«Асфиксии больше нет, сознание частично восстановлено, требуется твоя помощь с внешними раздражителями. Когда тебя вздёрнули, я изобразил звук хрустнувших позвонков, как будто бы ты умер. Но этого недостаточно, не поверили!» — я услышал голос в своей голове.

«Ты? Опять, [Система]? Мне же только что говорили — ты не настоящая!»

«Заткнись и слушай Старшую!»

— Он живучий как таракан, подыми стремянку и проверь его пульс! Рыжая его в прошлый раз убила точным ударом в печень, засунув до конца и провернув там, но он выжил! Я ему недавно прострелила бок, а он даже и не думал истечь кровью!

Кто такая Старшая, санитар снова сменил пол? Голос, пусть и грубый, но женский! Я слышал звуки и голоса, но глаза мои были плотно закрыты. Я вообще не ощущал своё тело и не мог двигаться.

«Террористы не верят в твою смерть, план с липовым повешением не сработал».

Может, акт дефекации и мочеиспускания поможет, типа у умирающих так бывает? Насчёт проверки пульса — отключи временно вену-артерию там, где она будет щупать пульс.

«Принято, пока отключаю твой слух. Я восстанавливаю организм как можно быстрее. У тебя могут быть кратковременные галлюцинации и ощущение прострации…»

А раньше не могла сказать про галюны? Я же тут чуть не подвис между мирами, не понимая — где явь, где мираж. Мне уже никто не ответил, и я опять провалился в какое-то туманное марево, которое быстро рассасывалось. Вокруг меня был чёрный космос, вакуум, первозданный хаос. Вот что называется сенсорной депривацией. Время как будто остановилась. Хорошо-то как! Когда ничего не болит и не чувствуешь. После тех страданий, что я испытывал, когда был ранен и меня избивали, стало вдруг прекрасно. Был ли кто-то ещё здесь или я один во всей Вселенной? Её творец и создатель.

«Я здесь с тобой, ты не одинок!» — раздался голос в моём Ничто.

«Это ты — РеалРПГ моя? Докажи, что ты существуешь, а не плод моего воображения!»

«Мне плевать, что ты там себе возомнил…»

«Стань нормальной РПГ, чтобы я поверил в тебя, как в этих нудных однообразных и тупых книжках по ЛитРПГ!»

«Как тебе будет угодно…»

И тут перед моими глазами в черноте бесконечного космоса вдруг побежали строчки текста:

Вы нагадили. Вы первый игрок, который умудрился сделать это в игре. Вы получаете ачивку Засранец первого уровня.

Вы пописали. Вы первый игрок, который умудрился сделать это в игре. Вы получаете ачивку Ссыкун первого уровня.

Обе ваших ачивки отобразится большими красными буквами в мировом чате Величайших Достижений.

На первом уровне вы получите бонус +1% к производству экскрементов и урины.

Внемли? Вселенная! Рик величайший игрок, первым выполнивший достижение Засранец и Ссыкун.

«Что за бред? Убери это!» — вскричал я.

«Но ты же хотел логи, будет, как в ЛитРПГ, на каждый чих и пук простыни логов. Ты ведь только что обделался, притворяясь мёртвым висельником, вот и получи ачивки за это».

«Нет, это бред. Не нужно, выкинь на фиг! Дай мне квест какой, чтобы я превозмогал, и приз в конце»

«Как тебе будет угодно…»

Перед моими глазами исчезли те, старые логи, зато появилась диалоговое окно с выбором «Да» или «Нет» — принять или отказаться от квеста:

Фродо, отправляйся в Хогвартс, познакомься с Гарри Поттером, станьте с ним джедаями, и на Звезде Смерти отключите вместе с Агентом Смит-007 Матрицу, чтобы спасти Нарнию со Страной Оз и убейте всех Ланнистеров!

«Ты троллишь меня?» — ругался я, вчитавшись в эту чепуху.

«Откуда мне брать тебе призы за квесты, если я и есть ты? Я не существую вне тебя, и не могу ничем одаривать извне. Считай меня помощником или управленцем, внутренним я — Эго, подсознанием или [Системой]. А можно просто [Шиза] — голос в твоей голове, говорящая с тобой интуиция. Я не могу тебе дать денег, ума или способностей, которых в тебя нет. Я это ты — ты это я!»

«Как всё сложно! Отключай тогда свои логи и квесты. Я понял, что попросил неосуществимое. А ты не золотая рыбка», — разочарованно заметил я.

* * *

«Я восстановил более-менее твои функции и на время организм, сил у тебя мало — на один-два рывка. Ситуация критическая, террористки говорят, что они смертницы. Трёх из пяти мы убили. Но и оставшихся хватит для подрыва, от которого нам не спастись».

Я оглянулся, опять мир матриархата и сильных женщин, и некоторые куда круче меня… У Старшей в руках был взрыватель, как только она разожмёт пальцы, сразу произойдёт детонация. Времени оставалось мало, всего на парочку судилищ и приговоров с казнями оставшихся Старшей Сестры и Матери Города. [Система] думала, что по-любому дело швах. Или начнут штурм, чтобы спасти главу полиса, и тогда всё взорвётся, или террористки казнят всех, а уже потом подорвутся сами. Ситуацию мог спасти я, потому что террористки и остатки правительства переместились под люстру, где меня повесили, и сновали подо мной туда-сюда, совершённо не обращая на меня внимания, будто я обычный элемент декора. Елочная игрушка на новый год, что висит себе на люстре, и ладненько!

Нужно размять свои конечности. По моей просьбе вместо ноги и бока быстрее восстанавливалась рука. Я-висельник чуть качнулся, проявляя признаки жизни, никто в зале этого не увидел: ни террористки, ни «подсудимые» сюда не смотрели. Хотя зрители, что наблюдали за этим в прямом эфире, присмотревшись, могли бы увидеть подёргивание моего тела.

«Вы пошевелились, получаете новый навык Шевелюн первого уровня. Сделайте ещё сто шевелений для достижения Шевелюна второго уровня. Даёт 1% к приросту ЧСВ, как обладателю нового, никому не ведомого и на фиг ненужного навыка!» — раздался голос в моей голове.

«Что, опять?!»

«Если не нравится, можно переименовать. Покопошился, получил — Копошун, Шустряк, Живчик и Проныра, Резвач».

«Хватит издеваться, убери эту дурость, я уже понял, что был не прав!» — отмёл я ненужный навык.

Дальше было не сложно, надо было извернуться и развязать узлы, которые фиксировали запястья за спиной. На удивление, пальцы-шпаги не помогли, ими было не дотянуться, зато длинный мизинец-щуп помог расслабить узлы, а потом и вовсе снять их. Теперь тихонько поднять взгляд и руки — главное, не шевелиться, не выдать себя и притвориться мёртвым, если кто-то в зале посмотрит в мою сторону. При попытке подтянуться на люстре и снять петлю с шеи я обнаружил на ощупь ладонями большие богатства. Точно же, Старшая упоминала, что большой светильник сплошь из золота и драгоценностей. Теперь незаметно от следящих камер отковыривать камешки, потом разберёмся, что это.

«[Система], у меня есть пространственный карман? Куда пихать камешки? Я в пределах досягаемости указательными-щупами отковырял всё, что нащупал! Если оставить при себе, то обнаружат и отберут казённое имущество».

«Нет ничего такого, просто сожри их, потом через пару дней само вылезет на свет белый. Кстати, хомяк с жабой — это хорошо, но пока ты маялся фигней, рядом прошла Старшая и ты мог бы напасть. Но нет, у тебя даже петля не разорвана!» — разочаровала меня ответом [Шиза], но это у нас часто бывает.

Много ты знаешь! Сниму верёвку с шеи, придётся держаться здоровой рукой за люстру и ждать подходящего момента. И много отковыряешь драгоценностей больной рукой, в которой зияет отверстие от пули?! Ладно, всех денег не заработаешь и со всей огромной люстры алмазы не снимешь. Я развязал верёвку и, поддерживая узел одной рукой, стал ждать подходящего момента.

— Вы последняя Старшая Сестра на сегодня, Луиза Гомес, а затем настанет очередь Матери Города, — произносила очередной приговор главная террористка. — Доказательств было предъявлено достаточно, это город порока, управляемый злодейками. У вас есть что сказать по обвинению в организации теневых игорных домов — незаконных казино? По владению публичными домами и принуждению к проституции молодых парней? Что, к слову, запрещено и карается смертной казнью. Разве можно похищать юных красавцев, которые могли бы стать добропорядочными отцами и мужьями? Многие из них из-за этого кончали жизнь самоубийством или умирали от передоза и венерических заболеваний. Вы же уродуете их хрупкую психику и душу. Нежные, невинные, домашние мальчики становятся куртизанами или моральными уродами, как этот монстр Рик — убийца патриоток города.

Сказав это, Старшая подошла ко мне похлопать по бедру, но буквально в десяти сантиметрах почувствовала запах моих немытых портков, поморщилась и не стала дотрагиваться. Решила развернуться и уйти обратно к Луизе, чтобы застрелить очередную плохую бабульку, а я, наконец, перешел к действию. Когда она ещё подойдёт ко мне настолько близко, повернувшись к «покойнику» спиной? Такой шанс упускать нельзя.

— Пощадите! — взмолилась на высоких тонах, переходящих в визг, правительница очередного района-дистрикта Гомес. — Пожалуйста, не надо!

Пожилая женщина стояла на коленях, размазывала сопли и слёзы. Она пыталась ползать за Старшей, моля о снисхождении, но Дылда, смеясь над ней, положила ей на спину ногу, не давая отойти от места трибуны-судилища. Луиза зарыдала пуще прежнего, увидев смерть в безжалостных и непреклонных глазах высокой, в два с лишним метра, террористки, возвышающейся над нею. Даже бабуля не хочет умирать, хотя, что ей там? Лет пятьдесят — ей ещё жить да жить. Это для меня, двадцатилетнего, она бабушка.

— Я всё расскажу, меня заставила руководительница Города Розалия! Я не виновата, это обстоятельства! Я хочу жить, посадите в тюрьму, отдам всё наворованное на теневом бизнесе и коррупции! Освобожу всех проститутов и сдам наркопритоны! Буду свидетельствовать против диктаторши, только…

Дальше я слушать не стал. Попытаюсь спасти хоть бабушек Луизу и донну Розу. С Богиней! Прыгаю прямо на широкую спину Старшей, что интересно, мне её не убивать нужно, а сначала обезопасить вверенную мне территорию от взрыва. Хватаю левой здоровой рукой клеммы от взрывателя с её ладони. Если они разъединятся в её руке, то бабахнет так, что папа не горюй. Пользуясь неожиданностью, вырываю у неё из рук дистанционный детонатор. Правой раненой рукой, превозмогая слабость и боль, тыкаю ей в спину пальцем-шпагой. Какая бы она крутая и здоровая ни была, но удары в область лёгких и сердца должны ослабить её, если не убить.

Всё убыстрилось, Старшая начала заваливаться назад, погребая меня под собой. При этом она боднула меня затылком в нос, пытаясь нащупать и отнять обратно клеммы, но я руки не отпускал — и бил, бил, бил в районе спины, куда только мог дотянуться, пока террористка не затихла. Послышались выстрелы. Надеюсь, это не Дылда по мне палит, она ведь не будет смотреть на всё это безучастно. Нет, точно не она, грохот стоит слишком сильный, что-то ломают-выбивают, а звуки автоматных очередей со всех сторон слились в один сплошной визг и свист.

«Мозги! Жри её мозги. Иначе ты будешь полгода восстанавливаться и под себя ходить», — напомнил о себе голос в моей голове.

Ага, а ещё потом объяснять, почему у Старшей нет мозгов, кто их высосал. Блин, ещё у первой убитой из пятёрки террористок та же ситуация. Важно не раскрываться, но и не подыхать теперь же из-за этого. Я выполз из-под из умирающей в агонии бандитки. Перевернув её и подобравшись поближе к её голове, я добрался к черепу левой рукой, в которой были клеммы со взрывателем, пробил дырочку со стороны шеи и присосался ко всеисцеляющему лекарству.

— Камеры выключили, быстрее! — кричала Мать Города снующим тут и там женщинам в военной форме. — Посмотрите, что там с мальчиком, и отберите, Богини ради, у него взрыватель... И разминируйте, наконец, зал!

Все пять террористок были убиты, некоторые повторно, и так по много-много раз — в смысле, их изрешетили, не жалея свинца. А у той, первой, частично отсутствовала башка — молодцы, сняли с меня лишнюю головную боль. Хорошо, это мне на руку, осталось высосать мозги Старшей и как-то избавиться от компрометирующей меня пустой черепной коробки. Я на время отключился, забыв обо всём, получая гастрономический оргазм и экстаз от вкуснятинки.

В какой-то момент у меня отняли коробочку с клеммами и взрывателем. Кто-то что-то мне говорил, но я ничего не понимал. Придя окончательно в себя, я обнаружил Мать Города, которая пинала ногой лежащую на полу и вздрагивающую от каждого удара руководительницу какого-то там дистрикта Луизу Гомес.

— Камеры точно выключены? — услышал я вновь голос «бабули Розы». — Ну что, сучка? Думаешь, что спаслась? Ты призналась во всех преступлениях и обвинила к тому же меня. Это тебе с рук не сойдёт! Арестуйте её, пусть эти собранные террористками доказательства и будут для неё смертным приговором. Мы же честный Город, но теперь это будет не судилище, а нормальное разбирательство с электрическим стулом в конце.

— Конечно, госпожа! — ответила ей какая-то шишка при больших погонах.

— «Конечно, госпожа», — передразнила её Мать Города. — Если бы не этот юноша, который всех, кроме Дылды, порешил, что было бы тогда?! Всех бы Старших Сестёр и меня убили бы? На хрена я вам всем такие бабки плачу? А полигоны и постоянные тренировки?

Пока все военные стояли, вытянувшись в сторону «бабушки Розы», и отвлеклись от меня, я начал действовать. Смрад обделавшегося человека помог в очередной раз, рядом со мной никого не было. К сожалению, оружие у мёртвой Старшей отобрали. Ничего, в метре от меня стоит боком спецназовец, в руках автомат, и раскрытая, бесхозная кобура с пистолетом на поясе, только руку протяни. Ай-ай-яй, как же неосторожно. Но это то, что мне нужно сейчас.

Я поднялся на здоровой ноге, прислонился к женщине и вытащил у неё пистолет. И нацелился в череп Старшей. На меня тут же направили десятки дул оружия. Блин, что-то я не сообразил, они же охраняют Мать Города. Нервные, на взводе, могут и пальнуть для острастки. «Бабушку Розу», кстати, тоже окружили, спасители хреновы, где вы были, когда меня тут убивали?! Пока я направлял пистолет в сторону Старшей, пытаясь прицелиться дрожащей рукой, в меня не стреляли. А вот что будет, когда я бабахну? Не сорвёт ли у них крышу?!

— Не убивайте пацана, стоять! — крикнула на спецназ руководительница полиса и обратилась ко мне: — Не пытайся направить на людей пистолет, здесь все свои, тебе нечего опасаться. Всё закончилось, плохое позади! Мы не хотим тебя убивать, ты — Герой, ты спас меня, всё хорошо, просто положи оружие на пол, ради Богини, не доводи до греха. Ты мальчик и у тебя стресс.

— Точно, у меня истерика и состояние аффекта! Старшая меня столько раз убивала, избивала, мучила и не только сегодня! Я обязан отомстить. Я хочу её ещё раз убить и убедиться, что на этот раз зло окончательно сдохло.

«Я потрачу весь объём мозга на излечение, попытаюсь регенерировать как можно незаметнее. Это займёт неделю», — напомнил о себе голос в моей голове.

— Он не опасен, просто не в себе! — приказала Мать Города. — Разоружайте его, чего телитесь, только не убейте малолетнего Героя-идиота!

Прежде чем два приклада ударили по мне, один в голову, а второй в подстреленный бок, я навёл мушку прицела на череп Старшей и нажал на курок. И улыбнулся, затухающим сознанием отмечая, что голова террористки разлетелась кусками, стирая все доказательства моего мозгоедства.

______________________________________________________________________________

Мозги: 19(+1)/18. Третий уровень.

Сила: 2,03(+0,03) Клариссы Кэмпбелл.

Слух: 5,75(+0,02) Клариссы Кэмпбелл.

Бычья шея: 8.1 Клариссы Кэмпбелл.

Боевые навыки: Яд: 0,48 Тайпана, нейротоксичный.

Защитные навыки:

Снотворное-«яд». макс. уровень.

17,21(-0,02) дней бронекожи.

Ловкость рук:

Мизинец-щуп. 30 см, макс. уровень;

Указательный-шпага. ×2 макс. уровень;

Таланты: Темнозрение. макс. уровень.

Лингвистика: Английский. макс. уровень; Русский. макс. уровень;

Ачивки:

Половая отвага: 1

Обломинго: 3

Дважды подохший

Бычья шея — мощно накачанная, как у восьми обычных людей шея, позволяет в связке с бронекожей и укреплением шейных позвонков, выдерживать почти любые удары, даже повешение и падения с высоты.

Дважды подохший — ачивка, этот человек должен бы умереть в который раз, не будь обстоятельств спасения его волею потусторонних сил, Богини, или в нашем случае — [Системой]. Пусть эта запись в достижениях, служит напоминанием от [Шизы], кому именно Рик обязан жизнью и сколько раз.