Кто вообще добавляет в куриный суп лепестки роз?!

Сюй Чжайсин запоздало поняла: её айдол, похоже, ревнует.

Из-за такого ревновать? Божечки, какой же он милый!!!

Её сердечко тут же забилось радостно-радостно. Словно щенок, она подкралась к айдолу сзади, обвила его талию руками и кокетливо промурлыкала:

— Гэгэ, ты ревнуешь?

Рука Цэнь Фэна, державшая миску, слегка дрогнула, и его голос невольно смягчился:

— Ладно, иди ужинать.

Сюй Чжайсин, не отпуская, тёрлась о его спину:

— Ревнуешь, да? Ну да? Да? Да?

Цэнь Фэн от её движений воспылал. Он поставил миску, схватил её за руку, развернулся и прижал к холодильнику. Наклонившись, он прикусил её губу и с притворной угрозой произнёс:

— Да. И чтобы больше никаких цветов от других мужчин.

Её сердце наполнилось медовой сладостью. Она привстала на цыпочки, обвила его шею и послушно ответила на поцелуй:

— Хорошо-о-о.

Его дыхание сбилось. Он отстранился и прошептал:

— Сначала ужин.

Это «сначала» прозвучало очень многообещающе.

Сюй Чжайсин снова покраснела.

Заграничные супермаркеты, конечно, не сравнятся с китайскими: некоторых продуктов и приправ было не найти. Но куриный суп всё равно получился наваристым. Сюй Чжайсин впервые пробовала суп с лепестками роз и, на удивление, он оказался совсем не дурён на вкус, даже с приятным, лёгким ароматом роз.

Когда они закончили с ужином, на улице ещё не стемнело. Прибравшись на кухне, они вышли прогуляться и заодно осмотреться.

Жители городка оказались очень радушными и не удивлялись незнакомым лицам — видимо, сюда часто приезжали на короткий отдых. Вернулась с работы дочь соседа-старичка и играла в саду со своей маленькой дочкой.

Наверное, отец рассказал ей о новых соседях, потому что она очень дружелюбно с ними поздоровалась и даже спросила:

— Вы новобрачные? Приехали в свадебное путешествие?

Цэнь Фэн с улыбкой подтвердил.

Сюй Чжайсин украдкой сжала его ладонь.

Женщина восхитилась Цэнь Фэном:

— Вы очень красивы! Самый красивый азиат, которого я когда-либо видела.

Тут уж Сюй Чжайсин не смогла сдержать восторга и включила режим фанатки, принявшись продвигать своего кумира:

— Он суперзвезда в нашей стране, потрясающе поёт, великолепно танцует, а недавно он получил премию «Золотой альбом»! Вы не знаете о такой? А про «Грэмми» слышали? Вот! Это что-то вроде «Грэмми»! Его зовут Цэнь Фэн, да! Вы можете найти видео его выступлений на YouTube!

Она успокоилась, лишь когда женщина прямо на месте достала телефон, зашла на YouTube, посмотрела видео и с изумлением показала Цэнь Фэну большой палец. Цэнь Фэну оставалось лишь с сокрушённым видом увести свою неугомонную поклонницу домой.

Городок — не мегаполис, и с наступлением темноты на улицах воцарялась почти первозданная тишина. Сюй Чжайсин за весь день почти не брала в руки телефон, поэтому сейчас, приняв душ, она улеглась в кровать и первым делом зашла в Weibo, чтобы проголосовать в чартах и рейтингах.

Фэнчжэн, увидев её активность, тут же набросились с комментариями:

— Жожо, как проходит отпуск?

— Давай скорее эксклюзивное фото гэгэ!

— Отдыхай давай, какие ещё чарты! И без тебя справятся! Немедленно отложи телефон и иди к гэгэ!

— Уже приступили к созданию наследника?

От последнего комментария Сюй Чжайсин вздрогнула всем телом. Вспомнила сказанное айдолом на кухне «сначала ужин», и в голове у неё снова всё перемешалось.

Из ванной доносился шум воды — это мылся айдол. Она несколько раз перекатилась по кровати, пару раз беззвучно взвизгнула, а затем, сжав в руке телефон, зарылась под одеяло и дрожащими пальцами набрала в поисковике: «Что нужно знать о первом разе?»

Поисковик любезно выдал ей список советов, а также порекомендовал гинекологов и ссылки на покупку презервативов.

Сюй Чжайсин: «…»

Девушка со смущённым видом всё прочитала, предусмотрительно удалила историю поиска, и когда Цэнь Фэн, закончив мыться, вошёл в комнату, она уже отложила телефон и лежала с совершенно невозмутимым видом.

Пусть буря грянет сильнее!!!

Безмятежное выражение на лице девушки позабавило Цэнь Фэна. Он лёг в кровать, обнял её, поцеловал в лоб и спросил:

— Вчера я не рассказал тебе сказку. Наверстаем сегодня?

Сюй Чжайсин: в маленькой головке родились большие вопросы.

Я тут полдня морально готовилась, и всё для того, чтобы рассказывать тебе сказки?

Но как бы то ни было, сказку рассказывать пришлось.

Лёжа на груди у айдола, Сюй Чжайсин поведала ему историю о вампире и историю о главе демонического культа. Когда она закончила, Цэнь Фэн выключил ночник, поцеловал её и сказал:

— Спи, малышка. Спокойной ночи.

Сюй Чжайсин: «?»

И это всё? Неужели он и сегодня устал?

Девушка погрузилась в глубокое недоумение.

Так продолжалось несколько дней подряд.

Каждый вечер она с замиранием сердца ждала продолжения, но ничего не происходило.

Уж лучше сразу убить, чем так мучить! Её айдол буквально подвергал её линчи — медленной мучительной казни!!!

Сюй Чжайсин больше не могла этого выносить.

Цэнь Фэн в последние дни с головой ушёл в творчество. Обычно, когда он был в музыкальной комнате, Сюй Чжайсин не беспокоила его: она либо уходила гулять, либо сворачивалась на диване с телефоном или игрой. Но сегодня, даже когда она уже вышла из душа, из музыкальной комнаты всё ещё доносились звуки фортепиано.

Она немного полистала Weibo, а потом от скуки зашла в групповой чат, чтобы поболтать с подругами. И тут же наткнулась на обсуждение темы для взрослых:

— Сяо Ци: Как думаете, Жожо вернётся уже в положении?

— А-Хуа: Чёрт, да не может быть. У гэгэ же есть чувство самосохранения?

— Мама А-Хуа: Хочу быть бабушкой. Очень хочу.

— Цинцин: Гэгэ так круто танцует, и выносливость у него отличная, так что в постели он наверняка тоже…

— Чжуйфэн: Блин-блин-блин, даже боюсь представить. Вдруг стало немного завидно, прости, Жожо.

…

Сюй Чжайсин: «…………»

Чёрт! Чему тут завидовать! Она ведь и сама ещё не пробовала!!!

Это чувство, когда весь мир думает, что у них уже всё было, а она даже тела своего айдола толком не видела, было таким обидным!

Кровь бросилась Сюй Чжайсин в голову. Она рывком поднялась с кровати и босиком помчалась в музыкальную комнату, толкнув дверь.

Звуки фортепиано оборвались. Цэнь Фэн обернулся на шум, удивлённо посмотрел на её воинственный вид и улыбнулся:

— Что случилось?

Сюй Чжайсин, надув губы, подошла к нему, перекинула через его колени длинную ногу и уселась прямо к нему на бёдра лицом к лицу. Обвив его шею, она свирепо спросила:

— Тебе это нужно или нет?!

Зрачки Цэнь Фэна расширились. Он подумал, что ослышался:

— Что?

Она покраснела до самой шеи, её напускная свирепость испарилась. Уткнувшись ему в изгиб шеи, она прогнусавила:

— Гэгэ, ты что, не хочешь меня?

Тело Цэнь Фэна напряглось.

Она почувствовала, как он изменился, и тут же замерла, но сидеть на нём в такой позе было неловко, так что она не знала, слезть или пошевелиться, и в итоге просто зарылась лицом в его плечо, замолчав.

Прошло немало времени, прежде чем он прошептал ей на ухо:

— А ты как думаешь?

Сюй Чжайсин пробормотала:

— Но ты… каждую ночь… ничего не делаешь…

Он не сдержал смешка. Его ладонь легла ей на поясницу:

— Глупышка, я боялся, что ты не готова.

Сюй Чжайсин тут же вскинула голову:

— Я вовсе не…!

Она осеклась на полуслове.

Цэнь Фэн слегка откинул голову, глядя на неё снизу вверх, а его пальцы медленно поползли ниже:

— Вовсе не что?

Её тело дрогнуло. Она прикусила губу, слишком смущённая, чтобы вымолвить хоть слово. Цэнь Фэн усмехнулся, внезапно подхватил её и усадил на фортепиано.

Клавиши издали диссонирующий аккорд, который долго отдавался эхом в комнате.

От его поцелуев кости Сюй Чжайсин размякли.

— Не здесь… — прерывисто выдохнула она. — Только не здесь…

Иначе как она потом сможет слушать его третий альбом!!!

Цэнь Фэн наклонился, поднял её на руки и направился к спальне:

— Конечно не здесь.

Она забилась в его объятиях:

— Ночнушка… Моя ночнушка осталась на фортепиано!

Цэнь Фэн рассмеялся и, поцеловав её в глаза, прошептал:

— Неважно.

Спальню наполнял привычный ей аромат благовоний. Ночник беззвучно мерцал. И когда настал тот самый момент, все её тайные приготовления вылетели из головы. Она помнила лишь одно:

— Выключи свет.

Он послушно выключил.

Тьма, пропитанная запахом гормонов, окутала её.

Движения Цэнь Фэна были нежными. Он целовал её веки, уголки губ и в темноте тихо спросил:

— Боишься?

С ним, таким нежным, ей было совсем не страшно.

Она давно отдала ему своё сердце, а теперь отдавала и всё своё тело.

…

Цэнь Фэн терзал её до глубокой ночи, после чего отнёс в душ, а когда она вернулась в кровать, то уже не могла даже соображать и тут же уснула.

Проснувшись на следующий день, она запоздало задалась вопросом: а когда это он успел купить то, что достал вчера из ящика??? Почему она совершенно этого не помнит???

Сюй Чжайсин надулась и пошла разбираться с айдолом, но стоило ей встать с кровати, как ноги её подкосились, и она рухнула на колени прямо у двери.

Цэнь Фэн, как раз вошедший в комнату со стаканом молока, замер: «…»

— На колени падать было необязательно.