Под покровом звёздного неба луна касается вершин деревьев, омывая их бледным светом. Среди массива деревьев расстилается большая поляна. Со стороны, где висит луна, она погружена в полную темноту, а в некоторых местах почернели одинокие травинки — следы недавнего стресса Леса.

На деревьях по краям поляны прямо из стволов растут цветы апельсинового цвета с белой каймой по краям лепестков.

В центре поляны возвышается полностью освещённое луной дерево с малиновыми листьями. С его ветвей свисают фрукты, похожие на большие синие капли воды, как их изображают на детских рисунках.

Под этим деревом находятся двое.

Как только раны Лин затягиваются, мужчина убирает руку с её головы. Его пальцы сжимают её предплечье.

— Вставай. — говорит он, сидя рядом.

Лин начинает опасливо подниматься, вся дрожа и плача. Она опирается левой рукой о землю.

Неизвестный хмуро смотрит на неё, не отрываясь и продолжая держать её руку. Лин страшно смотреть на него. Сердце неистово бьётся, а дыхание периодически останавливается. Девочка постоянно отводит взгляд, избегая его взгляда.

С головы до ног Лин испачкана грязью и собственной кровью. Лишь платье остаётся удивительно чистым.

— … Я бы предпочёл всего этого не делать, но ситуация вынуждает, — произносит мужчина. — Прости.

Его искренность доходит до Лин. Как дух, она ощущает его эмоции через голос. Она понимает, что это правда, но всё равно боится. Ведь если появится необходимость, он снова причинит ей боль или вовсе убьёт.

Её губы дрожат, слезы скатываются по щекам, размывая кровь. Девочка резко всхлипывает, пытаясь подавить плач. Капли пота проступают на лбу.

— Сейчас я отпущу твою руку, и ты не будешь пытаться бежать. Иначе мне снова придётся сделать тебе больно. Хорошо?

— Уму…

Мужчина отпускает её руку. Лин продолжает стоять, трясясь.

Неизвестный встает в полный рост и осматривается.

Поляна, на которой они находятся, странная. Кроме большого дерева с малиновой листвой в её центре, на стволах окружающих деревьев растут необычные цветы.

— Дух, — обращается мужчина к Лин. — Как называются эти цветы? Почему они растут из стволов?

— Ам ауат… (Н-не знаю…) — испуганно отвечает Лин. — Амауам коам мам… (Они п-появились не так давно здесь…)

— Ничего не понятно, — вздыхает мужчина. — Так и не научилась разговаривать?

Слова звучат спокойно, но так неожиданно и резко, что девочка-дух пугается и выкрикивает:

— КОТ, КОТ, КОТ!!!

— ... Кот? — не понял существо, — Это единственное, что ты выучила?

Вздрогнув, дух опустила голову, ответив:

— Уму...

— Хмм... И что это?

Однако он вспоминает, что не сможет её понять, вздыхает и отворачивается от девочки. Его взгляд устремляется к фруктам, свисающим с дерева.

Лин делает шаг назад, но…

— Только посмей, — грозно звучит голос мужчины, перехватывая дыхание девочки.

Шмыгнув, Лин замирает, боясь разозлить злодея.

— Дух, — снова обращается к ней мужчина. — Достань фрукты.

Выбора нет. Девочка обнимает ствол и быстро взбирается наверх. Забравшись, ползёт по веткам к фруктам.

— Кидай их мне. Трёх будет достаточно.

Руки дрожат. Лин выполняя приказ, едва не роняет один из фруктов вниз. Страшно представить, что было бы, урони она фрукт на него.

Закончив, Лин спускается с дерева на землю.

— Сядь и жди, — приказывает мужчина и садится сам, с ненормальным интересом изучая фрукты.

Лин лишь ждёт.

Девочка садится на малиновую траву, прижимает колени к груди и обнимает их.

Ей очень хочется сбежать. Прибежать к своим единственным друзьям, рассказать о произошедшем, чтобы ей посочувствовали, пожалели и… обняли.

Слышится очередной всхлип.

— Мешаешь, — говорит злодей, явно раздражённый недавней попыткой побега.

— … Ум… Уму…

«Что его так привлекло в этих фруктах? Почему ему так хочется их изучить?»

Не найдя в его поглощённом взгляде ответа, она переводит глаза на поляну.

Раньше Лин уже бывала здесь. Тогда тоже была ночь. Только цветов на деревьях не было.

Она, Анаэль и её родители тогда вместе пришли сюда на пикник. Этот день был настолько счастливым, что Лин мечтает когда-нибудь повторить его. Но сейчас это невозможно: родители Анаэль мертвы.

Действительно счастливые воспоминания об этом месте… теперь омрачены.

Здесь ей причинили боль. Лин плакала, вырывалась, умоляла остановиться, но злодею было безразлично — его интересовала лишь цель.

Сможет ли она так же воспринимать это место впредь?

Оказавшись здесь снова, вспомнит ли она счастливые моменты или пережитую боль?

Почему когда-то радостные дни канули в прошлое, оставив такую грусть?

Слышится ещё один всхлип.

Вспомнив, что злодею это наверняка не понравится, она испуганно задерживает дыхание… но никакой реакции не следует.

Раскрыв глаза, Лин смотрит на злодея. Тот продолжает сосредоточенно рассматривать фрукт, затем разрывает его пополам.

— Дух, — обращается он к Лин, не отрывая взгляда от плода, — Есть ли ещё такие деревья в Лесу?

— Ммм… Уму… — нерешительно кивает Лин.

— Ясно… Эти деревья создаёт сам Лес? Я прав?

— Уму…

— И делает это по чьей-то указке?

Лин затрудняется ответить.

Злодей бросает на неё хмурый взгляд, но, найдя во взгляде духа лишь страх, снова обращается к фруктам.

Он кое-что понимает:

«Этот Лес… Не просто начал сотрудничать. Он полностью подчинился».

В этих фруктах, а значит и в самом дереве, течёт магия. В этом нет ничего странного — всё живое в этом мире обладает маной. Разница лишь в наличии сосуда для её хранения и использования.

Странно другое:

«Здесь можно проследить определённый вид магии…»

Мана каждого организма уникальна. Именно поэтому для разных рас нужны разные формулы заклинаний. И почему на определённом этапе развития нужно создавать свои собственные, наиболее эффективные.

Расы различаются и видом доступной магии. Например, у светлого духа рядом с ним — светлая магия, у тёмных духов — тёмная. Конечно, бывают исключения — невероятная редкость, когда представитель расы рождается с чуждым ей видом магии.

Это не значит, что одна раса не может использовать два вида сразу. Чаще всего расы владеют магией воздуха — её не используют лишь водные обитатели.

Высшие Боги же способны использовать все виды магии… По крайней мере, он так считал раньше.

Магия этого дерева необычна: в его мане виден вид, хотя у маны вне сосуда организма вида быть не должно.

«В этой мане проглядывается вид, словно кто-то только что выпустил её из себя, и она не успела его потерять…»

Такой вид маны он видел только у одной личности. Ни одна раса, ни одно божество, кроме него, не использует эту магию.

Он видел её только у своего заклятого врага. Того, кто запечатал его.

— Магия вмешательства… — произносит низким голосом. Он чувствует, как нахлынула на него волна гнева.

До появления Элайлиона это считалось невозможным. Вмешаться в работу чужой магии — чистая фантастика. Выпущенная магия неподвластна даже владельцу. Учёные-маги пытались этого добиться, но безуспешно. Когда же появился он, стало ясно, почему ни у кого не получалось.

Вмешательство — это отдельный вид магии. Нужно родиться с ним.

Сначала все думали, что это его уникальный талант. Но стоило увидеть, как выглядит его мана, как всё встало на свои места. Таланты не влияют на внешний вид маны. Именно поэтому их легко скрывать.

Уголки губ сами собой стремятся вверх:

— Ублюдок…

Фрукт в его руке сдавливается. Холодный голубой сок стекает на землю.

Лин вздрагивает.

— Дух, — обращается злодей к девочке, — Мы уходим сейчас же.

Он встаёт и поворачивается к Лин, добавляя с отвращением:

— Больше не желаю находиться под этим отвратительным древом.

Испуганная девочка тут же поднимается с земли.

— Не бойся меня так сильно. Всё, что от тебя требуется: вывести меня из Леса, и я оставлю тебя. Веди к «уводящему сосуду».

Мужчина не верит, что Лес просто отпустит его. Если они пойдут к обычной границе, там его точно встретят.

Уводящий сосуд — поток Леса, идущий от сердца, а не к нему. Обычно они скрыты глубже, чем ведущие сосуды. Когда-то он искал такой выход, но находил лишь пути к сердцу.

Светлый дух рядом — ключ. Она может попросить помощи у Леса, и Лес выполнит просьбу своей чистой души. Так никто не успеет его перехватить — он скроется мгновенно. Розыск начнётся позже, но он уверен: справится. И не один. В этом времени у него точно есть союзники — именно это он узнал, когда собрал с Леса информацию.

Лин покорно ведёт злодея. Она находит нужный сосуд — вход в прекрасный сенот. Им приходится войти вместе. Под утро они оказываются у самого края Леса.

Попрощавшись, злодей просто уходит. Лин вздыхает с облегчением и спешит к друзьям.

***

В просторном светлом кабинете с большими окнами, куда проникает лунный свет, сидит девушка. Гладкий пол, стены украшены картинами природы, едва освещёнными луной. Деревянный стол цвета жасмина из благородной породы дерева. На нём — небольшая ваза с цветами, раскрытый конверт. В руках девушки лист бумаги.

Письмо.

Точнее, приказ.

«Временно исполняющей обязанности психолога и консультанта, Лиринда.

Обращаюсь с сообщением, требующим вашей немедленной и полной концентрации. Ваша роль критически важна. Ваш профессионализм уже доказан вашим донесением. Лишь ваша наблюдательность и мудрость позволили нам верно оценить ситуацию.

Перейдём к главному. К человеку, чей талант вызвал у вас недоумение и тревогу. Ваше сообщение о ней вызвало резонанс. Мы приняли решение принять все меры для обеспечения безопасности и развития этой уникальной способности.

Человек немедленно должен отправиться в “Академию магии имени Бирса” для обучения. Это место, где уникальные таланты находят применение и развиваются под руководством опытных наставников — скажите ему так. Скажите ему, что там он сможет учиться, исследовать, расширять возможности — стать мастером своей способности и гарантом безопасности. При отказе человека отправиться в академию — сообщите напрямую нам. Мы решим этот вопрос.

Вам строго запрещено разглашать информацию о таланте человека кому бы то ни было. Важно исключить и возможность его встречи с любым аристократом. Это ограничение — для его же безопасности и предотвращения нежелательных последствий. Следите за соблюдением. Мы должны подчеркнуть, что не выполнение выше указанных требований может повлечь за собой страшные и непредсказуемые последствия для вас. Знайте, выполнение наших требований и ваша безопасность являются неотъемлемыми элементами нашего общего блага.

Полагаемся на вашу мудрость и преданность. Ваш вклад в развитие и защиту нашего мира является бесценным.

С уважением…»

Дальше — имя, фамилия, печать и подпись начальника Лиринды.

— Хааааа~… — выдыхает девушка.

Академия Магии имени Бирса.

Она далеко от столицы, в довольно большом городе. Проблема в другом.

«Насколько я помню, недалеко от неё находится Арвандилова академия магии…»

— Оооххх… — снова вздыхает Лиринда. — Что это за талант такой?

Никогда она не сталкивалась с таким отношением к чьему-либо таланту. Очевидно, они знают её природу.

Если бы талант был ранее неизвестным, то и система выдала бы лишь «неизвестно», как было с Келли — она сама об этом рассказывала.

«Ладно, сейчас не это главное…» — Лиринда вновь смотрит на письмо, перечитывая раздражающий момент:

«Не выполнение выше указанных требований может повлечь за собой страшные и непредсказуемые последствия для вас»…

Подобные угрозы незаконны. Достаточно было написать: «Сохраняйте эту информацию в тайне».

Так ещё и эта строчка:

«Важно исключить и возможность его встречи с любым аристократом».

— Эти ублюдки...

Пытаются скрыть от родов талант... Лиринда уже забыла, как его зовут.

Она не знает, для каких тёмных схем они собираются его использовать. Но по-хорошему, она уже может сообщить полиции об этом и её начальство, учитывая их расу, уедет прямиком на казнь.

Да только вот…

«Откуда такая смелость? Разве они сами не должны это понимать?»

Здесь приходит осознание. Письмо, его тон, его откровенно угрожающие формулировки — это не просто глупость или бравада. Такие письма пишут не всем. Их пишут тем, кого считают уязвимыми. Тем, у кого нет могущественных покровителей, влиятельного рода или личных связей хотя бы в средних эшелонах власти. Тем, кого, по мнению отправителя, можно запугать безнаказанно — мелким чиновникам, рядовым специалистам из непривилегированных сословий, тем, кто полностью зависит от этой работы. Именно на их страх, на их предполагаемую беззащитность и незнание законов, реальных механизмов власти давит это письмо.

Их «смелость» — уверенность в безнаказанности перед лицом мелких сошек.

У неё множество знакомств среди героев. С чего они решили, что могут так открыто угрожать? А решили они так, потому что для них она — всего лишь «временно исполняющая обязанности психолога», винтик без роду и племени.

Её семья — аристократы высокого ранга. Пусть наследник — старший брат, ей достаточно написать им, и начнутся разбирательства. Это не говоря о последствиях, если с ней что-то случится.

«Хотя… Они не знают о моём происхождении. Но это бесит…»

И вместе с тем постепенно нарастает новое чувство.

Сквозь ярость от оскорбления, задетой гордости, прорывается новая, неожиданная волна. Не просто гнев, а радость.

Шанс.

На губах еле сдерживаемая улыбка. Грудь распирает от этих чувств.

«С этим легко разобраться и без семьи».

Всё же девушка сама решила отделиться от них. Доказать высокомерному брату, что ей не нужно родовое влияние для достижений.

Лиринда открывает шкафчик стола, достаёт лист бумаги и ручку. Она уже прикинула план действий и начинает писать приказ о зачислении того человека в академию.

Вспомнить бы ещё его имя...