С того момента, как Изуку и Кьека зашли в комнату парня прошло более часа, но они так и не обменялись даже парой слов. Вместо этого Мидория следовал своему первоначальному плану и просто лежал на кровати, уставившись на потолок. Рядом с ним находилась Кьека, которая использовала грудь и плечо парня в качестве подушки.

– Эй, посмотри…, – сказала Кьека, показывая Изуку свой телефон. На экране было забавное изображение толстого, недовольного кота, который пристально смотрел на мышь, находящуюся вне его досягаемости.

– Я чувствую себя так же..., – с мучительной улыбкой пробормотал Изуку и снова начал вглядываться в пустоту.

Не говоря ни слова, Кьека тоже вернулась к просмотру содержимого новостной ленты своего телефона, пролистывая разнообразные мемы и покачивая головой в такт звучащей в наушниках музыке.

("Это мило..."), – подумал Изуку, закрыв глаза и просто наслаждаясь расслабляющей атмосферой. Он не слышал музыку, но мягкий ритм покачивания головы девушки был похож на метроном, который постепенно убаюкивал парня...

…

..

.

Когда Изуку заснул, Кьека продолжала мирно лежать рядом с ним. В какой-то момент девушка нежно дотронулась до плеча парня и сказала: – Эй, Изуку, мне нужно идти домой. Мои родители будут в ярости, если узнают, что я опоздала из-за того, что гуляла с парнем…

Хотя у него было искушение притвориться, что он все еще спит, парень сонно ответил:  – Хорошо... Я провожу тебя до станции..., – прежде чем открыть глаза и обнаружить, что лицо Кьека довольно близко придвинулось к нему

– ...

– ...

В тот же миг девушка отдалилась. Кончиком левого наушника она ткнула в центр лба Изуку и спросила: – Как ты себя чувствуешь? Возможно, ты не хочешь говорить об этом, но было бы странно, если бы я ушла, и так ничего не спросила о твоем состоянии…

– Намного лучше..., – ответил Изуку. Парень прикоснулся левой рукой к лицу девушки и повернул его к себе. Однако вместо того, чтобы попытаться поцеловать ее, он нежно погладил ее щеку большим пальцем и добавил: – Спасибо, Кьека... за то, что побыла рядом со мной…, мне это очень помогло.

Как будто в знак согласия с тем, что ей приятно, когда к ее лицу прикасаются, правый наушник Кьеки обхватил запястье Изуку. Девушка продолжала смотреть на парня своими полуприкрытыми, чарующими аметистовыми глазами. С первого взгляда казалось, что она злится, но слабый красный оттенок ее щек говорил о другом.

Поняв, чего хочет миниатюрная фиолетоволосая рокерша, Изуку наклонился вперед, чтобы поцеловать Кьеку в губы. Когда он отстранился, у нее было то же надутое выражение лица, но румянец на ее щеках стал еще более заметным. Будучи не совсем удовлетворенной, девушка спросила:  –  Это все, что ты хочешь...?

Приняв нежную, ласковую улыбку, Изуку мягко сказал: –  У меня шесть милых подружек. О чем еще я могу желать…?

Застигнув Изуку врасплох, Кьека парировала: – Ты можешь просить гораздо большего... Я имею в виду, что нехорошо все время быть бескорыстным. Вместо того чтобы пытаться сделать нас счастливыми, скажи мне, как я могу сделать счастливыми тебя... Если это не слишком постыдно, я готова на это…

– Ты уверена...? – спросил Изуку, слегка прищурив глаза.

Нервно сглотнув, Кьека решительно ответила: –  Я твоя девушка... разве это странно, что я хочу сделать тебя счастливым?

Издав тихий смешок, Изуку покачал головой и прошептал: – Ни в коем случае..., – прежде чем приступить к другому, более глубокому поцелую...

Поняв намерения парня, Кьека на мгновение замешкалась, прежде чем прильнуть к нему, обхватив руками и наушниками его шею и плечи, а затем по собственной инициативе просунуть язык в рот Изуку. Мидория был немного удивлен внезапной напористостью девушки, но решил не акцентировать на этом внимание. Вместо этого он положил руки на бедра девушки и стал наслаждаться ощущением ее удивительно легкого тела. Их языки непрестанно продолжали сражаться в страстных поцелуях, которые длились порядка  десяти минут.

Когда девушка резко отстранилась, ее полузакрытые глаза выдавали бурные эмоции. –  Мне нужно домой..., –  все еще немного задыхаясь сказала она.

–  Понимаю..., – ответил Изуку, продолжая смотреть в глаза одноклассницы. Его действия навели девушку на мысль, что он еще не удовлетворен, но прежде чем она смогла придвинуться к нему, чтобы продолжить поцелуй, Изуку удивил ее вопросом: – Ты можешь спеть для меня...?

–  А...?

Глядя на Изуку так, словно его голова внезапно превратилась в гриб, Кьека недоверчивым тоном спросила: – Ты хочешь, чтобы я спела для тебя...?

Слегка надувшись, Кьека добавила: –  Это какой-то сексуальный намек...?

– Не в этот раз...,  –  ответил Изуку, сложив руки на спине девушки, и добавил: –  Ты можешь скрывать это за скучной и плоской речью, но я могу сказать, что у тебя пленительный голос. Отрицай это сколько угодно, но я слышал, как ты напеваешь себе под нос... Не только у тебя отличный слух...

Если раньше она была красной, то теперь лицо Кьеки стало пунцово-багровым. Насколько она знала, даже родители не слышали ее пения, так что, в конце концов, она осыпала лицо Изуку ударами заостренной частью своих наушников и закричала: – Забудь все, что ты слышал...!

Поскольку Кьека не пыталась причинить боль Изуку, ее тычки были больше похожи на легкие постукивания, парень со стоическим лицом заявил: –  Я отказываюсь!

Чувствуя легкое раздражение, Кьека перестала прижиматься к Изуку. Скрестив руки и фыркнув девушка добавила: – Тогда я тоже отказываюсь. Я не настолько хороша, чтобы петь на людях, даже если слушатель –  мой парень...

Вместо того чтобы настаивать на своем, Изуку слегка кивнул и ответил: – Понимаю, но я серьезно. У тебя невероятный голос, Кьека. Парочки нот, что я слышал, было достаточно, чтобы вдохновить меня на написание нескольких песен...

Моргнув от удивления, Кьека надулась и спросила: – Ты умеешь писать песни?

Пожав плечами, Изуку пояснил: – Только текст. Я думал научиться играть на каком-то инструменте, когда узнал, что ты играешь на бас-гитаре, но я не хотел, чтобы ты подумала, что я начинаю заниматься музыкой лишь бы добиться тебя.

Зачесав назад челку, закрывающую левую сторону ее лица, Кьека резко ответила: – Я бы не возражала..., – после чего вернулась к первоначальной теме и спросила: – Раз уж ты заговорил об этом, не позволишь ли мне взглянуть на песни, которые ты написал? Если они хороши, я, может быть, немного подумаю о том, чтобы спеть их для тебя…

– Ты уверена? – с дразнящей улыбкой спросил Изуку: – Большинство из них – песни о любви.

– Кх...

Представив, как она поет Изуку любовную серенаду, Кьека закрыла лицо обеими руками и громко застонала: ("Если бы я знала, что он попросит что-то подобное, я бы не стала настаивать на продолжении")

Выбросив эти мысли из головы, Кьека опустила руки и с недовольным выражением лица сказала: – Неважно. Просто дай мне посмотреть на них....

Кивнув, Изуку ответил: – Конечно, но сначала тебе нужно будет слезть с меня. Твое тело очень легкое, но я сомневаюсь, что тебе понравится, если я буду носить тебя на руках, как коалу...

Подумав, что Изуку вдруг стал "очень" наглым, Кьека слезла с него и со скрещенными руками уселась на кровать.

Напомнив Кьеке о времени, Изуку предложил: – Пойдем. Ты можешь посмотреть на них, пока я провожу тебя на станцию. Как бы я ни хотел оставить тебя здесь, я бы предпочел, чтобы твои родители не волновались.

– Ох, точно, это, вероятно, ничем хорошим не закончится..., – согласилась Кьека, поднимаясь с кровати Изуку и беря свой рюкзак. У нее было желание предложить остаться на ночь, но так как Изуку "потратил" свою просьбу на то, чтобы послушать ее пение, она не хотела быть той, кто будет проявлять подобную инициативу…