По мнению Зиксу, зал аудиенций дворца был залом аудиенций только по имени - это, на самом деле, больше оранжерея, построенной для способствования увлечению вечнозанятого короля по выращиванию цветов. В ней были значительные окна, внутренняя температура и влажность были аккуратно отрегулированы, и она была переполнена горшечными растниями, происходящих со всего континента.

Король был особо привязан к своим древовидным пионам, с их крупными, бледно-розовыми цветками, а недавним словом было то, что они разрослись так сильно, что начали аннексировать двор дворца.

Впрочем, Зиксу также слышал, что это переполнение было крайне проблемным делом для короля, желавшего держать свои цветы под рукой, чтобы смочь самому о них заботиться.

Преклоненный на полу и осажденный приторным запахом флоры, Зиксу смотрел на своего государя, ухаживающего за цветами.

Король носил белую верхнюю одежду, расшитую золотой нитью - изысканная работа роскоши, что могла быть прощена только мужчине его положения - и она убеждала всех увидевших в присущей знатности, дарованной его королевским рождением. Его гладкий черный волос был связан вместе позади головы, а его лик - когда видели в профиль, часто принимали за таковой у женщины в его подростковом возрасте - ныне нес нежную улыбку.

Зиксу подавил вздох и продолжил. - "И потому, я был бы признателен, если бы мне рассказали правду о вопросе." - Он делал все возможное, чтобы сдержать горечность от проникновения в свой голос, но его усилия были напрасны - его слова вышли только укоризненно. Король, держа пару садовых ножниц, отвернулся от вазона, на который он опирался, и наклонил голову.

"Странную вещь говоришь. Я получаю доклады, не даю их. Что ты хотел бы услышать отличное от того, что я признателен?"

"Истинную причину, по какой вы послали меня в Иредэ."

Это было очевидно, но если бы он не настоял на этом, это бы ни к чему не привело. Молодой король посмотрел и улыбнулся хмурости на решительном лице своего единокровного брата. За закрытыми дверями, изящный визаж короля имел репутацию того, что никогда не показывал его истинные намерения, но с точки зрения Зиксу, оно не так уж отличалось от такового неуправляемого ребенка с любовью к озорству.

Король положил ножницы в сторону, заправил руки в свои просторные рукава и сказал, лукаво. - "Истинную причину? Я только попросил тебя увидеть, что сможешь увидеть."

"Должен ли я воспринимать это так, что мой осмотр достопримечательностей теперь завершен?"

"Ты же не собираешься вернуться сюда на постоянно, да? И оставить *ее* там?"

Резкое возражение звучало явно как провокация Зиксу, но он сжал челюсть и едва смог сдержаться. *Сохраняй спокойствие. Просто сохраняй спокойствие.* говорил он себе, но это было проигрышной битвой, и в следующее мгновение, его усилия оказались напрасны.

Король носил свою обычную улыбку, когда посмотрел на молодого мужчину, но она не доходила до его глаз. - "Не говоря уже о вопиющем решение вернуться по своей воле. Это создает впечатление, словно я человек, который заберет любое свое предложение тогда, когда мне это заблагорассудится. Особенно учитывая, что получатель в этот раз является богом."

Единственным ответом Зиксу было безмолвие. Его подозрения были подтверждены. Внезапное истощение силы, пережитое им, чувствовалось, словно он мог раствориться в пол. Он бы скорее предпочел остаться обычным офицером, чем стать вовлеченным во все это. Поскольку он был королевского рода, это произошло с ним прежде, чем он мог быть втянут в организованный политический брак, но становление священным подношением было, очевидно, вне его ожиданий. Делая все хуже, его потенциальный партнер - хотя и на стыке взрослости - определенно была все еще ребенком.

Сражаясь с кипящей головной болью, Зиксу начал умственно разрабатывать серию выборочных - но честных - возражений государю.

Естественно, он уже очень хорошо, знал что все они будут тщетными.

※

В давно прошедшую эру, город Иредэ был построен в качестве подношения богу. Хотя времена изменились, как и держава, коей он принадлежал, город всегда наслаждался умеренным процветанием. В настоящие дни, три давнишних родословных, известных как наследники священных подношений, все еще назвают Иредэ домом.

В качестве своей цены за убийство злого змея, бог попросила прекрасную выпивку, музыку и теплоту человеческого прикосновения. Последнее из этих трех подношений было компетенцией куртизанского дома Бледная Луна, расположившегося на северном конце города, скромно укрытого среди перелеска.

Солнце начинало садиться, когда Сари зажгла свисающий фонарь у входа, и она тщательно смотрела каменную брусчатку снаружи, влажную от легкого дождика. Так как большей частью меценаты Бледной Луны были постоянными клиентами, ей были ненужны реклама или пестрое освещение. Тем не менее, такая погода потребовала свет для направления чьих-либо шагов в ночи.

Сари повернулась к служанке, стоящей внутри. - "Принеси мне зонт и корзинный фонарь, пожалуйста. Я сегодня поприветствую гостей у главных врат."

"Конечно, Госпожа Владелица."

Служанка быстро вернулась с потребованными предметами, наряду с хаори - похожую на куртку верхнюю одежду, носимую поверх кимоно - для Сари, чтобы она была в тепле. Сари поблагодарила ее за вдумчивость и раскрыла зонт. Схожий с кушаком ее кимоно, он был бледно-синим и нес оформление белого полумесяца.

Держа зонт, обозначущий ее личность любому жителю города, кои его увидят, она вышла за главные врата. Вскоре знакомое лицо, ею ожидаемого, появилось из-за поворота дороги.

У Тома сегодня было с собой два человека, и когда она заметил Сари у врат, он улыбнулся.

"Сари. Тебе не холодно?"

"Спасибо за беспокойство, но нет, я в порядке. Могу ли я быть представлена твоим новым компаньонам?"

"Он наш свежий ремесленник. Привел его, чтобы он сказал привет."

При ближайшем рассмотрение, Сари заметила, что мальчик рядом с Томом мог быть не слишком старшее нее.

Варщики Дома Ради перенесли значительную потерю в кадрах из-за недавних атак, поэтому мальчик был, скорее всего, подмастерьем, приведенного для заполнения тех вакансий. Когда он дошел до главных врат, Сари занесла свой крупный зонт над ним, и одарила его изящную улыбку.

"Меня зовут Сари, и я владелица Бледной Луны. Рада познакомиться с тобой."

Мальчик с коротким светлым волосом и простым, простоватым обликом, просто уставился на нее, ошеломленный и внешне очарованный.

Тома похлопал его по затылку. - "Давай, где твои манеры?"

"Ох, эм... я Тетé. Приятно познакомиться..."

Тома толкнул кланящегося Тетé внутрь врат и поднял большой палец другим своим компаньонам, молча стоявших позади него. - "Что до этого парня, я поймал его, как только он вернулся из столицы. Не могла бы ты приготовить нам обед?"

"Конечно." - Сказала Сари.

Вероятно, это было виной дождня, но хмурость на вечноугрюмых чертах молодого мужчины выглядела как-то глубже обычного. Тома, должно быть, потащил его сюда, даже не дав ему времени накинуть дождевик. Замечая влажные волосы Зиксу, Сари наклонила голову в сторону.

"С возвращением, Зиксу. Не желаете ли первым делом принять баню?"

"Нет."

Выражение на лице молодого мужчины стало даже еще суровее, и ее брат расхохотался.

Таким образом, вопреки сомнениям о подозрительных реакциях пары, Сари поприветствовала своих первых гостей этого вечера.

Бледная Луна традиционно хранила дюжину, или около того, типов чая, чтобы удовлетворить вкусы любого гостя, но еще с тех пор, как Зиксу пришел в Иредэ, это число почти удвоилось. Это не было сознательным усилием - просто потому, что когда бы Сари не натыкалась на редкий чай, она думала о том, как Зиксу мог бы им насладиться, и в итоге покупала его. Когда ее работа на вечер достигла затишья, она сварила себе немного чая и остановилась рядом с комнатой, кою использовала троица.

Мальчик ремесленник, должно быть, уже ушел. Тома и Зиксу только что закончили с обедом, и, что было редким зрелищем, имели саказуки - чаши для питья - на столе перед собой. При этом, таковое у Зиксу было наполнено не вином, но светло-розовой конфейтой - маленькими, неровными шариками леденцов. Заметив ее и ее поднос с чаем, молодой истребитель мраков толкнул чашу в ее сторону.

Когда она расставила чайные чашки и наполнила их чаем, Сари спросила. - "Что это?"

"Сувенир из столицы." - Ответил Зиксу. - "Хотя я и не уверен, что что-нибудь со столицы считалось бы для вас сувениром."

"Я действительно могу их попробовать?"

"Да. У меня есть другой мешок, который я здесь вам оставлю."

Сари поблагодари его и положила один в рот. Он таял мало-помалу, и она смаковала его богатую, восхитительную сладость. Было так вкусно, что она сделала мысленную заметку, чтобы проверить, продавали ли их какие-нибудь магазины в Иредэ - ими стоит запастись.

Сари ухмыльнулась на светло-розовую конфету. - "Они восхитительны!"

"Вероятно потому, что конфеточник обслуживает королевскую семью."

"Чего? Серьезно?"

"Может быть. Я так думаю."

Зиксу - который, она подумала, был удивительно беспечен, учитывая то, что это было его сувениром - потягивал чай. Как обычно, Сари наблюдала с великим интересом, как складка на его брови слегка смягчалась.

Так также находила это непривычном, что, поскольку он только что вернулся из столицы, он не носил свою военную униформу. Повседневный наряд, им носимый, главным образом был серым и простым, и, вероятно поэтому, он делал его внешность моложе, чем он обычно казался.

Замечая намеренный взгляд Сари, Зиксу неуютно поставил чайную чашку. - "Что-то случилось?"

"Как в столице?"

"Я не уверен, как на это ответить. Так же, как и всегда. Хотя это просто могло быть потому, что я посетил только дворец и свой дом."

"Ох, верно, вы пошли увидиться с братом."

Король объяснил в своем письме, что он и Зиксу были кровными братьями от разных матерей. Однако, когда она это упомянула, темноволосый молодой мужчина скорчил лицо, как будто укусил что-то кислое.

"Я никогда не думал о нем как о своем брате. Его Величество есть Его Величество."

"Серьезно? Тома и я выросли по-отдельности, но я все еще его люблю."

"Наш случай другой. Совершенной другой."

Видимо, все было довольно сложно между ними. Брат Сари подозвал ее сесть рядом с собой, и она пошла, чтобы так сделать.

"Оставь его," - Сказал Тома. - "Он просто думается потому, что его дразнили. Что более важно, Сари, тебе тоже уже пора съездить, да?"

"Ох, на ежегодное открытие хранилища..."

Семья Сари, Веррилосия, были дворянством в королевской столице. Она не возвражалась некоторое время, проводя все недавнее время в Бледной Луне, но, как настоящая глава семьи, ей требовалось присутствовать на традиционном ежегоднем открытии хранилища и организацию хранилища Веррилосия. Ее работа владелицы держала ее такой занятой, что она забыла. Теперь, когда она вспомнила, она вздохнула.

"Я совершенно забыла... Я даже не послала слово для организации."

"Оно придет с их стороны сейчас в любой день, я бы поспорил. Праздник столицы случается в тоже самое время в этом году, поэтому у них, должно быть, тоже заняты руки."

"Серьезно?"

Хранилище содержало много предметов со странными силами, поэтому было традиционно проводить это в ночь новой луны, когда силы ослабнут. Видимо, эта дата совпала с праздником этого года. Хотя самой Сари и не приходилось ничего делать с праздником столицы, это было трудоемким событием для выдающихся домов, и Веррилосия не были исключением. Качество дома отчасти судили по его благотворительным пожертвованиям, как и по еде с алкоголем, кои он предоставлял. Конкуренция ни коим образом не была беспощадной, но это все еще было нагруженным периодом для Дома Веррилосия и Дома Ради.

Сари, забывшая о делах своей семьи, пока жила в Иредэ, вспомнила о двоих кузенах в поместье в столице.

"Это могло бы все для меня сделать проще, впрочем. Если все в главном домовладении заняты, тогда у них не будет много времени, чтобы читать мне нотации."

"Ну, ты обязательно их увидишь на открытии хранилища. Просто впусти это в одно ухо, а выпусти из одного."

Когда ее брат потер ей голову, Сари пошла за другим кусочком конфейты. Но сразу перед тем, как она положила его в рот, она заметила, что Зиксу хмурился на нее со своего места на противоположной стороне стола.

"Ох, я не могу его съесть?"

"Дело не в этом. Насчет чего бы семья читала вам нотации?"

Тома постучал ей по голове. - "Никто в усадьбе не знает правды о том, кто она такая, видишь ли. Они просто обращаются с ней как с ребенком с плохой матерью."

Когда она захрустела конфейтой, у Зиксу было взгляд непонимания в глазах. Его взор читал *Как они могли так с вами относиться?* Сари, чувствуя себя немного застенчиво, почесала висок.

"Все нормально. Они не придираются ко мне или в что-то в таком духе. Верно, что я еще юна, поэтому это само собой разумеющееся, что они меня пилят."

Суть дела заключалась в том, что она очень мало знала о работе семьи Веррилосия. Сари никогда не публично не появлялась в качестве главы. Она не была именно номинальной главой, но это было близким приближением. Когда это касалось вопросом, таких как праздник, ее кузены брали лидерство, а с их точки зрения она была ничем больше, чем неспособной главой дома.

Тем не мене, когда это касалось дел *Иредэ*, она не намеревалась позволить им вмешиваться.

Сари стерла розовое пятно с пальцев полотенцем. - "Так или иначе, это значит, что меня не будет в городе примерно на новую луну этого месяца. Если что-то случится, я быстро вернусь."

Зиксу обдумал ее слова на момент, прежде чем ответить. - "Ладно."

Ее поездка будет неудобной для истребителей мрака города, но если она быстро сработает, ее не будет только горстку дней. За исключением Зиксу, нового рекрута, остальные истребители мраков были в курсе, что это было ежегодным событием.

Когда Сари встала, чтобы вернуться к своей работе, Тома заговорил позади нее в спокойном голосе.

"Сариди. Я призову скоро нового истребителя мраков."

Сари не ответила.

Иредэ обычно имел пять истребителей мраков, но один пост был ныне свободен.

Это не могло так оставаться навсегда, особенно с девой, отсутствующей во время периода новой луны. Сари вспомнила мужчину, покинувшего город после недавней серии инцидентов.

Он был изгнан из Иредэ, и она никогда не увидит его снова. Несмотря на это, у нее все еще было чувство, что место, оставленное им пустым, таким и останется. Если не навсегда, тогда, по крайней мере, пока она не вырастет и не сможет полностью переварить его отсутствие.

Сари сжала губы вместе, подавляя свою меланхолию. Затем, после паузы, она сказала. - "Ладно. Пожалуйста."

В момент ее согласия, она почувствовала, словно могла слышать звук, как внутри нее закрывалась дверь в детство.

※

Поскольку он пошел прямо в Бледную Луну после возвращения из столицы, была уже поздняя ночь, когда Зиксу вернулся в общежитие.

"Клянусь... Я ничто для них, кроме как игрушка, с которой они поступают так, как им заблагорассудится."

И его государь, и Тома, казалось, не имели сомнений, чтобы обводить его вокруг носа. Но хотя он не захотел играть с последним по возвращении, он *захотел* остановиться в Бледной Луне и объявить о возвращении, поэтому, вероятно, приглашение оказалось кстати.

Зиксу зажег лампу на письменном столе и выдохнул. Единственной причиной, по какой он все еще в этом городе мифа, была одна девушка.

Внешне, она была девой и владелицей куртизанского дома, но она также была честнонастоящим божеством - богом, обитавшей в Иредэ с эпохи мифа. Это было ошеломляющей сказкой, но поскольку он видел, что она не была человеком, своими двумя глазами, у него не было выбора, кроме как это принять. Очевидно, кровь, унаследованная дочерьми у своих матерей, не ослабла, и они были богом по правде. Таким образом, через человеческую родословную, существование бога было унаследовано.

В других словах, Иредэ подлинно *был* для Сари и одной лишь Сари, а ее провозглашение, что она хотела его защищать потому, что он был ее городом, было, слово за слово, буквальной правдой.

"С другой стороны... Была вообще нужда в самой деве для его защиты?"

Поскольку город был платой в форме дара богу, казалось логичным, что его человеческие жители должны справляться сами. Ее беготня с уничтожением мраков напоминала владелицу куртизанского дома, подметавшей сад.

Он встал, снимая куртку, пока находился глубоко в мысли, когда внезапно услышал голос, говорящий позади него.

"Почему бы и нет? Мне был дан этот город, а держать его в порядке мне самой не есть великая задача."

"Че?" - Зиксу развернулся и посмотрел на дверной проем, который *должен* был быть пустым. Вместо этого, там стояла юный бог в своей юкате, сладко улыбаясь.

"Более того, истребители мраков, вроде тебя, действительно сражаются. Я всего-лишь предоставляю поддержку."

"Как вы сюда попали?"

"Этот город - мой сад. Я могу идти туда, куда пожелаю."

Грудь Сари надулась гордостью, а ее голубые глаза пропитывал проблеск света. Ее дыхание было белым от холода, и Зиксу, более-менее распознал смысл позади этого, посмотрел с мольбой на потолок. Увидев его реакцию, девушка надулась.

"Чего? Я выразила усилие, чтобы увидиться с тобой после возвращения, и это моя награда?"

"Вы же только что угостили меня ужином в Бледной Луне?" - Спросил Зиксу, оценивая дистанцию между ними. По его прикидкам, было пять шагов до дверного проема, где стояла Сари. Впервые он пожелал, чтобы его комната была крупнее. Хотя она могла быть рассудительной в нормальном состоянии, она была ныне богом. Если он ошибется в том, как с ней себя ведет, то это могло означать его жизь. Более того...

"Бессмыслица. Ты едва ли поговорил со мной. *Вопреки* тому, что являешься моим подношением, я могла бы добавить."

Он не ответил, потому что ее слова вызвали у него полную растерянность. Промучавшись некоторое время над тем, какой вопрос ему поднять первым, он, в конечном счете, решил поднял обе руки в воздух.

"Мне бы хотелось попросить обсуждения."

"Что же ты за священное подношение? Ты не понимаешь свое положение?"

"Я в курсе обстоятельств. Дело в том, что тогда у Сариди не было другого выбора."

Из подношений, сделанных богу, когда она проявилась, только Зиксу посчитали предложение теплоты из-за того, что больше никого еще не было. Тома был ее братом по крови, а глава Мидиридос была женщиной. Бессознательный Эйд тоже там был, но Иредэ не смог бы стерпеть, что предательский истребитель мраков был одним из священных подношений.

Даже если бы он не учел собственных чувств о подношении, он бы чувствовал сожаление, что Сари была вынуждена выбрать его в отсутствии альтернативы. Он говорил ей, что она должна взять свое время, пока не найдет партнера, с которым окажется счастлива, но теперь его слова казались наглыми и пустыми. Обычная Сари не помнила о выборе, поэтому он теперь хотел обсудить вопрос и начать с чистого листа, если возможно. Вот как все должно быть, даже если позже государь отчитает его за это.

Однако, бог нахмурила прекрасные брови и оскалилась на него. - "Ты раздражающе придирчивый. Я ясно дала понять, что удовлетворена тобой."

"Нам нужно спросить Сариди, что *она* хочет... Она будет целую жизнь жить с этим выбором."

"Ты, откровенно говоря, заноза. Ты не знаешь, как сильно меня привлекает *эта* часть тебя?"

"Какая часть меня?" - Спросил Зиксу. Однако, в следующее мгновение, он поразился бледной рукой, внезапно появившейся перед его глазами.

Как она смогла сделать те пять шагов так быстро? Тонкая рука девушки потянулась, чтобы коснуться его лица - и он быстро схватил ее за запястья, останавливая.

Она была такой же холодной, как лед, но он наполовину это ожидал. Голубые фосфоресцентные глаза взглянули на него.

"Почему ты меня остановил?"

"Сариди... Ты опять простудишься, такими темпами."

"Отсюда теплота твоего прикосновения."

"По крайней мере, я, по крайней мере, хотел бы поговорить с обычной тобой во время дня."

Спор с ней одной посреди ночи чувствовался им довольно беспокойно и неудобно. Хотя она и не была человеком, она *была* прекрасной юной девушкой. Его обязанностью было поддерживать благопристойность, и он просто не мог позволить девушке - которая еще не была взрослой - просто надавить на него, чтобы он стал ее священным подношением. Он все еще не знал, что чувствует к ней, или что она чувствует к нему.

Но ответ Сари на его слова был сожалеющим взглядом. - "Я и *есть* я. Дурак."

Юный бог надувшись сложила руки. Пока Зиксу безучастно уставился, задумываясь, как она смогла вытащить руку, она отвернула лицо с фырканьем.

"Да будет так. Мне нравится эта часть тебя - она меня очаровывает. Если ты желаешь дать мне время, тогда я отвечу тем же самым."

Сказав свою часть, она исчезла из комнаты, словно ее никогда там не было.

Не было предупреждения. Остался позади только умеренный холод, распространяющийся по комнате. Когда Зиксу переоделся, он задумался, где в жизни он ошибился. Как до такого дошло, что он стал выслушивать жалобы от бога?

Он пошел спать в городе мифа, одинокий и обеспокоенный. Следующим вечером, когда он пошел позвать Сари насчет ее содействия с мраком, она сказала ему, что ничего не помнила о прошлой ночи.

※

Окно в комнате Сари в поместь ее семьи в столице было слегка высоковатым для ребенка.

Стоя на носочках, маленькая Сари могла только лишь дотянуться до рамы. Окно выходило на двор и, для нее, было единственным из очень немногих мест, которые она знала как "снаружи". С запретом выходить, она часто проводила целые дни в своей тускло освещенной комнате на кресле у окна, выглядыва на двор.

Она помнила один особый день когда, как обычно, она приложила огромное усилие, чтобы сдвинуть тяжелое кресло к раме окна, чтобы она могла смотреть наружу.

Должно быть, была весна. Белые цветы цвели в изобилие в своих зарослях, а служанка сметала их упавшие лепестки. Вид, казалось, застыл во времени, неизменяясь - за исключением этого молодого мальчика, внезапно ворвавшегося туда.

Мальчик, ее старший кузен, разделявший ее бабушку, нес толстую книгу под рукой и собирался пересечь двор.

Затем, внезапно, он остановился и поднял взгляд.

"Ах..." - Сари, наблюдавшая за ним из окна третьего этажа, вздрогнула, когда их взгляды внезапно встретились. Сквозняк влетел через маленькое отверстие в едва открытом окне.

Мальчик подозрительно уставился на нее. Что она должна сказать? Запаниковав, Сари открыла рот, чтобы поговорить с кузеном, не виденного ею так давно.

"Эй, эм..."

И там закончился ее сон.

※

"К-Какой ужасный сон..."

Собственное бормотание быстро вернуло сознание Сари к реальности. Она проснулась в своей комнате в заднем здании и, неподвижно лежа с лицом вверх, стерла пот с брови задней частью руку. Она могла все еще чувствовать влажную тяжесть, прилипшую к груди, которая была обнаженной, поскольку ее ночное белье раскрылось. Сари села, расчесывая свои волосы в сторону после этого.

*Открытие хранилища, должно быть, действительно давит на мой разум* подумала она.

Так как ее бабушка скончалась, это будет первым разом, как Сари пойдет одна. Она не *думала*, что было о чем волноваться, но, наверное, где-то глубоко внутри, ей было тревожно. Правда в том, что она знала, что ее два кузена в столице будут сложными, и она не особо ждала, чтобы вернуться.

"Тогда тоже..."

Вспомненные ею события, сопровождающие ее сон, были неприятными. Воспоминание было из ее времени маленьким ребенком, поэтому оно было нечетким и пронизанным дырами, но она явно помнила последнюю часть - она жарко спорила с кузеном. Она возмущенно нахмурилась, вспоминая его слова, все еще держащиеся в ее ушах в настоящее время. *Ты даже ничего не можешь сделать самостоятельно!*

Она знала, что раздражаться от воспоминаний отдаленного прошлого было нелепо, но в этом конкретном вопросе, ее мнение о кузене не изменилось. На каждой их встрече, он насмехался над ней, что она была неполноценной маленькой девочкой. Движимая силой собственного раздражения, Сари подорвалась на ноги.

"Он даже не так уж старше меня!"

Если она была ребенком в шестнадцать, тогда он не мог сильно отличаться, учитывая, что ему было только восемнадцать. Думая над этим, когда она закончила одеваться, Сари дошла до главного входа, где она вышла под послеполуденный свет и немедленно побежала к своему брату.

"Хмм? Тома? Что-то не так?"

Было редкостью для ее брата, чтобы приходить прежде, чем был зажжен фонарь. У него было запечатанное письмо в руке, и он передал его ей.

"Я пришел тебе его доставить."

Она взяла его и увидела, что оно не было подписано с обеих сторон. Однако, Сари сразу узнала, что оно было от ее семьи. Это что-то об открытии хранилища. Она поблагодарила Тома и запихала его в грудь своего кимоно. Вероятно из-за сна, бывшего у нее только что, непроизвольный вздох покинул ее губы.

Тома заметил и изучил ее, выглядя обеспокоено. - "Ты в порядке? Я пойду с тобой, если хочешь."

"Нет, со мной все будет в порядке."

Она не ненавидела само открытие хранилища и, в целом, домовладение Веррилосия не думали хорошо о факте, что она и Тома были так близки. Это никогда не приводило ни к каким проблемам, так как каждый понимал, что нужно держать вид, но Сари не желала подвергать своего брата этой конкретной кровати из гвоздей, если ей не было нужно.

На несколько биений, она нежно закрыла свои голубые глаза и взяла момент, чтобы успокоиться, прежде чем посмотреть на Тома.

"Я мно все будет нормально. Я должным образом это сделаю и сразу же вернусь. Спасибо."

Если она не могла справиться с этим, тогда оне не заслуживала быть той, кем она была. За Иредэ и Веррилосию, Сари нужно было стоять неустрашимо.

Глаза ее брата все еще показывали опасение за нее, но, понимая, что ее воля была тверда, он криво улыбнулся.

"Если что-то случится, просто скажи мне. Не стеснейся полагаться и на Зиксу."

"Он истребитель мраков в Иредэ. Я не могу его этим обременить."

Зиксу был одним из немногих людей, знающих о ее семье, но истребители мраков не имели никакого отношения к открытиям хранилища. Он уже прямо сейчас работал тяжелее обычного, поэтому она не могла дальше его использоваться.

Сари разделилась с братом и открыла письмо от своей семьи. Там был написан только имя его кузена, расписание и необходимые детали. Содержимое было кратким, но Сари была благодарна. Пока она была заинтересована, это значило для нее меньше неприятностей.

Поскольку она покинет Бледную Луну на неделю, она начала спокойно делать свою работу, надеясь заранее урегулировать так возможно больше различных вопросов. Она проверила запасы различных припасов, договорилась о пополнении чего-либо недостающего и проконсультировалась со своими обычными поставщиками. После проверки женщин и убедившись, что ничего не было пропущено, Сари наконец-то нашла время, чтобы взять передышку глубокой ночью.

Сидя на кушетке в комнате цветов и окруженная дюжиной, или около того, отдыхающих куртизанок, она сделала глоток белого чая.

"Не думаю, что мы получим сегодня еще гостей..."

Бледная Дуга не видела много гостей в первую очередь, и почти никто бы не показался в такой поздний час. Куртизанки видимо думали, что ночная работа была завершена, потому что, помимо нескольких сопровождающих гостей в других комнатах, они собрались в круг, играя в настольную игру.

Время неспешно проходило, а Сари наблюдала за садом через окно, когда она слышала открывающуюся дверь и оглянулась.

Там стояли служанка и крупный мужчина в темно-синей униформе. Когда Сари встала, Железный Клинок, один из истребителей мраков Иредэ, ей кивнул.

"Дева. Сейчас подходящее время?"

"Да, я пойду."

Для призывов от него, ей, наверное, не нужно переодеваться. Просто проверив, что ее браслет был на левой руке, она подбежала к Железному Клинку, а потом они пошли по коридору, через который он пришел.

"Как выглядит мрак?" - Спросила Сари.

"Куртизанка в своих двадцать. Вермилионовое кимоно, карий волос. Множество сообщений о наблюдении на Третьей Улице. Пока без ущерба."

"Тогда нам бы лучше поспешить."

Третья Улица была ночью одной из оживленнейших главных улиц в Иредэ. Хотя мрак и не казался типом, причиняющего прямой вред людям, все обязательно станет грязным, если они позволят ему бесконтрольно передвигаться. В особенности, мраки, принимавшие формы куртизанок, часто имели тенденцию сбивать людей с пути.

Пара покинула Бледную Луну и пошла по пустынному ночному пути. Когда усадьба больше не могла быть увидена позади них, Железный Клинок заговорил, его слова кратки.

"Новоприбывший хорошо о тебе заботится?"

"Хм?" - Хотя глаза Сари расширились в удивление от внезапного вопроса, она догадалась, что он спрашивал ее о Зиксу. Она не знала точно, каким было намерение Железного Клинка, но ответила. - "Да. По своему."

Когда бы Зиксу ее не звал, это всегда результировало в то, что она безумно бегала, но он постепенно привыкала к этому. Фактически, это было, наверное, хорошо для ее запаса сил.

Но в контраст ее беззаботной улыбке, выражение Железного Клинка стало непростым, а глаза слегка нахмурились.

"Вы оба все еще молодые, так что, полагаю, это сейчас нормально. Но, Дева, если ты не сможешь утвердиться и позволишь ему делать, как он хочет, это не сделает ему ничего хорошего в долгосрочной перспективе. Его репутация в городе пострадает."

"Ох, ясно... Хмм?"

Его зовет казался разумным, но это ей просто кажется, или в нем было что-то не так? Для начала, дева и истребители мраков стояли в сущности на равном положении. Первая была незаменима, конечно, а последние были солдатами, но это не давало ей власти над контроля их действий.

Или это Зиксу, незнающий о неписанных правилах Иредэ, устроил некоторую проблему?

Когда она озадачилась им сказанным, Железный Клинок серьезно продолжил. - "Ты могла быть обеспокоена, что нам будет на время недоставать способностей девы, если ты забеременеешь, но, пожалуйса, не беспокойся. Раньше иметь наследницу предпочтительнее альтернативы, а поскольку твой партнер истребитель мраков, не может быть опасений, что ты будешь беззащитна. Он должен посещать Бледную Луну более часто."

"..."

Это было *очень* большим недоразумением. Которое она, скорее всего, устроила, одолживая Зиксу своей декоративный шнур. Она думала, что объяснит обстоятельства всем, кому нужно знать, но она явно пропустила *Железного Клинка*.

Полностью растерявшись, как она вообще должна начать объяснять, она поняла, что желает, чтобы ее брат пришел ее спасать. К несчастью, побег от реальности не решит эту проблему. Она собрала ту скудную решимость, сколько могла, и сказала.

"Эм, я думаю, что было недоразумение..."

"Когда ты покинешь Иредэ, ты должна взять его с собой. Никогда не знаешь, что может случиться."

"Нет, эм... Он не такой уж..."

"Мы почти там."

Она подняла взгляд и, как Железный Клинок и сказал, они почти были на главной улице, освещенной мириадом ярких фонарей.

Звук спокойной музыки добрался до ее ушей, а зрелище пересекающихся потоков людей слепило ей глаза. Железный Клинок похлопал ее по плечу.

"Стой у этого угла."

"Поняла."

Ко времени, как она добралась до указанного ей угла, Железного Клинка нигде не было видно. Сари прошлась по описанию мрака.

"Вермилионовое кимоно и карий волос... Куртизанка в своих двадцати..."

Был ряд куртизанок в ярких кимоно, смешанных тут и там среди пешеходов, но она не могла увидеть никакой подходящей под данное ей описание. Сари сконцентрировалась, напряженно изучая улицу. Она начала считать про себя.

Железный Клиное никогда не ошибался в своей работе. Он был непоколебимым и постоянным. Это была данная правда, что его клинок располовинит любого мрака, ставшего его целью.

Так что Сари сделала так, как было указано, и подождала за углом, стоя в одиночестве ночи. Когда ее счет прошел пятую сотню, женщина появилась в четырех углах, выглядя так, словно ее преследовали.

Куртизанка, бросающая постоянные взгляды назад, когда она смешивалась с толпой, выглядела для всего мира подобно бабочке, порхающей в ночи. Ее темно-вермилионовое кимоно, видимое как вспышки в промежутках между людьми, казалось, впитывало свет окружающех бумажных фонарей. Пускай только способная мельком видеть, Сари тщательно ее отслеживала.

Трепещущее продвижение жещины приближало ее в сторону Сари, но куртизанка еще не заметила деву - она была слишком занята видом за своим плечом.

Сари покинула угол и присоединилась к приливу людей. Затем, когда она прошла мимо женщины... она нежно щелкнула бледными пальцами в ее направлении.

"Связать."

Ее шепот утонул среди шума толпы. Куртизанка испустила краткий визг и присела, скручивалаясь, но Сари не оглянулась. Она плыла с потоком людей, позволяя его уносить ее по главной улице. Когда она добралась до четвертого угла, она замедлила темп и улыбнулась мужчине, ожидающего там.

"Сражайся хорошо." - Сказала она.

Хотя палец, которым она коснулась его темно-синей униформы, погрузился в его грудь, выражение Железного Клинка осталось неизменным. Сари проводила его, затем воссоединилась с шумной главной улицей, направляясь домой.

"Ох. Я не прояснила недоразумение..."

Ко времени, как она это осознала, она уже добралась до Бледной Луны.

※

Белый каменный столп, торчащий из земли, был маленькой вещью, высотой только с поясницу Сари.

В северном углу земель Бледной Луны, она положила правую руку на столб и глубоко выдохнула.

Дыхание и сила были одним и тем же самым. Сари чувствовала, как сила внутри нее неторопливо вытекала в столб. Даже без ряби, что могла бы потревожить ее сознание, она просочилась до основания столба, погребенного глубоко внутри земли.

Хотя высота столба выше земли и была невпечатляющей, он был менее десятой части того, что лежало внизу.

Было четыре других из его рода внутри пределов территории Бледной Луны, а граница, ими сформированная, не давала мракам вторгнуться в усадьбу. Сила, рассеянная в землю, также расширилась до внешнего периметра Иредэ, удерживая застойную, подземную эссенцию змея от выскальзывания за пределы города. Таким образом, Иредэ был, как говорится, интервалом двойного барьера, созданного богом.

Сари убрала руку от столба и тяжело вздохнула. - "Должно хватить, думаю..."

Раз в месяц, дева усиливала барьер запитыванием каждого столба силой. Однако, эта практика, передаваемая через поколения, слегка подверглось угрозе от вовлечения Сари в недавнее потрясение. Девушка, облаченная в белое кимоно, подняла голову вверх, чтобы посмотреть на плотный навес из древесных веток.

"Нужно подумать, как поправить заклинание." - Пробормотала она.

Первоначальное заклинание было создано девой десяти, или около того, поколений ранее, но Сари была неуверена, было ли простое обслуживание лучшим курсом действия.

Она вспомнила хаос, нанесенный по всему городу в те дни порабощенным змеем шаманом. Эти земли Бледной Луны были в безопасности, но она не могла вынести такой вред, причиненный Иредэ. Если она бы могла, она бы хотела разработать контрмеры.

Однако, при недостатке знаний, специфики того, как она должна отрегулировать барьер, ускользали от нее. Ее божественное Я, скорее всего, знало, но пока и переключение между слоями ее сознания, и разделение ее воспоминаний было ныне за пределами ее способностей.

Она озадачивалась проблемой, пока возвращалась в усадьбу, но воспоминание внезапно собралось в идею. - "Ох, точно! В хранилище..."

Если она правильно помнила, хранилище Веррилосия содержало документы и записи поколений дев. Был шанс, что таковые включали заметки о границе. Находя свежую надежду в идее, Сари сжала оба кулака перед собой в победоносном жесте.

Когда она вошла в усадьбу сзади, снимая при этом сандали, она натолкнулась на Ишу.

Ближайшее доверенное лицом Сари среди куртизанок Бледной Луны была - вероятно потому, что еще было не время зажигать фонарь для ночи - одета просто, в простое кимоно под пальто. Когда Иша заметила юную владелицу, она остановилась.

"Ох, ты была в саду?"

"Я просто укрепляла границу."

"Ах, конечно. Ты завтра уходишь в столицу."

Сари уже проинформировала их всех о своей отправке. Иша в особенности знала о ее связи с Веррилосия, потому Сари сказала. - "Пошли мне слово, если что-нибудь случится."

Затем, она добавила. - "Уже позволила ополчению знать, впрочем, так что к тебе не должны забегать по делам никакие истребители мраков. Ох, за исключением, может быть, Зиксу. Я не сказала ему о своих планах."

"Хмм? Почему?"

"Они сказали, что он уехал из города на некоторое время. Если он вернется, пока меня не будет, и зайдет в Бледную Луну, позволишь ему знать?"

Ну, ополчение, скорее всего, проинформирует его по возвращении так или иначе. Передвижения Зиксу были очень иррегулярны для истребителя мраков Иредэ, но учитывая то, что он был слугой короля, с этим ничего было не поделать. Его, должно быть, послали на какое-нибудь задание. Те, кто был в курсе настоящей личности Зиксу, безусловно сомневались в отношении его отъездов, но его преданность была доказана его послужным списком - его результаты превосходили таковые у остальных истребителей мраков. Одного этого было бы достаточно для Сари, но он также служил как связь, через какую она могла почерпнуть представление о намерениях короля, за что она была благодарна.

Иша, видя ее обычную безразличие, криво улыбнулась. - "Не повредило бы немного больше посуетиться над ним. Он поймал твой интерес, да?"

"Куртизанка... не может быть напористой продавщицей," - Сказала Сари неловкой. - "Кроме того, Зиксу не тот типаж, что посещает куртизанские лома для отдыха, в любом случае, так что..."

Иша захихикала. Ее улыбка показывала, что она верно все разглядела. Сари, питаемая легким беспокойством, разделилась с ней и вернулась для подготовки отъезда.

Таким образом, ко времени, как она покинула Иредэ и добралась до королевской столицы, открытие хранилище было единственным вопросом, занимающим ее мысли.

※

Поместье Веррилосия, первоначальный дом Сари, было расположено на северных окраинах королевской столицы.

Соседство состояло ни из чего, кроме крупных поместий и усадьб, выстроенных по улицам, а людской поток был скудным. Стоя перед главными вратами с угрюмым выражением, скрытым позади черной вуали, Сари уставилась на размеристую усадьбу Веррилосия. Оно было построено шестьдесят лет назад и еще ничего не потеряло из своей изощренной атмосферы.

"Думаю, я рановато..."

Сари проверила карманные часы. Она носила не свое обычного кимоно, но старомодное черное платье, завершенное вуалью - лучшее для переключения владелицы Бледной Луны в главу Веррилосия.

Не могло быть разглашено на публику, что владелицы куртизанского дома города удовольствий и дочь старого и знатного дома была одним человеком. По этой причине ее держали взаперти в комнате еще с тех пор, как она была ребенком. Она потянулась рукой в перчатке к железным решеткам врат, намереваясь их открыть.

Однако, прежде чем она смогла, лаконический, мужской голос отозвался с другой стороны.

"Могу ли я спросить, что случилось с твоей каретой?"

Имя выскользнуло из ее уст в непроизвольном бормотании. - "Вас..."

Молодой мужчина шагнул, прищурил левый глаз и нахмурился на нее. Голубой его радужек соответствовал еенным, но с сероватым оттенком, и он хмурился на нее таким образом еще с тех пор, как они были молодыми.

У него были пеперльные волосы без лоска и красивое, андрогинное лицо. Была поразительная резкость в его чертах, несущие малое сходство с таковыми Сари. Когда они были детьми, их бабушка назвала их такими же похожими, как брат и сестра, но - вероятно из-за разности в поле или обстановке - в восемнадцать и шестнадцать было явное различие между их внешностями.

Не было броскости в его бирюзово-сером костюме, что был сшит для его тонкого телосложения, но качество его кроя могло быть сказано с первого взгляда. Любой видевший его бы немедленно признал, что он был сыном дворянства. Сари осознала, что она вошла в своим привычки как владелицы и неосознанно оценивала его внешность, но если он бы действительно посетил Бледную Луну как гость, все женщины не отвернули бы носа от него, так как он был слишком молод.

Пока она молчала в мыслях, Вас выдавил ответ, пока открывал врата. - "Я уверен, что для тебя была организована карета."

"Я высадилась пораньше. Я захотела прогуляться."

"В таком виде? Я был посоветовал тебе лучше учитывая свое положение."

Когда он показал ей земли поместья, Сари нахмурилась под вуалью на резкое замечание. Вас, имеющий выражение фарфоровой куклы, взял багаж из ее рук и быстро отправился в сторону усадьбы. Когда железные решетчатые врата захлопнулись позади нее, Сари спросила о кузине.

"Фира поблизости?"

"Она ныне в поместье Маркиза Гарака. Похоже, что он планирует импровизированную вечеринку за два дня до праздника, так что она уточняет детали."

"Ясно."

Пока что Сари, облегчилась, что у нее будет отсрочка от менее сдержанной старшей сестры Васа. Когда плитняковая дорожка закончилась и они добрались до входа в усадьбу, Вар повернулся и посмотрел на нее. Его серо-голубые глаза держали неясный свет.

"Итак. Пожалуйста, проведи свое время в досуге до открытия хранилища. Я бы порекомендовал не блуждать снаружи при отсутствии исключительной необходимости."

"Я знаю."

Теперь, когда Сари оказалась в столице, она не очень-тои могла пойти куда-нибудь в любом случае. Она потянулась, чтобы забрать свой багаж из рук Васа, но когда она наклонилась, чтобы так сделать, его льдистый голос пробормотал ей в ухо.

"Ты еще не выбрала гостя?"

Он вонзил вопрос в нее, словно в нем было лезвие. Сари взглянула на кузена холодными глазами.

"Я уверена, что говорила тебя в прошлом, как бессмысленно тебе совать нос в такие вопросы."

Если Бледная Луна и Иредэ были причастны, она не стерпит никакого суждения от человека из столицы. Как же, как у Сари не было права вмешиваться в то, как вели себя Веррилосия, у них также был собственный домен, внутри которого находиться. Это было, вероятно, естественно, что они говорили о ее госте, учитывая обстоятельства, касающиеся ее матери, но это не значило, что она потерпит какое-либо неуважение.

Однако, вместо нерешительности, Вас всего-лишь поднял уголок своих уст в улыбку. - "Очень хорошо. Я понимаю."

Молодой мужчина продолжил идти, поднимаясь по главной лестнице, неся при этом багах Сари. Сари молча следовала позади, желая все это время, чтобы она могла пнуть его в спину. Когда она вошла в свою личную комнату во внутренней части усадьбы, она подождала, пока звуки шагов Васа не стихнут, прежде чем снять вуаль.

"Эх, я это *знала*! Это его бы убило, если бы он хотя раз держал рот закрытым?!" - Она начала бить подушки на кровати кулаками так тяжело, как она могла. Когда она наконец-то выдохлась, она перевернулась на ней, уставившись в потолок.

Это поместье было единственным местом в столице, где она могла быть своим истинным Я. Вас бы даже сказал, чтобы она не покидала свою комнату. Пока он был заинтересован, было бы более, чем удобно главе Веррилосии быть не более, чем бездушной куклой. Сари, все еще незнакомо одетая в платье, повалялась на просторной кровати.

"Почему я такая раздраженная?"

*Сказанное* Васом было частью этого, конечно, но то, что это вышло из *его* уст, сделало все только более раздражающим. Без сомнения, это было из-за использованного им тона, и презрения в его взгляде. Она пожелала, чтобы они могли говорить более полюбовно друг с другом.

Если это было так плохо, что случится, когда вернется его старшая сестра? Думая о времени ужина, Сари впала в депрессию. Она искушалась, чтобы просто поспать до утра.

Однако, несколькими минутами позже, как только начала дремать, стук в дверь заставил ее подскочить.

Были все шансы, что это опять был Вас. Когда она наспех поправила свою внешность, Сари отозвалась.

"Да, кто это?"

"К тебе...гость."

"Чего?"

Голос принадлежал Васу, но Сари была без догадки, кто мог посещать ее в столице.

Это был бы Тома, как никто другой, но Вас не назвал бы Тома "гостем". Сбитая с толку и настороженная, Сари опять надела вуаль. Она проглоти нервозность и отперла дверь.

Стоял там кое-кто, кого она не ожидала даже в своих дичайших предположениях. В контраст ее атипичной внешности, черноволосый истребитель мраков носил свое обычное неловкое выражение, когда он посмотрел на нее.

Молодой мужчина был одет не военную униформу, но в наряд офицера, напрямую служащего королю. Он нахмурился на безликую девушку перед собой.

"Сариди, вы ли это?"

"Зиксу!"

Она была восторжена за пределами слов, что встретила кого-то знакомого в этом удушающем месте. Прежде чем ее мысли догнали, она уже прыгнула вперед, чтобы его обнять. Лица Васа и Зиксу почти одновременно скривились.

В уголке своего разума, у нее были средства, чтобы понять, что, хотя она думала, что это был сон - это *было* очень уж неожиданно - ощущение ее объятий чувствовались реально.

Зиксу наконец-то смог отодрать ее от себя, и она уставилась на него. Его знакомая хмурость приняла примечательно неловкое качество.

"Для чего это было?" - Спросил он.

Она слышала, что он выехал из Иредэ, но она не знала, что он был в столице. Но прежде, чем Зиксу смог ответить на ее вопрос, врезал колкий голос Васа.

"Пожалуйста, ограничься от такого поведения в коридорах." - Он повернулся к Зиксу. - "И я должен попросить, чтобы вы не называли ее здесь этим именем."

Зиксу подозрительно посмотрел в ответ на его откровенный совет, так что Сари потянула его за рукав. - "Зиксу, давайте поговорим внутри."

"Ты бы допустила мужчину в личную комнату?" - Спросил Вас. - "Я должен тебе напомнить, что это не твой 'дом'."

"Тогда приготовь для нас комнату."

Когда она отмахнулась от упрека кузена, Сари вздохнула под вуалью. Настроение казалось лишь в нескольких шагах от погружения в ссору. Зиксу, вероятно понимая, что она и Вас не могли быть, так сказать, в хороших отношениях никоим образом, просто наблюдал за ними, непостижимое выражение на его лице.

"Сариди - мое имя как девы." - Объяснила Сари, когда она и Зиксу зашли в маленький салон. Выдающейся чертой комнаты был хорошо отполированный круглый стол, и Вас, вошедший перед ними, была в процессе раскрытыя толстых кулис салона. Непонимание озарило лицо Зиксу, когда она направила его к креслу.

"А, ясно. Мои извинения."

"Нет, все нормально. Я более-менее считаю его своим настоящим именем. Но здесь, я Эвери Сария Веррилосия."

При этом, редки были случаи, когда Сари было бы необходимо представляться главой семьи. Вдобавок, слуги поместья относились к ней просто как "Госпожа", тогда как единственные люди, использующие ее имя при рождении, были ее кузенами. Вас, один из вышеупомянутых, стрельнул резким взглядом на Зиксу, прежде чем намеренно повернуться к Сари.

"Могу ли я поинтересоваться натурой твоих отношений с этим господином?"

"Чего?" - Сари повернулась к упомянутому мужчине. - "Зиксу, какая, как вы говорили, причина вашего визита?"

"Мне дали это," - Ответил Зиксу, доставая запечатанное письмо из нагрудного кармана. Знакомый белый конверт нес письмо, адресовывавшее его главе Веррилосии, а на месте имени отправителя была печать в стилизованном рисунке меча.

"Ох, это от Его Величества?"

"Да."

Неудивительно, что Вас был вынужден впустить Зиксу. Сари собиралась открыть письмо, но остановилась, когда заметила взгляд кузена. Если подумать, она еще не ответила на его вопрос.

"Этот господин - родственник короля," - Объяснила она. - "И один из истребителей мраков Иредэ."

"А. Я слышал о нем," - Ответил Вас. - "Уверен, что он вчера был формально введен в высшее дворянство."

"Чего?! У него был дебют?! Не могу поверить, что я это пропустила!"

"Я там не развлекался..." - Сказал Зиксу.

"Но вы были при полном параде, верно? Хотелось бы мне это увидеть."

"Глава Веррилосии не присутствовала бы на таком мероприятии." - Сказал Вас холодно.

Сари взглянула на кузена, но он отклонился из салона, чтобы приготовить им чай. Когда дверь закрылась, Зиксу повернулся к Сари.

"Он поистине ваш кровный родственник?"

"Да, мой кузен. Моя мать и его отец родственники. Мне жаль, что все стало таким неприятным."

"Нет, это естественно, что я выглядел подозрительно."

Сари была благодарна за понимание Зиксу, но она была той, с кем Вас был наиболее холоден, и у него не было причин ее подозревать. И все же, не было необходимости все усложнять, упоминая это. Спросив разрешение у Зиксу, чтобы вскрыть конверт, Сари сломала печать. Изнутри, она достала один лист и записанное приглашение.

"Что это?"

"Что они говорят?"

Сари показала ему приглашение. Оно было на званный вечер Маркиза Гарака - о котором сестра Васа ныне уточняла детали - что будет проведен через два дня. Сари положила его на стол, а затем развернула письмо.

В несколько уникальном почерке, там говорилось: *С праздником на нас и все такое, вы должны насладиться временем в столице. Поручите моему маленькому брату обеспечить вас любыми необходимым предметам или мерами.*

Сари подняла взгляд от письма и уставилась на Зиксу.

После паузы, он сказала. - "Да...? Что оно говорило?"

"Он говорит, что я могу вам позволить меня испортить."

"Чего?"

Будучи сбитым с толку, молодой мужчина промазал в своей попытке взять приглашение на званный вечер, и Сари передала ему взамен письмо. Зиксу напряженно рассмотрел содержимое, но, по завершению, приложил руку к голове, выражая изможденность. Сари не полностью уловила ситуацию, но она могла только представить, что это было потому, он увидел высоко детализованный, написанный маршрут рекомендованных мест посещения. Дергающиеся пальцы Зиксу, казалось, не хотели ничего больше, чем разорвать письмо в клочья, но он аккуратно свернул его в первоначальное состояние и вернул ей.

Сари положила письмо короля в конверт. - "И все же, хотя я признательна за сентимент, я не могу покинуть поместье."

"Почему?"

"Это было бы проблемно, если лицо главы Веррилосии было бы увидено. Мы не можем позволить людям выяснить, что я еще и владелица Бледной Луны."

Мифическая родословная или нет, это бы вылилось в немыслимый скандал, если бы выяснилось, что старая и знатная семья владела куртизанским домом. Если такое бы случилось, люди в поместье оказались бы в центре чрезмерного нежелательного внимания, делающего их жизни в столице намного сложнее. Сари даже не хотела представить, как бы на нее рассердились Фира и Вас.

Но, превыше всего, Бледная Луна была усадьбой бога. Разрушение связи Сари с Веррилоси и Бледной Луной, становящейся туристической достопримечательностью, было то, чему не могло быть позволено случиться. Во-первых, резиденция Веррилосия в столице существовала для поддержки Бледной Луны. Роль Веррилосцев заключалась в использовании ими своего дворянского статуса, для обеспечения бесперебойного предоставления информации, финансов и всех видов материального и нематериального содействия.

Это разделение труда, так сказать, было для того, чтобы поддерживать усадьбу бога, и Сари не могла позволить своим бездумным действиям разрушить это.

Видя ее напряженную улыбку, Зиксу размышлял в тишине на непродолжительный период, прежде чем спросить. - "Если вы не можете уйти, это значит, что вы проведете время взаперти в поместье?"

"Да."

"Что вы делали, когда не были в Иредэ? Вы жили там и тут, да?"

"Когда бы я здесь ни была, я фактически никогда не покидала это место. Подождите, разве я вам не говорила это?"

"Я не думал, что это будет так экстремально."

Зиксу звучал так, словно он почти не мог в это поверить, и Сари наклонила голову в сторону, озадаченная. Она знала, что то, как она была выращена, было неправильно, но учитывая то, что само ее существование было неправильным, то ничего не поделаешь.

"Так или иначе," - Сказала она. - "Я признательна, что вы отвлеклись и пришли сюда, но-"

"Могли бы вы выйти, если это бы было в качестве девы Иредэ?"

"Хм?"

Глаза Сари расширились от внезапного вопроса. Она прежде об этом даже не думала. Когда бы она не была в столице, ей всегда говорили, что она была главой Веррилосия, а не человеком из Иредэ.

Хотя она все еще была поймана в удивлении от опрокидывания своих предубеждений, Зиксу выщипнул приглашение на званный вечер из ее руки. - "Это конкретно не адресовано главе Веррилосия. Вы должны смочь присутствовать как дева."

"Э-Эм, но они бы не пустили человека из Иредэ на дворянский званный вечер..."

"Пустят, если вы будете со мной," - Сказал единокровный брат короля как само собой разумеющееся, вставая. Его красивые черты были такими же суровыми, какими были всегда, но она также подумала, что сейчас в них было что-то слегка отличающееся.

Сари рассеянно села, неспособная следовать тому, что происходило, и Зиксу протянул ей руку. - "Я же обещал, что покажу вам столицу?"

Он носил белые перчатки. Его рука должна быть для нее знакомым зрелищем к этому моменту, но Сари все же уставилась, пересметривая ее.

Была ли она сейчас в Иредэ или в столице? В этот момент, граница была нечеткой. Она выпустила тихое бормотание.

"Вы...помните?"

Она знала, что получит за это позже суровую взбучку. Но когда она взяла его руку, эмоцией, собиравшейся внутри Сари, было предвкушение. Впервые, она была возбуждена о том, что будет дальше.

※

"Меня обманули."

Впустить слугу в салон, где были заняты Сари и ее посетитель, было бы небрежно.

Вот почему Вас сам пошел приготовить чай, но по возвращению и обнаружению, что комната была пуста, он щелкнул языком.

Единственным следом от бывших обитателей салона был схожим образом пустой белый конверт, оставленный на столе. Под именем получателя, почерком Сари, были наспех написанные слова: *Я вернусь до открытия хранилища.*

Вас взял конверт с печатью короля и смял в руке. - "Простой родственник короля думает, что может просто выкрасть нашу принцессу? Наглость..."

Сари была ограничена и невежествена к устройству мира. Это было бы пустяком для мужчины из аристократии, чтобы склонить ее уйти с ним. Более того, позади этого мужчины был король, кто, по слухам, был хитрым интриганом.

Вас не позволит принцессе Веррилосия стать пешкой короля.

Он ударил по столку и обернулся. Когда он вышел в коридор, он почти натолкнулся на свою старшую сестру, мимо проходившую.

Фира, недавно вернувшаяся из поместья Маркиза Гарака, выглядела удивленной от гнева на лице своего брата. - "Что не так? Что-то случилось? Я только что шла сказать привет Эвери."

"Не беспокойся."

"Чего? Она не пришла?"

"Пришла, но ее забрали."

"Чего?"

Игнорируя все еще растерянную сестру, Вас бросился бежать. Они не могли уйти далеко. Если бы он поспешил, то он все еще мог бы их поймать. Однако, прежде чем он смог приступить к делу всерьез, Фира схватила его за воротник, и его собственный момент почти уронил его на пол в агонию.

"Для чего это было?!" - Воскликнул он.

"Ох, знаешь. Я просто подумала, что очень бы хотелось объяснения."

"Единокровный брат короля забрал Эвери, поэтому я собираюсь его поймать."

"Думаешь, что он ей навредит? И ты собираешься поймать его живым, или мертвым? Или тебе все равно?"

"Нет, ну..."

Учитывая его нрав, у него определенно не было проблем с убийством мужчины, но, реалистично, с этим было несколько проблем. Фира, вероятно догадавшаяся о сути ситуации от внезапного колебания своего брата, заменила свое сомневающееся выражение слабой улыбкой - той самой, с которой Сари и Васу было так трудно иметь дело. Она заставила глаза Фиры выглядеть так, как таковые у змеи, поджидающей свою добычу.

Фира смахнула назад свой волос, разделявший свой пепельный цвет в его, и продолжила ему улыбаться. - "Тогда почему бы не оставить их в покое? Мы можем отложить наказание, а потом возместить ущерб. Ахх, я едва могу дождаться."

"..."

Чем дольше он оставит Сари, чем грязнее все это станет. Если он бы хотел спасти ее от садистических наклонностей своей сестры, ему нужно было до нее добраться первому. Вас прервал разговор с Фирой и еще раз бросился бежать по коридору. Фира позвала его из-за спины, ее тон расслаблен и ленив.

"Эвери тебя будет только ненавидеть, если ты продолжишь ограничивать ее так, ты же знаешь."

"Знаю," - Отозвался он язвительно.

Слова на вкус горьки, того же самого вкуса, что сопровождал его через все детство, но он не позволил этому себя остановить.