Спектакль шёл три часа.

Когда зрители расходились, Цэнь Фэна, хоть он и был в шляпе, узнали случайные прохожие. Его тайком сфотографировали, и снимки разлетелись по Weibo.

Фэнчжэны тут же узнали, что их айдол ходил на спектакль с учителем Вэнь Сином. Цэнь Фэн и Вэнь Син работали в разных сферах и редко сотрудничали, поэтому фанаты, не знавшие об их дружбе, были немало удивлены, увидев фотографии.

Поклонники недоумевали, что за странная дружба у их айдола.

Маркетинговые аккаунты тут же подхватили фотографии и начали выдумывать свои истории, заявляя, что Цэнь Фэн собирается в киноиндустрию и сыграет главную роль в следующем фильме Вэнь Сина.

Тут же набежали хейтеры, воспользовавшись случаем, чтобы съязвить: певцу стоило бы заниматься музыкой, а не соваться в кино и раздражать зрителей своей дилетантской игрой.

В ответ Фэнчжэны язвили: надо же, теперь их брата признали певцом, хотя совсем недавно утверждали, что айдол не имеет права так называться. Они заявили, что не верят слухам и ждут официального анонса.

Они ещё были в машине, когда позвонил У Чжиюнь. Цэнь Фэн вёл машину и включил громкую связь.

— Ты ходил на спектакль с учителем Вэнь Сином? — спросил он.

— Угу, — отозвался Цэнь Фэн.

— Ты будешь играть главную роль в следующем фильме учителя Вэнь Сина?

— Что?

Сидевший на пассажирском сиденье Вэнь Син громко рассмеялся:

— А я и не знал, что собираюсь снимать фильм.

У Чжиюнь не знал, что Вэнь Син тоже в машине, и почувствовал себя неловко. Он нервно рассмеялся, поздоровался и, не сказав и пары слов, повесил трубку, чтобы заняться слухами в сети.

Был час пик, дороги забиты до отказа. Машина еле ползла в пробке, и Вэнь Син воспользовался моментом, чтобы пересказать Цэнь Фэну сюжет «Пролетая над гнездом кукушки».

Оригинальный фильм — это история о стремлении к духовной и личностной свободе. Однако, за исключением короткого проблеска лёгкости и раскрепощённости в середине, почти вся картина оставляет гнетущее впечатление.

В конце даже главный герой погибает.

Цэнь Фэн смотрел этот фильм ещё в прошлой жизни и помнил лишь общую сюжетную канву. Сценарий спектакля почти не отличался от фильма, но в сценическом воплощении были внесены некоторые изменения.

Закончив пересказ, Вэнь Син посмотрел на Цэнь Фэна и сказал:

— Я хочу, чтобы ты попробовался на роль Билли.

Пальцы Цэнь Фэна, лежавшие на руле, едва заметно дрогнули.

Помолчав, он медленно произнёс:

— Это тот, который в конце вскрывает себе вены?

— Да, — подтвердил Вэнь Син.

Машина остановилась на красный свет.

Цэнь Фэн смотрел вперёд, но взгляд его был расфокусирован, а перед глазами всё плыло, словно в снежной метели. Лишь когда загорелся зелёный и сзади нетерпеливо посигналили, он очнулся и тронулся с места.

Вэнь Син с сомнением взглянул на него:

— Что-то не так? Не нравится роль?

Цэнь Фэн покачал головой:

— Нет, я просто вспоминаю сюжетную линию Билли.

Вэнь Син улыбнулся:

— Не торопись. Я скоро дам тебе сценарий. Ознакомься с ним дома, а через несколько дней приедешь ко мне на пробы.

Цэнь Фэн согласно кивнул.

Вэнь Син откинулся на спинку сиденья, довольный. Поначалу он и не думал приглашать Цэнь Фэна в свой спектакль. Но когда адаптация сценария была закончена, он перечитывал текст, дошёл до описания персонажа Билли, и образ Цэнь Фэна сам собой возник у него в голове.

На самом деле они были совсем не похожи. Билли — робкий, заикающийся, живущий в постоянном страхе. Когда же он наконец набирается смелости для бунта, то пасует перед угрозой и в муках сводит счёты с жизнью. Цэнь Фэн же, напротив, был спокоен и силён — казалось, ничто не способно его сломить.

Но именно этот разительный контраст и убеждал его в том, что Цэнь Фэну по силам бросить вызов этой роли. И почему-то он чувствовал, что в Цэнь Фэне тоже есть что-то от мучительной борьбы и бунтарства Билли.

Потом Цэнь Фэн становился всё популярнее и превратился в звезду высшего эшелона. Вэнь Син всерьёз опасался, что тот откажется: заставить топового артиста на пике славы играть в малоизвестном спектакле, не сулящем ни внимания публики, ни роста популярности, казалось немыслимым. Он даже заготовил целый арсенал доводов.

Но, к его удивлению, Цэнь Фэн с лёгкостью согласился.

Слава и хайп, за которыми гонятся все в индустрии, его, казалось, совсем не волновали.

Вэнь Син всё ещё пребывал в приятных раздумьях, как вдруг Цэнь Фэн спросил:

— Учитель Вэнь Син, вы не узнавали насчёт моего предложения? Я просил вас выяснить, как можно профинансировать строительство школы при детском доме.

Вэнь Син очнулся от своих мыслей и выпрямился:

— Я навёл справки, но ответа пока нет. Дело в том, что ты хочешь сделать целевое пожертвование на постройку начальной школы для конкретного детского дома. Это очень специфичный запрос, так что бюрократических процедур, скорее всего, будет много.

Цэнь Фэн кивнул.

Вэнь Син посмотрел на него с восхищением. Он подумал, что если бы все дети, выросшие в приютах, став успешными, так же стремились помогать обществу, то жизнь брошенных сирот была бы куда лучше.

Простояв в пробках больше двух часов, Цэнь Фэн наконец отвёз Вэнь Сина домой. Он не остался на ужин, а лишь взял протянутый ему сценарий и, попрощавшись, уехал.

Следующие два дня Цэнь Фэн почти не выходил из дома — он целиком погрузился в изучение сценария.

Никто никогда не учил его актёрскому мастерству.

Он был как чистый лист: пустой, но готовый к любым преображениям.

Когда У Чжиюнь приехал к нему с тремя сценариями для сериалов, он застал Цэнь Фэна репетирующим перед зеркалом. Сначала агент решил, что тот просто бормочет что-то себе под нос, но, прислушавшись, ошеломлённо понял: Цэнь Фэн учит роль.

Оправившись от шока, он радостно хлопнул Цэнь Фэна по плечу:

— Вот это да! Уже вовсю репетируешь!

Ю Тао принесла две чашки кофе. К тому времени как Цэнь Фэн переоделся и спустился вниз, У Чжиюнь уже разложил три сценария на столе и, возбуждённо подмигнув, провозгласил:

— Зацени, что У-гэ для тебя нарыл! Сплошь крупные проекты: знаменитые режиссёры и сценаристы, самые хайповые темы.

Цэнь Фэн сел напротив. У Чжиюнь указал на первый сценарий:

— Историческая драма про дворцовые интриги. Крупная IP.

Затем на второй:

— Детективный триллер, сейчас на пике популярности. Сценарий — просто взрыв мозга, наш ответ Шерлоку Холмсу. Стопроцентный хит!

И наконец, на третий:

— Современная медицинская драма. Высокие рейтинги у зрителей, легко попадёт на центральные каналы, идеальный персонаж. Три сценария, выбирай любой. Везде главная роль.

Закончив свою восторженную тираду, он с довольным видом отхлебнул кофе и тут же услышал спокойный голос Цэнь Фэна:

— Я буду играть в спектакле.

У Чжиюнь поперхнулся и выплюнул кофе прямо на все три сценария.

Ю Тао засуетилась рядом, протягивая салфетки, чтобы вытереть лужу. У Чжиюнь в ужасе уставился на невозмутимого Цэнь Фэна. Его глаза чуть не вылезли из орбит. Наконец он неверяще выдавил:

— Ты что, с ума сошёл?!

А Цэнь Фэн в ответ лишь улыбнулся:

— А ты как думаешь?

У Чжиюнь подумал, что тот его доконает. Схватившись за сердце, он долго не мог отдышаться, лишь трясущимся мизинцем указывал на Цэнь Фэна и наконец выдохнул:

— Ты и вправду спятил.

Цэнь Фэн молчал, наблюдая, как агент хватается за сердце, топает ногами и тяжело вздыхает. Когда тот наконец немного успокоился, он продолжил:

— Думаю, театр подходит мне больше, чем съёмки в кино. И там, и там — сцена, зрители, игра. Я смогу быстрее адаптироваться.

— Но ты же потеряешь популярность, хайп, медийность! — сокрушался У Чжиюнь.

— Знаю. Но чем-то всегда приходится жертвовать. Нужно делать выбор.

У Чжиюнь вздохнул:

— Что ж, могу лишь сказать, что твой выбор — ошибка.

Цэнь Фэн усмехнулся:

— Это мы ещё посмотрим.