Кабинет Хокаге нисколько не изменился за эти четыре года. Всё тот же массивный дубовый стол, полки, шкафчики, тумбочки, диван и стул для главы Листа. Бумажная волокита также имела место быть, только сейчас её было больше, и она буквально лезла из всех щелей. Это на самом деле можно было легко объяснить: война только-только отгремела, и понятное дело, что у главы участвующей в ней деревни будет много документационной работы.

— Наконец-то ты добрался до меня, Ясухиро-кун… Тебя что-то задержало по дороге?

Хаширама Сенджу уже не казался таким страшным, когда мальчик увидел его впервые. Да, он всё ещё внушал трепет за счёт своей силы, которую ощущал даже он, не будучи сенсором. Однако теперь мужчина выглядел куда более… человечным? Словно до этого он был не человеком, таким, как Ясухиро, а существом совершенного иного порядка.

— Прошу прощения, Хокаге-сама, потерял счёт времени, — вполне вежливо, но честно начал Кагуя, преклонив колено перед главой деревни. — А ещё меня задержали…

— Цунаде и Джирайя? — перебил его Первый, слабо усмехнувшись. — Да… они бывают чересчур разговорчивыми…

«Хм… За мной следили? Неудивительно так-то», — отстранённо подумал перерожденец. — «Хотя, вполне возможно, он мог просто догадаться».

Вслух он сказал совершенно другое:

— Не спорю. Всё-таки они ещё совсем дети…

От выразительного взгляда и весьма непрозрачного намёка мальчика, казалось, что в комнате моментально стало в разы холоднее. Хаширама, на удивление Кагуи, решил не игнорировать его слова, вздохнул и глухо проговорил:

— Тебе пришлось через многое пройти, Ясухиро. И ответственность за это лежит исключительно на мне. Ты смог пережить войну. Стал сильнее, намного сильнее, чем раньше. И теперь ты заслуживаешь достойной награды за это.

«Это он так извиняется? Или называет меня обычным наёмником?» — мысленно недоумевал мальчик, не понимая к чему собеседник клонил.

— Хаширама-сама, скажите, зачем вы это сделали? Зачем вы отправили десятилетнего ребёнка на войну, следуя при этом главной идее создания Конохи — защите детей? — с нескрываемой болью в голосе напрямую спросил Кагуя, на что Хокаге не менее прямо ответил:

— Потому что я увидел в тебе потенциал, который можно было раскрыть только в реальных боевых условиях. Этот потенциал послужил и ещё послужит на благо Конохи. Пойми, Ясухиро, — ещё раз выдохнул Хокаге. — Я ничего не имею против тебя. Но когда мои подчинённые принесли кланового шиноби из вражеской деревни, я не мог не относиться к нему с подозрением. В первую очередь я всегда думаю о деревне. О её благополучии и защите. Сражаясь под знамёнами Листа, ты доказал, что больше не представляешь для нас скрытой угрозы. Сейчас, можно сказать, ты отплатил за то, что когда-то мы тебя спасли. В связи с этим я даю тебе выбор: остаться здесь и продолжать быть шиноби Конохи, либо уйти из деревни и жить так, как тебе захочется. Ты волен поступить так, как сам считаешь нужным.

Ясухиро приложил массу усилий, чтобы сохранить нейтральное выражение лица и просто-напросто не рассмеяться. Опустив голову, он спрятал глаза, по которым можно было понять истинное мнение мальчика, за длинными белыми локонами волос.

«Ха… Вот она — иллюзия выбора…»

Справившись со своими эмоциями, он поднял твердый, уверенный взгляд на ожидающего Первого:

— Хокаге-сама, скажу честно: я не испытываю привязанность к Конохагакуре-но Сато. И я бы ушёл, попытавшись обосноваться где-нибудь в глуши, чтобы избежать нажитого всеобщего внимания. Однако… — сделал небольшую, но очень выразительную паузу Кагуя. — Моя команда любила деревню. Они ведь за неё и погибли… — грустно усмехнулся он. — Так что я готов ради светлой памяти о них продолжить следовать их заветному желанию защищать деревню. К тому же… Я пообещал Ацуши-тайчо, что позабочусь о его сыне. И это обещание я в любом случае намерен выполнить.

Хаширама, внимательно дослушав склонившегося мальчика, красноречиво хмыкнул, откинувшись на спинку стула.

— Вот как… — непонятно протянул мужчина, а затем заметно повеселел: — Хорошо, я рад это слышать. В таком случае, нам осталось лишь решить, что будет с тобой дальше.

— Есть какие-то проблемы? — тут же напрягся Кагуя.

— Нет. Вовсе нет, — помахал он перед собой руками. — Мною было решено, что в связи с военными заслугами и доказанной в бою силой ты официально станешь джонином. Также получишь деньги, приличное жильё и статус кланового, а вместе с этим — новые права и обязанности. Команду учеников я тебе сейчас не дам не из-за твоего возраста или отсутствия опыта обучения, а потому что для тебя есть работа несколько иного характера. Но подробнее тебе об этом расскажет тот, кто этот вариант предложил…

Словно по команде, дверь раскрылась, и в кабинет вошёл советник Хокаге — Тобирама. Альбинос, как ветер, пронёсся по помещению и встал рядом с братом, суровым взглядом вперившись в Ясухиро.

— Можешь подняться, мне не нужно твоё преклонение.

Тут же выполнив это предложение-приказ, мальчик выпрямил плечи, почувствовав себя куда увереннее, чем раньше. Беловолосый Сенджу продолжил:

— Не буду долго рассусоливать. Твои способности уникальны, универсальны и отлично подходят как для скрытности, так и для открытого боя. Эти особенности прекрасно подходят для подразделения, которое я собираюсь основать. Однако тебе всё ещё не хватает голой силы, чтобы стать элитным ниндзя Конохи. Поэтому после определенного периода времени… скажем, одного года, во время которого ты будешь тренироваться под руководством Ичиро, я предлагаю тебе вступить в АНБУ, но стать не обычным бойцом, а одним из членов моего личного отряда. Более подробную информацию об этом боевом подразделении я тебе расскажу позже.

«Хм… Вроде в сериале главой АНБУ был Хокаге, а не конкретно Тобирама. Но… Серьёзно? Меня в «элитные войска Конохи»? Так ещё и в личный отряд Сенджу!»

— Почему вы решили, что я гожусь на эту роль? — спустя некоторое время раздумий уточнил Ясухиро. — Мне льстит, что вы так высоко оценили мои навыки, Тобирама-сан, но я не думаю, что способен оправдать ваши ожидания…

Советник Хокаге несколько разочарованно хмыкнул, а потом с изрядной долей иронии в голосе ответил:

— Тех, кто «не способен оправдать ожидания», не награждают высшей наградой, которую получило всего шесть человек из всей армии Конохи. Задумайся об этом и перестань себя недооценивать. Скромность — это, конечно, хорошее качество для шиноби, но не настолько, чтобы им злоупотреблять.

Кагуя ещё раз глубоко задумался. По факту, опять же, особого выбора у него не было. Если он согласится, то фактически будет на коротком поводке у Тобирамы, а следовательно — и у Хаширамы. Также работа в АНБУ, безусловно, будет более опасной, чем, скажем, работа обычных шиноби на миссиях. Риск погибнуть при исполнении будет весьма высоким. Но, с другой стороны, так он куда быстрее сможет развиться, как ниндзя, станет сильнее, а также получит возможность избегать внимания людей, прячась под маской. В любом случае решение было очевидно:

— Хорошо, я согласен.

*****

Коротко о главе:

(Хаши): - Слушай, сорян, но ты капец каким подозрительным был. Вот тебе тачки, бабки, тёл... Кхм...

(Тоби): - Ах да, послужи ещё в АНБУ, а то ещё задумаешь планы какие против Конохи.

(Ясу): - Блин... Ну, ладно.