Том 8. Глава 11: Потерянная брошь

Когда Моника с помощью сверхскоростной магии Рин вернулась на чердак девичьего общежития, она обнаружила Неро, втиснувшегося в небольшую щель между стеной и шкафом. Он сидел к ней спиной.

— Н-Неро?..

Вместо ответа его чёрный хвост плюхнулся на пол. Кажется, он дулся.

— Ну Неро, ну что ты в самом деле… — расстроенно пробормотала Моника, а кот, продолжая стучать хвостом, наконец подал голос:

— Бросила меня, ушла на всю ночь, еще и домой под утро заявилась!

— Н-ну…

Моника растерялась, не зная, что и ответить, но тут заговорила Рин, приведшая её сюда. Она, как всегда, была в форме горничной.

— Да, мисс Безмолвная Ведьма наслаждалась развратом в компании прекрасных юношей, а затем провела ночь похоти в борделе с красавцем…

— Ри-и-и-и-и-и-и-ин! — Моника выпучила глаза.

Неро вылез из щели и похлопал её лапой по ноге.

— Я разочарован, Моника! Ты распутница!

— Распутница?!

— Какая же ты бессердечная! Тебе нужно поучиться у Абрама!

— Что за Абрам?! — воскликнула Моника.

Неро фыркнул, а затем достал книгу. Это был его любимый приключенческий роман за авторством Дастина Гюнтера.

Неро часто рассказывал, какая замечательная эта книга. Ловко перелистнув страницу, он ткнул лапой в сцену, где описывали персонажей.

— Абрам — это друг главного героя Варфоломея, очень хороший и преданный паренёк. Когда его соблазняла красавица, он сказал: «Для меня дружба — сокровище превыше любви», — и сохранил дружбу с Варфоломеем. Крутецкий, ага?

— Абрам… Варфоломей…

Моника никогда не читала этот роман, но ей казалось, что она где-то уже слышала эти имена. И совсем недавно.

Знаешь, я сейчас пишу сцену в своём новом романе о глупом человеке, который влюбляется в театральную актрису. И Абрам, друг главного героя Варфоломея, который влюблён в актрису Кэтрин, говорит: «Ох, хотел бы я ещё раз увидеть её игру своими глазами». И выражение твоего лица было только что точно таким же.

— …А?! — у Моники от удивления отвисла челюсть.

Точно, разве Феликс не сказал, что Портер — владелец антикварной лавки и писатель?

Пока Неро увлечённо расписывал, какой Абрам честный и сострадательный, оглушённая Моника решила промолчать о том, как сложилась судьба Абрама, который жил ради дружбы, а в итоге превратился в обезумевшего поклонника театральной актрисы.

⚚⚚⚚

Одевшись, Моника решила выйти из общежития заранее, чтобы обдумать дальнейшие действия. От Рин она узнала, что убийца, который проник на шахматный турнир, сбежал из тюрьмы, и ей захотелось разработать контрмеры. Если человек, выдавший себя за Юджина Питтмана, учителя Минервы, способен принимать облик любого человека… то это большая проблема.

Неро может помочь ей уловить необычную ману, а Рин подслушать подозрительные разговоры. Но эти меры были эффективны на малолюдном шахматном турнире. А на фестиваль прибудет огромное множество гостей, поэтому просить Рин вылавливать беседы людей — задача едва ли выполнимая. К тому же некоторые группы собирались проводить магические презентации, так что Неро вряд ли сможет обнаружить необычную ману. Он мог бы заметить что-то подозрительное, наподобие Спирали Пламени, или если бы мана вышла из-под контроля, как у Сириела, но он вряд ли сможет обнаружить небольшие магические всплески.

Находится постоянно с Его Высочеством будет слишком подозрительно.

В любом случае, самый надёжный способ — отдать Феликсу магический артефакт с защитным барьером. Этим приёмом уже пользовался Луис Миллер, но его артефакт разрушили через три дня.

Точно… Именно из-за этого мне ведь и пришлось стать тайным телохранителем.

Вспомнив тот разговор, Моника беспомощно засмеялась и засунула руки в карманы. Там лежал магический инструмент, который она сделала этим утром. Это была дешёвая брошка, купленная в развлекательном районе, на которую она наложила защитный барьер, после того как Рин сообщила ей о побеге убийцы.

Ей очень хотелось сделать многоразовый артефакт, а ещё встроить функцию, которая позволила бы ей узнать о беде, когда активируется барьер, даже на большом расстоянии. Однако, чтобы встроить несколько функций, ей пришлось бы потратить много времени, а ещё нужен был более качественный и чистый драгоценный камень. Но поскольку у неё была только дешёвая брошка, всё, что она смогла сделать, — это наложить простую формулу.

Зато мне удалось увеличить силу барьера, которой будет достаточно, чтобы защитить его…

Вопрос в том, как ей отдать эту брошку Феликсу? Она хотела, чтобы он носил её с собой всё время, желательно незаметно. Артефакт, сделанный Моникой, представлял собой брошь из янтаря на дешёвой позолоченной основе. Брошка была такого размера, что помещалась в руке Моники и была незаметна.

Если я положу её ему в карман, он заметит её, когда полезет туда. Если приколю её к пальто, он тоже заметит, когда снимет его. К тому же, все студенты поменяют свою форму на парадную, когда начнётся вечерний бал. В таком случае… может, спрятать её в его н-нижнее бельё? Пожалуй, это уже слишком, даже ради его безопасности… Хмм… есть ли другой способ… У-у-у-у… ничего не могу придумать… — ломала голову Моника, продолжая идти.

Она вышла из общежития пораньше, чтобы решить, как заставить Феликса носить эту брошь, но, похоже, придёт в академию, так ничего и не придумав.

Все эти мысли заставили её позабыть о дороге и не заметить небольшую неровность на земле. Как и ожидалось, споткнувшись, она потеряла равновесие и распласталась на земле.

— Фугья-я-я!!

В последний момент она успела выставить ладони вперёд, чтобы не упасть лицом вниз, но всё равно было больно.

— …Ладошки болят… — Моника встала, шмыгая носом, и поплелась дальше, даже не заметив, что брошка выпала, когда она падала.

На самом деле, Моника пропустила не только выпавшую брошку. Чуть позади Моники шла девушка. Она видела всё, что произошло, вплоть до того, как Моника упала и уронила артефакт.

Это была секретарь студенческого совета Бриджит Грэм, одна из трёх самых красивых девушек в Академии. Увидев, как Моника уронила янтарную брошь, она подняла её и начала рассматривать. На первый взгляд, украшение было дешёвым и самым обычным. Но если посмотреть на него на лучах солнца, можно было увидеть тонкий слой магической формулы, плавающий в янтаре.

— …

Бриджит достала носовой платок, завернула в него брошь, положила в карман и как ни в чем не бывало пошла дальше.

⚚⚚⚚

Не придумав, как заставить Феликса надеть украшение, Моника пришла в кабинет студенческого совета и обнаружила, что принц и Сириел уже были там.

— Доброе утро, Моника, — улыбнулся Феликс. Его улыбка была спокойной и доброй, совсем не такой, как у Айка.

Моника вежливо поклонилась им в ответ, поглядывая на одежду принца. Почему-то она не могла придумать, как незаметно подбросить брошку в его безупречную белую форму.

Может, мне просто отдать её и попросить надеть… Но как это сделать… Как лучше попросить, чтобы Его Высочество точно захотел носить её… Может, сказать: «Я хочу, чтобы вы, исключительный ценитель моды, надели кое-что»… как-то так? Но эта брошка слишком тусклая для модника… да и вообще, она женская…

Собрав всю мудрость, накопленную с тех пор, как она покинула свою хижину, Моника придумала, как сделать так, чтобы Феликс захотел надеть брошку. Она вспомнила слова продавцов в квартале развлечений.

«…Если вы наденете эту брошку, она принесёт вам удачу…» Хорошо, так и сделаю.

Какой разочаровывающий способ, и этому её научила соблазнительница Дорис? Этот трюк был на уровне криков зазывал, но Моника посчитала его лучшим и потянулась за артефактом.

…А?

Сколько бы она ни шарила по карманам, она не могла найти брошку. Даже проверив другой карман, чтобы убедиться, она всё равно ничего не нашла.

Н-н-неужели… она тогда выпала?!

Моника замахала пиджаком и юбкой, топая ногами, чтобы проверить, не зацепилась ли брошка за подол пиджака или юбки. Но её всё равно нигде не было.

— …Казначей Нортон, что ты делаешь? — Сириел удивлённо уставился на странное поведение Моники, на что та, покрываясь холодным потом, ответила, бегая глазами по сторонам:

— Н-ну… понимаете… я… да, я практикую танцы для бала… Я-я так его жду…

Услышав её слова, Сириел слегка приподнял брови. Но тут же нахмурился и проворчал:

— …Только не говори мне, что эти странные шаги — это танец? Для чего мы проводили те репетиции?

— Я-я… я, конечно, всё помню! Раз-два-три, раз-два-три… — Моника натянула улыбку и начала танцевать.

Под грозным взглядом Сириела ей было особенно страшно.

В этот момент дверь открылась, и в комнату вошла Бриджит. Поздоровавшись, она бросила холодный взгляд на танцевавшую Монику и ничего больше не сказала. Она практически никогда не разговаривала с Моникой, считая её, должно быть, недостойной внимания.

Через некоторое время прибыли Нил и Эллиот, и когда все члены студенческого совета собрались вместе, Феликс заговорил:

— Отлично, все в сборе. Фестиваль уже завтра. Давайте сделаем всё возможное, чтобы он прошёл гладко и всем понравился.

Ч-что же делать?! Без броши я не смогу гарантировать его безопасность! — про себя паниковала Моника.

Бриджит внимательно смотрела на неё, но, конечно, Моника этого не заметила.

Так, с большой долей неопределённости, фестиваль Академии Серендиа был готов начаться.

———