Аня всегда была трудным ребенком. Не в том плане, что она была непослушной бунтаркой, а наоборот, потому что она почти никогда не проявляла никаких эмоций. Кроме злости и агрессии. Ее было довольно легко вывести из себя, но не порадовать, рассмешить или удивить по-доброму.

Наверное, в любой семье, это вызвало бы большие проблемы. Но не в семье Розенармов. Здесь Ане, да и ее родителям, весьма повезло, ибо она была похожа на них обоих одновременно. Миссис Розенарм была точно такой же. Холодная, словно сталь, и с жестким несгибаемым характером, не прощающим ничего и никого. Мать с дочерью прекрасно знали друг друга, каким-то чудом умудряясь не встревать в вечные перепалки. А мистер Розенарм, в свою очередь, был невероятно добрым и чувствительным человеком. И полюбив свою жену, спустя годы, он был счастлив обнаружить в дочери те же качества, что и в любимой женщине. Поэтому, в семье алхимиков была довольно странная для постороннего взгляда идиллия.

И в данный момент она грозилась быть разрушенной. Аня стояла под окном собственного дома и плакала. Ранее она ходила в лес за ингредиентами для зелий, и сейчас, под тусклым светом луны, вернувшись обратно, обнаружила, что в ее доме находятся чужие люди. Шестеро вооруженных мужчин переворачивали все вверх дном в поисках ценностей.

Половина дома Розенармов была жилой, вторая – предназначалась для их магазина и алхимической лаборатории. И сейчас два человека сметали все с прилавков, аккуратно складывая зелья друг на друга в огромный мешок. Один из них спросил своего подельника, рассматривая оранжевую склянку:

– Эй, че эт такое, не шаришь? Написаны буквы какие-то заглавные.

– Да какая к черту разница? Это зелье, значит, кто-то да купит. Позже оценщика спросим.

Из соседней комнаты раздался звук удара плоти о плоть, и один из грабителей хмыкнул:

– Мда, странная девка. Ее бьют, а она молчит. Как бы братан не кончил ее.

– А это у нас что за мышка притаилась? – Раздался хриплый голос над ухом Ани, и девочку с силой втащили в окно. Она попыталась закричать, но ей быстро закрыли рот, и ей оставалось лишь лить слезы. – Братан, я тут нашел мелкую, ныкавшуюся под окном. Может, дочурка их? С кучей трав, да грибов каких-то в сумке.

Аня висела в воздухе, ее поднял тот самый грабитель, который и втащил в дом. Вся картина открылась ее взору: все вокруг было перевернуто вверх дном, а посреди комнаты стояли три ублюдка. Двое держали сзади мать девочки, а третий, видимо, главный, вытирал кровь с кулака. Аня зарыдала от страха в голос, увидев избитое состояние мамы, и отца, лежащего рядом уже без сознания.

– Что ж, раз тебя бить смысла нет, буду делать это с твоей дочерью. – Холодно произнес глава бандитов, подходя ближе к девочке с ничего не выражающим лицом. – Или что-нибудь похуже сделаю. А ты будешь смотреть. Или все же скажешь, где спрятаны деньги, и мы уйдем мирно.

Аня с ужасом смотрела на возвышающуюся фигуру. Большой! Сильный! И страшный! Девочка была полностью бессильна, маленькой куклой в руках взрослого мужчины. И внезапно она услышала искренний смех. Этот смех принадлежал мужчине, но не кому-либо из присутствующих. Она стала вращать головой, пытаясь найти источник смеха, и, наконец, увидела темную, почти неразличимую тень, стоящую в углу комнаты. И тень заговорила:

– Здравствуй, Анна Розенарм. Я, если честно, думал не вмешиваться, но это так смешно. Ты смешна. Такая маленькая, слабенькая, остро реагируешь на все и плачешь. Но хей, разве ты такая? Скажи, Аня. – Внезапно фигура исчезла, и голос раздался прямо на ухо тринадцатилетней девочки. – Разве ты не помнишь, что ты сделала, увидев грабителей?

Неожиданно сознание Ани прояснилось. Она в растерянности вспоминала только что произошедшие события, и то, как она на них реагировала. Слезы мгновенно перестали течь из ее глаз, холодное жестокое выражение лица вернулось на место, и в этот момент она почувствовала, как глава бандитов хватает ее рукой за волосы.

Ногой Аня пнула человека, державшего ее в воздухе, в промежность, и тот, с жалким скулящим звуком, отпустил девочку, хватаясь за раненное место, и главарь не удержал ее одной рукой. Аня упала на пол, и потянулась к ингредиентам в ее мешке. Она достала оттуда ярко-желтый цветок, весь обвешанный пыльцой, и сунув в лицо противнику перед собой, резко стряхнула всю эту пыльцу в воздух.

Бандит вдохнул желтые частички в воздухе, и закашлялся. Кашель был настолько сильным, что согнул человека пополам, давая Ане свободу действий. Девочка тем временем услышала, как, ругаясь, встает человек позади нее. Она увернулась от его неумелого захвата, пронырнув под животом здоровяка, выхватила нож, торчавший из-за пояса, и, оказавшись за спиной цели, без раздумий и чувств вонзила клинок в основание ноги. Холодная сталь порвала ткань одежды и плоть, перерезая бедренную артерию, от чего кровь обильными фонтанчиками стала вырываться из тела человека.

Остальные грабители сообразили, что что-то идет совсем не по плану, и, обнажив оружие, побежали к маленькой девочке. Та в свою очередь, увидев ситуацию, вновь выпрыгнула в окно. Раздался крик:

– Лови мелкую тварь! – И владелец голоса появился в оконном проеме, неуклюже перелезая через него. Достаточно неуклюже, чтобы дать Ане, спрятавшейся под подоконником, время встать и нанести один точный удар прямиком в горло.

Пока оставшиеся трое бандитов от неожиданности отступили, и спорили, как поступить, а их глава все еще задыхался в непрекращающемся кашле, Аня, не теряя времени, оббежала дом, входя внутрь через задний вход, прячась в тенях на родной территории. Наконец, бандиты решили, как быть, и один из них, с клинком наперевес, подбежал к матери Анны, приставляя нож к ее шее. Он закричал:

– Сюда иди, чертовка! Или я пришью твою мамашу! Брось оружие, и сдава…

Договорить человек не смог, ведь его бесцеремонно прервала девочка-подросток, подкравшаяся к нему со спины. Она вонзила собственный нож между позвонков мужчины, и с щелчком провернула оружие. Правда, мгновенно ей пришлось отступать от атак двух противников, оставив клинок в трупе. Нахмурившись, Аня легко, словно вода сквозь пальцы, просочилась между ударами бандитов, подобралась к мешку, в который те ранее складывали зелья, и вытащила то, что было сверху.

– Хватит убегать, тварь! – Разъяренно закричал один из них, размахивая топором.

Девочка пожала плечами и послушно приблизилась. Двигаясь гибко, подобно ласке, она обошла кричавшего, избегая всех атак, запрыгнула на него со спины, обхватив ногами, закрыла тому нос, и вставила в рот оранжевое зелье, заставляя выпить содержимое. Второй человек попытался помочь подельнику, и, ранив юного алхимика в бок, вынудил ту отступить. Он озабоченно оглядел спасенного друга, и спросил:

– Что это!? Что ты в него влила!?

– Ох, – безразлично ответила девочка, – просто безобидное зелье зачарования. Делает так, что оружие, на которое его нанесли, будет гореть.

Внезапно запахло жаренным гнилым мясом. Выпив зелье, тот бандит был жив еще несколько секунд, от шока не ощущая боли. Однако позже его организм сделал своему владельцу услугу, и умер, не выдержав такого резкого приступа агонии. И теперь, упавший труп, продолжал сгорать изнутри, заполняя помещение омерзительной вонью.

Последний враг с ужасом смотрел то на своих мертвых товарищей, то на это маленькое исчадие ада, стоявшее пред ним в облике безобидной девочки. Животный страх наполнял тело человека. Его братан, бывший главным в группе, уже некоторое время не кашлял, лежа на полу в луже собственной крови, вырвавшейся изо рта с приступами кашля. И лишь мать, да очнувшийся отец проклятой девочки видели всю картину произошедшей резни.

– Что такое? – Спросила Аня. – Не думаешь бежать?

Это была последняя капля. Мужчина повернулся к двери и побежал. Он не подписывался на такое! Он успел пробежать несколько шагов, после чего нож, ранее торчавший в спине одного из его друзей, метким броском оказался внутри его черепа, разбивая кости в месте стыка головы и шеи. Человек сделал еще несколько шагов по инерции, после чего бездыханным телом упал на землю.

Аня же сняла веревки с рук своих родителей, и отец сразу же осыпал ее кучей вопросов и заботы:

– О божечки, Анечка, девочка моя, ты в порядке? Все хорошо? Покажи рану! Какой ужас! Надо быстрее тебе оказать первую помощь, быстрее, садись и не двигайся, папа обо всем позаботится! Бедная моя маленькая девочка… Но я даже представить не мог, что ты такая сильная! Ты всегда была такой и скрывала это от нас?

– Нет, папа. – Увидев, что ее семья в безопасности, Аня смогла выдохнуть и немного расслабиться. – Не знала. Просто действовала так, как казалось правильным. И… вроде бы, у меня неплохо получилось.

В это время мать девочки, как ни в чем не бывало, осматривала травы, что она принесла из леса. Нахмурившись, она холодно произнесла:

– Тут нет Серого Ядоцвета.

– Да, прости, мама, я не нашла его… – Виновато потупила голову девочка.

Раздались аплодисменты, и та неясная тень вновь вернулась, поздравляя девочку с победой:

– Ах, это было прекрасное зрелище. Я аж слезу пустил, эти воспоминания столь прекрасны…

– Кто ты и что происходит? – Потребовала объяснений Аня, глядя на точку, в которой никто другой ничего не видел.

– Мы уже знакомы. – С улыбкой произнес гость. – Меня зовут Серый Глашатай Сайвас. Я – бог. И я решил помочь своей избранной.

– Серый Глашатай не помогает просто так. – Нахмурилась ассасин. – Почему ты решил помочь? И что это было, почему я так глупо себя вела в начале?

– О, дело в том, милая моя, что это все – сон. Тебя усыпили там, в крипте, и показывают иллюзии. Это событие произошло уже год назад. Но, хах, ты тогда с ним так блестяще справилась, что не получила никакую психологическую травму, за которую могло зацепиться заклинание! Вот и пришлось магу менять элементы, убедив тебя в том, что ты мала и слаба.

– Но почему ты помог мне?

– О, это просто чистый акт альтруизма! Видишь ли, я бог обмана и предательства. А иллюзия – одна из форм абсолютного обмана. Поэтому я всевластен здесь. А решил помочь, потому что я ненавижу, когда меня обманывают. А если обманывают моих избранных, это частичное оскорбление и меня самого. Ну и еще, это воспоминание – счастливейшее в твоей жизни. Именно здесь ты проявила себя как ассасин. Безжалостно расправилась со своими врагами, ни разу не держа в руках оружие. Обнажила свой гений в убийстве людей. И мне это понравилось. Именно тогда я отметил тебя. Было бы грустно, если бы это воспоминание, в своей измененной версии, и стало бы причиной твоей гибели. А сейчас, о Анна Розенарм, проснись. И убей того иллюзиониста, что решил потягаться со мной. Покажи ему всю прелесть предательства от заклинания, в котором он столь уверен. – С жестокой улыбкой закончил Сайвас, и Аня ответила:

– Да.

В реальном мире, в напряженном сражении между Клейном, Изабеллой и Виктором, противостояние зашло в тупик. Обе стороны не могли нанести друг другу тяжелых повреждений. И именно в это время из тьмы за спиной вампира вынырнула Аня, встреченная удивленным криком Клейна, и вздохом – Виктора, и вонзила клинок прямо в череп нежити!