательно вам поможем c продвижением этого места и со временем, я вам обещаю, что у вас в вашем храме, будет огромное количество церемоний, в виде благовонных подношений!” — Ма Цзюань поспешила всё это проговорить.

Чжао Датун и Ху Хань так же закивали своими головушками, со всей своей молодецкой удалью. Затем данный квартет посредством мозгового штурма начал придумывать разные тактики для продвижения данного храма, во всем мирском обществе. Они начали обсуждать такие вещи как постинг фотографий на сайтах, оставление своих рецензий и комментариев в социальных сетях, использование групп для передачи текстовых сообщений или же организации пеших туров прямо к этому храму.

Фанчжэн когда всё это услышал, был явно в недоумении, но он не придал этому внезапному проявлению молодецкой удали практически никакого значения. Ведь что пара студентов вообще могла сделать то? Ну и вспоминая те времена, когда он и сам всё еще учился в школе. Всё что он там мог сделать по своей собственной воле, это просто лишь прогулять уроки.

Ну и посреди всего этого продвиженческого апокалипсиса, данная группа юнцов так же продолжала консультироваться у него насчет всяких Буддийских Учений, на некоторые из которых Фанчжэн все-таки мог ответить. Ну и когда у него на какое-то из учений не находилось ответа, он просто улыбался и сохранял молчание, оставляя всю эту работу по понимаю духовных учений, атмосфере религиозной таинственности.

“Человек сожалеет о том, что он не смог получить достаточно знаний только тогда, когда собственно и приходит время эти неполученные знания и использовать. Я сам же, могу вполне хорошо оперировать знаниями, что я смог получить за всю мою недолгую жизнь, но с ними, я просто не могу отвечать на довольно-таки специфические и сложно составленные вопросы. Если всё это продолжится в таком же темпе, то я даже не смогу и поддерживать с ними беседу. Похоже, что быть просвещающим мастером для меня будет явно не легкой задачей и это даже с всецелой поддержкой системы. Мне нужно начать читать больше специфической литературы, чтобы тем самым нарастить мой диапазон общих знаний о Буддизме и о всяких жизненных проблемах.” — Фанчжэн когда наблюдал за тем, как эти юные любители взбираться на горы отходят ко сну, вздохнул оставляя всю свою грусть только себе самому…

Ну и как только эта темная ночь наконец-то подошла к своему логическому завершению, без каких-либо происшествий или особых событий, Фанчжэн вернулся назад к себе в храм на самом пороге рассвета.

Он был в этом храме только лишь сам по себе, поэтому тут для него было слишком много ежедневных обязанностей, а также каждодневной рутинной работы, которую он, собственно, и должен был постоянно выполнять. Он не мог пропустить свое утреннее самообучение, а также он не мог пропустить свое каждодневное подметание залов. Ему так же нужно было приготовить себе утренний завтрак, поэтому этот одинокий монах был поутру достаточно занятой.

Завтраком для него была миска с рисовой похлебкой и тарелка с высушенными овощами. Ну и, хотя это была очень бедная и безвкусная пища, если учитывать полное отсутствие у него всяких денег, у него просто не было другого выбора, кроме как есть именно её.

А что до Одинокого Волка, то для его же собственного пропитания Фанчжэн позволит ему охотиться там снаружи самостоятельно. Он просто не сможет предоставить достаточно еды для такого ненасытного пожирателя всех продовольственных запасов, как этот волк. Ведь у волков всегда были очень большие аппетиты… Но все же, Фанчжэн должен будет убедить этого Одинокого Волка, чтобы тот впредь больше не нападал на людей. Он так же должен будет запретить ему зариться на домашнюю птицу, которую разводили у подножья горы, что означало о том, что данный волк мог охотиться только там, далеко на горах.

После трех выпитых мисок с похлебкой, количество которых было явно достаточно большим, что даже Фанчжен почувствовал, что тот был слишком расточительный со своими скромными запасами. Он вышел из своей обители, похлопывая свой наполовину заполненный животик. Ну и прямо тогда, когда он уже хотел провести свой обыденный утренний ритуал выражения почтения Будде, он почувствовал приятный запах благовония. Проведя всё свое детство в храме, он просто не мог быть еще более знакомым с этим ностальгическим запахом! Это был явно чистейший аромат, только что зажжённой Буддийской ароматической палочки!

“Да это же явно не обычная ароматическая палочка! Это же особо ценная палочка гранулированных благовоний! *2” — Фанчжэн быстро сложил два плюс два и поняв, что сейчас происходит, он прокричал явно в восторженном настроении: “Особо ценные благовония? Мне самому было бы просто невыносимо больно использовать особо ценные благовония ради повседневных задач. Что, кто-то наконец-то пришёл ко мне в храм, чтобы поднести благовония Будде? У меня что, наконец-то и вправду будут подношения за благовония?”

После того как Фанчжэн это всё произнес, он вышел из коридора ведущего в его обитель и начал готовиться, чтобы вычистить пол во всех главных залах, но когда он уже стал приближаться к главному Буддийскому залу, он был просто в шоке от понимания того, что сейчас напротив чана*3 для постановки в него зажжённых благовоний находились реальные деньги!

Фанчжэн пулей к нему подбежал, схватил своей рукой разложенные деньги и тщательно их осмотрел. Это были выкрашенные в красное банкноты! В общем, там находилось восемь хрустящих купюр, которые означали, что их сумма была великим количеством в восемь сотен баксов! (По факту там находились Юани, но переводчик с Китайского просто переводит их на баксы, так что не обращайте внимания.)

“Великолепно! Поговаривают что студенты в наше время, все поголовно богатенькие буратинки! И это действительно так! Благовония что они преподнесли в подношение Будде, были особо ценными благовониями. Одна гранулированная палочка особо ценного благовония, это же целых двести баксов! Нет, погодите-ка, я кажется о чем-то забыл.” — Ну и после своего кратковременного момента задумчивости, Фанчжэн поспешно осмотрелся в округе данного зала и затем хлопнул ладонью прямо по своей макушке: “Система, братишка, я точно помню, что здесь в этом зале стояла старинная Коробка для Пожертвований. Так куда же ты засунул мою родненькую Коробку для Пожертвований?”

“Она была старая и облезлая, поэтому была выброшена при реновации. Если же носитель системы хочет себе новую, Системная Коробка для Пожертвований доступна для покупки в Системном магазине.” — Произнесла в его разуме Система.

“Чувак, это же именно то, что обеспечивало меня пропитанием! Если же ты выбросил её прочь, то, как я теперь вообще смогу деньги, то собирать? Ты что будешь стоять в стороне и будешь наслаждаться тем, что мне придется жрать одну лишь долбаную землю?” — Фанчжэн явно сейчас начал беспокоиться за свою дальнейшую судьбу. Пожертвования храму за благовония были слишком нестабильны и редки. Для него, уже было явно непростой задачей заполучить себе даже пару вот этих вот пожертвований от людей за благовония. Ну а теперь к тому же, у него даже нет и Коробки для Пожертвований, и если бы это был бы кто-нибудь еще, то эти бы люди просто бы воздержались от их пожертвований храму. Ведь в конце концов не все люди в этом мире были как вот эти вот четыре благодарных ему студента.

“На горе Одного Пальца есть полно плодородных земель. Носитель системы может самостоятельно выращивать себе пищу для пропитания.” — Ответила ему Система, как будто это было само собой разумеющееся.

На что ей Фанчжэн и ответил: “Ты там блять что, от своего надменного безделья совсем обезумел?! Уже долбаный конец осени и ты все равно хочешь, чтобы я занимался сельским хозяйством? Да я превращусь в груду костей еще до того момента, когда мои посевы взойдут и я хоть что-то успею с них собрать! Ну и допустим, даже если я и захочу засеять эти плодородные поля, у меня все равно нет никаких денег, чтобы купить себе хотя бы семян, ну и к тому же удобрений!”

Бум!

Вспышка молнии замерцала в небесах и ударила плотным потоком прямо напротив Фанчжэна.

“Использование бранных слов для проклятия Системы приведет только лишь к ударам молний. Каждый день, тебе будет выдаваться три предупреждения за подобные действия. Если же нарушения правил продолжаться и уже после трех вынесенных предупреждений, то тогда молния будет бить уже лично в тебя и в твою неразумную головушку.” — Произнесла Система.

Фанчжэн выставил свой средний палец на правой руке и поднял его к небу.

Бум!

И еще один удар молнии врезался в землю прямо напротив Фанчжэна. Оглушительно-громыхающий звук после молнии, заставил его уши звенеть, оглушая его на продолжительное время и к тому же заставил его глаза закатиться, как будто он сейчас был в отключке из-за перенесенного шока.

“Непристойные жесты руки, равноценны проклятию словами изо рта. Ну и к тому же, сила ударов от молний будет с каждым проступком, только возрастать.” — В очередной раз предупредила Система.

Фанчжэн силой своей воли начал сдерживать закипающий в нем гнев, а чтобы хоть как-то его подавить, он запустил в своем разуме ментальную тираду из постоянных проклятий, выстреливая ими как из пулемета и составляя из них огромные матерные предложения, которые в красках описывали то, что бы он сделал с этой поганой системой. Ну и только когда он смог достаточно сильно успокоиться, он продолжил свой диалог: “А ты и вправду безжалостен! Ладно, давай уже поговорим насчет еды. Без семян, как я по твоему мнению должен выращивать урожай?”

На что Система ему и ответила: “Носитель системы Будды может покупать семена у Системы. Их можно выращивать в течение круглого года, а урожай с них можно будет собрать уже в считанные дни. Качество и количество собранного урожая с этих семян будет высшей категории, а в полученном урожае не будет никаких больных клубней или же больного зерна, и еда что будет сделана из этих растительных культур, сможет даже увеличивать функциональность человеческого или же даже животного тела. При употреблении его в пищу, абсолютно не существует шанса заразиться разными болезнями. Ну а что до денег, на которые можно будет купить данные семена, то разве у тебя на руках нет сейчас денег?”

Фанчжэн опустил свою голову к земле, чтобы тем самым посмотреть на эти восемь сотен баксов, что были у него на руках и после нескольких секунд грустных размышлений, он закричал: “Даже не смей и зариться на них ты нагл…! Я сам спущусь с горы и самостоятельно куплю все нужные мне семена!”

“Дружественное напоминание. Как аббат Буддийского храма, ты не можешь далеко отлучаться от храма. Дальность того, насколько ты сможешь отойти от храма, будет увеличиваться с увеличением уровня храма. В текущий момент ты не можешь покидать пик Одного Пальца.”

“Я не могу уйти? Да что это епрст вообще блин значит? Я что заложник, или же какой-то похищенный монах?! А что произойдет, если я просто уйду? Ты что, меня незамедлительно дисквалифицируешь?” — Фанчжэн задал такие наводящие вопросы, чтобы проверить диапазон его возможных действий. Ну и в душе он сейчас чувствовал небольшое возбуждение. Ведь если он по-настоящему сможет сбежать от системы, то он и вправду предпочтет именно сбежать от неё! У него в жизни было не так уж и много желаний, и всё что он хотел от неё, это лишь вернуться с горы в светский мир. Он просто хотел жениться и завести себе детей, чтобы таким вот незатейливым образом провести свою жизнь в мирной и спокойной манере!

“Ты можешь попытаться.”

“Попытаться? Ха, отлично!” — Ну и как только Фанчжэн произнес эту вот фразу, он пулей рванул наружу из храмовых ворот. В одно мгновение он примчался к подножию горы. Ну и когда он увидел каменную табличку со словами ‘Гора Одного Пальца’ которая была уже сильно повреждена коррозией из-за суровой погоды этого региона, Фанчжэн заскользил по земле, чтобы остановиться. Ну и несмотря на тот факт, что он просто не знал, что именно под собой означали слова Системы ‘Ты можешь попытаться’, Фанчжэн все же как-то сильно по этому поводу волновался. Ведь неизвестность всегда была самым главным страхом всего человечества.

Ну и после того, как он в течении долгого времени поразмышлял насчет этой его насущной проблемы. Фанчжэн лишь выругался: “Ты и вправду просто безжалостен!”

Фанчжэн вернулся назад, на пик этой горы просто волоча свои ноги, явно сожалея о своем выборе в виде принятия данной Системы в свое тело.