– Эм, что?.. – опешив, спросил Клейн. Лия от неожиданности даже плакать перестала, и, нахмурившись, обиженно сказала:

– Вот поэтому я никогда и не использую высокоуровневую магию!

Однако обсуждать и поражаться ситуации не было времени, ведь гоблины с, буквально, удвоенной силой набросились на авантюристов. Хобгоблин с дубиной нанес удар по Глену, и, хотя тот заблокировал его своим гигантским молотом, хоб с легкостью отправил дварфа в полет. Мгновенно оценив ситуацию, Роберт закричал:

– Бегом к стене! Все! Встаньте поближе!

В панике, еле отбиваясь от атак, ставших невероятно опасными гоблинов, герои собрались кучкой у стены, почти прижимаясь друг к другу, и готовясь дать последний бой. К отряду приближалась волна зеленой ярости. Множество клинков, зубов и омерзительных ликующих лиц монстров было все ближе и ближе. Глен покрепче перехватил оружие, с решительной злобной улыбкой готовясь к бою. Клейн повыше поднял щит, вознося молитву своему богу, прося даровать им толику удачи. Аня уже успела уйти в скрытность, но паладин чувствовал, что она где-то рядом.  Изабелла, теперь в форме волкодава, стояла рядом с гномом, скалясь и яростно рыча на врагов. Василий наложил стрелу на лук, радуясь уже тому, что не надо бегать, довольно по-простому подходя к ситуации. Вообще, он не понимал, почему все настолько напряглись, разве только что не говорили, что Лия какая-то ультра-супер-крутая? Она одна не справится? Лучнику было интересно, но парень он был простой: сказали собраться у стены, он пришел, все готовятся к бою – он тоже. Особенно учитывая спокойствие Лии и Роберта. Орда почти добралась до авантюристов, когда раздался хлопок в ладони, и спокойный голос мага земли за спиной Клейна:

– [Стена], [Стена] и [Стена].

Перед глазами паладина из стен под углом вылезли две стены, отгораживая людей от зеленокожих тварей, образуя треугольник с естественной стеной пещеры позади них. Третья же плоская каменная поверхность появилась у них над головами, захлопывая получившееся убежище со всех сторон. Отряд оказался полностью изолированным от толпы монстров. И, судя по звукам, тем это совершенно не понравилось. Вопли ярости, разочарования и еще большей ярости звучали по ту сторону возведенных магом стен. Послышались множественные удары, и, даже заклинания, пытающиеся проломить камень. Клейн озабоченно спросил:

– И сколько продержатся твои стены под таким напором?

– А как долго, говоришь, продлится это их состояние? – Ответил Роберт, усаживаясь на пол. – Десять минут? Значит, продержатся десять минут. Позже я их рассею, и мы доделаем дело. Может, мудрости у меня не много, поэтому заклинаниями закидывать, как Лия, я не могу, но моего интеллекта более чем хватает, чтобы считаться с силой моей магии. Присядьте, отдохните, наберитесь сил. Через десять минут нам снова в бой. Враги никуда не денутся, нам придется вновь сразиться с ними. Хотя теперь они будут без своего лидера, так что будет на порядок проще.

– Ох, это значит… – радостно встрепенулась Лия.

– Нет. – Мгновенно оборвал ее паладин. – Не значит. Ты все так же должна будешь использовать заклинание шестого уровня. Хватит скидывать всю работу на нас!

– Но как же… – эльфийка разочарованно обернулась к лидеру отряда, ища у него поддержки. Тот посмотрел на ее милое личико, и, отвернувшись, пробормотал:

– Ну… Клейн как бы прав, конечно… Так что тебе надо будет все же использовать сильную магию… Понимаешь, времени нам здесь терять – не очень хорошая идея… – Волшебница прижалась к мужчине, глядя на него умоляющим взглядом, и тот, краснея, добавил: – Но можешь использовать всего одно такое заклинание, все же это и правда тяжело, не перенапрягайся, ха-ха!

– Эй! Нечестно! Нечестно! Она тут отдыхает, а мы страдаем и впахиваем! Я вообще всю свою ману потратил лишь бы дать нам шанс!

– Отдыхает? – серьезно посмотрел на парнишку Роберт. – Ты это серьезно? Напомнить тебе, сколько она внесла урона своей магией? Да, это низкоранговые заклинания, но их десятки, если не сотни. Да, она не выкладывается на все сто, но я никак не могу назвать это отдыхом.

– Но ведь… – Клейн обернулся, ища поддержки у товарищей, но лишь за тем, чтобы увидеть, как матерящийся Глен пытается расцепить зубы Изабеллы, сомкнувшиеся на его руке. Друидка в форме собаки, рычала и пускала пену изо рта на руку гнома, глаза ее пылали животной яростью, в них не было ни намека на обычную застенчивую девушку, или на разум в принципе. Роберт, увидев это, повысил голос, чтобы перекричать какофонию, раздающуюся снаружи:

– Изабелла! Успокойся!

Отблеск узнавания появился в глазах собаки, и вокруг нее появилась умиротворяющая аура. Клейн почувствовал, как девушка использует на себе свое заклинание [Успокоение]. Спустя несколько секунд собака исчезла, и место ее опять заняла миловидная и привлекательная девушка с двумя косичками, стоящая на коленях, и держащая во рту жилистую мускулистую руку Глена. Глядя на эту картину, Клейн стал даже завидовать дварфу.

– Ох! Простите, пожалуйста, извините! Я совсем потеряла контроль… Такое случается… Но редко! Редко! Молю, простите меня! – Изабелла поднялась с земли лишь чтобы вновь рухнуть на нее в нижайшем поклоне, вымаливая прощение, и дрожа от страха. Юноша же с неким разочарованием заметил, что одежда на девушке, видимо, была зачарована, и вернулась, когда друидка вновь стала человеком.

– Ниче страшного. Но больше так не делай. Или я могу оторвать тебе голову. – Успокоил девушку Глен, однако та, взвизгнув, лишь сильнее склонилась в поклоне, пряча свои слезы.

Клейн вздохнул и подошел к дварфу:

– Покажи руку, ее надо перебинтовать и обработать. У меня закончилась мана, но помогу чем смогу.

– А, не, пасиб, но не надо. Я не ранен. Зубы не пробили кожу. Я ж не лошок какой-то, пораниться о зубы какой-то скотины. Или лошок? Ты на это намекаешь да, чертов мелкий засранец!?

– Эй… А сколько у тебя очков в живучести?

– А? Сорок одно. Считаешь, слишком мало, да!? Думаешь, на суммарном девяносто втором надо иметь больше!? Ты на это намекаешь!? Хочешь смахнуться, да!? Хочешь поспорить, кто сдохнет первым!?

«Ах. У него девяносто второй», думал Клейн, пока Глен распалялся все больше и больше, находя новые и новые смыслы в словах человека. «Класс. Еще один монстр. Гном девяносто второго, эльфийка с седьмым кругом заклинаний и полутора сотнями мудрости, гений-ассасин, друид, способный каким-то чертом колдовать в форме зверя, Роберт, как-то собравший этих людей, и командующий ими. Я один тут нормальный!?». Взгляд юноши наполнился жизнью и радостью, когда он вспомнил: «О! Есть же еще один!». Парень воодушевленно посмотрел на своего коллегу по несчастью, и увидел, как Василий с нежностью и заботой перебинтовывает коленку Ани, на которой та содрала кожу, упав во время побега. И Аня… Радостно болтала ногами и наслаждалась этим, мило болтая с мужчиной. Та самая Аня, которая, кажется, ненавидит все живое, и которая находила, в чем обвинить самого Клейна, когда тот ее лечил.

– Ну да. Он тоже монстр. Классно.

– Че!? Ты это про меня, да?! Ты кого монстром назвал, щенок шелудивый!? – Сказав это вслух, Клейн случайно дал Глену новую энергию для оскорблений. Тот все продолжал и продолжал, утомляя Клейна все больше и больше. – Да я тебя, и твою мать…

– У меня нет матери, меня воспитали в храме, я сирота, – машинально ответил парень.

– Ох. Извини. – Внезапно серьезно ответил Глен.

– Что? – Клейн ошарашенно посмотрел на злобного полурослика.

– Извини, говорю. Не хотел задеть больную тему.

– Ох… Да ладно, все хорошо, наверное… Я никогда и не знал своих родителей. Меня вырастил мастер-настоятель, и я вовсе не жалуюсь! Все хорошо, спасибо.

– Не важно, помнишь ты их или нет. Ты знаешь, что их нет, а могли бы быть рядом, если бы не обстоятельства. Потеря близкий таким или иным способом – всегда страшная трагедия, и я соболезную тебе. Я понимаю и разделяю твою боль. Если захочешь поговорить об этом – приходи.

С этими словами Глен ушел в сторону, где сел на камень и достал фляжку с пивом, оставив Клейна в совершенно непонятном состоянии.

– Что это, черт возьми, было?

Гоблины все еще продолжали яростно колотить по стенам убежища авантюристов, хотя и с гораздо меньшей силой и злобой. С момента появления этого проклятого каменного гроба, прошло уже одиннадцать минут, и монстры лишились и усиления, и последних сил.

Внезапно стены задрожали, и с них стала осыпаться маленькие камни. И спустя секунду вся конструкция рухнула, превратившись в песок, исчезающий еще до того, как коснется пола пещеры. Множество злобных глаз устремилось на появившихся авантюристов, и в частности, на прекрасную эльфийку, стоявшую в центре их построения, и заканчивающую читать заклинание:

– …Отец Недр Земных, открой же рот, и прими сию жертву! [Челюсти Земли]!

Зеленокожие существа почувствовали тряску под ногами, и в следующее мгновение земля разверзлась словно титаническая пасть, полная сотен острейших зубов. Гоблины стали десятками падать вглубь бездны, издавая душераздирающие вопли. Те, кто поумнее, да побыстрее – успели подпрыгнуть, избегая падения вниз, но сама земля огромным столбом поднялась вверх, закрывая пасть, и поглощая большинство гоблинов. В живых остались лишь несколько более везучих мелких гаденышей, забравшихся на стену, да пара гоблина-лучника и гоблина-волшебника, стоявшие слишком далеко. Они в оцепенении с ужасом смотрели на представшую пред ними картину. В прочем, авантюристы отреагировали так же. Все, кроме Лии и Глена.

– О, эти двое – мои! [Прыжок]!

Пролетев всю комнату с помощью активации своей руны, гном своим телом сбил с ног лучника, и мощным ударом впечатал в землю волшебника, после чего ногой размозжил голову стрелку под собой.

– О да! Я чертовски крут, хе-хе!

Наконец, все пришли в себя: гоблины с воплями ужаса побежали прочь, но их мгновенно догнала Аня, пронзив каждого из них со спины. Один удар – один труп, все как она и любит.

– Почему ты не застрелил их? Боялся промахнуться, мальчик? – обратилась Лия к Василию, смотревшему за тем, как Аня мило вырывает клыки гоблинам. Они использовались для слабых зелий как катализатор для других ингредиентов.

– Видите ли, мэм. Я – человек простой, деревенский. И… Стрелы дорогие. У меня нет денег.

– Ох, так ты нищий, ха-ха-ха! – радостно засмеялась эльфийка, найдя еще один повод для шуток.

– Истинно так, мэм. – покорно принял клеймо Василий. – Поэтому я и здесь.

Волшебница хотела продолжить шутки и издевательства над простодушным Васей, но Клей неожиданно крепко взял ее за плечо, повернул к себе, и безальтернативно заявил:

– В следующий раз, мы с этого заклинания НАЧНЕМ, А НЕ ОСТАВИМ ЕГО НА САМЫЙ КОНЕЦ ИЛИ ВООБЩЕ НЕ БУДЕМ ИСПОЛЬЗОВАТЬ!

– Что? Не-е-ет! – захныкала эльфийка. – Я не хочу! Не буду! Ты же видел, к чему все это привело! Это была катастрофа!

– Да. Видел. Ты убила всех врагов, сэкономила нам время и спасла нам жизни.

– Да нет же, я не про это! Высокоуровневые заклинания требуют кошмарную, непосильную цену за свою поражающую мощь… – Лия зловеще выдержала паузу. – Они лишают процесс какого-либо веселья. Если я буду все решать мощной магией, то приключения превратятся в работу, и мне будет нечего рассказывать!

Клейн смотрел на милое детское личико этой прекрасной эльфийки, представляя, как бы хорошо к нему подошел разбитый нос. Паладин чувствовал, как у него чешутся руки, и пульсирует вена на лбу. Но, к сожалению, до того, как он смог воплотить свое прекрасное видение в жизнь, раздался отрезвляющий голос Роберта:

– Хватит, соберитесь уже. Главная цель не выполнена – мы не убили босса. Она не могла далеко убежать, надо найти и избавиться от нее. Изабелла, нам понадобится твоя помощь. Можешь вновь стать собакой, и найти ее по запаху?

– Н-не знаю… Прошло уже больше десяти минут, да и магия тут всю землю и запахи переворотила… Да и вы, вообще-то, тоже весьма сильно пахнете… – Тут девушка посмотрела на Глена, который уже закипал от злости, а в глазах у него был виден вопрос «Что ты там сказала про мой мужественный запах, слабачка!?», и друидка, взвизгнув, продолжила: – Смогу! Смогу! Я все смогу! Уже превращаюсь!

– Хорошая девочка – похвалил ее дварф, похлопав по бедру, из-за того, что не мог дотянуться до головы, заставив девушку обильно покраснеть, и превратиться как можно скорее.

– Славно, – подытожил Роберт. – Пойдем и убьем тварь, собравшую здесь всех этих тварей.