Завершив все приготовления, они расстались на перекрёстке: одна поехала в аэропорт, другая — в библиотеку.

Чэн Ю с запозданием поняла, насколько опасен этот план, и, схватив подругу за руку, взволнованно зачастила:

— Будь осторожна, пожалуйста! Если встретишь плохих людей, кричи «Помогите!», поняла? Говорят, в городе Б спокойно и много полицейских, так что не бойся!

Сюй Чжайсин кивнула и нырнула в такси.

Чэн Ю со скорбным видом смотрела ей вслед, готовая вот-вот расплакаться:

— Чжайсин! Только не попади в беду! Если с тобой что-то случится, я же стану соучастницей, у-у-у…

Сюй Чжайсин высунула руку из окна машины, показала знак «окей», и такси умчало её прочь.

Она без проблем села в самолёт. Стюардесса, узнав, что на борту несовершеннолетняя, несколько раз подходила, чтобы уделить ей особое внимание, а после посадки даже попросила коллегу проводить Сюй Чжайсин до выхода.

— Вон моя тётя, — Сюй Чжайсин указала на женщину средних лет, говорившую по телефону у входа в туалет. — Спасибо, сестрёнка, до свидания!

И с этими словами, закинув рюкзак на плечи, бросилась наутёк.

После поступления в университет она жила в городе Б и хорошо здесь ориентировалась. Привычно спустившись в метро, она поехала к своей цели.

Агентство, с которым Цэнь Фэн подписал контракт, называлось «Чжунтянь Энтертейнмент». Это была старая компания в индустрии развлечений, вырастившая кинозвёзд и несколько знаменитых на всю страну актрис. Однако в последние годы её дела пошли на спад, а снятые сериалы не вызвали особого ажиотажа.

Тем не менее, у главы «Чжунтянь» хватило дальновидности, чтобы запустить программу для трейни, последовав корейской волне по созданию айдолов. Так в компании появилось отдельное подразделение для трейни.

Главное здание «Чжунтянь Энтертейнмент» находилось в центре города, а вот подразделение для трейни располагалось в пригороде, отдельно от действующих артистов компании.

В конце концов, система трейни в стране ещё не была популярна, и «Чжунтянь» действовала на ощупь. Основные инвестиции по-прежнему шли в традиционные проекты, а на программу для трейни пока только смотрели с осторожностью.

Когда S-Star прославились, «Чжунтянь» выпустила документальный фильм, в котором показала тренировочные залы и общежитие участников до их дебюта. Цель была проста: донести до зрителей, как нелегко даётся путь айдола, чтобы они ценили своих кумиров. Позже многие фанаты стали совершать паломничество к зданию общежития.

«Вот оно, то самое место, где наши мальчики тренировались до седьмого пота».

Сюй Чжайсин тоже здесь бывала и знала, где это.

Она добралась до места ближе к вечеру. В это время года в городе Б было уже прохладно. Сюй Чжайсин, поплотнее закутавшись в куртку, дрожа от холода, остановилась под тренировочным зданием.

Фэнчжэны (название фандома Цэнь Фэна) знали, что их айдол во времена стажёрства трудился не покладая рук. Он заработал множество травм на танцевальных тренировках, часто забывал поесть, приходил в зал раньше всех, а уходил позже всех. Во время командного шоу товарищи по группе тоже говорили, что именно Цэнь Фэн в то время хранил ключи от тренировочного зала. Такой трудолюбивый человек, сильнейший в группе, в итоге стал самым непопулярным.

Он тогда вкладывал всего себя и, конечно, не мог представить, что его ждёт такой финал.

Сюй Чжайсин подняла голову и посмотрела на высокое здание, возвышавшееся под пасмурным небом. Смотрела и чувствовала, что вот-вот снова расплачется.

Порыв ледяного ветра осушил готовые пролиться слёзы.

Сюй Чжайсин достала телефон и посмотрела на время. Цэнь Фэн сейчас должен быть на тренировке. Она подождёт здесь несколько часов, и, когда стемнеет, он наверняка выйдет.

Она огляделась, присела на каменный парапет справа от входа, достала заданные учителем контрольные и принялась делать уроки в ожидании.

Через несколько часов небо окончательно потемнело. Мимо сновали люди, Сюй Чжайсин даже увидела будущих участников S-Star, но Цэнь Фэна всё не было.

Подошёл охранник, чтобы запереть двери.

— Девочка, ты чего здесь сидишь? — спросил он.

Сюй Чжайсин потёрла занемевшую ногу:

— Дяденька, я человека жду.

— Уже совсем стемнело, здесь небезопасно. Возвращайся-ка домой, — сказал охранник, закрывая дверь.

Сюй Чжайсин поспешно подбежала к нему, прижимая к себе рюкзак:

— Дяденька, а внутри никого не осталось?

Охранник запер дверь и, проверив замок, ответил:

— Давно уже никого. Все по домам разошлись.

— А… а трейни, они тоже ушли?

Охранник удивился, что такая юная девушка столько знает, и, окинув её взглядом, спросил:

— Давно ушли. Ты что, ждёшь кого-то из наших трейни?

Сюй Чжайсин на мгновение замерла, а потом покачала головой:

— Нет. Спасибо, дяденька. До свидания.

Она поправила рюкзак и, прихрамывая, побрела к ближайшему отелю. Пройдя полпути, она всё же не смогла смириться и развернулась в сторону общежития для трейни.

Завтра уже уезжать. У неё остался только этот вечер и завтрашнее утро. Если она упустит его и завтра, то другого шанса не будет.

Общежитие находилось сразу за зданием компании, через дорогу.

Внутрь просто так было не попасть. Она остановилась под фонарём у ворот, подумала, сняла рюкзак, чтобы подложить его под себя, и, примерившись, уже готова была сесть с мыслью подождать ещё пару часов, как вдруг из тёмного входа вышел человек.

На нём была чёрная толстовка с капюшоном и спортивные штаны. Высокий и худой, с гитарой за спиной, он шёл, засунув руки в карманы и слегка опустив голову. Пряди волос касались век, а на переносицу легла тень.

Сюй Чжайсин только-только присела и не успела опомниться, как тот, о ком она так тосковала и мечтала, с безразличным видом прошёл мимо.

Холодный ветер донёс до неё лёгкий запах табака и тут же унёс его прочь.

Её дыхание замерло, слова застряли в горле. Словно окаменев, она неподвижно смотрела на удаляющуюся спину.

В голове всё рухнуло, рассыпалось в прах, а затем с оглушительным треском взорвалось, оставив после себя лишь пустоту.