Когда управляющий закончил, он увидел, что выражение лиц Чэнь Жун и Матушки Пин изменилось.

— В чем дело? — рявкнул он, нахмурившись.

Никто не говорил. Матшка Пин обеспокоенно посмотрела на Чэнь Жун.

Цвета на лице Чэнь Жун чередовались между синими и белыми. До сих пор многое развивалось так же, как и в прошлом, и все было в пределах ее воздействия.

Но происходящее сейчас, оно явно отклонялось от предыдущего пути.

Она подавила свой взволнованный пульс, чтобы тихо спросить:

— Могу я поинтересоваться, почему это так важно?

— Откуда мне знать? — в голосе управляющего послышалось нетерпение, — Госпожа, Вам следует поторопиться. Не позволяйте людям принца ждать долго.

— После вас, — он указал на стоянку на площади.

Чэнь Жун не двигалась. Она поклонилась управляющему и сказала ему:

— Пожалуйста, подождите. Это немного неожиданно. Мне нужно кое-что подготовить.

— В этом нет необходимости.

— Люди из поместья принца сказали, что для Вас все приготовили, — сурово произнес управляющий.

— Вперёд! — снова высказался он.

Чэнь Жун задумчиво склонила голову, а затем прошептала Матушке Пин стоявшей рядом с ней:

— Оставайся здесь, пусть Генерал Сунь узнает об этом и обо всем, что из этого последует.

— Да, госпожа.

Чэнь Жун кивнула и вышла на площадь.

Там устали ждать люди из поместья принца. Когда одна из служанок увидела Чэнь Жун, она нахмурилась и нетерпеливо засуетилась:

— Вы действительно знаете, как заставить других ждать, юная нюй-ши.

Чэнь Жун, не возражая, опустила голову и тихо забралась в карету.

А потом карета начала выезжать из бокового входа.

Внутри Чэнь Жун с обеих сторон окружали служанки. В этот момент они осматривали ее с ног до головы откровенно и в то же время грубо.

Чэнь Жун держалась с покорным видом.

Сжав кулаки под широкими рукавами, она пыталась думать. В конце концов, она может делать только один шаг за раз.

Поместье принца располагалось в южной части города, на огромном пространстве, застроенном рядами домов.

Проехав мимо главного входа, карета въехала в боковую дверь.

За дверью находился небольшой сад, где сновали туда-сюда служанки, одетые в парчу и шелка, нефрит и саше. Они казались еще более экстравагантными по сравнению с нею — благородной леди.

Чэнь Жун заметила, что во всем саду не имелось охраны.

Увидев, что она внимательно оглядывается по сторонам с тех пор, как они вошли в поместье, служанка не могла удержаться от смеха:

— Вы не видели столь роскошного места, сяо-дзе?

Чэнь Жун ей не ответила.

В это время служанка постарше, справа от нее, вздохнула:

— Мне все говорят, что ты невоспитанная, теперь я вижу, что это так...— ее вздох был долгим и тяжелым.

Чэнь Жун повернулась, и взглянув на нее, слегка склонила голову в знак благодарности.

Даже в этих условиях, в ее ответе чувствовалась легкая надменность, столь непохожая на других молодых леди, родом из вспомогательных ветвей, что молодая служанка презрительно фыркнула.

После того как карета пересекла небольшой сад и выехала на лесистую тропинку, она свернула в проезд, ведущий к озеру. В поле зрения Чэнь Жун появилась площадь.

Две служанки молчали. Они помогли Чэнь Жун выйти из кареты и повели ее на юг. Через несколько десятков шагов перед ними открылся двор.

Еще не успев прибыть, Чэнь Жун услышала волну женского звонкого смеха.

— Разве вы не сказали, что я нужна Его Высочеству для чего-то важного? Зачем меня привели на женскую половину? — помолчав, медленно спросила она.

Обе горничные засмеялись.

— Его Высочество сказал, что имеется важное дело, но это важное дело может произойти завтра, или же послезавтра. Другими словами, Вам придется подождать, пока расписание Его Высочества прояснится, прежде чем он сможет вас вызвать. Вы же не думаете, что такая ничтожная девица, вроде Вас, может заставить Его Высочество бросить все и приветствовать Вас? — ответила та что помладше, прикрыв рот рукой.

Чэнь Жун повернула голову.

Теперь ее глаза пристально смотрели на двух женщин. Как они могли раньше видеть такие убийственные намерения? Мгновенно встревожившись, они попятились.

— Это так?

Чэнь Жун ухмыльнулась. Взмахнув длинными рукавами она повернулась, чтоб уйти:

— Кажется, ваш хозяин забыл, что искренность — это ключ к тому, чтобы ладить с другими людьми. Он сказал, что я нужна ему для чего-то важного, но вызвав меня сюда и сразу игнорирует. Это вы называете гостеприимством? Достаточно того, что он не обращает на меня внимания, он даже привел меня в свои покои. У меня действительно нет смелости принять подобное унижение.

Закончив, она сняла с головы золотую шпильку, взмахнула правой рукой и приставила острый предмет к горлу.

Ее действия были очень плавными, быстрыми и решительными!

Горничные сначала удивились, а потом захотели рассмеяться. Но когда они увидели смертоносные глаза Чэнь Жун, они не смогли заставить себя смеятся. Они вдруг поняли, что эта девушка способна на все.

Они застыли.

Чэнь Жун поднесла золотую шпильку к своему горлу, уставившись на них немигающим взглядом и ничего не произнося.

Наступило молчание.

В это время из арочного дверного проема позади Чэнь Жун раздался слегка резкий голос:

— Ха-ха, Не нужно такой быть.

Рядом с Чэнь Жун появился худой мужчина лет пятидесяти, одетый в мантию ученого.

Чэнь Жун знала этого человека. Он являлся Советником Сюй, который работал на Принца Нань’яна. В ее прошлой жизни этот старик постоянно следил за ней, подобно хищнику, и делал все возможное, чтобы заполучить ее в свои руки.

Как только он появился, пара мерзких крысиных глаз впилась в грудь и бедра Чэнь Жун. В то время как его глаза были почти приклеены к ней, его рот двигался произнося:

— Точно, как рассказывал Чэнь Шу, у тебя есть характер. Хе-хе, А Жун, почему ты так злишься? Они просто шутят с тобой. Разве ты не снисходишь до того, что выходишь из себя со слугами?

— Где карета? Его Высочество ожидает увидеть Чэнь Жун. — прокричал он, захлопав в ладоши.