Светлая Зубатка была в самой защищенной пещере в подземелье – ее личной комнате. Она стояла на коленях внутри сложного магического круга, на пьедестале перед ней лежал хрустальный шар, а вокруг – разложено множество катализаторов, необходимых для работы заклинания. Не она все это сделала, это была работа невероятно сильного мага, полугоблинша могла лишь использовать заклинание, запечатанное в этом круге, используя свою ману и катализаторы. Это не было заклинанием последнего шанса, оно не могло напрямую нанести кому-либо вред, но оно могло помочь связаться с тем, кто может это сделать.

Комната была хорошо запечатана защитными чарами, и авантюристы, когда дойдут досюда, не смогут беспрепятственно войти и это их задержит. В то, что их смогут убить оставленные позади подчиненные, Зубатка не верила. Однажды она видела магию седьмого круга: ее использовал мастер. И тогда гоблинша поняла, что сделает что угодно, лишь бы не переходить ему дорого, как не переходить дорогу никому, способному на такое. И сейчас несмотря на все предостережения, она все же столкнулась с магом такой силы. И сделала в этой ситуации все, что могла – убежала. И очень быстро. Без раздумий. И спряталась в самой защищенной комнате. Кроме того, в этой комнате было будущее ее гнезда – почти два десятка малышей-гоблинов, еще не способных даже на свое первое убийство. Все они сгрудились в кучке, со страхом прислушиваясь к звукам снаружи. Сами звуки не пугали босса подземелья, намного больше ее испугал тот момент, когда звуки в один миг прекратились.

Наконец, зеленый некротический свет пробежал по магическому кругу, активируя заклинание, и хрустальный шар перед девушкой потерял свою мутность. В нем проявился лысый череп ужасающе сильного создания. Гоблинша мгновенно склонила голову, приветствуя собеседника:

– Мастер!

– Почему ты вызываешь меня? Неужели ты проиграла тем авантюристам, о которых говорила? Даже с тем антимагическим щитом, что я дал тебе? – глаза лича опасно вспыхнули магическим пламенем, и кровь отхлынула от лица Зубатки.

Она отчаянно пролепетала:

– П-п-п-п-прошу прощения, Мастер! Та эльфийка… Волшебница, она способна на заклинания вплоть до седьмого уровня! Я не предусмотрела это!

– Вот поэтому ты глупа. Только идиот не будет учить чудо осмотра, хотя мог бы. Информация – сильнейшее оружие. Но что сказать… Седьмой уровень? У эльфов есть таинство, позволяющее раз в день использовать заклинания на круг выше своего максимума… Так что она максимум на шестидесятых уровнях. Возможно, даже на пятидесятых, если у нее есть еще артефакт или титул, способные увеличить предел еще на уровень… В таком случае, она не столь желанна. Но если ты убьешь ее, то ее артефакты того будут стоить… Эльфы любят древние вещи. Итак, что ты от меня хочешь?

– Силы, Мастер! Молю, дайте мне что-нибудь, способное мне в одиночку одолеть их!

– Ты просишь меня дать тебе что-то, что сделает тебя, воина поддержки способным победить отряд из семи авантюристов? Это должно быть что-то невероятно мощное, и чтобы ты могла использовать это на полную мощь с твоими-то силами. Ты представляешь, сколько это будет стоить?

– Да, Мастер… Много… Я предлагаю все, что у меня есть! Все деньги и артефакты героев, приходивших сюда!

– Хмм… – Лич задумался на секунду, телепатически осматривая сокровищницу гоблинши, и та молила, чтобы увиденное оставило могущественную нежить довольной. – Мало. Очень мало. Что еще предложишь?

– Душу… Души… Всех из этого отряда…

– Мало.

– Я, как опекун этих детей… Я дарую вам их души, Мастер!

Лич впервые стал выглядеть более довольным:

– Славно. Идет. И ближайшие полгода все души, артефакты и золото, что ты получишь – будешь отдавать мне. Держи и победи. Если даже так ты проиграешь, я буду очень и очень разочарован.

Как только лич закончил говорить, все два десятка детей безжизненными мешками мяса и плоти упали на пол, мгновенно умерев, а хрустальный шар вновь потух. Взамен же круг телепортации вспыхнул в последний раз, потеряв всю свою энергию, и перенес прямо гоблинше в руки клочок пергамента.

«Свиток!» – поняла девушка, а ее глаза расширились от шока. Маленькая компактная вещь, способная дать возможность использовать запечатанную в нем магию даже абсолютно не наделенному маной существу. Невероятно редкие вещи, которые, говорят, идут от самих Врат, Считающих Души… И каждый из свитков содержит в себе буквально божественную мощь – заклинание девятого или десятого уровня… Зубатка встала, воодушевленная. Теперь-то она была уверена в своих силах.

Как раз в это время магический барьер, охраняющий ее комнату, рухнул, и дверь открылась, изрядно удивив девушку – она не ожидала, что это произойдет настолько быстро.

– Молодец, Аня, хорошая работа. – Раздался голос мужчины в возрасте, и отряд в полном составе предстал перед гоблиншей. Проклятье, она надеялась, что хотя бы парочка из них погибнет от рук ее воспитанников! Она же усилила их своей [Зелёной Волной]…

Босс подземелья посмотрела на авантюристов, трупы детей, и свиток в своих руках, решительно влив в него ману: если она умрет здесь, то все было зря! Девушка мгновенно почувствовала изменения. Ее тело стало претерпевать значительные метаморфозы: из спины в двух направлениях выросли еще два туловища со своими руками и головами. Зубатка чувствовала их, но не могла управлять ими напрямую: в каждой голове было собственное сознание, которое даровал ее телу свиток. В этот момент в хрупком теле гоблинши находилось три души, включая ее собственную, и тело изменилось чтобы принять эту мощь. Девушка прислушалась к ощущениям, находя их… довольно комфортными, хотя и странными. Авантюристы побежали к ней, что-то крича, но босс гоблинов не слышала их – она исследовала собственное тело.

Увлекшись, гоблинша пропустила тот момент, когда к ней с одной стороны подбежала злобная собака, а с другой – из темноты, замахиваясь кинжалом, появилась хрупкая девочка. Жертва атаки испуганно вскрикнула, понимая, что не успеет защититься,, но тут ожили дополнительные тела, спящие в ней: в руках у одного тела появились два топора, которыми то мгновенно атаковало собаку, нанеся ей рану, и заставив отступить с воем, а у второго тела материализовался посох, из которого в человеческую девочку вырвалась чистая энергия в виде луча.

Аня, извернувшись в воздухе, отпрыгнула назад, и вновь исчезла в тени, а Изабелла, использовав [Регенерацию], залечила свои раны, выискивая у монстра слабое место. Основное тело пришло в себя, заметив, что в нее летят стрела и [Каменный Снаряд], вытянула руку с криком:

– [Щит]!

Защитившись от атаки, Зубатка использовала [Благословение] на все три свои тела, на порядок временно поднимая все характеристики.

– Это был мой последний заряд [Каменного Снаряда], – проинформировал команду Роберт, доставая меч, – Клейн, блокируй мага, Глен – воина, я беру на себя основное тело, остальные – действуйте по ситуации.

Паладин-человек подбежал к торсу мага, торчащему из спины гоблинши, и замахнулся в атаке, однако увидел, как на конце посоха противника загорается магический свет, и мгновенно прикрылся щитом. Дварф же в этот момент, вновь сменивший оружие на одноручный топорик и щит, вступил в бой с другим телом. Множество ударов, каждый несущий смерть, встретились друг с другом, высекая искры из стали оружия. Глен собирался подавить врага, заставив того открыться для ударов своих союзников, но с удивлением обнаружил, что сам вынужден, в основном, отбивать вихрь атак твари. Он мог бы потратить оставшиеся три единицы маны на активацию [Ярости], это усилило бы его, хоть и не так как та же способность за пять единиц маны, но эти крохи ему нужны были для другого навыка.

Василий, стоя в безопасности, пускал стрелы одну за другой, а Лия начала читать заклинание шестого круга:

– Я – Зверь Пустоты! Я – Повелитель Космоса! Я…

– [Контрспелл]! – Использовала высокоуровневое заклинание Зубатка, прерывая каст Лии. Гоблинша никогда ранее не владела такой магией, но почувствовала, как сила свитка не только дала ей два дополнительных тела других классов, но и подняла уровень самой паладинши, открыв ей новые горизонты сил. Не сильно, но, судя по ощущениям зеленокожей девушки – уровней на пятнадцать-двадцать, а с этим следовало считаться.

– Вот поэтому я и ненавижу заклинания высоких кругов! – вновь стала жаловаться Лия. – Их легко сбить, мне достаточно просто потерять концентрацию! Ай, перехожу обратно на начальную магию! [Огненные Лучи]!

– Лия, черт возьми, у нее все еще есть тот артефакт, блокирующий слабую магию! – закричал Клейн, наблюдая, как разрушительное пламя просто исчезает в метре от гоблинши.

– А-а-а! Черт возьми, не круто вообще! Слышишь, ты, чертила зеленопузая! Ты – отстой! Поняла, а?! – Лия не на шутку разозлилась, и решительно стала выжидать момента, когда гоблинша не сможет сбить ее прочтение заклинания.

А та тем временем не стояла без дела, резко повернувшись, она застала авантюристов врасплох, меняя их противников, и нарушая план битвы: Клейна почти сразу серьезно ранили в плечо, топор с чавкающим звуком вошел в плоть, разрезая ее и ломая плечевую кость по пути, заставляя Клейна с криком агонии упасть на землю. Тело бойца попыталось добить парня, но собака, схватившая его за руку, резким рывком унесла парнишку в безопасное место. Из темноты паладину прилетело зелье, и раздался голос:

– Малое лечебное. Должен будешь тридцать семь серебряных!

Клейн в ярости сжал зубы, но принял зелье и выпил его, не в состоянии самостоятельно вылечить себя без маны. Боль мгновенно утихла, а рана стала понемногу затягиваться. Особых иллюзий паладин не питал: потерянную кровь, и большую часть мяса зелье не вернет, да и кость не восстановит, но хотя бы даст ему возможность шевелить рукой, и не умереть от кровотечения. Полностью же вылечиться можно будет позже в храме.

Тем временем, Ане пришлось вступить в ближний бой вместо временно выбывшего Клейна, где воин с топорами мгновенно подавил девушку, не особо сильную в прямой конфронтации. А Глен в этот момент страдал от неожиданной встречи с основным телом, которое вместо атак мечом, стало нападать на гнома концентрированными лучами света, явно зная о сильной уязвимости гномов к любой магии. Несколько сильнейших ожогов на теле дварфа уже наполняли воздух запахом горелой плоти, и сковывали движения берсерка.

У Роберта же все было более-менее неплохо. Будучи опытным магом, он мог различить многие заклинания тела-мага, и знал, как увернуться или свести их на нет. Человек не был хорош в ближнем бою, но и гоблин тоже обладал хрупким телом заклинателя. Поэтому, поняв, что слишком много вреда друг другу они нанести не смогут, монстр сместил свое внимание на добивание раненного Клейна, и призвал пять синих огней, предназначавшихся для убийства паладина. Однако, увидев это, Изабелла бросилась на колдуна, заставляя того сменить цель атаки.

– Я – Зверь Пустоты! – вновь начала Лия, – Я – Повелитель Космоса!..

– [Контрспелл]!

– А-а-а! Я тебя ненавижу! Ненавижу! У меня осталась одна ячейка шестого уровня!

Клейн вернулся в бой, позволяя Ане вновь спрятаться в темноте пещеры, а босс вновь завертелась, меняя положение своих тел. И вот два паладина столкнулись друг с другом лицом к лицу, и гоблинша, направив в человека меч, начала колдовать:

– [Святой Луч].

Клейн на это лишь немного отклонил голову в сторону, не прерывая собственную атаку. Луч сжигающего света пронесся в сантиметрах от головы парня, а сталь клинка пролила кровь гоблина, рассекая ее ребра.

– [Святой Луч]!

Человек отскочил, увернувшись и от этой атаки, и, улыбнувшись, произнес:

– Я всю свою жизнь учился, сражаясь с другими паладинами Арониса. Я знаю каждое чудо в твоем арсенале, и уже привык уворачиваться от них. И знаешь, мои учителя были намного сильнее тебя!

– Срань! – донеслась привычная ругань Глена. – Я ненавижу сраных колдунов!

Гном, истекая кровью, еле держался. Маг сам по себе был сильным противником, но ко всему прочему, любое его заклинание было супер-эффективно против дварфа, и гоблин, зная это, не подпускал к себе берсерка ни на шаг.

– К черту! Колдун, меняемся!

С этим криком Глен и Роберт сместились, меняя своих противников, и маг использовал свой последний заряд [Каменной Брони] на гноме, увеличивая его шансы на выживание в битве с такими-то ранами.

Вдруг, из темноты в трехтелого гоблина вылетела склянка с зельем. Столкнувшись с телом цели, она разбилась, выпуская маленькое облачко газа, мгновенно впитавшегося в монстра.

– [Ослабление Яда], [Лечение]! – Зубатка сразу отступила от нападавшего на нее Клейна, аннулируя действие яда, и исцеляя рану, нанесенную паладином. После чего ей сразу пришлось защищаться от стрел Василия: – [Щит]!

– Глен, давай сейчас! – закричал Роберт, стоя перед магом, готовящим новое разрушительное заклятье.

– [Крик Ненависти]! – закричал гном, вливая оставшуюся ману в руну на подбородке. От него прошла почти видимая звуковая волна, заставляя глаза всех трех тел гоблина налиться кровью, и все три головы повернулись к дварфу, теряя из видимости своих противников.

– Аня!

– Да здесь я, старик, не командуй мне!

Из-за спины Роберта появилась хрупкая фигура, в прыжке подлетая к телу мага, и вонзая клинок ему в шею. Маг вскричал от боли, дернулся в последний раз, и безжизненно обмяк, повиснув на плечах двух других тел. Аналогичное попытались провернуть Клейн с Изабеллой против основного тела, но та, наложив на себя [Очищение], избавилась от эффекта провокации, и использовала особо мощное чудо:

– [Легион Кубоносцев]!

Вокруг маленькой гоблинши в воздухе появилось множество золотых копий, сотканных из света. Мощным и отточенным ударом, будто каждое из них держал опытный легионер, копья обрушили сокрушительную мощь на врага паладинши. Клейн выставил пред собой щит, и отпрыгнул назад, уходя от удара. Время замедлилось, когда бог удачи сделал очередной бросок, и двадцатигранный куб прокатился в голове Клейна, определяя его судьбу. «7». Проверка ловкости провалена. Копья нашли свою цель, проходя насквозь щита, будто того и нет вовсе, разрушительные удары настигли тело человека, вонзаясь в плоть. Во все стороны брызнула кровь, когда шесть копий проткнули юношу, глубоко погружаясь в него. Легкое было разорвано, из живота обильно лилась кровь, череп в виске был мощно поцарапан, но не сломан, чего нельзя было сказать о тазовой кости.

– Ах… – издал Клейн слабый стон, обрушиваясь на пол.

– Клейн! – раздался чей-то крик. Юноша уже не разбирал, кто кричит. Весь мир пред его глазами покрылся какой-то дымкой, а мгновение спустя адская боль дошла до его мозга, но у юноши не было сил даже закричать.

Роберт подскочил к основному тело босса, атакуя ее мечом, однако тот встретил щит, безобидно скользя по стали. Однако это и было целью мага: вооруженный одним мечом, он смог заставить гоблиншу, не чувствовавшую от него опасности, раскрыться, после чего направил в ее сторону руку, и с губ мага сорвались слова:

– [Каменный Снаряд].

Большой валун материализовался перед человеком, проходя насквозь живота монстра, превращая его внутренности в кашу. Гоблинша заорала в агонии, лихорадочно накладывая [Лечение] на себя, не обращая ни на что внимание, чем воспользовалась Лия:

– Я – Зверь Пустоты! Я – Повелитель Космоса! Я дарую тебе видения о Всем! [Ментальное Разрушение]!

Бесчисленные образы космоса, иных планет, существ и миров обрушились на разум тела-берсерка, вызывая агонию и полный паралич сознания. Замерев на секунду, его голова присоединилась к голове тела мага, безвольно повиснув. Из его рта текла слюна, а из глаз – слезы. Разум существа просто замер, неспособный воспринять такой объем информации из таких органов чувств, которых у него никогда не было.

– Но как!? – Воскликнула Зубатка. – Моя подвеска!

Ее руки лихорадочно ощупали то место, где должен был быть легендарный артефакт, но того там не оказалось. Гоблинша глазами оббежала все места, где он мог быть, и увидела: подвеска лежала на земле в нескольких шагах от нее. «Тот паладин», – внезапно осознала девушка, – «перед ударом моих копий, он смог мечом задеть подвеску, сорвав ее с меня!»

– Но ты! – крикнула Зубатка Роберту, отступая от него. – Ты же сказал, это был твой последний заряд! И даже в ближний бой пошел! Ты обманул своих товарищей!

– О, это было сказано лишь для тебя, ведь ты – монстр, понимающий человеческую речь. Своим-то товарищам я еще до входа сюда рассказал, сколько у меня зарядов осталось на самом деле.

– Ага! – Поддакнула ему Лия. – Это называется стратегия! Поучись как-нибудь на досуге! А, стоп, ты же не сможешь, ведь умрешь прямо сейчас. Как жаль. На самом деле нет, я пошутила, хи-хи!

Гоблинша осмотрела этих людей. В их лицах читалась одна общая эмоция: желание убивать. Чувство захлестнуло босса. Чувство давно забытое, о котором она не вспоминала вне встреч со своим мастером: страх. В ужасе девушка повернулась спиной к врагам, бесхитростно убегая прочь. Пока она была жива, все можно было исправить! Она найдет другое гнездо! Завоюет его, и вырастит новое поколение гоблинов! Станет еще сильнее, и отомстит! Да, это займет время, и ей придется влезть в долги, но это все поправимо, надо лишь сбежать

Мысли эти оборвала стрела, пробившая гоблинше ногу насквозь. Девушка упала, крича от боли, страха и отчаяния. И из тени подземелья над ней появилась маленькая фигура девочки. Та опустила оружие, пронзая грудь монстру, убивая ее. Одним ударом. Как и любила Аня.